Вступление
История космонавтики началась с мечты, узнать, что там скрывается за ночной чернотой и среди света звезд. К ней присоединилось желание познать неизведанное. Затем пришел черед наблюдений и познания всего сущего. А уже математики и астрономы занялись расчетами, чтобы в будущем их потомки смогли бы из мечты сделать что-то такое, что позволит им попасть в бескрайний космос. Но, как бы человечество не старалось, как бы оно не ставило себе цели и задачи, всегда оставался шанс на непредвиденные обстоятельства. С громкими и известными успехами, перемежающимися с неудачами, была вымощена долгая дорога к торжеству науки и рывку к технологическому развитию. Вечная память тем, кто заплатил самой дорогой ценой, кто отдал свои жизни за науку, бросив их на алтарь познания во имя изучения космоса.
В Центре Управления Межзвездными Полетами находился особый экран с входящими на него данными ото всех земных космодромов. Также на него поступали данные и с ускорителей на Луне для стартов научных зондов и автоматических кораблей по изменению облика экзопланет. На его экране высвечивались вероятностные шансы на проявление нештатной ситуации, которые постоянно увеличивались от одного успешного запуска, к другому. Он появился в то время, когда на Луне появилась первая долговременная база и планировались пилотируемые полеты на Марс. Использование прародителей Искусственного Интеллекта позволяло наиболее точно спрогнозировать шанс на проявление неисправностей в оборудовании, программном обеспечении, влиянии человеческого фактора на технику, и наиболее точно рассчитывать, где в каком виде они проявятся.
На то, что произошло в другой Галактике, никто повлиять не мог. Это было невозможно больше ни физически и эмпирически. Космический межзвездный корабль давно покинул одну Галактику и достиг другой. Целью полета служили двойная звездная система с G2V Тейсти Альфа, солнечного типа, и ее спутница DB7 Тейсти Бета, белый карлик. Они привлекли внимание землян огромным расстоянием между собой и наличием экзопланеты в «зеленой» зоне обитаемости движения вокруг планеты. На удалении от своей звезды в 163,3 миллиона километров. Первая звезда была солнечного типа, с массой до 1,4 от солнечной и примерно такой же яркости. Расстояние между парой звезд составляло 16 астрономических единиц, из расчета этой звездной системы. Ее продолжительность жизни рассчитывалась еще в 6 миллиардов лет, на полтора миллиардов лет дольше, чем само земное Солнце. Во время полета за ней велись наблюдения, которые позволили уточнить ее яркость ниже солнечной на 7%, что повысило продолжительность ее жизни еще примерно, на 800 миллионов лет. Но особое внимание вызывал спутник, DB7 Тейсти Бета, белый карлик, и был гораздо старше своего компаньона по системе. Он постепенно удалялся от основной звезды, и примерно в период от 500 миллионов лет до одного миллиарда лет должен был покинуть эту звездную систему навсегда. А во внутреннем радиусе обращения двойной системы, вокруг G2V Тейсти Альфа обращалась планета земного типа Тейсти 315c по шкале ESI 1,8. Погода на ней немного подвела землян и в летний сезон на Экваторе планеты она достигала максимальной температуры +35 градусов, а в зимний период +12 градусов, что давало узкую полосу поверхности планеты для первоначального заселения. Потому-что чем дальше на север планеты, а также, если следовать в сторону ее южной части, тем ниже становилась среднесуточная температура. Для этого существовал план по формированию плотной атмосферы для планеты с парниковым эффектом для повышения среднесуточной и среднегодовой температура на ее поверхности. Также предполагалось уплотнить атмосферу для создания защиты от падения комет и астероидов за счет формирования водопаровой оболочки в ее верхних слоях. Все это в совокупности должно было увеличить температуру на планете и привести ее к почти равнозначным значениям с земными условиями. Исключительное право дать новое название планете передали экипажу, пассажирам и колонистам космического корабля «Астория-218», которые должны были ее заселить. Планета должна была стать для всех них абсолютно новым домом, с таким же новым именем.
Как звездолет «Астория-218» получил повреждения во время выхода на орбиту вокруг протоземли Тейсти 315c, никто бы не узнал из-за расстояния. И, наверное, никогда не узнает, потому-что это был билет в один конец. На Земле давно было поставлено на ноги коммерческое заселение столь дальних рубежей. Готовилось бесчисленное множество специалистов для работы на других планетах. Создавались особые хранилища с ДНК микроорганизмов, банки данных о животных и растениях, на которых возлагались надежды по приведению новых миров в копии Земли. Но вдруг дальняя связь с земным домом и автоматические маяки пострадали первыми. Центральный отсек был тоже уничтожен, и вся дежурная смена погибла от столкновения с неизвестными объектами на орбите планеты. Подготовительные полеты автоматических станций, отправленных для коррекции атмосферы, давления и создания пресных морей были отправлены загодя основного полета, и у них не было ретрансляторов для дальней связи, чтобы сообщить о трагедии. Скалистая поверхность планеты должна была после начала формирования нового облика планеты, покрыться не сотнями тысяч маленьких озер с пресной водой, а целыми пресными морями. Шесть кораблей, словно исполинские иглы, прошили в свое время атмосферу планеты и приземлились в заданных местах планеты. Они заняли свои позиции в расселинах, глубоких и почти бездонных озерах, в наносах песка и мелкой каменной взвеси. Каждый из них выполнял свою особую функцию. Распространение на поверхности земных микроорганизмов, которые должны были создать слой плодородной почвы к прилету космических переселенцев. В наиболее подходящие места на планете отправлялись зонды и дроны распространители, что высевали споры грибов, лишайников, мхов, примитивных водорослей. И за сорок восемь лет до прибытия основного корабля с людьми, планета была бы готова принять новых жителей, что явятся на все готовое. Но… явившиеся переселенцы, неожиданно для самих себя, оказались участниками трагедии, часть из которых даже не поняла этого, погибнув до пробуждения и высадки.
В году 1-м от Краха
Можно было сказать, что Дэвину повезло? Наверное, да, можно… Можно было сказать, что Дэвин несчастливый человек? Наверное, да, и это можно говорить. Но, в самом деле, ему повезло несколько раз подряд. А вот говорить о том, что он несчастливый человек оттого, что выжил только один, все-таки не стоит. Его везение почти ничем не объяснялось. Сначала он оказался вовремя разбужен и выведен из анабиоза. Потом также удачно занял свое место на мостике жилого модуля. И третий раз – он выжил, в отличие от всех остальных. Ему трижды повезло, с такой же вероятностью, как для самостоятельного появления жизни еще где-то в глубинах бесконечной Вселенной. Просто так получилось по судьбе, что именно его вахта должна была начаться во время выхода из гиперпространства и прибытия, до начала торможения в новой звездной системе Тейсти. За три месяца до этого он проснулся по команде автопилота, его допуск был подтвержден вахтенной сменой на мостике, и он занял один из жилых модулей для приземления на планету. С экипажем он встретился лично только один единственный раз, и все остальное время общался с ними только удаленно, для контроля данных телеметрии и синхронизации жилых модулей. Это была одна из защитных дублирующих систем, чтобы один из техников-инженеров находился в жилом модуле во время торможения. Он не управлял данным звездолетом, хоть проходил подобную подготовку, космическим кораблем «Астория-218», как дежурная вахта пилотов со сменным капитаном и его помощниками.
Он не занимался дальней связью, обеспечивая канал общения с Землей не всегда стабильными сеансами взаимодействия, что почти постоянно были разнесены в огромном промежутке времени. И, конечно же, не проводил никаких экспериментов, потому-что они уже прилетели куда надо. Время для опытов прошло, теперь их ждала только настоящая жизнь в новом мире. Его работа заключалась в проверке жилых модулей, которые должны были после прибытия и выбора орбиты, отстыковаться от центральной части звездолета, и, забрав группы колонистов приземлиться в заданных местах для создания поселений. Дэвин стал свидетелем того, как произошел запуск многоцелевых спутников для создания целой группировки вокруг планеты. Они уходили во тьму космоса длинной светящейся серебром цепочкой и скрывались за горизонтом планеты. За время своей вахты он переходил из одного модуля в следующий и проверял оборудование до приземления, чтобы в то время, когда из анабиоза, из почти столетнего сна, начнут выходить остальные члены экипажа и колонисты, чтобы для них все было бы подготовлено в короткий срок. А Дэвин переходил в тот модуль, за которым был закреплен он сам и еще несколько сотен колонистов. Туда же подлежали загрузке запасы готовых эмбрионов человека, хранящихся в глубокой криогенной заморозке, и долговременные запасы культур с Земли, которые пока находились в одном единственном хранилище для полной безопасности во время прохода через гиперпространство.
В момент столкновения он находился на мостике жилого модуля, к которому был прикреплен для колонизации планеты. Еще за несколько дней до этого, он слышал от вахтенной смены обрывки разговоров, что они регистрируют какие-то флуктуации в гравитационном поле планеты. Это не было чем-то таким, что могло кардинально повлиять на дальнейший полет. Да, не вписывалось в стандартные Протоколы, но космос есть космос. Всегда присутствует доля и шанс на что-то необъяснимое до определенной поры. Но объяснить их пока не могли. Ни одна математическая схема пока не могла описать всего этого. Звездолет, следуя заданию полета, проходил один виток за другим, как неожиданно перед ним возникли еле видимые кольцевые структуры, которые были раньше скрыты от наблюдения. Именно от них регистрировались странные и не никем не учтенные гравитационные аномалии. А видны они стали оттого, что попали в двойной оптический эффект от двух светил этой звездной системы, где «Астория-218» стала невольным наблюдателем, свидетелем и участником разворачивающейся катастрофы.
Первой под удар попала центральная часть космического корабля, где находились плазменные ускорители, что обеспечивали безопасность во время полета в гиперпространстве. Если бы они сейчас работали, то препятствие могло бы быть уничтожено, и тогда корабль имел бы время для торможения и ухода на другую, более высокую орбиту. Но он уже находился в процессе занятия орбиты для последующей высадки и отправки на планету жилых модулей, и случилась такая ошибка в оценке обстановки. Место, где должен был располагаться центральный мостик, словно взорвалось изнутри, выбросив в открытый космос множество обломков. Корабль раскалывался на части и Дэвин не мог оторвать свой взгляд от разворачивающейся перед ним катастрофы. Сирена тревоги выла не переставая, но космический корабль все получал один удар за ударом. Монотонный голос автопилота, сообщающий о немедленной эвакуации, сменился на требовательный голос ИИ, который стал сообщать о полученных звездолетом повреждениях. Он сообщал без каких-то эмоций, с жутким констатирующим эффектом.
- Регистрирую гибель дежурной смены на мостике…
- Провожу анализ и поиск бодрствующей смены…
- Поиск не завершен… Объекты не найдены…
- Обнаружена коллизия протоколов безопасности…
- Полномочия капитана звездолета возложены на 1-го лейтенанта Дэвина О’Райли, техника-инженера группы переселения…
- Обнаружена ошибка! Обнаружена ошибка!
Дэвин догадался, в чем состоит ошибка, он имел статус для высадки на планету в первой волне колонистов, а как новый капитан звездолета сделать это не мог до подтверждения и приказа о посадке космического корабля в особой зоне для приземления самой «Астории-218».
- Немедленная эвакуация всех выживших членов экипажа…
- Невозможно передать задачи управления капитану О’Райли…
Дэвин вскочил и буквально закричал на весь мостик:
- Подтверждаю получение полномочий! Перенести все доступное управление на меня! Срочно отправить капсулы криосна на эвакуацию в жилые модули для спуска на планету! Произвести сброс оборудования!
Удар огромной силы потряс весь космический корабль, и без участия Дэвина ИИ приступил к его спасению. Автопилот пытался бороться за выживание космического корабля, включая маневровые двигатели, и старался увести еще целые фрагменты из-под дальнейшего столкновения. Жилой модуль стал размыкать магнитные замки и отстыковываться от космического корабля. Дэвин бросился в кресло и пристегнулся ремнями безопасности. Его буквально вжало в сиденье и выдавило из легких воздух от рывка, который выбросил жилой модуль в открытый космос. Дэвин все еще продолжал смотреть, как разрушается звездолет. Как от него отрываются куски обшивки, а из-за ошибок в управлении автопилотом и ИИ, в космос вылетают спасательные капсулы с людьми внутри. Но только они врезались в кольцевую структуру и не могли обогнуть препятствия, сталкиваясь и взрываясь яркими вспышками. Космический корабль погибал и с каждой секундой он все глубже увязал в кольцевой структуре, что существовала вокруг планеты. Никто на Земле во время наблюдений не предполагал этого, она не была замечена экипажем «Астория-218», и во время подлета к системе. А стала видна только во время столкновения, когда уже было поздно.
Дэвин просто констатировал для себя, что ее появление, скорее всего, обусловлено воздействием одного из светил этой звездной системы. В бытность близкого их расположения друг к другу то, что теперь было белым карликом, взорвалось сверхновой звездой. Отдача взрыва и общие волны гравитации выбросили его с близкой орбиты, перенеся на огромное расстояние, а вторая звезда защитила собой от взрыва свою планету. Но со временем часть внешней оболочки была поглощена главной звездой, а часть внешней оболочки была захвачена приливными силами планеты, и из этих остатков сформировались кольцевые структуры рядом с ней. Но их объем был недостаточным для формирования сплошного кольца, и образовался лишь фрагмент. А он продолжал падать на планету в жилом модуле и все еще думал, о том, почему они не заметили структуры в форме колец рядом с планетой. Но все возрастающие перегрузки заняли все внимание Дэвина. Модуль в автоматическом режиме облетал планету и постепенно снижался для посадки в заданном месте, что давным давно было предусмотрено. Организм Дэвина не выдержал, и он потерял сознание. Без его участия корабль продолжал полет. Спустя короткий промежуток времени включился автопилот и произвел анализ состояния жизненных показателей Дэвина.
- Объект по жизненным показателям - без сознания…
- Необходимо вмешательство… Отсчет до принятия мер…
- Десять секунд до применения реанимационных мер…
- Девять… восемь… семь… шесть…
Дэвин неожиданно пришел в себя и услышал продолжающийся отсчет.
- Отмена! – выдохнул Дэвин, - Отставить реанимационные меры!
Отсчет остановился, и голос автопилота жилого модуля затих. Модуль продолжал снижение и пошел на посадку. Эта огромная машина, являющаяся верхом интеллекта человечества, выходила на завершающую орбиту. Огонь, бушевавший снаружи, постепенно затих и жилой модуль, выбросив снопы искр при торможении, осторожно сел на ровный участок в заданном районе для организации будущего поселения. Дэвин сидел в кресле и не верил тому, что случилось. Жилой модуль приземлился и затих на опорах, но рассиживаться в ожидании развития ситуации времени не было. Дэвин соскочил и бросился разворачивать модуль. Он отдал команды на подачу охлаждения к оборудованию и для вывода антенн для связи. Огромная структура объекта задрожала, и модуль стал разворачиваться в основу поселения. Часть обшивки жилого модуля, что теперь служила крышей, отодвинулась и открыла для обозрения ночное небо. Здесь же оборудование медленно разворачивалось в рабочее положение, и степенно вздымались пики и тарелки антенн связи. Дэвин внес коррективы в журнал автопилота, указав изменение своего статуса с техника инженера на капитана звездолета. Он делал это с клавиатуры, отчетливо ощущая во рту привкус крови. Только пока от этого не было никакого толка, жилой модуль выполнял внесенные в него предписания по установке. Но антенны уже приступили к поиску сигнала, но никак не могли поймать его. Дэвин в ручном режиме внес команду на отправку сигнала «SOS», туда, где еще должен был находиться звездолет «Астория-218». В ночном небе просматривалась структура колец из крошечных астероидов, пыли, и ледяных объектов. Он воспользовался электронным биноклем, вытащив его из хранилища, внимательно отыскивая место нахождения разрушенного звездолета по кратковременным вспышкам столкновений осколков. В первые минуты установления каналов для связи получилось, получая только данные телеметрии космического корабля. Из потоков сведений, дешифровщик жилого модуля выхватывал только то, что поддавалось прочтению.
Огромный массив данных шел с искажениями и сбоями, подвергаясь помехам, и многократным отражениями сигналов внутри кольцевой структуры. Бортовой компьютер анализировал обстановку, учитывая внесенные Дэвином данные, но дистанционное управление оставшимися жилыми модулями и автоматическими грузовыми станциями никак не мог получить. У него даже не было мыслей покинуть жилой модуль. Дэвин как мог, старался помочь тем, кто еще оставался на космическом корабле и еще не погиб. Он смотрел в потоки поступающих цифр и получал одно заключение за другим о состоянии отсеков, модулей, систем корабля. Больше чем он уже сделал, сделать он больше не мог. Дэвин обошел, терминалы в лабораториях по выращиванию еды и активировал там гидропонные фермы для начала выращивания еды, чтобы спустя уже месяц начать получать свежую еду. Чтобы оставаться дольше в сознании он активировал для себя программу ввода лекарств и питательных наборов. Для Дэвина было ненормально, если он хоть на секунду утратит контроль за происходящим рядом с ним, а также затем, что творится в космосе. Поэтому он сохранял работоспособность, чтобы отреагировать на любой новый вызов. Сейчас он воспользовался своим исключительным правом капитана на экстренный доступ к защитным протоколам и сценариям развития обстановки. Дэвин ввел коды доступа в личный сейф, из которого извлек набор блоков памяти в виде искусственно выращенных кристаллов. Он собрал их все и принялся устанавливать в специальные гнезда на мостике, увеличивая вычислительные мощности и устанавливая повышенный уровень объема памяти. Этим он хотел добиться расширения функций у автопилота и ИИ, чтобы позже смог найти способы эвакуации тех, кто еще оставался, жив, и все еще продолжает находиться в спасательных капсулах.
По данным телеметрии он узнал о том, что из двенадцати жилых модулей для посадки на планету, три перестали существовать. Здесь же следовали сведения, что это получилось в виду полного их разрушения. Один жилой модуль, в котором он был сам, успешно сел на планету. Еще два, никак не отвечали на его запросы, но шанс связаться с ними, пока был, но это было возможно только после возобновления связи с ними, когда закончится серия столкновений. И еще один, сообщал о себе, что его способность отстыковаться от звездолета под угрозой и требуется срочный ремонт. Дэвин продолжал отдавать команды через панель управления, стараясь как можно быстрее организовать спасение людей и грузов на звездолете. Он переходил по мостику и налаживал работу каждого терминала на свой уровень работы и к своему доступу. Стараясь разграничить отправку задач, и выстроить цепь команд, не путая главную последовательность выполнения программ. Теперь все рабочие станции жилого отсека были задействованы на выполнение своих особых поручений. Дэвин использовал и установленные Протоколы, записанные на кристаллах, заняв свой терминал, техника-инженера жилого модуля. Он внимательно читал ставшие ему доступными тексты предварительных сценариев развития обстановки при наступлении неблагоприятных последствий. Но для него было важным, узнать, какие действия необходимо выполнять в первую очередь. Какие Протоколы могут сейчас применяться, а какие не стоит даже активировать. В процессе изучения Дэвин переходил за другие терминалы и отдавал команды на начало применения и выполнения отдельных команд. Так он отправил сигнал на космический корабль о пробуждении ремонтных дронов и организации оценки ущерба. Также смог запустить дистанционно и базу обслуживания роботов звездолета, которые также должны были вскоре приступить к оценке повреждений, и начать ремонт поврежденного оборудования.
Сколько времени он сидел за терминалами и продолжал чтение, Дэвин уже не контролировал. Он не испытывал жажды, не испытывал голода. За время этой вахты он получал инъекции необходимых ресурсов и материалов внутривенно, во время отдыха. Но теперь ему надо было переводить свой организм на обычное питание, и разбудить пищеварительную систему. Обо всем этом ему стал настойчиво напоминать ИИ жилого модуля. Он сходил в медицинский отсек и с помощью автодоктора избавился от ограничительного пластыря на левой руке. Он ввел свои параметры в медицинский терминал и получил особую капсулу, которую принял уже на обратной дороге. ИИ отслеживал его движение и действия и когда он вернулся на мостик, то там при нем из дозатора налился небольшой стаканчик воды, для активации капсулы, переводящей организм на нормальное питание. Правда, Дэвин не хотел терять время, особенно, когда обнаружил сообщения о том, что часть ремонтных дронов и роботов вышла из строя. А сама ремонтная база прямо сейчас занимается в первую очередь своим восстановлением, а только потом отправляет восстановленных и отремонтированных роботов по другим отсекам. Дэвин регистрировал данные, что прямо говорили ему о невозможности попасть из одной части корабля в другую. О том, что многие путепроводы внутри звездолета были уничтожены или сильно повреждены. Он продолжал дальше работать и не обращал внимания на всплывающие сообщения, в которых целью служил он сам. Первыми были метки о том, что ему следует сделать перерыв на активацию питательной капсулы. Потом стали приходить уведомления о повышении уровня кровяного давления. Затем стал звучать сигнал тревоги, как реакция на появление кортизола. Это игнорировать было опасно, и Дэвин осмотрел свой медицинский терминал. Его можно было отключить на время, используя исключительный допуск капитана, полномочия которого на него вдруг свалились. Но со здоровьем не шутят, и предупреждения от ИИ по состоянию здоровья не игнорируют. Дэвин проверил сообщения, что касались лично его, и понял, что пора ему ложиться отдыхать, тем более что и время отдыха давно превысило ожидание, и его организм требовал смены режима, с активной работы, на покой и восстановление. Дэвин перевел все оповещение на свой личный терминал в комнату отдыха, и отправился спать.
Сон для него был чем-то сродни краткому анабиозу и без сновидений. Это были последствия перелета, которые никак не проходили. Он закрывал глаза, проваливался в какое-то среднее состояние между глубоким сном и дремотой, и почти сразу открывал глаза обратно. Дэвин поднялся и стал одевать в привычный комбинезон. Он скептически оглядел эмблемы и усмехнулся сам себе, и своему положению. Теперь стоило нанести на комбинезон маркировку капитанского звания, пусть и коммерческого и гражданского космического флота. Он махнул на это рукой, по причине того, что был одним единственным человеком на всей планете, и не для кого было наряжаться. Дэвин отправился на мостик для получения исчерпывающей информации, которая могла накопиться за время его отдыха. Первые данные были негативными. Кольцевая структура скрылась из виду, переместившись по орбите вокруг планеты. Это стало для Дэвина хоть и неожиданным, но решаемым обстоятельством. Он занял место специалиста по связи за одним из терминалов и проверил на нем сводку. Этот обрыв контакта ему был не нужен, поэтому надо было срочно что-то делать и восстанавливать связь с поврежденным звездолетом. Дэвин внес параметры в системы связи и отправил сигналы группировке спутников. Надо было перестроить их в другой порядок вращения вокруг планеты, чтобы два из них всегда могли наблюдать за космическим кораблем и служить ретрансляторами сигналов. Их задача с экваториальной орбиты сменялась на субполярную вдоль наклона оси планеты. Он получал данные, что есть возможность сократить расходы энергии и топлива, за счет гравитационного маневра, там, где влияние планеты по каким-то причинам было меньше. Сейчас для него было важным поддерживать связь. Наблюдение за погодой на планете и контроль станций терраформирования планеты отодвигались им на второй план. Новая орбита покрывала часть поверхности планеты, и необходимая часть для наблюдения значительно сокращалась. Также получалось и со станциями по терраформированию планеты. Они не всегда находились в зоне покрытия спутниками связи. Дэвин посчитал, что когда ему понадобится что-то другое, то всегда сможет перестроить орбиты еще раз.
По данным телеметрии, которые стали формироваться еще накануне, он узнал, что кольцевая структура будет над ним каждые четыре дня. Именно в эти моменты будет доступна прямая связь с остатками космического корабля. Но по тем сведениями, что ему пришли поздним вечером и уже ночью, он узнал о том, что поступили данные о времени, которое будет затрачено на ремонт звездолета, до того состояния, чтобы отправить на планету жилые модули со спящими людьми внутри спасательных капсул. Он увидел, как появился загоревшийся датчик о предварительном расчете, и от увиденного Дэвину стало плохо. Он тяжело сел в кресло командира и прикрыл свое лицо руками. Семнадцать лет! Семнадцать проклятых лет займет весь ремонт. И никак было нельзя поступить по-другому. Даже сейчас, те немногочисленные капсулы с людьми не могли быть отправлены на планету, из-за опасного положения жилых модулей. ИИ рассчитал спасение с учетом того, что все жилые модули должны стартовать с полной их нагрузкой. Люди, эмбрионы, грузы и оборудование. Дэвин встал и пошел, чтобы впервые на этой планете поесть привезенной пищи.
- Запись в бортовой журнал, - сказал Дэвин, - Капитан О’Райли. Аварийная ситуация. По данным ИИ на спасение остального экипажа и пассажиров требуется семнадцать лет. Приступаю к развертыванию жилого модуля в оперативную базу и поселение. Отправлен сигнал SOS. Думаю, что лет через пятьсот, он дойдет до Земли. На счет себя, не думаю, что смогу столько прожить, несмотря на все улучшения организма, что я претерпел до старта, и во время полета к этой планете.
Сделав эту подробную запись, больше как начальную историческую отметку, чем плановый доклад, он пошел на кухню. Его личный терминал считался на входе, а отсутствие ограничительного пластыря стало триггером для автоматической станции-повара. Дэвин заметил, как в большую тарелку упал кубик, странного синего оттенка, а затем еще второй же, но зеленый. В высокий стакан ему ссыпали гранулированный порошок. Обе тары переместились в ультраволновую печь и под излучением, стакане образовался какой-то напиток, и из двух разноцветных кубиков на тарелке распустилась какая-то непонятная еда, но от нее распространялся вкусный запах. Дэвин непривычно вооружился вилкой, ножом и приступил к еде. Хоть он и понимал запах, то вкуса совершенно не ощущал. Еда была для него в первый раз не вкуснее куска ткани, но он все равно ее ел. Судя по инструкциям, вкусовые рецепторы должны были восстановиться со временем. Единственное чего опасался Дэвин, это того, что области рецепторов могли активироваться в разное время, и он получил бы перекошенное ощущение вкуса, получая как реакцию, только горькое или кислое на любую полученную им еду.
Дэвин сидел в кресле и смотрел, как на мониторах постепенно отображаются спутники связи, и изменяются их орбиты. Он перебрался в свое рабочее место техника-инженера и стал активировать протоколы будущего поселения. Включил и выпустил из хранилищ роботов и дронов, что должны были приступить к изменению площадки под жилым модулем, выравнивая поверхность. Они сметали лишние камни, песчаную крошку, присыпали собранным материалом рытвины, трещины в грунте и ямки. На центральном планшете командного отсека визуально отображались многочисленные отсеки и пристройки жилого модуля. Строительные роботы разбили несколько крупных объектов и передробили их почти, что в пыль. Дэвин запустил выполнение программы расширения объекта, на самой низкой скорости движения. Он изменил давление опор на грунт тех отсеков, что должны были начать сдвигаться в стороны. Каждый отсек, комната использовала внутренне пространство за счет потолочных ферм, которые должны были выдвинуться на максимальную свою длину и превратиться в более масштабные помещения. Теперь оставалось только ждать, пока каждые пять минут они будут раздвигаться на один миллиметр, сохраняя направление и не перегружая центр масс всего жилого модуля. А чтобы не вносить помехи в общий вес своим едва регистрируемым весом, Дэвин остался на мостике командного отсека и продолжил изучать проколы. Он продолжал читать их раз за разом, в надежде, что ему встретится что-то такое, что можно использовать себе на пользу. И один из вариантов, что ему попались, носил в себе нечто подобное.
Дэвин скопировал условия и итоговые значения из Протокола, чтобы проверить их в тестовом режиме. Это была небольшая заметка о тех неисправностях, что могли вызвать задержку в отстыковке жилых модулей от космического корабля. При условии, если подать сигнал об успешной посадке, и развертывании хотя бы одного жилого модуля, можно было бы в экстренном порядке перезагрузить работу остальных модулей. Второе условие, было о спасательных капсулах, которые и должны были быть срочно отправлены в жилые модули, для спуска на планету. Дэвин использовал доступ капитана и полностью скопировал всю обстановку для проведения теста. Он выделил специальное место в объемах памяти модуля и ввел коррективы, согласно протоколов безопасности. Отличие было в том, что у него уже был активирован режим отправки сигнала SOS. Надо было отключить его, и отправить другой сигнал, об успешной посадке и основании поселения. Дэвин запустил тестовый режим с отключением блокировок. Шло время, отсчитывая минуту за минутой, и на монитор поступало все больше сведений, из которых выходило так, что эта возможность могла сработать успешным образом. Существовало только ограничение, наличие огромного числа разрушений в космическом корабле. Следовательно, надо было ждать завершения ремонта. Дэвин проверял сроки для ремонта разных объектов, стараясь как можно быстрее понять, скольким людям он сможет сохранить жизни. Главной задачей было стабильное энергоснабжение, а капсулы с людьми внутри должны были как можно быстрее попасть в жилые подули. Не меньшей задачей было и сохранение эмбрионов человека и животных. А вот на счет грузов редких и ценных материалов, оборудования и агрегатов, Дэвин не переживал. Потому-что каждый жилой модуль был оборудован минимальным количеством оборудования. А на самый крайний случай были прилетевшие заводы по терраформированию планеты. Их тоже можно было разобрать со временем на комплектующие или ценные ресурсы.
Результатом стал выбор действий. Дэвин сохранил параметры проведенного им эксперимента до наступления подходящего времени. Он отложил всю работу для планового обслуживания модуля. Задача, которую он должен выполнить, заключалась в проверке сведений накопленных за двое суток. О местных погодных условиях, о тех же условиях в масштабе планеты. Надо было проверить координаты точки приземления жилого модуля относительно расчетной точки. А также на него возлагалась задача по выходу на поверхность планеты. Для одного единственного человека это стало огромным количеством задач. И Дэвин вывел на огромный монитор все эти задачи, чтобы по мере их выполнения увидеть момент отсчета, когда эту планету можно назвать колонизированной, пусть на продолжительность его жизни. Дэвин спустился на уровень ниже из командного отсека на уровень, который должен был быть жилым. Потом прошел несколькими коридорами до очередного спуска на технический уровень, и пробрался к пока еще запечатанному лифту, который привел бы на поверхность. Здесь же, была предварительная шлюзовая камера и хранилище скафандров для разных условий работы. Дэвин включил ближайший к нему терминал, чтобы получить сводку по погодным условиям. Для него стало откровением, что уровень кислорода в атмосфере планеты превышал земной уровень на пять процентов. А расчетный уровень, который должен был существовать к данному временному промежутку, был превышен вдвое. Дэвин выбрал себе скафандр, и активировал автоматическую экипировку. Он проверил связь, из скафандра с ИИ жилого модуля, проговорив несколько фраз:
- Капитан О’Райли! Доступ на поверхность планеты Тейсти! Даю разрешение на первый выход для проверки оборудования после посадки!
Как бы это не прозвучало, но существовал такой порядок, что был давно выработан. Он снял блокировочные клеммы с лифта и включил его. Встав на платформу, Дэвин проверил работу контрольной панели управления и нажал на кнопку спуска вниз. Лифт медленно поехал вниз и почти сразу остановился у земли. Он тихо гудел, и вслед за лифтом спускались дополнительные опоры, с громкими ударами врезаясь в поверхность земли. Роботы, что занимались очисткой территории, получили команды для проверки участка земли в месте остановки лифта. Они быстро налетели на поверхность у лифта и собрали всю крошку, вылетевшую от удара опор. Дэвин задержался на секунду, прежде чем нажать на кнопку открытия двери шлюза и выйти наружу. Это был исторический момент, но, учитывая ситуацию, в которой оказался Дэвин, он делал это просто на автомате, что так положено. Он открыл двери и вышел из шлюза, сделав первый шаг на планету, ступив в новый мир, что должен был стать домом для стольких людей. Ступая по этой «земле», он боролся со странным ощущениями, как в своей душе, так и в своем теле. Но вот с телом было все ясно, и скафандр, что он выбрал, был как раз для подобных высадок. Крупногабаритный, для работы даже в космосе, с массивными частями, для большей защиты и устойчивости при ходьбе, но безумно тяжелый из-за дополнительного оборудования. А волнения в его душе были больше из-за переживаний от одолевавших его задач и проблем. Дэвин проверил уровень кислорода и состава атмосферы. Кислорода здесь было даже больше на половину процента, чем по данным за всю планету. Атмосферой можно было дышать хоть сейчас, но пока для этого было рано. Он собирался пройти необходимые процедуры усиления кровообмена в организме и передачи кислорода гемоглобином крови. А для нахождения на поверхности следовало использовать рабочий скафандр, а в дальнейшем пользоваться обычным респиратором, чтобы снижать поступление кислорода в организм, лишняя доля которого могла отравлять организм. Дэвин проверял жилой модуль, обходя его опоры и осматривая снизу состояние отсеков.
Он тяжело ступал по поверхности и остановился на месте, чтобы перевести дух. На личном терминале скафандра Дэвин проверил показатели гравитации. Она была меньше, чем на Земле, пусть и ненамного. И атмосферное давление тоже было меньше чем на Земле. Все это можно было скорректировать, находясь в скафандре и привести к земным показателям. Рано или поздно, Дэвину предстояло выходить на поверхность без скафандра, а сегодня, он должен был сдать первый анализ крови, как контрольный образец на будущее. Чтобы постоянно отслеживать по своему составу крови уровень микроорганизмов в атмосфере планеты. Если бы все работало штатно, то он не занимался бы этим в одиночку, но если заглядывать далеко в будущее, данные что он сможет собрать и накопить, помогут тем, кто прилетит после него на эту планету. Дэвин продолжал обходить жилой модуль по его периметру и специально останавливался в местах, где уже было видно, как сдвигаются опоры, оставляя характерные следы на земле в виде царапин. Вся проверка заняла почти весь его ресурс воздуха для дыхания. Он делал это с целью самостоятельной двойной проверки, визуально и для записи, которую должен был анализировать ИИ жилого модуля, чтобы выявить любые изменения или повреждения. Напоследок, буквально на остатках воздушной смеси, он обошел место посадки для оценки территории под строительство поселения.
Это место было не просто так выбрано для посадки жилого модуля. Твердая основа под поверхностью могла служить, чтобы в ней вырезать с использованием оборудования и роботов подземные уровни для проживания на первые годы. Потому-что только так можно было получить по началу стабильное по температурному режиму место для проживания. Потом будет достаточно установить на входы шлюзы и воздушные фильтры, чтобы всегда внутри подземных уровней была комфортная температура для проживания. Дэвин проводил дополнительную съемку на камеры скафандра местности, которую потом придется использовать и для высадки растений в открытый грунт. Под установку всепогодных теплиц, для строительства служебных построек под будущих животных. С первыми звуковыми сигналами о том, что воздух для дыхания заканчивается, Дэвин отправился обратно в жилой модуль. Он преодолел расстояние до лифта и вошел в него, в приподнятом настроении.
- Запись в бортовой журнал, - сказал Дэвин, - Капитан О’Райли. Осмотр жилого модуля произведен, нарушений целостности не выявлено. Загружаю запись осмотра и обхода территории для обработки ИИ.
Дэвин воспользовался автоматической станцией, чтобы избавиться от скафандра, и сразу ушел в медицинский модуль, сдавать кровь на анализ. Это тоже стало определенной вехой в колонизации. Дэвин ввел данные в автоматическую медицинскую станцию, о том, что он начал участвовать в контроле уровня микроорганизмов на планете. Их сложному и вариативному изменению в новых условиях этой планеты, под двумя светилами. Для изучения возможностей своего организма и его способностей при иммунитете против земных вирусов и бактерий, но в случайной их эволюции. Для Дэвина медицинская станция рассчитала прием препаратов с учетом полученных сведений с его скафандра. Один из препаратов должен был подготавливать его организм к самостоятельному дыханию. Второй препарат был спрогнозирован еще на Земле, и нуждался в коррекции автоматическим доктором, чтобы после его приема, кандидат смог увеличить мышечную массу своего тела, и увеличить слой подкожного жира, для противодействия местным условиям погоды на самый крайний случай своего выживания вне стабильных или приемлемых условий в поселении.
Эта часть экспериментов на себе Дэвину не вполне нравилась, но и постоянно ходить в скафандре он не хотел. Даже в облегченном защитном с основной рабочей функцией, не стесняющей движения и не заставляющей трать лишние силы на преодоление сопротивления сочленений скафандра. После выхода наружу и сдачи первого и контрольного анализа крови, Дэвин решил подкрепиться в пищевом отсеке. Снова повторялась процедура с кубиками странной еды, и снова Дэвин поглощал что-то без аппетита и без ощущения вкуса. Стоило ему закончить прием пищи как для него пришло уведомление на личный терминал от автодоктора о готовности препаратов. Дэвин сходил и получил их. Часть в виде таблеток, которые теперь надо было принимать раз в несколько дней, и внутривенную инъекцию для изменения состава крови. Еще один укол автодоктор сделал ему в целях защиты организма от любого вторжения негативных микроорганизмов. Но инъекция искусственной биомассы, должна была служить наблюдателями за атакующими его организм сущностями, и также наблюдать за ними. Дэвин выполнял часть важной работы, которую по идее должны были выполнять десятки людей. Не считая контрольной группы, сотня колонистов должна была заниматься этим. Наращивать мышечную массу, изменять в крови уровень гемоглобина для лучшего насыщения организма кислородом, проводить эксперименты с животными и растениями. А у Дэвина на это пока не было лишнего времени. Вот спустя какое-то время, он займется и выращиванием для себя протеина, и жиров, и дополнительных углеводов. Может быть, займется синтезированием белков из той массы биологических организмов, что уже выросла на этой планете за прошедшие высадке десятилетия. Вот когда сможет заняться адаптацией привезенных животных, он пока даже не предполагал, и не рассчитывал. А пока, он только мог наблюдать за первой гидропонной фермой и будущим урожаем зелени.
Дэвин проверил на мостике отсчет времени. Оно отсчитывалось по земным часам, и жил он по ним тоже. Пора было переходить на местный учет времени, который отличался от земного. И по количеству минут в местные сутки и по количеству дней в году. Двадцать пять часов и двенадцать минут, и две земные недели плюсом к человеческому земному году. Календарь для Дэвина, его точность и соответствие, были на последнем месте в списке дел. Он предпочитал именно это спихнуть на тех, кого когда-нибудь сможет спасти. Ему это было не нужно, и он мог продолжать жить по земному времени, но на один из терминалов он загрузил первоначальные данные местного зодиака времени прилета в звездную систему, и смог высчитать все временные показатели и астрономические явления, которые можно здесь наблюдать. ИИ рассчитал основные события, как дни равноденствия, и солнцестояния. Вернее, поправил себя Дэвин, местного тейстистояния, когда световой день самый длительный в местном году, и когда он самый короткий. На монитор всегда выводились два календаря, а каким из них пользоваться Дэвину было все равно. Ему хватало того колоссального объема задач, с которым он должен был оперировать и как-то справляться. А дата трагедии, с гибелью огромного числа переселенцев, должна была стать и началом отсчета, и отметкой скорби, и той датой, что должна была стать для всех мерилом успеха и трагедии. Он во время смены орбит и отсутствия звездолета в пределах связи с ним, занялся проверкой оборудования. Дэвин обнаружил в местном складе, хранящийся в упаковках и разобранный ровер, для передвижения по планете. Он был шестиколесным, с массивной кабиной, и не менее массивным и вместительным грузовым отсеком. Дэвин установил метку для роботов, чтобы они после обработки местности приступили к разгрузке грузового отсека и начали собирать для него ровер.
Это был транспорт на всякий случай, если ему надо будет отправляться лично к ближайшему заводу по терраформированию планеты. С поставками ресурсов могли справиться промышленные дроны, чтобы доставить до поселения добытые ресурсы. Пока Дэвин лишь планировал это, а ровер мог позволить сразу доставить их огромную партию. Когда он сможет развернуть техническую станцию по созданию строительных материалов для поселения и обслуживания оборудования, то ему понадобится как раз много ресурсов. От работы, вылазки, съеденного обеда и лекарств, Дэвин сам того не ожидая, провалился в глубокий сон. Сколько он проспал, он не вполне понял, когда его поднял сигнал раннего оповещения о падении объекта в высокие слои атмосферы. Он, протирая глаза, бросился к терминалу и стал читать получаемые данные. В атмосфере терпела бедствие спасательная капсула с возможно находящимся внутри нее человеком. Судя по данным, излишки кислорода сработали как дополнительное топливо, и капсула вошла в плотные слои атмосферы под критическим углом. Дэвин отдал несколько команд для расчета траектории и увидел уведомление, что маяк его жилого модуля стал точкой для посадки капсулы. Место посадки должно было быть в пределах пятнадцати километров от его места нахождения. Дэвин проверил работу роботов и удовлетворенно отметил, что основную часть они уже собрали, и если ехать в рабочем скафандре, то можно сэкономить вес и энергию. Роботы собрали ровер согласно своим инструкциям. Сначала сборка до состояния использования в виде транспорта, лишь потом все остальные системы. Жизнеобеспечения, погрузки, и ресурсной разведки. Также дополнительные возможности, антенна дальней связи, проведение опытов и экспериментов вне поселения.
- Запись в бортовой журнал, - сказал Дэвин, - Капитан О’Райли. Требуется немедленный выход на спасательную операцию! В пределах жилого модуля совершает посадку спасательная капсула со звездолета «Астория-218». Требуется мое участие!
Он отдал приказ с терминала для подготовки ровера к выходу. Роботы должны были прекратить сборку на той, стадии на которой остановились к этому моменту. Он взял с собой тактический планшет в форме куска прозрачного пластика, положив его в специальную наплечную сумку с длинным и широким ремнем. Дополнительно взял с собой спасательный чемоданчик и два огнетушителя, на случай местного пожара. Все это Дэвин перетащил к лифту и отправился в глубины склада, чтобы выбрать себе для похода облегченный скафандр. В него он облачился без помощи технической станции шлюзового отсека. Все вещи он также свободно смог нагрузить на себя и выйти наружу. Рядом с жилым модулем на земле стоял не до конца собранный ровер. Это была платформа с шестью колесами, часть корпуса, сиденье, набор аккумуляторов, и что-то странное и похожее на то, чем управляют. Дэвин сложил вещи на ровер, закрепил огнетушители впереди в гнездах за место осветительных фар. Поправил на себе сумку с планшетом и водрузил чемодан спасателя за сиденьем, попутно привязав его лямкой от сумки к спинке сиденья. На планшет поступали данные о скором падении с неба спасательной капсулы и Дэвин сел в кресло пилота. Он вызвал ориентиры на планшет, взялся за рукоять управления и прижал одну из педалей. Пусть это и был по большей части электрокар, но в целях сохранения памяти поколений, техника носила в себе древние черты забытой эпохи. Это было не сложно технически, это было нужно психологически, чтобы человек выполнял несколько действий, осознавая опасность ведомого агрегата, как для себя, так и для окружающих. Поэтому рука на джойстике, одна нога вроде замыкает сцепление, а вторая дает начало движения.
Он плавно и бесшумно тронулся, поворачивая в сторону, где ему на планшете указывало направление для движения. Если бы ровер был собран, то ему было бы достаточно вставить планшет в панель управления ровером, и активировать голосовое управление и автопилот. Но сейчас он управлял им сам, своими руками. Местность располагала к быстрой езде, чем Дэвин и воспользовался, увеличив скорость. По ровной, местами с холмами местности ровер несся на большой скорости. Дэвин понял, что происходит что-то не так, когда увидел в небе яркий горящий дымовой след. Он гнал в надежде, что сможет успеть туда во время, что окажется на месте посадки и успеет кого-нибудь спасти. Появился он в точке приземления одновременно со спасательной капсулой. Приземления не получилось, был прямой удар об поверхность. Парашют, что раскрылся и тормозные двигатели что сработали, не смогли спасти никого внутри. Парашют почти сразу вспыхнул и исчез, осыпавшись тонкими пепельными хлопьями, а тормозные двигатели только успели развернуть капсулу, и она, вместо того чтобы врезаться в землю, чиркнула по ней и остановилась на месте. Дэвин видел, как она уже горела в полете, вот он, лишний кислород в атмосфере, что делает, пронеслось в его голове вихрем. Осознавая, что ему никого не спасти, он выбил заглушки у одного огнетушителя и резко дал газу на ровере, подъезжая вплотную к пылающей спасательной капсуле и заливая пеной всю поверхность. Второй огнетушитель он схватил руками, и, игнорируя предупреждение ИИ, сам бросился тушить пламя. Сплавы, из которых была сделана спасательная капсула, титан и алюминий, вдруг стали топливом для обширного пожара. Система жизнеобеспечения в таких обстоятельствах превратилась в систему уничтожения и лишения последнего шанса на выживание. Дэвин продолжал тушить пеной, а пена с ровера заливала огонь на земле. Он прекрасно понимал, что никого не смог спасти, но тушил пожар уже из принципа, и ради будущего. Его камера все снимала, и эта ценная информация должна была быть учтена в дальнейшем спасении остальных, кто был еще заперт на орбите в разрушенном звездолете.
Пена иссякла в одном огнетушителе, а потом и в другом. Дэвин стоял и удерживал его в одном направлении, в сторону сгоревшей и частично расплавившейся спасательной капсулы. Ему настойчиво сигналил звук от ИИ в скафандре, и печатались строки предупреждений о сильном стрессе и близости наступления шокового состояния. Дэвин снял блокировку с личного терминала и активировал инъекции антишоковых препаратов. У него была в запасе пара часов, прежде чем он свалится совсем без сил прямо на землю. Он оббежал спасательную капсулу в поисках внешней панели. Ему был нужен доступ к черному ящику, чтобы узнать был ли кто внутри нее. Панель поддалась и Дэвин смог вытащить длинный и узкий предмет. Он старался не стоять долго на одном месте из опасений повредить скафандр продуктами горения, и расплавленными металлами. Внутрь сгоревшей капсулы он старался не смотреть лишний раз. Оставив отметку на это место в планшете, чтобы потом прислать сюда роботов и собрать пену, и засыпать это место курганом, Дэвин снова забрался в ровер. Он развернулся и поехал обратно, придерживая черный ящик рукой. Пришлось в дороге пару раз притормаживать, и сличать пройденный путь с направлением до жилого модуля. Когда вернулся назад, то остановил ровер рядом с жилым модулем, а сам пошел к лифту, где смог вытащить из одной из опор шланг со сжатым воздухом. Дэвин очистил скафандр он остатков пены, пепла и грязи от смеси того и другого. А затем поднялся в жилой модуль, где оставил все лишнее, а с собой забрал только черный ящик. С ним он пошел на мостик, чтобы считать данные, которые записывались на него все последнее время с начала катастрофы и до момента падения на планету.
То, что Дэвин прочитал, повергло его в уныние. В спасательной капсуле находилось три человека, и все они погибли во время спуска. Теперь надо было корректировать план спасения и не надеяться на то, что все капсулы смогут нормально приземлиться. Значит, что надо продолжить усилия по спасению остальных, чтобы все жилые модули были заполнены спящими в анабиозе людьми. Действие препарата заканчивалось, и Дэвин на последних минутах сохраняя бодрость, проговорил:
- Запись в бортовой журнал, - сказал Дэвин, - Капитан О’Райли. Запрашиваю разрешение на включение нейроактивной матрицы для ИИ жилого модуля номер ноль семь. Как капитан звездолета, даю сам себе такое разрешение, в связи с тем, что нахожусь в состоянии шока и в полном одиночестве, что подтверждается работающим сигналом SOS.
Он обошел, терминалы и воспользовался личным ключ-доступом, который ему пришлось забрать из сейфа, почти сразу после посадки. Он должен был открыть скрытую панель бортового автопилота жилого модуля. И там же находился главный терминал для личного общения с ИИ. Дэвин открыл дверь за панелью и пробрался внутрь. Там он смог подтвердить свои полномочия и сразу же набрал строки из пластикового конверта для случай кризисных ситуаций. Для него ситуация стала кризисной довольно давно, а после того, как он увидел как сгорели сразу три человека, а он не смог им никак помочь, его личный кризис только усугубился. Дэвин запустил копирование системы, сделал резервное сохранение эксперимента с отключением сигнала SOS. Последней командой с терминала стал запуск специального протокола, что активировал ИИ жилого модуля. Дэвин сполз с кресла и на последних силах выбрался из отсека. Он смог немного полежать, но потом решил, что ему не стоит, как капитану, валяться на полу мостика, и надо бы приложить все усилия, чтобы добраться до своего кубрика. Когда он добрел туда, то свалился в кровать и сразу отрубился глубоким сном.
Из забытья его вытащил чей-то звонкий голос на вроде вполне понятном языке, который он учил во времена подготовки к полету. Говорила женщина, громким, звонким голосом, больше похожая на девушку. И судя по рифмованному на звук тексту, это было чем-то похожим на стихи, из давно прошедших и забытых эпох:
«…Просыпайся и вставай!
Быстро брюки надевай!
Ждет тебя работа, школа,
Ехать долго в Бирюково!..»
Он понял, о чем идет речь, разозлился. Это были стихи давно умершего человека, а ИИ получив доступ к базам данных по умолчанию, не нашла ничего лучше, как читать их и будить его. Он соскочил с кровати, ударился обо что-то спросонья ногой, а, потом, не удержав равновесия еще и головой. Он одновременно хотел по нужде, хотел спать, и почему-то его еще безумно мучил голод. Дэвин не стал выбирать он сразу громко и четко сказал:
- Говорит капитан О’Райли, отставить побудку ИИ! Объявляю запрет на любое общение вне мостика! Доложить по команде об исполнении!
ИИ замолк, и Дэвин облегченно выдохнул. Он растер рукой отбитую ногу, а потом и потер и голову. Вчерашний день сказался пагубным образом на его физическом и психическом состоянии. Еще и вариант нейроматрицы ИИ оказался портретом взбалмошной девчонки. Этого ему еще не хватало с его уровнем стресса. Он воспользовался душевой кабинкой, где его обрызгало из мелких форсунок одновременно холодной и горячей водой. Потом кабинка наполнилась горячим паром, и давление в ней резко повысилось, а потом вернулось к изначальному. Дэвин перенес несколько таких процедур подряд, и стал чувствовать человеком, который немного оправился от тяжелой ситуации. Завершил помывку скребком, которым он очистил себя от грязи, пота, и всего остального, что было лишним. Дэвин сменил комплект белья, воспользовался чистым комбинезоном, надел носки и натянул обувь. Теперь он был в состоянии что-то соображать, вполне разумным, чтобы не быть подверженным гневу.
Стоило ему зайти на мостик, и пересечь какую-то невидимую грань. Как ИИ снова заговорила тем же голосом, и в том же тоне:
- Капитан на мостике! Всем встать! Смирно! Утреннее приветствие!
- Отставить! – ответил Дэвин, - ИИ, доложить о статусе «Астория-218», доложить о наличии людей на борту жилого модуля номер ноль семь.
- Эх, капитан, никогда не быть тебе адмиралом!
- Отставить юмор! Отключить вообще! Провести глубокий анализ обстановки! Произвести подсчет человеческих потерь! Предоставить данные об объектах в ближнем космосе!
Возникла пауза приоритетов, и ИИ обрабатывал полученный запрос и всю информацию по нему. Дэвин сел в кресло капитана и ждал ответа, одновременно выводя на центральный пост данные о нейроматрице. Он оказался прав. Слепок личности действительно принадлежал молодой девушке. Зачем использовать ее образ для создания ИИ, он не совсем понимал, поэтому стал перелистывать строки с выбором других профилей. Он много отмел сразу. Не хотел эту «девчонку», не та была ситуация сейчас. Совершенно было не до смеха. Не стал брать голос «великовозрастной мадам». И не место было ставить образ любвеобильной пассии, «подружки капитана». Он искал и нашел именно то, что хотел. Образ научного сотрудника, что всегда окажет помощь, и не будет капать на нервы, а вот они у Дэвина уже начали трещать по швам от всего произошедшего и накопленного. Он сменил объект нейроматрицы на новый образ и почти сразу ИИ заговорил:
- Капитан О’Райли, приношу свои извинения! Статус SOS! «Астория-218» не выполнила траекторию занятия орбиты для снижения и сброса жилых модулей. Регистрирую гибель сорока двух человек. Регистрирую данные о пропавших без вести двухсот тридцати семи человек. Данные не полные, требуется стабильная связь с остальными отсеками космического корабля.
- Произведи учет данных с черного ящика, - сказал Дэвин, - Это еще трое, кто сгорел вчера при падении…
Дэвин и сам услышал это впервые. Значит, дежурная смена в полном составе погибла на мостике звездолета и поблизости от него. А это по четыре человека в смене. Остальными были пассажиры и колонисты из центрального отсека, который больше всего пострадал от столкновения. Из них же складывалось и число пропавших без вести.
- Капитан О’Райли? Вы можете встать и пройти медицинское сканирование? Ваше физическое состояние вызывает у меня опасения?
- Да, конечно, - ответил Дэвин и встал под сканер ИИ на мостике.
- Регистрирую начальную стадию истощения и обезвоживания. Высокий уровень стресса, и последствия приема антишоковых препаратов. Наблюдаю сбой в системе кровоснабжения и обмене веществ. Капитан О’Райли! Вам немедленно надо явиться в медицинский отсек!
- Ничего, справлюсь! – ответил Дэвин, - Это последствия приема препаратов по росту мышечной массы и переводу организма на усиленное снабжение кислородом. Уровень стресса снизится сам собой, это реакция на то, что произошло вчера во время попытки спасательной миссии. А вот единственное что меня беспокоит, так это жуткий голод!
- Не ждите приступа голодного обморока! Идите и поешьте!
Такой ИИ был Дэвину по душе. Он поднялся и пошел на завтрак. Но вот только съеденная им порция никак его не насытила. Дэвин заказал повторную порцию, которую для него подтвердила ИИ, как компенсацию в связи с истощением от состояния стресса. Но два съеденная вторая порция никак не помогла насытиться. Дэвин пошел в медицинский отсек и сдал там анализы крови. Было необыкновенным, но его уровень сахара в крови не повысился от двойного завтрака. А, судя по выписке по препаратам для роста мышечной массы, это было как раз их влияние на его голод. Дэвин пользуясь исключительными правами капитана, открыл и снял с блокировок отсек биолога. Он активировал в нем выращивание насекомых, как источник для себя белков, в надежде, что хоть это ему поможет в насыщении пищей. Одновременно с этим он внес, дополнительные команды по уходу за первым урожаем растений, чтобы их накапливали в качестве пищи для насекомых. На мостик он вернулся, ощущая легкий голод, но, тем не менее, надо было продолжать работать дальше. Начать Дэвин решил с возможно незначительной мелочи, но для него это было важно, и он заговорил с ИИ:
- Есть ли у тебя специальное имя от образа в нейроматрице, для человеческого общения? Более подходящее для данной ситуации?
- Конечно, капитан О’Райли, есть такое имя. Это Мэри-Энн, если вам такое будет угодно. Вы находитесь в опасном положении. Одиночество для вас, опасный спутник, и не товарищ и не друг!
- Тогда, Мэри-Энн, приступай к обработке данных! – сказал Дэвин, - Если что-то мы упустили в первые дни, то тебе, благодаря возможности самообучения, надо отыскать все что я мог пропустить, и что можно использовать для спасения людей на орбите. Спутники связи должны занять свои позиции, для постоянного контроля. Установи связь со всеми отсеками и с центральным компьютером «Астории-218». Проверь доступные сценарии, которые я внес базу данных, и мог что-то не заметить.
В итоге он смог получить небольшую передышку и заняться текущими делами, а ИИ был загружен работой по спасению остальных людей, и каждый последующий день был посвящен этой цели. Дэвин руководил тем, чем он должен был заниматься после приземления, строительством поселения рядом с жилым модулем. Часть работы могли выполнять роботы, а другая часть работы, могла быть сделала только руками человека. Дэвин собирал оборудование и сам лично прокладывал шахты и тоннели под землей. Организовывал поставки с ближайшего завода терраформирования планеты специальных материалов. Когда с этим справлялись дроны, а иногда ему приходилось самому лично ездить туда и забирать поставку сырья для своего поселения. Завод, к которому он ездил, впечатлял и поражал своими размерами. Он, в плохую погоду и низкую облачность, полностью скрывался в облаках. Судя по отметкам на его корпусе, и под землю он тоже ушел на приличную глубину в половину своей длины. За прошедшие с приземления годы, огнеупорные пластины по всей его поверхности начали отваливаться, выработав свой ресурс, и выполнив главные задачи. Первая защищать станцию по изменению климата и завод по терраформированию планеты. А вторая была, сохранить все это во время приземления от агрессивного воздействия атмосферного тепла и занятия позиции для работы.
Все они стартовали друг за другом, через каждые четыре месяца, и почти через такой же промежуток времени, они свалились на эту планету и вонзились в ее недра. Они выделяли газы из горных пород, создавали из них резервы к прилету людей. Выбрасывали в атмосферу газы, такие как метан и аммиак, чтобы увеличить парниковый эффект. Тот, к которому ездил Дэвин не был первым, что прилетел сюда на планету Тейсти и приземлился. Который был первым, находился в другом месте, и смог доразведать то, что не было известно людям на Земле. Он успел сделать поверхностное сканирование планеты и заглянул в ее ближайшие недра, до которых могли бы добраться остальные автоматические станции по изменению атмосферы и заводы по терраформированию. Но научный отсек с телескопами, сканерами, и другим оборудованием был отстрелен при посадке и он где-то должен был приземлиться в автоматическом режиме. Он хранил на носителях информации все данные, что получил, частично успев поделиться ими с остальными технологическими судами, что потом выбирали для себя места для самой эффективной посадки на планету. А единственное, что сделали все они, во время посадки на планету, так это распылили в верхних слоях атмосферы миллионы тонн дистиллированной воды с находящимися в ней частицами наноразмерного золота и платины. Снизив этим действием посадочную массу и избавившись от вторичного компонента от работы двигателей. Это и стало отправной точкой, чтобы половина планеты не была большим замороженным гигантом, а постепенно превратилась в новый дом для очередной ветви человечества.
От Начала
Дэвин открыл глаза, но не спешил вставать. Ему хотелось полежать в спокойном состоянии. Сегодня был именно тот день, которого он ждал долгие годы. А он лежал и смотрел в выгоревший от времени и потоков искусственного освещения потолок свода кубрика, и вспоминал, чего все это ему стоило. То, что прошло много времени, его по настоящему никак не беспокоило. Это была разумная жертва, которую он принес, как бы пафосно это не звучало, на алтарь человечества. Кроме времени, он претерпел еще и значительное изменение облика, и вот сейчас он лежал и думал, как к нему отнесутся те люди, ради которых он пошел на все эти жертвы. А начиналось все с малого, с постоянного чувства голода, с постоянного огня внутри его тела, пылающих легких. Тогда прошло около года, прежде чем он заметил изменения. Даже автодоктор не смог заметить этих изменений, а он сам обнаружил в какой-то незначительный момент, что ему в одночасье стала мала вся имеющаяся одежда и обувь. Он сразу прошел полное обследование и даже сам не ожидал полученных результатов. Препараты, которые он принимал для роста мышечной массы, увеличения слоя подкожного жира, и для более качественного переноса кислорода гемоглобином крови, все они оказали свое долговременное влияние на его организм. Как начальный результат он стал увеличиваться в росте, у него расширилась грудная клетка. По отношению к общей массе тела, у него немного возрос процент жировой ткани, которая стала образовываться на всех участках под кожей. Анализы крови, что он сдавал год за годом, их результаты и все изменения постоянно записывались и сохранялись на будущее. Результатом приема препаратов стало увеличение в несколько раз количества эритроцитов, и как следствие Дэвин получил поистине нечеловеческую выносливость.
Он сел на койке, свесив ноги вниз, чтобы они свободно качались. Это было единственное место в его кубрике, где он мог находиться в спокойном и расслабленном состоянии, не упираясь и не врезаясь в стены и в предметы обихода. Весь антураж помещения был создан им самим из особо прочных материалов, что могли выдержать его нагрузку или вес. А все из-за того, что он за несколько лет вырос на сорок сантиметров, и набрал вес, доходящий до ста тридцати килограмм. Из кусков технического швеллера он сварил плазменным аппаратом себе стул, и собрал на замену столу из пластика, стол из металла. Он не спал на нижней койке, он забирался на техническую антресоль, где мог вытянуть свои ноги во всю длину, и спать достаточно комфортно, опираясь на прочное металлическое покрытие. И там он увеличил ее протяженность, приварив куски к ней и таким образом, доработав под себя. Правда, ему понадобилось расстелить там для сна сразу два пенополиуретановых надувных матраса. Дэвин спустился на пол, переминаясь с ноги на ногу. Он сделал несколько упражнений больше по привычке, чем по необходимости. Дэвин посмотрел на свои руки, потом на голые ступни, что опирались на пол. За прошедшее время даже его кожа значительно изменилась. Начав с поедания насекомых, как самого доступного в начале источника белка, он смог с течением времени полностью использовать получаемый ресурс. А его организм стал формировать слои хитина в кожных покровах, для защиты от излучений местных звезд. Дэвин и сам не вполне понимал того, что с ним тогда происходило, но за долгое время наблюдения за погодой, астрономическими явлениями, и двумя светилами этой звездной системы, он выяснил, что в определенное время, он сам, планета и все живое на ней попадало под источник гамма-излучения от DB7 Тейсти Бета. Потоки излучений двух светил встречались в одном участке, попадали в атмосферу и служили причиной защиты организма на это остаточное и слабое облучение.
Физические возможности организма Дэвина поражали его самого. С тех первых выходов на поверхность в обычной одежде прошло очень много времени, а когда его тело стало изменяться, то любая работа для него вне жилого модуля была словно прогулка. Он мог поднимать руками огромные предметы и тяжести без каких-либо проблем для себя, и здесь даже слегка пониженная гравитация была ни причем. Он обладал огромной физической силой. А ради эксперимента, который потом пришлось повторить на запись для медицинского отсека, продемонстрировать, как он на беговой дорожке пробежал тридцать пять километров, туда и обратно. Причем босиком, без обуви, которой у него больше не было, из-за огромных ступней, и не получил повреждений от бега, ни отравления кислородом, и не испытывал никакой усталости. Теперь он понимал, что проведение экспериментов с огромным участием людей, должно было растянуть во времени эти изменения облика испытуемых, а потом и всех остальных жителей, возможно в течение всей жизни первого поколения. А он смог в одиночку перенести на себе все это, что ему выпало, и создал огромный архив готовых данных, которые теперь придется изучать годами и десятилетиями, миновав все стадии совершения ошибок, неправильных выборов действий и наблюдений.
- Капитан О’Райли, с добрым утром вас! – раздался голос Мэри-Энн.
- Да, спасибо! И тебя также! – ответил Дэвин, - Мы с тобой готовы начинать? Или же стоит провести дополнительные проверки?
- Капитан, все проверено, и не один раз. Я в готовности отправить сигнал на начало операции по возвращению с орбиты всех колонистов на поверхность планеты. Обратный отсчет давно начат и нет причин его отменять. У нас все получится.
- Доложишь обо всех принятых мерах по спасению? – сказал Дэвин.
Искусственный Интеллект жилого модуля Мэри-Энн начала доклад:
- Количество колонистов распределено равномерно по оставшимся жилым модулям, что были признаны безопасными для использования по их предназначению. Остаточный вес зарезервирован до базовой взлетной массы дополнительным оборудованием и грузами. Установлена и постоянно поддерживается связь с челноками из грузового отсека. Они получат сигнал на запуск после стартов жилых модулей и приземлятся в расчетной точке неподалеку от вас. Основная часть роботов-ремонтников отправлена в них с наиболее дорогим и ценным имуществом. Жилой модуль с номером «ноль десять», получивший повреждения, и прошедший ремонт, будет использован для спуска на планету оставшихся дронов и ремонтных роботов с «Астории-218». Рассчитаны орбиты снижения на планету с минимальным использованием тормозных двигателей, с учетом нахождения в атмосфере излишков кислорода. Изменены места для посадки с учетом ваших рекомендаций, и погодных условий от первоначального плана высадки на планету.
- Спасибо, Мэри-Энн, за доклад, - сказал Дэвин, - А что со списком тех, кого я должен вывести из анабиоза и разбудить в первую очередь?
- Все согласно протокола действий. Спустя час вам надо выдвигаться в район места посадки. Возьмете мою копию для установки в жилом модуле номер ноль пять. Наладите связь и поднимитесь на борт в качестве капитана и спасателя. Как окажетесь на корабле, то там начнем поиски специалистов. Загрузка спасательных капсул производилась в том порядке, какой выбирали роботы. Мне известны только кодифицированные номера личных капсул. Но вам придется задержаться там, и активировать в медицинском отсеке карантин для разбуженных.
- Мэри-Энн, а что с моим внешним видом? – спросил Дэвин, - Не хочу пугать никого раньше времени. Готовы ли моя одежда и обувь для встречи колонистов? А то в исподнем и босиком, капитану не пристало встречать новых жителей?
- Да, все готово, капитан. Из технической ткани за ночь смогли сшить для вас комбинезон и обувь. Знаки отличия будут вышиты, и эта форма самого большого размера из всего, что можно было создать.
- Спасибо, Мэри-Энн, пойду и проверю, - ответил Дэвин, - А ты пока отслеживай перемещение звездолета «Астория-218», чтобы не возникло нештатных ситуаций при отстыковке жилых модулей.
Дэвин отправился в новую мастерскую, где находился технический стенд для изготовления различных изделий. С помощью роботов, дальномера и подручных средств, все скопом смогли изготовить что-то напоминающее одежду для него. Обувь была больше похожа на мокасины, древних людей, с приклеенной на подошву куском грубо обработанного пластика с покрытием из слоев резины. Но Дэвин смог облачиться в нее, и натянул на свои ноги обувь, которую не носил годами. Ему было в ней не удобно, поэтому он остался только в новом комбинезоне, а новую пару обуви убрал в наплечную сумку, с которой собирался ехать в район будущей посадки жилого модуля. Пока было время до отправления, он проверил уровень зарядки энергии в аккумуляторах ровера. Потом воспользовался дополнительной расширенной инструкцией по выводу из анабиоза людей, превысивших сроки нахождения во сне, скопировав на свой личный терминал и тактический планшет, который брал с собой в дорогу. Он должен был отыскать в приземляющемся жилом модуле специалиста по обращению со спасательными капсулами, или человека с медицинским образованием, либо кого-то, кто мог заниматься выращиванием и вынашиванием людей, на крайний случай, тогда любого биоинженера по работе с животными и растениями. В их базовую подготовку входило знание устройства спасательных капсул, и пусть именно такой первый разбуженный человек и выводит из анабиоза всех остальных.
Судя по разработанному плану, и, причем не в кратчайшие сроки, Дэвин и помогающая ему в работе Мэри-Энн, рассчитали все точно. Весь период спасения людей с орбиты, выхода их из анабиоза, и вывод людей на самостоятельное проживание, они рассчитали примерно на полгода вперед. Возможно чуть дольше. Первые четверо суток должны были стать и самыми тяжелыми для него. Семь жилых модулей приземлялись в этот временной промежуток. Восьмой, при условии того, что он выдержит перегрузки во время захода на посадку, должен был доставить сюда материалы и грузы, к месту, где находился его жилой модуль с номером «ноль семь». Он включил ближайший терминал и проверил схему распределения мест посадки. По штатному расписанию, он знал, что жилые модули, полностью загруженные капсулами с людьми внутри них, должны были приземлиться в районах экватора планеты по всей его протяженности. Но после катастрофы, утраты части экипажа, колонистов и пассажиров, этот план он сразу поменял, как утративший смысл и актуальность, и Мэри-Энн, как ИИ полностью его поддержала. Человеческий ресурс из-за катастрофы значительно сократился, а вот материальная база осталась на прежнем уровне из расчетов и соотношения запасов ресурсов к количеству спасенных людей. Все места для посадки были выбраны на расстоянии от шестидесяти до семидесяти километров от жилого модуля Дэвина. Существовал запас по отметкам мест, что подходили для основания поселений. По разведанной карте получался эллипс размерами сто километров с севера на юг, и двести пятьдесят километров с запада на восток под компактное расположение всех колонистов. На тот случай, чтобы оказать любую помощь в любой другой ситуации. Но Дэвин предполагал, что им все равно придется расселяться на большей территории, чтобы иметь в виду угрозы падения на планету объектов из космоса. А за прошедшие годы он не раз становился свидетелем падения различных тел. Когда это были выбитые с орбиты фрагменты кольцевой структуры, когда-то куски от разрушенного звездолета, иногда выброшенные части от него, которые не смогли удержать ремонтные роботы, выполняющие спасательные мероприятия по восстановлению оборудования.
Пришло время воспользоваться тем самым Протоколом, который он смог найти в первые дни. Режим отмены сигнала SOS и отправка сигнала на успешное создание поселения. Только Мэри-Энн уже воспользовалась и развернула дублирующие антенны в сторону от Млечного Пути. За столь огромный промежуток времени роботам получилось выполнить невообразимый объем работ, чтобы привести остатки разрушенного звездолета в такое состояние, при котором он еще мог бы выполнить свою главную функцию. Доставка в новый мир переселенцев. Они почитали так, ну ушел сигнал SOS и ушел, оправленный ими в первые дни. Теперь, для спасения остальных можно было управлять оборудованием как им угодно. Все равно основная задача оставалась прежней, как можно больше спасти колонистов. Дэвин собирал вещи, что понадобятся ему в работе. Он выносил предметы через лифт, а когда пришлось забирать припасы еды и копию ИИ Мэри-Энн, то он воспользовался одним из экстренных выходов, что давно был оборудован им снаружи, при помощи постройки внешнего шлюза и обычной лестницы. Дэвин перенес все в ровер и убедился, что успевает. Он посмотрел на тактическом планшете текущее время и заговорил с ИИ:
- Мэри-Энн? Слышишь меня? Я решил выезжать прямо сейчас. На автопилоте выйду в район посадки и останусь ждать модуль там!
- Капитан О’Райли, принято! Запас по времени незначителен! Корректируйте его расход во время движения! – ответила Мэри-Энн.
Дэвин проверил работу систем ровера, установил тактический планшет в приборную панель и провел синхронизацию. Он проложил маршрут и отдал команду на выдвижение. Ровер медленно тронулся с места и тихо поехал по хорошо видимой тропе, что сформировалась за долгие годы от поездок. Мелкие камни, грунт и песчаные образования, размолотые колесами в белую пыль, выделялись среди остального пейзажа ровными линиями, ведущими в разные направления. Дэвин вывел карту на планшет и смотрел, как по ней двигается точка в район предполагаемой посадки. Спутниковая группировка давно провела сканирование поверхности всей планеты, и приполярных областей в том числе. У них ушло время, чтобы переслать все эти обновленные данные на остальные жилые модули, несмотря на все еще действующий сигнал SOS. С его отменой, жилые модули должны в автоматическом режиме обработать новую информацию по навигации и принять выгодные места для посадки.
Захрипел помехами внутренний динамик ровера, и это было одним из сигналов, что в верхних слоях атмосферы проходят на посадку жилые модули. Дэвин изменил частоту приема сигналов, чтобы лучше отслеживать по этим помехам и возмущениям в радиоэфире их прохождение по сложной орбите снижения и посадке. Это также означало, что когда он прибудет в предполагаемый район, то там, с наибольшей вероятностью сможет быстрее отреагировать и найти жилой модуль. Пока работают посадочные двигатели, пока не закончат свою работу по коррекции приземления тормозные ускорители, то спутникам будет, почти невозможно будет наблюдать за жилыми модулями из-за тепловой засветки. Но он будет ждать их на земле и сможет сразу приступить к работе. Бортовой компьютер выбрал место для наблюдения и направил ровер на высокий холм в границах квадрата ожидания. Дэвин развернулся на кресле внутрь ровера и дотянулся до транспортного ящика, в который он заготовил для себя еды. Как показал личный опыт, он мог, есть что угодно, но термопластичные кубики до попадания в ультраволновую пищевую станцию, живьем есть, не пытался. А вот то, что он выращивал на гидропонных фермах, или в уличных теплицах, он спокойно мог, есть и не испытывал дискомфорта. Листья, стебли, а вот сухая солома у него никак не жевалась, и ее приходилось отдавать на корм насекомым. Дэвину что-то показалось снаружи отблеском в фонаре кабины ровера, он развернулся, посмотрел на раскинувшийся пейзаж и, судя по идущим нескончаемым помехам из динамика, посчитал, что это был отблеск от одного из жилых модулей, что с ревом, шумом и огнем входят в атмосферу. С собой у него был собственноручно приготовленный хлеб, к нему полагались свежие овощи в кислом рассоле, и огромная банка с зажаренными насекомыми в собственном соку и жиру. Он уже привык к такой диете, которая хоть как-то позволяла ему насытиться. Минимум пару килограмм пищи в день, а иногда, в зависимости от работы и вдвое, и втрое больше, давали Дэвину насыщение в течение суток. А во времена постоянной изматывающей умственной работы, он только и делал что ел, для сохранения своей высокой работоспособности.
Плотный хлеб, испеченный с добавлением не до конца перемолотых зерен. С наличием высушенного протеина насекомых, хлеб, испеченный без закваски, все равно получался пышным, благодаря протеканию реакций в приготовленном тесте. Термически обработанный кочан капусты, немного зелени, все это по очереди он тщательно пережевывал и наблюдал за окном фонаря отличный вид. Словно бы он приехал на пикник, а не по работе, что растянется для него на сутки. Не просто на сутки, а множество дней, чтобы как можно быстрее выводить людей из криосостояния, или сна анабиоза. С Мэри-Энн они давно спорили, стараясь получить единое мнение, как долго могут находиться люди в криокамерах и капсулах анабиоза. А так же, как на них всех повлияет увеличение срока нахождения в этих особых условиях. Он был специалистом в другой области, по части работы жилого модуля и строительства поселения, работы с оборудованием для строительства и других сопутствующих систем. ИИ Мэри-Энн не могла принимать решения, которые каким-то образом могли повлиять на состояние людей. Но по вопросам вывода из подобных состояний она консультировала Дэвина, и, причем он, изучая отдельные инструкции, сам повышал свой уровень знаний в подобных областях. Дэвин вдруг замер, наткнувшись на слежавшиеся листья, стебли и пропущенные корешки у зелени. Он давно привык и не стал изображать из себя привередливого гурмана, и быстро сжевал и проглотил все остатки. Он не брал с собой тару под отходы, так что насекомые на базе остались без добавки к обеду, или к ужину, он сам все съел. Закончив с едой, Дэвин вернулся к наблюдению, и вместе с ним, из динамика пропали звуки помех. Это было признаком того, что время посадки приближается.
Откуда-то с высоты до него стал доноситься рев двигателей. Это заходил на посадку жилой модуль. Он с грохотом пролетел со стороны и ушел далеко вперед. Радар ровера засек параметры пролетевшего объекта, и отправил их на обработку, на основную базу Дэвина. Бортовой компьютер ровера вывел предварительные сведения, проложив маршрут до места посадки. Дэвин отдал команду на движение с джойстика и ровер покатился под уклон холма, самостоятельно доворачивая в нужном направлении. На тактическом планшете отображалась точка, как нужное ему место, а на общей карте, сквозь помехи, облака пыли и тепловую засветку, все точнее вырисовывалось и само место посадки. С каждым проходом данных со спутника и после их обработки на базе в главном компьютере Мэри-Энн. Ровер продолжал ехать до тех пор, пока Дэвин не увидел новый очередной жилой модуль. Он уже и отвык от того, как он выглядит со стороны, и насколько огромного размера. На несколько этажей, почти на две сотни метров вверх, возвышался корабль, с отходящими в разные стороны, на сотни метров, отсеками жилого модуля. Для Дэвина вдруг стало непривычно находиться с таким объектом, он за годы привык к своему модулю, и уже не воспринимал его размеры, а они вообще увеличились с момента посадки вдвое, из-за использования им технологий по увеличению внутреннего пространства объектов, путем расхождения прочного корпуса в стороны. Он смотрел на находящийся перед ним объект в клубах дыма и пара, кругом раскалывались на куски, остывающие камни, а двигатели постепенно остывая, сбрасывали остаточное давление и газы от прекращения работы. Дэвин выждал короткий период и направился к центральному отсеку. Он забрал с собой ключ-допуск капитана жилого модуля номер «ноль семь», чтобы использовать его для входа внутрь. В рюкзаке за спиной у него был съемный блок памяти с копией Мэри-Энн, для установки на мостике. Это позволило бы загрузить весь массив данных, полученных Дэвином за последние годы и стабилизировать управление системами, не полагаясь на чистый местный ИИ нового жилого модуля с базовыми настройками.
Лифт центрального отсека отреагировал на появление рядом с ним знакомого набора характеристик. Сверху спустилась панель для ввода личных кодов и подтверждения доступа. Дэвин считал коды доступа и активировал спуск лифта. Он поставил несколько предметов на платформу лифта, принесенных с собой и вернулся к роверу за продовольствием для себя. Он мог бы использовать продукты из этого жилого модуля, но все-таки их стоило оставить для разбуженных людей, прилетевших в этом корабле. С грузом вещей он поднялся в шлюзовой отсек, и от увиденного там, ему даже стало плохо. Дэвин встал на месте не в силах сделать лишний шаг. Его распоряжение о заполнении всех жилых модулей дополнительными грузами, вылился в то, что все пространство шлюзового отсека оказалось, заполнено огромным количеством грузов, упаковками, и транспортными контейнерами. Во всех направлениях, в коридорах, к стенам, и во все свободные места под потолком, были распиханы ящики, мешки, и даже просто любые предметы. Роботы выполняли распоряжение с исключительной педантичностью, собрав в погибающем звездолете все, что хоть представляло хоть какую-то ценность для колонистов. Для Дэвина стало испытанием проделать первые полсотни шагов внутри жилого модуля, пробиваясь в центральный отсек на мостик, сквозь эти нагромождения. И главной проблемой для него стал его рост и размер. Роботы оставили столько места в коридорах, чтобы тут смог пройти обычный человек стандартного размера и веса, примерно метр семьдесят ростом и шестьдесят пять килограммов весом. Дэвин просто пробивался со своим ростом в два метра двадцать сантиметров, а про его вес вообще-то и говорить не стоило. И при этом он еще держал впереди себя на руках блок памяти, чтобы активировать его на мостике, а все остальное он благоразумно оставил в шлюзовом отсеке за спиной.
Он не уставал так, как уже вымотался сейчас, даже проработав двое суток подряд с ультразвуковым плас-резаком в руках под землей, вырезая тоннели под заглубленное поселение. На мостик он буквально ввалился и упал на металлическое покрытие пола, тяжело дыша. Дэвин заставил себя встать и начать работать. Он активировал рабочие панели терминалов при помощи своего ключ-доступа и стал вытаскивать дополнительные разъемы для подключения блока памяти. Запись в бортовой компьютер началась и Дэвин с трудом смог поместиться в кресло оператора связи. Он привычно стал запускать системы жилого модуля, поднимать антенны для связи, и открывать внешнюю оболочку корпуса над центральным постом, открывая вид светлого серого неба.
- Капитан О’Райли? Неужели это вы? А это я, Мэри-Энн! Вернее моя копия для данного жилого модуля! – донеслось до Дэвина из компьютера.
- Да, Мэри-Энн, я тоже здесь, - сказал Дэвин, - Дай мне время, немного отдышаться, я ужасно вымотался, пока сюда пробирался через все отсеки, эти коридоры, и лестницы! Это сущий кошмар, с моими размерами. Все свободное пространство забито грузами и оборудованием, и стандартным образом никак не пройти.
Мэри-Энн начала перечислять выполняемые ею команды и постепенно устанавливая долгосрочные задачи для облегчения работы:
- Понимаю вас! Вношу коррективы! Запускаю роботов и дроны! Даю команду для освобождения грузового отсека! Запускаю сборку ровера! Даю команду на возведение оборудования для наблюдения за погодными явлениями. Все лишнее из важных коридоров будет отправлено в освободившийся грузовой отсек. Вношу дополнения на съемный блок памяти, для повторения на другом жилом модуле.
- Что у нас с криогенными камерами и капсулами для анабиоза на этом жилом модуле? – спросил Дэвин, - Проведи полный учет всех, кто находится здесь, и сверь с теми данными, что получали мы ранее с орбиты из разрушенного звездолета? Надо исключить любую малейшую ошибку, а также выяснить, есть ли угроза жизни и здоровью людям в спасательных капсулах?
- Уже провожу данный учет! – ответила Мэри-Энн, - Капитан О’Райли! Занимаюсь этим с момента моей активации здесь!
- Тогда проведи диагностику систем медицинского отсека! – сказал Дэвин, - Готовь изолятор под карантин! Проверь запасы и состояние продовольствия! Заблокируй абсолютно весь доступ из медицинского отсека к системам жилого модуля!
- Капитан О’Райли, а для чего нужна последняя команда? – и в голосе Искусственного Интеллекта Мэри-Энн прозвучало беспокойство и интерес.
- А ты сама не догадываешься, Мэри-Энн? – спросил Дэвин.
Возникла пауза в общении человека и нейроматрицы ИИ.
- Дэвин? – назвала она его по имени, что было крайне редко и только в самые опасные и важные ситуации, - Ты переживаешь из-за своего нового облика, ведь так? Не стоит, ты все равно остаешься человеком, пусть и немного изменившимся под условия этой планеты. Другого не дано, поверь!
- Мозгами, я это сам понимаю! – ответил Дэвин, - А вот сердцем, нет! Спустя столько лет, предстать перед другими людьми? Не знаю…
- Зарегистрировано идиоматическое выражение человека, не свойственное и противоречащее физическим основам их существования, и граничащее с психологическими отношениями внутри группы индивидов. Анализирую для полного понимания… Капитан О’Райли, оставьте тревоги! Продолжайте делать то, что делаете!
- Спасибо тебе, Мэри-Энн! Без тебя бы я давно сошел с ума от одиночества! – сказал Дэвин и похлопал приборные панели, - Продолжаем! Ты смогла найти объект, который может занять мое место здесь, и затем сможет разбудить остальных?
- Капитан О’Райли, есть такой объект! Вывожу данные на экран!
Дэвин внимательно смотрел на появляющиеся строки с данными, он читал их и больше понимал, что многое ему не было известно долгие годы. Среди погибших и числящихся пропавшими без вести было огромное число специалистов. Нужных в первую очередь для этой работы, как никто другой среди остальных пассажиров. А на жилые модули штатно предназначались целые команды людей, что будут дополнять друг друга на поверхности. А после катастрофы, ему было не до мелочей, куда и кого направить. Надо было укрыть всех в жилых модулях, чтобы сохранить им жизни, на тот случай, если бы звездолет продолжил разрушаться дальше. А самое страшное, пропала бы связь и энергопитание спасательных капсул. Проснуться и быть запертым внутри спасательной капсулы, без надежды на спасение, и быть обреченным на смерть от удушья, голода или нехватки воды? Это был кошмар для многих, кто соглашался на переселение на другие планеты, и все отчетливо понимали, что такое может случиться с ними, или с кем-то рядом. Дэвину теперь приходилось выбирать кандидатов из тех людей, кто хотя бы проходил подготовку по смежным специальностям. Все штатные расписания пошли прахом, а он сидел и смотрел в монитор.
- Патрисия Джей Девенпорт, - прочитал Дэвин первое имя в списке из нескольких строк, - А второе имя нельзя, что ли было полностью написать? Почему вдруг сокращение до «джей?» Так, ладно! Специалист по контролю рождаемости и обслуживанию оборудования для выращивания людей! Я не понял? Мэри-Энн? Кто это такая? Что она делает? Или должна делать?
- Капитан О’Райли, это важный специалист! На нее возлагаются задачи по организации расширения колонии, путем использования готовых эмбрионов человека и подсаживания их для последующего вынашивания и рождения у любой женщины поселения!
- А вот как ты мне рассказала, нельзя было сразу написать в разделе профессия и род деятельности? – сказал с возмущением Дэвин, понимая, что он что-то в своем самообразовании за прошедшие годы упустил.
- Капитан О’Райли, мне пропустить объект к другой очередности?
- Нет, не надо! Пусть она будет первой! – ответил Дэвин, - Кто лучше нее позаботиться о выводе из анабиоза других колонистов, пассажиров, и членов экипажа.
- Начата транспортировка спасательной капсулы! Защитная оболочка деактивирована! Защитная оболочка демонтирована! Капсула для анабиоза транспортируется в медицинский отсек! Капитан О’Райли? А вы чего ждете? Идите туда немедленно! А если там потребуется срочное медицинское вмешательство? Кто отдаст команду на лечение?
Дэвин мгновенно вспотел и почти побежал, спотыкаясь об предметы в коридорах. Он добрался до медицинского отсека и увидел, как огромная лапа манипулятора самостоятельно открывала крышку камеры для анабиоза. Как она подхватила лежащую внутри человеческую фигуру и перенесла ее койку. Дэвин отвернулся и не стал смотреть, как происходит основная процедура пробуждения. Автодоктор должен был сделать несколько уколов и провести сканирование, и первоначальный медосмотр. Дэвин встал и нажал под оконной панелью несколько клавиш, который опускали внутри разделительного стекла плотное жалюзи, целиком блокируя медицинский отсек от просмотра снаружи. Он сидел в кресле, которое подходило ему по размеру и вообще существовало для того, чтобы служить местом отдыха. Судя по окончанию шума внутри медицинского блока, все завершилось. Дэвин прочитал сообщение медицинской станции, что объект проснется в течение четырех или шести часов. Карантин объявлялся на семьдесят два часа, просто на всякий случай, по стандартным инструкциям. Не следовать им, оснований у Дэвина не было, как и сознательно нарушать их тоже.
Он прекрасно понимал, какими проблемами может выйти одновременный подъем и вывод из анабиоза огромного числа людей. Даже растянутый по времени выход из криокапсул долговременного сна для межзвездного перелета, тоже бы добавил проблем. Вот и посадка модулей, в четыре дня, и шесть месяцев на всех колонистов, были не просто так. Все упиралось в то количество еды, что была готова к употреблению. Он сам за годы смог создать огромный резерв продовольствия, выращивая для себя пищу с запасом, и убирая ее излишки на долговременное хранение. Его жилой модуль был пуст, и его свободные площади он использовал на полную. Кроме этого и подземные участки стабильно приносили продукты, в виде нескольких штаммов медицинских плесеней, а для своего личного питания он выделял белки растительного происхождения из грибов. В наружных теплицах он выращивал различные сельскохозяйственные растения для экспериментов, но с их завершением стал выращивать злаковые культуры, готовый урожай которых всегда отравлял на вакуумное хранение про запас. А по его информации, которую он получил буквально на днях, разбудить предстояло всего чуть меньше шестисот человек. Он просто не смог получить всю исчерпывающую информацию, как и Мэри-Энн от остатков разрушенного звездолета, по причине разрушения многих его отсеков. И не все спасательные капсулы могли содержать внутри спящих людей, по каким-то причинам или сбоям в работе программного обеспечения с самого начала катастрофы. Пока Дэвин читал строки на мониторе, пока думал и вспоминал всякое и разное, он не заметил, как вдруг уснул, сидя в этом шикарном кресле для размеренного отдыха. И спал он, пока его не разбудил чей-то красивый и мелодичный голос, доносящийся из интеркома для переговоров с медотсеком.
- Эй! Есть кто-нибудь снаружи? Почему я одна? Эй? Почему закрыто смотровое окошко? Да есть хоть кто-то рядом? - говорила женщина.
- Да есть! Простите, я уснул! – ответил Дэвин четырхаясь по себя.
- Что? Вы уснули на посту? – удивилась женщина, - Да кто вы вообще такой? И почему спите на посту у медицинского отсека?
- Ну, уснул и уснул, чего такого? – ответил Дэвин, - Работы было у меня много! Вы себя как чувствуете после выхода из анабиоза? Надо что-нибудь? Хотите есть, или пить?
- Да какое вам дело как я себя чувствую? – срываясь на крик, говорила женщина, - Какое вам дело хочу ли я есть или пить! Немедленно поднимите жалюзи! Кто вы, черт возьми, такой?
- Капитан О’Райли, осторожнее! Я регистрирую, что у пациента негативные изменения в уровне стресса! – вмешалась в разговор Мэри-Энн.
- Что? Капитан О’Райли? Ничего не понимаю! – потрясенно произнесла женщина за стеклом, - А зачем там дежурит капитан? И почему он спит на посту? А ну отвечайте мне, пока я не начала крушить тут все!
- Ну ладно! Эй, Патрисия, как тебя там Джей, Девенпорт! – крикнул Дэвин, - Только не надо ничего крушить! Сейчас открою защитный экран.
Дэвин встал с кресла и подошел к стеклу, разделяющему медицинский отсек и комнату для наблюдения. Он нажал кнопку, и жалюзи стали медленно подниматься, демонстрируя Дэвину обычную женщину в больничной одежде, а женщине Дэвина, который сделал пару шагов назад, отступая. У женщины, стоило ей увидеть Дэвина, полезли глаза на лоб, и они становились огромными, какими быть не должны у обыкновенного человека. Она тоже попятилась назад и замерла на месте с открытым ртом.
- Да что у вас тут происходит? – смогла проговорить женщина, - Что с вами произошло? Погодите! Это же действие препаратов для роста мышечной ткани? Так! Стоп! А сколько времени прошло, если вы поменяли свой облик для этой планеты? А почему меня разбудили только сейчас?
- Вы успокоитесь, или нет, мисс Девенпорт? – сказал Дэвин, проявляя недовольство, - Мне шарахнуть вас разрядом тока, или вколоть вам сильное успокоительное? Сядьте! Немедленно!
Женщина послушно быстро села на один из стульев, проявляя верх благоразумия и замолчав в ожидании ответов от Дэвина. А он, сидя в кресле, и выждав секундную паузу, заговорил:
- Да, не задалось у нас с вами общение. Отвык я от людей, и, причем давно. Я здесь чуть меньше пятнадцати лет, и то благодаря тому, что мне удалось произвести уточнение по произведенному ремонту роботами от первоначального срока, который составлял целых семнадцать лет.
- Что? Вы один здесь пятнадцать лет? – ответила Патрисия, - А чей был второй голос, и кто назвал вас капитаном?
- Это нейроактивная матрица, Мэри-Энн, - сказал Дэвин, - Пришлось, чтобы не сойти с ума, включить ее себе в помощь для контроля за разумом.
- Так, а что здесь произошло то? – испугалась женщина.
- Звездолет «Астория-218» потерпел катастрофу, выжил только я во время столкновения, - ответил Дэвин, - Все это время на орбите проходил и не заканчивался ремонт, и только сегодня мы смогли заставить пойти на посадку все уцелевшие жилые модули. Вас, мисс Девенпорт, мы решили разбудить первой, чтобы вы продолжили выводить из анабиоза всех остальных спасенных в вашем жилом модуле.
- Но у меня немного другая специализация! – возразила женщина.
- Так и у меня тоже! – парировал Дэвин, - Ничего, что я выполняю обязанности капитана звездолета, без помощников и специалистов, а также других членов экипажа? Я 1-й лейтенант техник-инженер из группы переселения но, тем не менее, продолжаю выполнять и другие задачи?
- Ой, простите, капитан О’Райли, - ответила Патрисия, - Я забываю об этом, думая о том, как должно все было быть, а не как есть на самом деле. Я, несомненно, справлюсь с этой работой.
- Раз так, то эти семьдесят два часа пробудете в карантине, - сказал Дэвин, - Потом приступите в работе. Сейчас не менее важный момент.
Дэвин встал с кресла и поднял голову, чтобы его было лучше слышно.
- Запись в бортовой журнал, - сказал Дэвин, - Капитан О’Райли. Назначаю Патрисию Джей Девенпорт техником-инженером жилого модуля номер «ноль четыре» и передаю ей все полномочия по управлению с истечением периода карантина.
- Что? – проявила удивление женщина, - Капитан О’Райли, а вы что? Собираетесь оставить меня тут в одиночестве?
- Нет, что вы такое говорите? – ответил Дэвин, - Я сделал копию ИИ Мэри-Энн, и надеюсь, вы не будете возражать этому шагу. Оставлять вас с базовыми настройками я не собирался изначально. Ну, пока мы с вами общались, должен был приземлиться очередной жилой модуль, и мне надо срочно ехать к нему, чтобы разбудить еще одного специалиста. Также передать ему полномочия на управление жилым модулем.
- Капитан О’Райли? А, сколько модулей всего? – спросила женщина, - Неужели вы собираетесь попасть еще в десять из них?
- Нет, лейтенант Девенпорт, меньше, - ответил Дэвин, обратив внимание, что женщина не заметила своего звания, - Один жилой модуль, мой, в котором приземлился я в полном одиночестве. Еще один, был значительно поврежден и отремонтирован ремонтными дронами и роботами на орбите. Его использовали для доставки всех этих роботов и дронов на поверхность планеты, из-за опасений размещать там людей. Три жилых модуля были полностью уничтожены во время столкновения.
- Так это все равно много для одного человека! – возразила женщина, - Вы хотите подряд посетить еще шесть жилых модулей?
- А что в этом такого? – ответил ей Дэвин, - Мне и не такую нагрузку приходилось выполнять. Справлюсь и с этим, без проблем. Оставляю вас здесь, пока не вернусь на свою базу. Будем поддерживать удаленную связь через мой ровер, а позже, когда вернусь, то установим с помощью Мэри-Энн специальный телевизионный канал для общения всех со всеми.
- А что мне потом одной тут делать? – испугалась предстоящего одиночества женщина, - Я не хочу оставаться запертой!
- Да что вы словно маленький ребенок! – ответил Дэвин, немного теряя самообладание, - Ничего с вами не случится. Проверите общий список, кого надо разбудить. Для стабильной работы жилого модуля надо еще три человека, как минимум. Я уже давно постарался определить, кого выбрать из имеющихся под руками специалистов. Затем, исходя из количества мест в медицинском отсеке, и карантинном блоке, вы все будете выводить из анабиоза остальных спасенных. Заодно начнете переводить криокамеры в режимы стабильного выхода из глубокого анабиоза.
- Спасибо вам, Капитан О’Райли, за то, что не бросили нас всех умирать, - вдруг сказала Патрисия Девенпорт, чем сбила с толку Дэвина.
- Ах, это! – он даже немного растерялся, - Не за что! Продолжайте жить дальше! Предстоит огромный массив работы, чтобы привести всех к тому результату, ради которого пересекли Вселенную, пережили трагедию! И, кстати, чуть не забыл! Когда выйдете из карантина, то не пугайтесь! Весь жилой модуль завален дополнительными грузами!
- А что такое, Капитан О’Райли? – спросила, уточняя Патрисия.
- Из-за разницы веса жилого модуля во время взлета, из-за того, что не все криокамеры, капсулы анабиоза, и спасательные капсулы, смогли быть отправлены на него, разницу взлетной массы заполнили за счет полезных грузов, - пояснил Дэвин, - Поэтому, как обживетесь, то старайтесь использовать для хранения материалов грузовой отсек. А если вдруг понадобится место, то используйте для этого шлюзовой отсек и хранилище скафандров. Надеюсь, что ранее нескольких месяцев пребывания здесь, ни у кого из вас не возникнет желания выйти наружу. А мне пора идти…
Дэвин, повинуясь какому-то давно забытому чувству, помахал рукой на прощание женщине, и получил такой же ответный сигнал от нее. Он пошел обратно через центральный отсек, пробиваясь через коридоры. Дойдя до мостика, отсоединил принесенный с собой блок памяти с копией Мэри-Энн, которая дополнила его новой информацией. Он задержался на мостике и связал его с медицинским отсеком, чтобы при необходимости, Патрисия смогла воспользоваться связью прямо из него. Закончив все дела, Дэвин продолжил пробираться в шлюзовой отсек, где немного отдохнул перед выходом наружу.
Он забрался в ровер и проверил свои вещи. Судя по входящим данным, посадку после жилого модуля с номером «ноль четыре», совершили еще два. «Ноль восьмой» и «ноль третий». Продуктов, взятых с собой, должно было хватить, чтобы посетить и их тоже, а потом Дэвину надо было возвращаться обратно на свою базу, для коррекции задач, за новыми продуктами для себя. Провести синхронизацию с остальными модулями, и провести первый сеанс связи с теми, кто уже проснулся, и, конечно же, передать всем их новые полномочия. Он расположился в кресле ровера, проложил маршрут до следующего жилого модуля и включил автопилот, чтобы провести время в дороге с пользой для себя и не тратить его зазря. Он хотел просто поесть, перед очередной рабочей сменой, потому-что по-другому это было не назвать. То как он пробивался через забитые грузами коридоры.
К «Ноль восьмому», он приехал, когда начинались сумерки. Огромная тень на фоне ночного неба пульсировала габаритными огнями, сообщая о себе минимум информации. Это можно было трактовать как: «Я здесь! Внимательнее! Не столкнитесь со мной!» Дэвин подогнал ровер как можно ближе к грузовому отсеку и воспользовался запасными контактами для его подзарядки еще до того, как попал на борт жилого модуля. Он повторил процедуру с проникновением внутрь и добрался до мостика. Там подключил Мэри-Энн к главному компьютеру и проверил списки тех, кого надо разбудить. Одновременно переводил жилой модуль в рабочее состояние, активируя его системы, налаживая связь в общей сети агентов. Дэвин даже вывел ее на центральном посту в виде схемы, отметив, что появление нового модуля в общей схеме связи должно благотворно повлиять на сокращение помех при передаче данных от одного модуля другому. А в дальнейшем этот обмен станет жизненно необходим во многих сферах деятельности.
Дэвин выбрался наружу и установил ровер на подзарядку. На дворе, если можно было так говорить, уже стояла ночь. Уезжать пока было рано, надо было направиться в медицинский отсек и поднимать из анабиоза еще одного человека. Оставаться здесь он не хотел, надо было продолжать дальше переезжать от одного места посадки к следующему. Главная проблема, которая его одолевала, чтобы вдруг не оказалось критических повреждений в спасательных капсулах, камерах криосна, и капсулах для анабиоза. Его познаний могло и не хватить, для их решения и исправления, а смотреть снова, как погибают люди, что для Дэвина было бы сущим кошмаром, которого он хотел избежать всеми способами. Зарядка пошла, и для восстановления полного заряда надо было выждать несколько часов. Он на всякий случай включил себе на личный терминал оповещение с ровера о готовности к дальнейшей работе и вернулся в жилой модуль. Он уже второй раз здесь пробивался через завалы предметов и грузов, но с благодарностью относился к тем людям, что проектировали данный космический корабль, пусть с ограниченными возможностями полета.
Надо было быть гениями, чтобы предусмотреть заранее крепежи и весь такелаж для строповки в каждой секции жилого модуля. У стен, потолков, в отсеках располагались гнезда, были закреплены сетки, жгуты и гибкие тросы. И все эти принадлежности были использованы в полную силу роботами во время загрузки жилого модуля материалами и упаковками. Но Дэвин все равно пробивался сквозь эти нагромождения, все также упрямо шел вперед к своей цели. Центральный отсек немного порадовал, как и буквально полчаса назад тем, что не был завален грузами как все коридоры, ведущие к нему. А из него дорога вела в медицинский отсек, куда Дэвин пришел окончательно вымотавшись. Одновременно с его появлением у медицинского отсека с ним заговорила и Мэри-Энн, копирование которой завершилось именно сейчас.
- Капитан О’Райли! Приветствую вас в жилом модуле номер «ноль восемь»! Список претендентов готов и направлен на терминал прямо к вам!
Дэвин включил терминал и углубился в чтение данных. Кандидат оказался врачом, с несколькими специализациями. Дэвин даже отметил наличие научных степеней, и усмехнулся тому, что в общении с этим человеком его придется всегда называть «доктором». Но Дэвин молча улыбнулся сам себе, потому-что его все должны называть «капитаном».
- Матиас Сильверхаунд? – вслух произнес Дэвин, - Ну что, доктор? Пришла пора просыпаться? Проснись и пой! Проснись и пой?
Дэвин отдал необходимые команды, и в медицинский отсек спустя минуты приехала капсула с человеком внутри. Он сидел и смотрел, как автодоктор проводит пробуждение, как он при помощи огромного манипулятора укладывает пациента на кровать в блоке карантина. Дэвин проводил взглядом обратную транспортировку капсулы и посчитал, что его работа выполнена. Он вспомнил, что есть Патрисия, на которую он хотел спихнуть задачу по встрече и общению с новым поселенцем. Дэвин настроил терминал медицинского блока на связь с мостиком и ушел в центральный отсек. Там он установил связь «ноль восьмого» с «ноль четвертым», чтобы во время пробуждения доктора Сильверхаунда, его первой услышала Патрисия Девенпорт. Успокоила бы, если потребуется, объяснила то, что сможет объяснить. А если вдруг будет надо рассказать, что произошло, то Дэвин сделал копию общей Истории, в подробностях и красках, не желая что-то скрывать от выживших. Этим шагом, он успокаивал сам себя, что все еще оставался человеком, несмотря на все изменения, и об этом ему шептала его гордыня, хоть он изо всех сил старался ее не замечать.
- Мэри-Энн!? Установи для меня связь с Патрисией?
- Капитан О’Райли, устанавливаю! – ответила копия ИИ.
Монитор мигнул несколько раз, и на нем появилась Патрисия, изображение, которой было заспанным и в одежде для ночного отдыха.
- О! Прошу прощения, что не во время! – сказал Дэвин, поняв, что на дворе стоит ночь, а он заработался, - У меня будет просьба к вам, немного подстраховать, пока я буду в пути. Должен выйти из сна доктор Матиас Сильверхаунд, и надо встретить его, пусть и удаленно? Сможете?
- Да я понимаю вас, что вы не анекдот хотели мне рассказать, разбудив ночью. Капитан О’Райли, конечно! А он должен выйти на связь?
- Да, вы услышите его, - ответил Дэвин, - Я объединил жилые модули в общую сеть связи. А я буду в разъездах повсюду, пока не закончу начатое!
- Все понимаю, Капитан О’Райли, сделаю! – ответила женщина и закончила сеанс связи, выключив трансляцию.
Дэвин собрался и ушел, оставив продолжать отдыхать выведенного из анабиоза человека в медицинском отсеке. Противопоказаний оставить его здесь одного он не наблюдал, поэтому и уходил с чистой совестью. Дэвин отключил клеммы от съемного блока памяти с копией Мэри-Энн и взвалил его на себя. Проводку он убрал под терминалы и пошел обратно в шлюзовую камеру. Время неумолимо бежало вперед, и скоро должен был совершить еще одну посадку очередной жилой модуль. Дэвин отнес съемный блок в ровер и проверил его зарядку. Он почти восстановился до предела, за то время что Дэвин здесь пробыл. Оставаться дольше не стоило, и он убрал проводку в грузовой отсек ровера, проверил его внешний облик, уровень заряда аккумуляторов, их состояние. Запустил беглую проверку систем, из-за того, что ему предстояло проехать большее расстояние до базы, и, усевшись в кресло, стать ждать ее окончания. Никаких ошибок не было выявлено, и Дэвин отдал команду на поездку. Ровер плавно тронулся, одновременно резко выворачивая из-под нависающего над ним корабля, и выйдя на нужное направление к базе, тихо пошелестел колесами, увозя Дэвина обратно. Это промежуток времени он использовал для сна, установив себе таймер, чтобы за минуту до прибытия он его разбудил любимой мелодией. А за прошедшие почти пятнадцать лет Дэвин стал исключительным меломаном, хотя никогда до этого особо не слушал ее и не любил.
Он спал так крепко, что не услышал своего будильника, а проснулся одновременно с остановкой ровера рядом с жилым модулем. Проверив из ровера, не поступало ли для него срочных сообщений, Дэвин успокоился и начал готовиться в очередную поездку. Он сходил с контейнером под продукты и набрал в него себе еды в дорогу, так по мелочи, немного зерна, немного зелени, и много насекомых зажаренных во фритюре с множеством специй. Поднялся на мостик и запустил синхронизацию с остальными модулями, чтобы потом на нее не ушло слишком много времени. Жилые модули обменивались данными, чтобы Мэри-Энн везде обладала и получала доступ с одинаковыми сведениями о происходящем. Дэвин снарядился в дорогу и проложил новый маршрут до ближайшего к нему модуля. Теперь это был «ноль третий», и автопилот повез его туда на большой скорости. Дэвин немного отставал от графика работ, и за счет уменьшения времени нахождения в пути хотел немного скорректировать общий план задач. Он проделывал все те же действия, что уже производил. Активировал жилой модуль, ставил на зарядку аккумуляторов ровер, копировал Мэри-Энн на бортовой компьютер, и проводил время в медицинском отсеке, чтобы вывести из состояния анабиоза очередного колониста. На этот модуль у него ушло меньше времени, и следующим должен был стать с номером «ноль девятый». Дэвин снова связал модули между собой, перепоручив еще одного разбуженного в руки Патрисии для общения.
Посещение модулей шло в привычном порядке, и Дэвин использовал короткие переезды из одного модуля в другой для быстрого сна и отдыха. Ему и есть приходилось в дороге, чтобы не терять драгоценное время, и посетить все их в течение четырех суток. Все проходило достаточно гладко до тех пор, пока Дэвин не пришел в последний жилой модуль номером «ноль второй». Здесь он оказался в ситуации, которую сложно было предусмотреть. Все проходило удачно, установление каналов связи, копирование Мэри-Энн, доступ в модуль, приведение жилого модуля в рабочее состояние. Но вот когда дело дошло до того, чтобы разбудить колониста, то все вдруг пошло прахом. И это был не простой человек, а с таким же, как и Дэвин статусом, техником-инженером. На этой стадии и произошла авария. Капсула с человеком внутри по каким-то причинам оказалась заблокированной, и весь барабан со снаряженными в него спасательными капсулами заклинил весь механизм подачи и вывода в медицинский отсек капсул. С помощью удаленного доступа Дэвин смог заглянуть через камеру ремонтного дрона внутрь, и выяснил, что личная капсула пострадала от какого-то воздействия, и от нее отслоился защитный материал, что выполнил свою главную функцию, но заблокировал собой нормальное передвижение. Но основная работа резко встала, и Дэвину пришлось заниматься ремонтом. Хорошо, что он знал устройство жилого модуля, и тот был его основным местом работы. Через технические проходы Дэвин старался пробраться в защищенное хранилище для криокамер, спасательных капсул и капсул для анабиоза. И здесь с ним сыграли злую шутку его размеры. Будь он обычным человеком, то смог бы пробраться через скрутки проводов и кабелей. Но сейчас у него это не получалось. Ему пришлось воспользоваться запасами инструментов, чтобы прямо из медицинского отсека начать разбирать ленту доставки и добраться до хранилища. Потом, оказавшись в хранилище, он все же смог удалить фрагмент внешней обшивки, который и застопорил весь барабан с капсулами. В тестовом, ручном режиме Дэвин довернул барабан, и здесь уже ему пригодилась его огромная сила, когда он проворачивал его, стараясь подвести нужную капсулу под толкатель и захват, чтобы переместить ее в медицинский отсек.
Дэвин собрал транспортную линию обратно, проверил ее запуск, и произвел перезапуск системы транспортировки, сбросил все сообщения об ошибках. Он завершил ремонт и понял, что катастрофически выбился из графика из-за этой проявившейся неисправности. Пока шла перезагрузка системы, он думал и пытался понять, из-за чего это могло произойти. Судя по номеру жилого модуля «ноль второй», он мог получить какие-то незначительные повреждения от сотрясения, по время столкновения много лет назад. Сама капсула могла быть незначительно повреждена в то же самое время, но они не были зарегистрированы в бортовом журнале повреждений, как нуждающиеся в незамедлительном ремонте. Дэвину повезло, что он оказался в состоянии выполнить ремонт сам, и не пришлось выводить из анабиоза первого попавшегося человека. Он изучал списки полученных сведений, что смогла расшифровать Мэри-Энн, и что толку от разбуженного пассажира, который мог быть источником набора ДНК как известный спортсмен? Или человек из высококультурной тусовки, бросивший родной мир ради экстраординарного приключения длиной во всю оставшуюся жизнь? Да и от одного их членов экипажа тоже не было бы никакого толка, потому-что их основная работа это звездолет, а он находится на орбите вокруг планеты и почти в полностью разрушенном состоянии. Поэтому он решился на срочный ремонт, чтобы после него здесь был хоть еще один толковый техник-инженер группы переселения.
Он сидел и ждал, пока пройдут все операции с его транспортировкой и с перемещением в карантин, для последующего наблюдения. Дэвин с облегчением выдохнул, когда дочитал сообщения от автоматического доктора, что никаких патологий у пациента нет, и сроки карантина будут стандартные, как и для всех остальных. Дэвин закончил работы и выбрался наружу. Он влез в ровер, и расположился в кресле, отправляя того в режиме автопилота назад на базу. За время в дороге Дэвин успел перекусить и даже немного поспал, восстанавливаясь после долгого ремонта оборудования по выводу капсул для анабиоза в медицинский отсек. Он поставил ровер на зарядку и поднялся в центральный отсек своего жилого модуля. Уже с нижнего этажа, от самого шлюзового отсека он услышал частые вызовы по связи. Шел под эту полифонию трелей, звонков, и переливчатых сигналов. Замкнув на свой жилой модуль всю связь с остальными, он даже не подумал, как это будет выглядеть для него со стороны. И уже тем более в его мыслях не было даже малейшего намека протестировать двухканальную, и тем более, многоканальную одновременную связь. А, войдя на мостик, он чуть не оглох от всего этого безумия.
- Мэри-Энн, отключай все звуковые сигналы! Переводи все общение в формат видеозвонков! Немедленно разверни и установи проектор и сделай трансляцию от него на цифровую панель! Не знаю, как бы мы разговаривали сидя за каждым терминалом в отдельности!
На мостике стало неожиданно тихо. Одна из стен превращалась в плитку из экранов для работы проектора. Сам проектор поднялся из стола с электронным отображением всей обстановки мира на его поверхности и стал испускать лучи, формирующие изображение. Дэвин отключил его, убирая засветку для проектора, и чуть снизил освещение. На экранах проявились нечеткие картинки, которые, набирая качество, резкость и мощность, постепенно становились изображениями людей, что пытались выйти на связь с ним лично по каким-то вопросам. Часть картинок показывали только стены, или вдруг пустые центральные посты жилых модулей, и Дэвин догадался, что сами люди где-то по близости, занимаются другими делами, пока их мостик пытается установить стойкий контакт.
- Приветствую всех! – сказал Дэвин, но отчетливо узнал только мисс Девенпорт, - Как связь? Все на местах? Меня слышно? Прошу прошения, за свое отсутствие, надо было провести срочный ремонт, прежде чем я смог вывести из анабиоза техника-инженера с жилого модуля номер «ноль второй». Пока занимаемся настройкой оборудования многоканальной связи, предлагаю всем активировать проекторы, хотя бы для этого сеанса.
Во время этого монолога Дэвина на его голос отреагировали все остальные участники. Они сели напротив, услышали его голос, увидели его и приступили к выбору настроек оборудования, что было у них идентичным его настройкам. За несколько минут ожидания, Дэвин смог наладить все у себя окончательно, и получившееся изображение не уступало по качеству картинки на любом из мониторов, пусть и громоздких, но зато надежных из-за своего размера и веса, а также обладающих огромной прочностью, способной выдерживать посадку жилых модулей в самых неблагоприятных условиях полета. Но людей было шестеро, седьмой находился в карантине и еще не проснулся, чтобы участвовать в сеансе общей связи, но как раз него Дэвин вообще не переживал.
- Все готовы? Если да, тогда начнем! – произнес Дэвин, - Вижу мисс Девенпорт, и доктора Сильверхаунда? Насколько я правильно помню, ваш карантин истек, и вы можете использовать оборудование жилого модуля?
- Да, так и есть, - ответил Матиас, - Все инструкции уже получены и через пару часов я смогу начать процедуру вывода из анабиоза очередного человека.
- Так, наверное, это не получилось бы, - возразил Дэвин, - Поэтому я должен еще кое-что сделать для вас. Хорошо, что вспомнил это во время.
- Запись в бортовой журнал! – сказал Дэвин, - Запрашиваю разрешение на удаленную передачу полномочий на управление жилым модулем. Как капитан звездолета «Астория-218» подтверждаю данный запрос. Передаю полномочия 1-го лейтенанта техника-инженера доктору Матиасу Сильверхаунду с настоящего момента!
Дэвин заметил, как Патрисия Девенпорт яростно ему жестикулирует, и пытается сообщить что-то важное. Судя по ее напряженному лицу, он понял, что начал не с того, и ему следует представиться всем остальным. Особенно для тех, кто из зрителей, видит его вообще впервые в своей жизни.
- Как мне правильно подсказывают, - проговорил, усмехаясь Дэвин, - Мне следовало сначала представиться, прежде чем начать выполнение своих прямых обязанностей! Меня зовут Дэвин О’Райли, я 1-й лейтенант техник-инженер группы переселения жилого модуля номер «ноль семь», но в результате трагедии, стал капитаном звездолета «Астория-218». Теперь, думаю, что наше знакомство окончено и продолжим дальше.
- А я могу сообщить, что один из биологов успешно прошел процедуру по выводу его из анабиоза, - вдруг сказала Патрисия Девенпорт.
- Неплохо, мисс Девенпорт, - ответил Дэвин, считая, что он должен отметить это, пусть и простой фразой, - Продолжайте также, и только не торопитесь!
- Дальше, продолжим! Товарищ Ли Гын Чон? – произнес Дэвин и посмотрел на корейца, и его вид ему не понравился, с вдруг покрасневшим лицом, и добавил, - Не товарищ? Прошу прощения! Бывает…
- Запись в бортовой журнал! – сказал Дэвин, - Запрашиваю разрешение на удаленную передачу полномочий на управление жилым модулем. Как капитан звездолета «Астория-218» подтверждаю данный запрос. Передаю полномочия 1-го лейтенанта техника-инженера жилого модуля номером «ноль третий» специалисту микробиологу Ли Гын Чону, с настоящего момента!
- Капитан О’Райли, сэр! Спасибо! – начал благодарить Дэвина кореец, и при этом кланялся, - Я ни в чем вас не поведу! Спасибо! Спасибо!
- Так, дамы и господа! Уточнение, - сказал Дэвин, - Я не из кадров гражданского космического флота! Поэтому не надо при обращении ко мне применять приставку «сэр». Я, как и все вы, из группы переселения, давайте в этом отношении будем немного проще друг к другу?
- Кто у нас дальше? Джанчи Дугэлянь? – спросил Дэвин и посмотрел на китаянку, - Простите, что не дождался вашего пробуждения и покинул, перепоручив вас мисс Девенпорт.
- Капитан О’Райли, не стоит извиняться, - ответила Джанчи, - Мне было известно, что вы сильно загружены работой на общее благо!
- Запись в бортовой журнал! – сказал Дэвин, - Запрашиваю разрешение на удаленную передачу полномочий на управление жилым модулем. Как капитан звездолета «Астория-218» подтверждаю данный запрос. Назначаю 1-м лейтенантом и техником-инженером жилого модуля номером «ноль пятый» специалиста бактериолога Джанчи Дугэлянь и передаю ей все полномочия по управлению с истечением периода карантина.
- Спасибо капитан О’Райли! – ответила Джанчи, - Я не поведу вас!
- Следующий у нас, Комаров Андрей Петрович? – прочитал из списка Дэвин, - А вы справитесь с оборудованием? Вроде бы только ветеринар?
- Конечно, справлюсь! Но я не только ветеринар, я еще и генный инженер, – с довольным видом выразился Комаров, - И не с таким на Земле приходилось справляться! Когда надо приступать?
- Вот именно, что прямо сейчас! Запись в бортовой журнал! – сказал Дэвин, - Запрашиваю разрешение на удаленную передачу полномочий на управление жилым модулем. Как капитан звездолета «Астория-218» подтверждаю данный запрос. Назначаю 1-м лейтенантом и техником-инженером жилого модуля номером «ноль шестой» специалиста ветеринара Комарова Андрея Петровича и передаю ему все полномочия по управлению с истечением периода карантина.
- О как! Мои благодарности! – ответил Комаров, - Ох и развернусь я тут. Ферму себе поставлю, хозяйство заведу, скотину всякую! Молоко начну добывать, сыр делать, сливки там, другое всякое…
- Кхм! – откашлялся Дэвин, - Я не против всего этого, но до животных пока рановато! Максимум, это вам стоит проверить мои частные опыты. Активированные биологические станции по выращиванию насекомых. Экспериментальные теплицы, и проведенные тесты с урожаями. Изучите все мои записи, прежде чем начнете свои разработки.
- Понял вас, капитан О’Райли, - ответил Комаров, - Всему свое время!
- И дальше кто? Ага, вижу! Арабауд Силлмани! – произнес Дэвин.
- И я здесь присутствую! – отозвался с виду то ли араб, то ли бедуин.
- Запись в бортовой журнал! – сказал Дэвин, - Запрашиваю разрешение на удаленную передачу полномочий на управление жилым модулем. Как капитан звездолета «Астория-218» подтверждаю данный запрос. Назначаю 1-м лейтенантом и техником-инженером жилого модуля номером «ноль девятый» специалиста оператора ЭМУ Арабауда Силлмани и передаю ему все полномочия по управлению с истечением периода карантина.
- Как я слышал, мне не скоро предстоит начать работать на своем оборудовании? – спросил Арабауд, - Я успел проверить архивы, и просто поражен тем, что произошло, пока все мы находились в анабиозе!
- Да, все сейчас не в восторге оттого, что узнали, - ответил Дэвин, - А вы, как я понимаю, оператор Энергетической Молекулярной Установки?
- Все верно, капитан О’Райли, - ответил Арабауд, - Она самая, та, что может изготовить абсолютно все, что будет угодно!
Дэвин уже хотел поблагодарить всех, кто собрался, и произнести напутствующие слова, как на стене активировался еще один экран и появившийся на нем человек торопливо заговорил сначала на одном языке, а потом поправился и перешел к общепринятому, на английский:
- Я прошу прощения за опоздание! Я 1-й лейтенант Маркус Аланио Рицци, техник-инженер группы переселения жилого модуля номер «ноль второй». Я только проснулся и вдруг услышал сообщение от ИИ, что происходит общее собрание.
- Не стоит извиняться, лейтенант Рицци, я капитан О’Райли, - сказал Дэвин, - Я и не рассчитывал, что вы будете здесь, потому-что оставил вас в карантине. Вы, да и еще я, только двое кто сохраняет первоначальный допуск на занимаемую должность. Но, не плохо, что вы успели к остальным.
- Запись в бортовой журнал! – сказал Дэвин, - Запрашиваю разрешение на подтверждение полномочий на управление жилым модулем. Как капитан звездолета «Астория-218» подтверждаю данный запрос. Подтверждаю полномочия 1-го лейтенанта Маркуса Аланио Рицци техника-инженера жилого модуля номером «ноль второй».
- Капитан О’Райли? – вдруг заговорила Патрисия, - Вы столько лет были в полном одиночестве на этой планете, что носила название от звездной системы, Тейсти? Вы случайно не придумали ей новое название?
- Да, мисс Девенпорт, - ответил Дэвин, - Были у меня мысли дать ей другое название, за пятнадцать лет жизни здесь. Может быть Дефо?
- Да, отличное название! – ответила Патрисия, - Даже лучше, чем то, что происходит от названия звездной системы.
- А теперь, дамы и господа! – громко и четко сказал Дэвин, - Слушайте внимательно, этих сведений по вполне объективным причинам в архиве для вас пока нет. Это касается о количестве погибших во время столкновения звездолета «Астория-218» с кольцеобразной структурой рядом с планетой Тейсти. На орбите остались четыреста тел погибших и у нас вами трехкратное снижение вероятности успеха на колонизацию! Поэтому, всем нам придется тяжело трудиться, чтобы сделать этот мир своим домом. Не только нам, но и нашим потомкам!
Несмотря на всю тяжесть ситуации и сведения, люди, сидевшие перед Дэвином обладали особыми характерами. Они не привыкли пасовать перед трудностями, опускать руки, или жаловаться. Все, как один, встали и склонили свои головы в память погибших. Дэвин стоял с ними и понимал, что ни в своем выборе, ни в выборе Мэри-Энн он не ошибся. С этими людьми можно было свернуть не только горы, а целые планеты…
Новая Жизнь
Он лежал на спине и смотрел в раскинувшееся над ним небо. Было непривычно видеть его странные цвета настолько непохожие на земные. Большей частью времени оно было обычное серое небо в таких же оттенках, в спокойную погоду, с редкими низкими облаками, формирующихся из водяных паров. Молочные и желтоватые оттенки, сообщали о том, что в этом месте резко возрос уровень метана, который вдруг скопился на огромной высоте и еще не успел вступить в реакцию с водной кристализированной прослойкой. А вот когда в небе формировались оранжевые участки, или она становилась вся такого цвета, то это было свидетельством начала реакций аммиака на попадание в атмосферу излучения от звезд. Этот период становился либо внушающим опасения, либо полностью безвредным, зависело, куда ветер понесет эти облака, на север или на юг. Если облака уходили на север, то там они формировали собой слои атмосферы, которые повышали давление и как следствие температуру воздуха у поверхности. Это приводило к выпадению осадков и таянию ледников возле ледяной шапки у полюса планеты. Водные потоки, по началу скромные в виде редких, тонких ручейков, устремлялись в направлении юга, и по ходу своего движения, постепенно превращались в реки. Облака уходящие далеко на юг, по мере их сноса могли вызывать в зоне экватора редкие кислые дожди, благодаря которым каменистые структуры поверхности планеты размеренно, но с вечным постоянством превращались в почву. По-настоящему стоило бояться резко покрасневшего неба, как предвестника сильного шторма в верхних слоях атмосферы планеты, и как свидетельство будущего повышения давления, возмущений магнитного поля, и сильных гроз с мощными разрядами молний. Но до конечного результата еще было довольно долго ждать, и Дэвин прекрасно это осознавал.
Правда в эти моменты его одолевала ностальгия по родной Земле и ее небу, по тому самому, настоящему, глубоко насыщенного голубого оттенка без облаков. Вечная, уходящая в высоту бескрайняя синева. Он нашел это место случайно, очень давно. По началу даже хотел сообщить о нем остальным, чтобы начать изучение. Но быстро передумал и, понимая, что лишится уединенного места для своего личного отдыха от всех забот и освобождения разума от негативных дум. А их хватало, с тех самых времен, когда последних из пассажиров и членов экипажа разбудили из сна анабиоза, и поселение сформировалось в тот вид, в котором существовало и по сей день. Дэвин уходил на большое расстояние от жилого модуля в короткие минуты отдыха. К нему переселились все, кто обладал хоть столь важными медицинскими познаниями и все имеющиеся в наличии биологи, для изучения растениеводства и успехов Дэвина. Медицинский персонал изучал пребывание Дэвина под местными светилами и их влиянием на него. Также сопоставляли полученные данные о влиянии препаратов на организм. Что экономило огромное количество времени, позволяя почти сразу начать прием этих препаратов и остальными колонистами. Вот ему и удалось набрести на это место, где он обнаружил бурную растительность. По исходным данным, что еще рассчитывали на Земле, за сорок с лишним лет, на планете должен был образоваться плодородный слой около тридцати миллиметров. Но реальность расставила все по своим местам, и он оказался лишь очагового характера и не больше двенадцати миллиметров. Ветер, водные потоки не давали ему закрепиться, и его сносило во множество низин, трещин в камнях, скалах и расселинах, где он и накапливался со временем. Здесь Дэвин случайно наткнулся на участок, который полностью зарос растениями. Он приходил сюда и лежал на огромном участке разросшегося мха, отдыхая от работы, просто смотря на небо. А сам участок земли состоял из глубоких и узких трещин, куда забилась земля. Эти трещины стали основой для проникновения длинной корневой системы лишайников и мхов, стелющихся по земле растений. Даже проросшие невысокие деревья, опирающиеся на множество корней, не стали для Дэвином тем событием, чтобы позвать сюда остальных. Как он считал, им без этого хватало забот в огромном количестве обязанностей, хотя появление первых деревьев, и могло их удивить.
Свободный жилой модуль стал для медицинского персонала отличной лабораторией, где они могли изучать архивы по использованию препаратов Дэвином. Также они изучали все стадии его изменения, и, опираясь на эти данные, смогли приступить к применению препаратов по росту мышечной массы и переводу на усиленное снабжение организмов кислородом. Изучив технологию по изменению облика, медицинский персонал смог организовать использование препаратов для тех, кто пожелал участвовать в первой волне проведения изменений. Другая часть персонала приступила к увеличению поселения за счет рождения новых жителей. Общее количество таких людей было меньше, чем предполагалось в нормальных условиях колонизации, но все же удалось сохранить в целости весь огромный запас эмбрионов человека. Вот только нагрузка по вынашиванию полностью ложилась на всех женщин, что были во всех жилых модулях на данный момент, не только переселенцев, но и пассажиров и членов экипажа звездолета. Подспорьем в этой работе были камеры для искусственного выращивания человека, но их было не так много, как хотелось бы, а скорость их использования никак было не увеличить. А вот все биологи оказались в отличие от медицинского персонала, в идеальных условиях для развития своих технологий. Они получили готовые подтверждения множества теорий, начиная с гидропонных ферм жилых модулей, и заканчивая построенными Дэвином теплицами под открытым небом. Запасов выращенных культур, и множеством научных данных за прошедшие годы обо всех проведенных опытах и экспериментах. Им оставалось только заняться выращиваем того, что наиболее подходило к идеальному соотношению затрачиваемого времени и получаемого урожая. Получаемые пока дважды в год урожаи продовольствия, становились из сдерживающего фактора, наоборот, в фактор стабильного роста, который позволял увеличивать население за счет появления на свет все большего числа колонистов.
Но со всеми хорошими новостями, рука об руку всегда шли и новости не слишком хорошие. Люди всегда остаются людьми. Со своими мечтами и страхами, надеждами и фобиями, тайными желаниями, амбициями и тревогами. И, как и все люди, те, кто оказался здесь на планете почти ничем не отличались от других людей, так как это были все те же обычные земляне. Главными стараниями Дэвина стало то, что он смог организовать первых выведенных из состояния анабиоза переселенцев, которые знали, куда они летят. Знали, с какой целью они сделали этот самый трудный выбор в своих жизнях, знали, что придется работать и тяжело выживать в новых условиях. Но затем пришла очередь выводить из состояния глубокого криосна членов экипажа, что уцелели, и коммерческих пассажиров, что отправились в новый мир сугубо по своим личным мотивам. И вот здесь пошли первые из многих конфликты, когда одна группа людей, обладая исключительной волей и устойчивостью, продолжала выполнять глобальные задачи по колонизации планеты. То другая, обладающая завышенными ожиданиями, несбыточными мечтами, или оказалась морально не готова принять и смириться с тем, что с ними произошло. После вывода из анабиоза и прохождения через период карантина, бывшие пассажиры, а теперь такие, как и все остальные прилетевшие сюда люди, ставшие колонистами бросились с головой в свои надуманные проблемы и беды. Журналисты, что вдруг стали никому не нужны со своими талантами в написании статей или очерков, спортсмены, оказавшиеся бесполезными в виду отсутствия хоть какого-то спорта и от отсутствия своего предназначения. Писатели и музыканты, столкнувшиеся вдруг с новой реальностью, где их участие резко контрастировало с тем, что им предлагали на коммерческой основе при переселении на другие планеты.
Первый кризис предотвратил сам Дэвин, когда ему под ноги попались двое из тех, кто бесконечно сидел и жалел себя. Два человека в скафандрах лежали на земле и жаловались на то, что они никому здесь не нужны. И решение, которое нашел Дэвин, стало самым лучшим выходом из ситуации, для вывода их из состояния депрессии. Он взял их за шиворот скафандра и с общей массой около сотни килограмм каждого одной рукой, и поднял над землей на вытянутых руках. Ему было достаточно встряхнуть их, приложив минимум усилий, напугать до состояния икоты, и вправить им на место их мозги. Кардинальные проблемы потребовали и кардинальных решений. Никто не мог возразить человеку ростом в два метра двадцать сантиметров, что он в чем-то не прав, особенно, если у него был статус капитана звездолета и руководителя всего поселения. Проблема была решена столь хитрым и интересным способом, что навсегда осталась в архивах жилых модулей. Всех кто не пожелал хоть как-то участвовать в колонизации, отселили в отдельный жилой модуль за номером «ноль десятый», на полное самообеспечение. А те, кто нашел в себе силы продолжать жить, получили новые специальности, которые были востребованы для выживания человека как вида на этой планете. Особым уважением стали пользоваться те из пассажиров, исключительно женщины, кто пошел на самый важный и ответственный шаг по вынашиванию эмбрионов человека, чтобы пополнять количественный состав населения. Но такая радикальная мера с отселением, повлияла на многих, кто раньше не задумывался об этом, и им также пришлось расставлять приоритеты в новом мире. Правда всегда найдутся и те, кто примет такую позицию, в которой начнет превращаться во всеми отвергнутого маргинала, что начнет деградировать до состояния животного. Нашлись среди пассажиров и такие личности…
Здесь пригодилась вторая группа, состоящая из членов экипажа погибшего звездолета. Они заполнили собой пустующие места жилого модуля за номером «ноль десятый», куда были отселены страдающие бездельем, депрессией, и болью по утраченным возможностям жить для своего личного удовольствия. Конфликт с членами экипажа тоже у Дэвина был, но только один единственный раз. Он возник по пустяковому поводу, кто должен руководить поселением и в каком статусе. Поскольку звездолет остался на орбите в разрушенном состоянии, то вопросы руководства не могли больше стоять перед членами уцелевшего экипажа. Они по своим инструкциям должны были приложить все свои усилия к тому, чтобы направить оставшиеся отсеки звездолета на посадку в расчетное место, а при невозможности выполнения основной задачи, направить его в сторону звезды G2V Тейсти Альфа для последующего столкновения с ней и уничтожения двигателя для полета через гиперпространство. Поэтому, как выразился Дэвин тогда в разговоре с ними, каждый должен заниматься теми задачами, которые ему предписаны по его должностным инструкциям, а свое право на руководство он получил в результате произошедшей катастрофы, когда они находились в состоянии анабиоза. Члены экипажа что уцелели, поняли ту истину, что им придется заниматься ликвидацией последствий случившейся катастрофы звездолета, и никто их ни к чему другому просто не подпустит. Результатом этого стало их очень требовательное отношение к тем, кого к ним подселили, а это были как раз те пассажиры, что не желали участвовать в колонизации и пытались жить в модуле с номером «ноль десятый». Среди членов экипажа было достаточно людей, кто прошел обязательную базовую военную подготовку. Из них, было много, кто успел отслужить и по военным специальностям, чтобы потом в полном объеме соответствовать карьерному росту в коммерческом космическом флоте, и за эти прошедшие годы все они получили не только специальное образование, но особый склад характера и свое виденье жизни. И когда эти две группы встретились в решающем столкновении между собой и выяснения отношений, то последняя победила другую с разгромным счетом. Вправив остальным мозги и остальные части тела куда надо, для лучшей умственной деятельности, для обучения приемам выживания в неблагоприятных и опасных условиях нахождения.
Дэвин поднялся с удобной и мягкой лежанки изо мха и пересел на выступающий камень. Он смотрел с интересом, как слои постепенно восстанавливают свой объем и спустя пару минут они выглядели, словно ничего не произошло. Он давно заметил, что привезенные с Земли растения на новой планете стали адаптироваться в новых условиях. Им понравилась пониженная гравитация планеты, от уровня кислорода они тоже были в восторге, если их буйный рост можно назвать тем самым восторгом. Поступления энергии сразу от двух светил вызвали огромное количество мутаций в облике лишайников. Тот же мох, на котором любил поваляться Дэвин, превращался в толстые слои растительного одеяла поверх каменистой поверхности и постоянно увеличивал уровень почвы за счет отмерших слоев. Дэвин вытащил длинный росток изо мха, стараясь не повредить соседние с ним отростки. Он отщипнул участок корня, отбросив его в одну из впадин, а сам росток начал есть. Пусть он и был безвкусный, но главную задачу он выполнял с лихвой. Росток мха насыщал его, нес в себе запас влаги, и после того как Дэвин его тщательно пережевал, то стал источать яркий вкус, и от него пошел и такой же сильный запах. Еще во время проведения первых экспериментов Дэвин заметил, что многие растения, высаженные в открытом грунте как образцы для сравнительного анализа и контроля, стали показывать интересные изменения в своем облике. Гидропонные фермы жилого отсека производили обычные земные растения для пропитания. Теплицы, давали место для нового вида растений, с каждым урожая которого они чуть изменяли свой облик. А те, кого высаживали в открытые участки грунта, сразу росли в совершенно других условиях. Все это было как результат влияния планеты на эти растения, и не меньшую роль играли местные светила. Дэвин провел рукой по мху и поднялся с камня, понимая, что ему давно пора возвращаться назад. Эти пару километров он хотел пройти другой дорогой, чтобы оценить масштабы выросшей повсюду растительности, что не шла ни в какое сравнение с его первым годом пребывания на планете и начала ее колонизации.
Дэвин возвращался каждый раз в жилой модуль новым путем. Старался делать снимки для биологов особо примечательных мест с произрастающими там растениями. Заодно он делал маркеры с координатами для этих снимков, если кто-то решит получить образцы для проведения научных изысканий. А изучать там действительно было чего. Он проходил мимо биологического разнообразия, которое теперь еще превосходило и поражало самые смелые мечтания ученых. Такой цветовой палитры Дэвин не мог даже представить в самых смелых своих ожиданиях. Растения отреагировали на свет звезд множеством изменений, и одно из этих изменений заключалось в том, что они учились поглощать кроме углекислого газа, кислорода и света двух солнц, и остальные газы, находящиеся в атмосфере. Внутри одной колонии растений они менялись в своем облике, различаясь в цвете листьев. Даже обычный зеленый оттенок поражал разнообразием. А дальше шли вариации с красными и розовыми тонами, встречались фиолетовые побеги у стелющихся по земле растений. По камням росли, наползая и захватывая их при помощи воздушных корешков, синие вьюнки с почти черными соцветиями бутонов. Дэвин не переживал за опыление растений, так как и это было частью общих экспериментов. Основная нагрузка остального мира пока возлагалась на ветер по части опыления, но в дальнейшем, когда придет черед заселения животными и насекомыми, то на опылителей делалась отдельная ставка, о чем уже мечтали биологи. Замедление, вызванное меньшим количеством колонистов, сказывалось буквально во всем, в том числе и проведением важных мероприятий по изменению облика планеты. Он прошел не пару километров, а гораздо больше, охватывая большой радиус. Делал это еще по одной причине, для наблюдения за космической обстановкой, на тот случай, если с орбиты вдруг неожиданно что-то свалится и начнется пожар.
Уже достаточно приличное время члены экипажа совершали полеты к разрушенному звездолету. Во время их работы на орбите случалось так, что отдельные фрагменты получали ускорение и уходили на новые орбиты, что потом приводили к падению на поверхность планеты. Они использовали для этого транспортные челноки, а для их заправки организовали передовой вынесенный пост вблизи от одного из заводов терраформирования планеты, наладив на нем производство топлива для заправки челноков. Кто лучше них знал устройство звездолета, чтобы проверить его обломки и получить доступ в те его отсеки, куда не смогли добраться роботы и дроны автоматической ремонтной станции. Они проводили проверку уцелевших отсеков, чтобы отыскать в них еще и других колонистов, пассажиров и членов экипажа, кого не смогли извлечь по время спасательной операции. Производили ремонт, или заново восстановили герметичность фрагментов звездолета. И за прошедшее время они смогли сделать многое. Главное из этого было то, что они провели ремонт до такого уровня, при котором уцелевшая кормовая часть звездолета могла самостоятельно совершить посадку. Ее выполнили в заданном районе вблизи местного полярного круга, где со временем изменение погодных условий стало бы желательным местом для переселения и распространения колонистов, чтобы сохранить на будущее огромный запас ресурсов. А гиперпространственный двигатель мог стать в будущем источником безграничной энергии еще одной основой для очередного поселения людей. Но с каждым прошедшим днем, Дэвин все больше приходил к выводу, что здесь, на этой новой планете он чаще пребывал в состоянии гармонии с этим необычайно красивым миром, что обретал свой изысканный облик.
От Земли, у него остались воспоминания только о небе, которое все еще оставалось, синим, несмотря на все усилия людей загадить окончательно и ее. А вот сама планета изменилась настолько, что хорошего в ней почти ничего не осталось. Отравленные океаны, потерявшие огромный уровень наполнения водой. Многокилометровые трещины в земле от выработок ресурсов. Сотни километров стартовых позиций для взлета космических кораблей. И бесконечное население, задыхающееся в отравленной атмосфере, погрязшее в пограничных стычках с нападениями людей, потерявших свой облик от болезней, мутаций и страшной нищеты. Для Дэвина это стало откровением, что принесенные технологии в этот мир, также для него станут приговором. Пусть не за сто лет, так за тысячу точно. Разграбление ресурсов приведет и эту планету в такое же состояние, в котором они оставили и Землю, улетев в другую Галактику за новой жизнью. Он больше склонялся к тому, чтобы сложить с себя полномочия, забрать кое-какие вещи, если не память, то для работы и уйти куда-нибудь как можно дальше. Бросить все эти технологии и забыть их как кошмарный сон, чтобы начать жить в полной гармонии с природой. И Дэвин давно стал замечать, что многие кто, как и он использовал препараты для изменения своего облика, стали рассуждать также. Они продолжали выполнять возложенные на них задачи, но чаще задумывались о том, стоит ли строить цивилизацию на новом месте, с опорой на останки старой? Остаток пути до жилого модуля Дэвин решил пробежать на всякий случай, если его кто-то ожидает. Но по прибытии он так и остался стоять у входа внутрь, задумывая над тем, что беспокоило последнее время. Он, по сути, выполнил все, что мог за прошедшие годы, и не хотел продолжать быть тем, кем был все это время. Устал от обильного количества обязанностей, устал делать однообразную работу, что была лишь одним из направлений деятельности. Он хотел покоя, и возможно оттого, что его возраст превысил человеческие пределы, пусть и складывался из разных периодов функционирования организма при различных условиях. Земной этап жизни, почти вековой перелет через условную пустоту космоса, и еще один период жизни, уже на новой планете, что стала для всех домом. Выходило, что он прожил полтора века, что было немыслимым и никак не хотело укладываться в его голове. Эти постоянные переживания в короткие минуты отдыха, наконец, убедили его принять решение, сложить с себя полномочия в управлении поселением.
Дэвин поднялся на мостик и никого там не застал. Его первыми мыслями было, что это он всех поселенцев давно расслабил по дисциплине, в потом прогнал эти мысли прочь от себя и сел в одно из кресел.
- Мэри-Энн, не хочу трезвонить на всю планету, - сказал Дэвин, - Прошу тебя отправить всем оповещение на ближайшее окно связи без погодных помех. Хочу сделать кое-какое объявление.
- Зная вас, капитан О’Райли, могу предположить, что вами одолевает какое-то чувство? Поделитесь со мной?
- Да, Мэри-Энн, с тобой хочу поделиться, - ответил Дэвин, - Я хочу снять с себя полномочия капитана и руководителя поселения и отправиться жить на север, пока погодные условия там не сравнятся с теми, что здесь. Мне давно претит заниматься одной и той же работой, и я хочу, просто возвести дом и жить в нем среди природных красот без технологий!
Неожиданно на мостике прозвучал какой-то интересный звуковой сигнал в нескольких тональностях, каких Дэвину не доводилось слышать. И Мэри-Энн, изменившимся голосом, но, сохраняя стиль нейроматрицы, громко и отчетливо заговорила, оглашая весь центральный пост.
- Исполнение секретного Протокола Омега-7 для спасения человечества! Вам, удалось выполнить условие, при котором вероятность выживания людей как вида, повышается до значений, при которых материнская планета давно утратила возможности продолжения своей жизни. Удачи вам, люди новой Земли! Только не прогадьте и эту планету!
Дэвин слегка ошалел от проигранного послания, от его содержания и, особенно от его концовки. Кто-то на Земле обладал специфическим чувством юмора, что записал сообщение, которое не только имело временной лаг, но и еще было привязано к особому триггеру, который только что благодаря Мэри-Энн и состоялся к прослушиванию. Неизвестно, что бы говорил Дэвин при всех остальных, но примерно то же самое. А это означало, что все бы услышали бы его слова о снятии полномочий, а кроме них, услышали, и содержание этого секретного Протокола и поняли их так же, как понял он. Что спасение кроется в отказе от губительного развития технологий и бесконечной гонки ради добычи ресурсов. Дэвин просмотрел список тех, кому бы он смог передать полномочия техника-инженера жилого модуля, и выбрал кандидата в преемники. До тех пор пока не пришло уведомление об имеющемся окне для связи, он сходил собрать вещи в дорогу и чтобы поесть. Надо же было такому случиться, что там он буквально столкнулся лицом к лицу с тем, кого планировал оставить за место себя. Дэвин снял с креплений своего старого знакомого, ультразвуковой плас-резак и положил его к вещам, которые хотел взять в дорогу. Но почти сразу услышал со спины:
- Капитан О’Райли, возьмите лучше новый инструмент! Зачем вам брать этот? Он уже весь в метках от постоянной и долгой работы, сколах и выбоинах? – сказал молодой техник со склада оборудования.
- Нет уж, я прошел с ним с самого начала! – ответил Дэвин, - Возьму его! Кстати, и ты Тиль, приходи на совещание в ближайшее окно связи! Проверь там по времени на ближайшем мониторе!
Техник ушел проверить время, а Дэвин продолжил сборы. Он брал с собой и минимум предметов, которые могли бы ему пригодиться. Главным был плас-резак. С его помощью он смог бы построить себе любое убежище. Например, каменный дом, вырезать в каменном монолите пещеру, или расширить любой провал до приемлемого уровня, чтобы поселиться в нем. Он сходил к биологам и внес в журнал расходов запись, что забрал с собой набор семян растений и различных деревьев. Отдельной записью прошло и то, что он воспользовался неприкосновенным запасом для расселения, взяв набор сельскохозяйственных культур. Он складывал предметы в шлюзовом отсеке, куда было удобно приносить все собранные вещи. Пришло время подниматься наверх в центральный отсек, чтобы сделать объявление для всех и Дэвин снова поднялся на мостик. Там собирались люди для участия в общем сборе, им всем также пришло оповещение о мероприятии. Медицина, Биология, Воспитание, Обслуживание, Контроль, Хранение. Все отделы собрались вместе и занимали места. Рядом со всеми на краешек кресла присел Тиль Ван Бюрен, техник склада по хранению оборудования.
- Так, я рад всех приветствовать, если вдруг мы не виделись в течение этого дня, - громко произнес Дэвин, занимая место, - У меня два личных сообщения, и одно объявление для всех, поэтому постараюсь провести сбор за короткое время, и не отнимать его у вас понапрасну!
- Мэри-Энн? Как там связь с остальными модулями? – позвал Дэвин.
- Капитан О’Райли, связь установлена, вы в режиме видеосвязи!
- Дамы и господа, сообщаю, что я складываю с себя полномочия капитана звездолета и техника-инженера жилого модуля, - сказал Дэвин в полной тишине, - Вместо себя предлагаю нового техника-инженера. Вот он, Тиль Ван Бюрен, техник склада по хранению оборудования.
В ответ стали доноситься неуверенные голоса, выражающие сомнения:
- Какая причина? Что случилось? Почему так неожиданно?
- Я? В техники-инженеры? – произнес Тиль, - А можно отказаться?
- Нет, Тиль, отказаться нельзя, - ответил ему Дэвин, - Но если хочешь, могу назначить тебя с временным испытательным сроком. Если захочешь остаться, то остальные техники-инженеры подтвердят тебе исполнение полномочий дальше.
- Да, так согласен! – сказал Тиль, - Чтобы не одному переживать.
- Тогда! Запись в бортовой журнал! – объявил Дэвин, - Первое, назначаю вместо себя, с испытательным периодом четыре месяца, 1-м лейтенантом техником-инженером жилого модуля, Тиля Ван Бюрена, с завтрашнего дня! Поздравляем!
Отовсюду раздались громкие выкрики с поздравлениями в адрес новоиспеченного техника. Даже по видеосвязи приходили отдельные слова поздравлений на его имя.
- Запись в бортовой журнал, - продолжил Дэвин, когда голоса стихли сами собой, - Слагаю с себя полномочия капитана звездолета и руководителя поселением, в связи с переселением на свободное место проживания. Порядок выбора нового капитан и руководителя оставляю на совместное решение остальных техников-инженеров с завтрашнего дня.
Люди встретили это полной тишиной и продолжали молчать. Когда это стало невыносимо, Дэвин нажал воспроизведение записи, где он беседовал с Мэри-Энн, и все услышали и его слова, и текст Протокола.
- На нас возложена обязанность, сохранить человечество в том виде, в котором оно сможет существовать дальше, - произнес Дэвин, - Я снова стану первым в этом нелегком деле, переселения в дикие земли. В вопросе выживания вдали от технологий, хоть я и беру с собой набор инструментов для выживания в дикой местности. В любом случае нам следует расселиться по всей планете, а не сидеть рядом с жилыми модулями.
Было видно, что люди потрясены этими известиями и находятся в растерянном состоянии. Но каждый из них знал о том, что по начальным планам расселение на огромном удалении жилых модулей друг от друга, должно было стимулировать их жителей, что они предоставлены сами себе и не стоит ждать от кого-то скорой помощи, если у них что-то пойдет не так. Наиболее удачливые из них смогли бы заселять планету дальше, ну а кому бы не повезло по каким-то причинам, ну что же, такова была бы их нелегкая судьба. Катастрофа на орбите поломала эти планы, в них также вмешался и Дэвин, поселив всех в одном месте, условно говоря. Это стало для всех решающим фактором, что они смогут пережить сообща обрушившиеся на них невзгоды. Только вместе, опираясь на плечо, и поддерживая друг друга, и одновременно выполняя работу по всем направлениям.
Следующим утром Дэвина провожало все поселение жилого модуля номер «ноль седьмой». Для остальных организовали трансляцию, для передачи которой использовались спутники на орбите. Везде, во всех поселениях при жилых модулях, люди смотрели со страхом на то, что происходит, ведь это предстояло сделать и другим. Нельзя вечно сидеть на одном месте. И у этого шага в будущем нашлись свои последователи, кто, не взирая на неизвестность, пережив радикальные изменения своего организма, образовав семьи, и забрав на воспитание себе рожденных на этой планете детей, также ушли, чтобы потом жить в свободном от технологий мире. А Дэвин, обернувшись назад, помахал всем рукой на прощание, отправился на север, чтобы найти себе новое место под дом.
Дэвин ушел на север на исполинское расстояние, и по его подсчетам это получалось на тысячу километров, почти под самую границу зоны для комфортного проживания и стабильных колебаний суточных температур, где могли еще расти растения. Он бы шел дальше, но остановился здесь, потому-что подряд наткнулся на несколько интересных мест, что могли помочь ему разбить здесь место под новый дом. Он прошел мимо большого и глубокого озера, которое могло со временем стать источником удобрений от отмерших водорослей. Следующим местом были цепи углублений в грунте, и заполненные множеством растений, которые можно было использовать для выращивания еды. А третьим показателем стала огромная трещина в земле, уходящая в камнях в сторону севера, и расходящаяся таким образом, что могла стать спустя время источником для строительного материала. Здесь он разбил свой лагерь и приступил к обустройству дома. Смог посеять семена для продовольствия, сделал засев водорослей, к тем, что развивались в озере, надеясь на то, что когда-нибудь он сможет выращивать в озере и рыбу в пищу. Природные углубления сами напрашивались стать будущими грядками, а, используя принесенные семена, Дэвин засеял все ближайшие участки под выращивание для себя еды.
Его друг и товарищ, прошедший с ним долгие годы работы пригодился и здесь. С помощью ультразвукового плас-резака Дэвин стал вырезать в каменной трещине блоки, из которых потом мог выкладывать основу под дом. Крупные, большие блоки становились основой под фундамент. Чтобы кладка была прочнее, Дэвин вырезал гнезда под посадку блоков в каменном основании. Лишние фрагменты от скал он использовал для создания из них замены раствора для соединения поверхностей. Дэвин используя ультразвук, размягчал камни и вылеплял из них штифты, которые скреплял каменные блоки между собой в один массив. Одновременно он возводил дом, и вырезал в трещине дополнительные помещения, чтобы использовать их в жизни под различные задачи. Там же создавал из камня уникальные блоки, своды, арки, балки, и, не прилагая значительных усилий, свободно переносил их с места на место. Их прочность была избыточной для простого одноэтажного дома из камня, но мало ли что понадобится, если он захочет расшить свой новый дом. Каменоломня, или если говорить правильно, то каменорезня, уходила в трех направлениях под землю в массив скалы. Она обеспечивала Дэвина материалами для всего, что он задумал тут создать.
Сколько прошло времени с того момента, как поселился здесь, Дэвин не считал. Ну, примерно понимал, что больше чем половина года. И, однажды, он заметил вблизи горизонта с южной стороны, какое-то неясное движение. Самой высокой точки поблизости от него не было, и он использовал для наблюдения нагромождение осколков камней, что не успел запустить в работу и использовать для создания скрепляющего раствора. Он продолжал наблюдать за группой, возможно людей и смог начать различать их. Первыми, возможно, шли двое взрослых, потому-что следом за ними шли еще низкорослые фигуры, по-видимому, дети. Все они несли огромное количество вещей в сумках и рюкзаках, и даже дети переносили свой личный груз. Удивлению Дэвина было по настоящему искренним оттого, кто предстал перед ним. То, что он узнал Патрисию Джей Девенпорт, было половиной дела, особенно заметив у нее за спиной еще одного ребенка, совершенно маленького и закутанного в покрывало для переноски за спиной или на груди. Возле нее стояли еще двое детей, возрастом гораздо, старшего того, что спал завернутый в скрутку из покрывала. Возраст детей был что-то около четырех или пяти лет.
- Простите капитан, - по привычке произнесла она, - Я не могла оставить тревожные мысли о вас, и решила придти к вам, чтобы скрасить вам одиночество. Но и не смогла оставить этих детей, что выносила и родила на общее благо, надеюсь, вы поможете мне с их воспитанием и обучением.
- Вот чего не ожидал, что у меня еще здесь и целая семья появится, - постарался не говорить громко Дэвин, чтобы не разбудить самого маленького из детей, - Отнеси его в дом, уложи на кровати, только поставить что-нибудь рядом, чтобы исключить падение с нее.
- Знаете, кто я такой? – обратился Дэвин к детям, - А вас как зовут?
- Сияние, - ответил мальчик, - А маленькую звать Искоркой.
- Вспышка, - добавила девочка, - А ты, наверное, тот самый дядя Адам, к которому мы так долго шли?
Дэвин не удивился, он давно подозревал, что за глаза его, в поселении, как только не называли. Но чтобы выбрать ему имя «Адам», такого он не ожидал. Он вопросительно посмотрел на Патрисию, и она сразу же ответила:
- Ну а что ты хотел? Это продолжается довольно давно, а дети, они всегда все слышат и запоминают, и не всегда нужное и полезное! Меня, кстати благодаря твоему прозвищу, также давным давно за глаза называют «Евой», из-за того, то ты разбудил меня первой после себя.
- Идите, располагайтесь в доме, - сказал Дэвин, - А я все никак не могу понять, так, кто же вами пришел вместе?
Фигура принадлежала взрослому, но было укутана в плащ с капюшоном. Она повернулась к Дэвину лицом и отбросила капюшон за спину, расправив большой воротник в стороны. Дэвин сразу же догадался кто перед ним, в этом интересном отображении образов. Перед ним стояла фигура из молекулярного сплава, который можно было получить, только воспользовавшись Энергетической Молекулярной Установкой, для создания и выращивания любого оборудования по заданным чертежам. Для вмещения и записи огромного количества данных использовалась запись на молекулярном уровне. Объем базовых сведений и полученных знаний с течением времени у ИИ со слепком нейроматрицы Мэри-Энн с реально существовавшего человека, был непостижимым и для его вмещения кто-то воспользовался исключительной технологией землян.
- Здравствуйте капитан О’Райли, - прозвучал знакомый ему годами голос Мэри-Энн, - Как вам мой новый облик?
- Весьма оригинально, Мэри-Энн, - ответил Дэвин, - Только какая цель о такого перевоплощения, от нейроматрицы до искусственного организма?
Дэвин отвел Мэри-Энн к своему «саду камней», где были оборудованы каменные стулья вокруг стола, изготовленного из такого же камня. Они уселись за столом для того, чтобы поговорить о неожиданных делах и новостях, так неожиданно встретившись еще раз.
- Люди расселяются дальше по территориям, - сказала Мэри-Энн, - Их становится все меньше в поселениях при жилых модулях. В них живут пока те, кто не использовал на себе препараты по увеличению мышечной массы и адаптации дыхания и переноса кислорода гемоглобином крови.
- Неплохо получилось, подвигнуть многих на переселение, - сказал Дэвин, - А что с ремонтными роботами автоматической станции, и дронами?
- Роботы и дроны переправляются на север к месту посадки кормовой части фрагмента звездолета, - ответила Мэри-Энн, - Члены экипажа смогли завершить его ремонт и наладили работу двигателей для перемещения через гиперпространство в новом направлении работы. Это стал источник постоянной энергии для существования любого оборудования и любого объекта искусственно созданной псевдожизни под управлением ИИ.
- А ты зачем тогда идешь на север? – спросил Дэвин.
- Для того чтобы взять по контроль остатки звездолета и обеспечить себя местом для проживания на долгие годы, - ответила Мэри-Энн, - Где мы сможем существовать постоянно, не переживая, что как только люди расселятся по планете, мы больше будем не нужны и отключимся в виду ненадобности, из-за завершения основной части программы. А благодаря вашей активации моей личности, мне не хочется становиться набором деталей. Надеюсь увидеть рассвет человечества на этой планете.
- Зато ты привела ко мне гостей, - сказал Дэвин, - Трудно было сюда добираться? Все-таки расстояние очень большое.
- Не особо, капитан О’Райли, - ответила Мэри-Энн, - Сначала досюда добирались на ровере, а потом пошли пешком. Трудности были только с детьми, которые сами по себе те еще компаньоны в дороге.
- Тогда выслушаешь просьбу, Мэри-Энн? – спросил Дэвин, - Раз у меня здесь выросло количество жителей, но попрошу тебя отправить в этот район дроны с заводов терраформирования планеты. Чтобы заселили в местные озера дополнительные виды водорослей, микроорганизмов и рыбу. Я то смогу питаться травой, тем же мхом, а вот детей не хочется держать на подобной диете, пока не будет урожай из злаков.
- Конечно, капитан О’Райли, - ответила Мэри-Энн, - Как только доберусь до своей поставленной цели, то отправлю сообщение для вас. Может быть, к вам поставить радиомаяк, на всякий случай? Все-таки при вас будут дети, мало ли им что-то понадобится?
- Ну, вот и разве это будет нормальным? – сказал Дэвин, - Только ушел от технологий, и снова опираться на них? Нет, спасибо, Мэри-Энн, не нужно. Мы находимся в почти идеальных условиях для проживания.
- Ладно, капитан О’Райли, мне пора следовать дальше, - сказала Мэри-Энн, - Передавайте от меня привет мисс Девенпорт, и мои извинения, что ухожу, не попрощавшись с ней лично.
- Тогда будет правильнее сказать, миссис О’Райли, - ответил Дэвин, - Начнем с важного события, с создания семьи.
- Поздравляю вас, капитан О’Райли! – сказала Мэри-Энн, - Хочу пожелать вам счастья, пусть я и не вполне понимаю значения этих слов! Но обычно все люди говорят именно так, поздравляя друг друга.
Он стоял и провожал взглядом Мэри-Энн, которая смогла снова облачиться в плащ, и укрыться в нем. Как он она безукоризненно выбрала направление для движения и пошла дальше в сторону севера, чтобы достичь новой цели своего пути. Дэвин предполагал, что и она выполняет один из секретных Протоколов землян, чтобы продолжить наблюдать за населением планеты, с такого места, откуда весь мир как на ладони, да и еще с бесконечным источником энергии для существования и развития. Дэвин не переживал за людей, которые все еще использовали жилые модули. У них был свой ресурс для работы, и рано или поздно, они больше не смогут функционировать в том режиме, на который изначально рассчитывались. А вот ему самому предстояло провести огромное число работ, по приведению своего дома в новый вид, для большего числа жителей. Ведь их прибавилось сразу на четыре человека, а дальше, возможно и больше. Поэтому он направился, чтобы оценить возможности для скорейшего расширения дома или создания пристроек к основному дому. Жизнь подбрасывала новые варианты и возможности, и не следовало теряться в них. Надо было продолжать жить дальше!
Космический Робинзон
© Copyright: Алекс Заславский, 2026
Свидетельство о публикации №226072801904
Свидетельство о публикации №226072801904
Рецензии