Зарисовки

Зарисовки

Как клетки шахматной доски
Зияли окна новостроек,
В одних белили потолки,
На стены клеили обои.
Средь этих окон, как во сне,
Перед резным трюмо стояла
Девица в стрингах от Бюстье
И бритвой волосы сбривала.

&
Не нравится дорога мне ночная,
Ее асфальтный шлейф не по нутру.
Мелькают фары встречные пугая
Под ритм дождя и пьяную луну.
В сон клонит наступающая темень,
Среди развязок высятся щиты,
А я себе по-прежнему не верен,
Как не верна по-прежнему мне ты.
Вдали огни сверкнули городские,
Я достаю мобильный телефон,
Чтобы нежданные шаги мои ночные
Не напугали твой тревожный сон.

&
Под лучами растаяло масло асфальта,
Легкий ветер устало кружится у ног,
Город спрятался в звуках охрипшего альта,
Выдыхая из легких удушливый смог.
День июльский застыл в оконном оскале,
Отражается медью заржавленность крыш,
Небоскребы иглой утомительно встали,
Наблюдая разлитую вялую тишь.

&
Месяц вышел из тумана,
С тусклым светом фонаря
Он повис на башне крана
В первых числах сентября.
Светит ночь он всю уныло
Тем, к кому сон не идёт,
До тех пор пока светило
Своё место не займёт.

&
В июне, когда солнце встало,
Семейство армян отдыхало,
Их дача была рядом с нами,
А нам что хохлы, что армяне,
И тут появился барашек,
Любитель ромашек и кашек,
Он жалобно блеял ночами,
О чём? Догадаетесь сами.
И вот наступил выходной,
Собрались армяне толпой
И кто-то из них ножом, вжик,
Барашка пустил на шашлык.
Чуть позже, хотя и не звали,
Армяне шашлык нам прислали.
- Мне жаль, что барашка не стало,
Сказал армянин мне устало,
- Я в память святой Рипсимэ
Шашлык приготовил тебе.
Я руку пожал старика
И принял шампур шашлыка.