Голос

Мы познакомились с ней на дне рождения общего знакомого. Я вообще не хотел туда тащиться. Это был воскресный вечер. Я бы мог себе найти компанию для более приятного времяпровождения. Тем более знакомый был дальний. Я вообще был удивлён, что меня позвали.

Мне всё было скучно. Тяжёлая еда. Бесконечные тосты всех родственников, восхваляющие именинника, будто они имели цель подороже его продать. Я сидел и пялился в Tinder в телефоне. Благодаря своей внешности и накачанному телу я легко находил любовниц. Несколько фраз — и сразу знал, кто готов на большее в тот же вечер. Принципиально не связываться с теми, кого надо уговаривать.

Когда-то я очень долго уговаривал свою жену. Я добивался. Я носил цветы. Я был в неё безумно влюблён. Ну или это был азарт охотника, который никак не мог догнать добычу. Она сказала «да» — и когда она наконец стала моей, я сразу же сделал ей предложение. Мы поженились и завели ребёнка.

Вот только была загвоздка: она привыкла капризничать, и в семейной жизни это стало самым большим препятствием. Мне тупо надоело её уговаривать. Мне приходилось уламывать её на секс. На любые совместные действия. Она обижалась, надувалась и не разговаривала со мной. Когда у вас есть ребёнок, это не самый удобный способ налаживать семейную жизнь. Мы начали скандалить. Поначалу я просил прощения. А потом перестал. К концу семейной жизни наш брак напоминал боевые действия. Мы шёпотом орали друг на друга на кухне, чтобы не разбудить ребёнка. Она кричала, что ненавидит меня, и что я испортил ей всю жизнь. Я же припоминал месяцы без секса. Ладно секс, я скучал даже не по этому, а по ощущению, когда тебя трогают. Когда тебя касаются. Когда прижимаются к твоей спине. Секс легко можно получить на стороне. Даже слишком легко. А вот именно телесную близость — очень сложно.

В итоге я, конечно, дал себе зарок не связываться ни с какими серьёзными отношениями. И Tinder стал моим подспорьем. Я сразу писал что-то вроде: «Ты мне нравишься, переспим». И если на обратной стороне я видел понимание, назначал свидание. Иногда, конечно, кукушка свистела — с такими я не связывался. Вообще я предпочитал свидания с замужними. С теми, кто не горел желанием связывать свою жизнь со мной. И с теми, кто устал от семейного секса.

Нельзя сказать, что я не старался. Я платил за ужины. Я был нежен и ласков. И ничего никому никогда не обещал. Вообще я понял, что лучше обо всём договариваться на берегу.

Тот вечер — скучный день рождения — я листаю Tinder. Тут надо сказать, что есть тип женщин, которые мне нравятся. Как моя бывшая жена. Это худенькие субтильные брюнетки с ярко выраженными чертами лица. Со скулами и прочим. Они заводят меня больше всего. Ну и в общем череда моих случайных любовниц примерно вписывается в этот типаж. Никакого лишнего веса. Спортивные, подтянутые. К себе у меня тоже нет претензий — я много занимаюсь спортом, и на лицо я достаточно привлекателен для противоположного пола.

На дне рождения я замечаю свою соседку. Нет, серьёзно, она пришла позже, и я в этот момент бессовестно изучал свой телефон. В принципе наш стол был достаточно далеко от именинника, так, чтобы он увидел и оскорбился.

Но я заметил свою соседку. Она явно опоздала, потому что раньше её не было. Она была категорически не в моём вкусе. Крупная блондинка с чересчур мягкими для меня чертами лица. Я скользнул по ней взглядом и кивнул. Она обратилась ко мне и сказала:

— Вы не находите, что этот вечер отвратительно скучен?

И меня буквально поразило током. По-настоящему. По всему моему телу пробежали молнии. Её голос. Я даже не мог сразу описать его. Он очень низкий и даже хриплый — про такие говорят «прокуренный». И, чёрт возьми, он был мне безумно знаком. Я был абсолютно уверен, что вижу её в первый раз. Но я точно знал, что знаю её голос.

Я завёл с ней разговор ни о чём, слушал её. В моей голове крутилась мысль: где, откуда, почему она говорит так. Говорит какую-то ерунду, и это заставляет меня просто сходить с ума. Эта манера — растягивать гласные. Она завела разговор о каком-то недавно просмотренном сериале. Я не вслушивался в содержание. Просто слушал её голос. Такой знакомый, такой странный, такой волнительный, восхитительный голос, который абсолютно не вязался с её внешностью. Он казался мне принадлежащим кому-то вроде леди-доминатрикс в кожаном белье и с плёткой в руке. Не то чтобы я люблю плётки или быть отшлёпанным.

Я сидел и думал: откуда же я знаю этот голос? И потом меня осенило.

У моих родителе была кассета с порнофильмом Тинто Брасса. Я рылся у них в шкафу в поисках подарка, припрятанного на Новый год. Они не отличались разнообразием и всегда прятали подарки примерно в одном и том же месте. Было скучно, и мне хотелось его найти. И вместо этого я нашёл кассету. На которой было написано «мультфильмы». «Ничего себе, — подумал я. — Мои родители прячут мультфильмы в шкафу? Может быть, это и есть мой подарок?»

Лет мне было наверное двенадцать или тринадцать. Я включил эту кассету и был в шоке. Это была первая эротика в моей жизни. Я, конечно же, тут же влюбился в главную героиню. И я вспомнил, что голос, который я сейчас слышу, один в один с голосом той актрисы. Это было удивительное открытие. Я даже рассмеялся в голос, чем вызвал её вопросительный взгляд.

Мы проговорили до самого вечера. Я задавал какие-то вопросы, она что-то отвечала. Я вообще не слышал содержание. Я слушал этот голос. С манерой тянуть гласные, с хрипотцой. И мурашки бегали по моему телу. Я был готов слушать вечность. Вот буквально натурально — я был готов слушать этот голос. А будем откровенны: я ненавижу женский трёп. Все эти разговоры про своих подружек, про шмотки, про маникюр, про парикмахера, про дебильные сериалы. Чаще всего я просто отключаюсь и вовремя киваю. Я же вам уже говорил, что я вежливый.

А тут я сидел и слушал женщину, которая мне даже не нравилась. И это было самое поразительное открытие. Она мне даже не нравилась. Но при этом я был готов платить за то, чтобы её слушать.

После того как всё закончилось, я пригласил её погулять. Она оказалась достаточно высокой — практически с меня ростом. А я точно не фанат таких. Я люблю миниатюрных.

Мы шли по улице, она говорила, я слушал. К своему ужасу я понимал, что не смогу её отпустить. Ну просто буквально я не смогу дать ей уйти. Потому что желание слушать её голос овладело мной. Я не очень склонен к безумию, я скорее из тех, кто всё сто раз проверит. Мы поехали ко мне. И у нас даже всё было. Это не было чем-то выдающимся, так чтобы я понял её скрытые таланты. Или как-то внезапно прозрел. Или ощутил, что я в неё влюбился. Нет, я не влюбился.

Когда всё закончилось, мы лежали вместе в кровати, и она говорила мне какую-то ерунду о том, что я ей очень нравлюсь, о том, что я особенный, о том, что она всё сразу поняла, о том, что впереди у нас большое будущее.

Я лежал с ужасом, думая, что не смогу её отпустить. Что я влип по самые уши. Что своим прекрасным голосом она может давать мне любые команды, которые я буду готов выполнять.

— Ты счастлив? — спросила она меня вдруг.

Я в ужасе. Я в панике. Я не понимаю, что со мной происходит. Хотел ответить я. Вслух я сказал: «Очень».