Веселый скорый Москва-Владивосток, часть 1

Часть первая

Скорый поезд № 010Н, следующий по маршруту «Москва-Владивосток», — это не просто железнодорожный транспорт. Это почти семь дней жизни, спрессованные в одном длинном, гремящем организме. А вагон номер семь в этот раз подобрался особенно колоритный.

Все началось еще на Ярославском вокзале.

Ехавший в командировку бухгалтер Семён Петрович Кротов, человек, для которого дебет с кредитом были священны, а копейка рубль берегла , купил билет в кассе. Получив сдачу, принялся скрупулезно пересчитывать деньги, шевеля губами. Раз, другой, третий… на пятый раз кассирша, женщина со стальными нервами, не выдержала:

— Ну что, мужчина, все правильно?

Семён Петрович поднял на нее сосредоточенный взгляд:

— Да уж до того правильно, что даже ни копейки лишней! — вздохнул он с легкой грустью и побрел в привокзальный ресторан коротать время до отправки поезда.

Там он заказал борщ и котлету. Когда официант принес сначала меню, а потом заказ, бухгалтер удрученно посмотрел на тарелку, где одинокая котлетка размером с десятирублевую монету тосковала рядом с тремя веточками укропа.

— Молодой человек, — спросил он юношу, обескураженный несовместимостью цены и порций— А почему у вас порции такие… компактные?

— Специально для того, чтобы пассажиры не опаздывали на поезда, — с невозмутимым видом ответил тот.

На перроне тем временем разворачивалось другое представление. Молодая балерина Ангелина, ехавшая на свои первые гастроли в Екатеринбург, решила не терять времени даром. Грациозно изгибаясь и пританцовывая, повторяла свою партию прямо на платформе. Одна пожилая старушка в цветастом платке и с плетеной кошелкой в руке долго недоуменно наблюдала за девушкой и , наконец, о чем-то догадавшись, подошла к ней:
— Девушка, милая, — приветливо прошептала женщина, взяв Ангелину под локоток. — Посадка будет только через полчаса. Идемте, я покажу вам, где туалет.

Когда объявили посадку, пассажиры потянулись к вагону, где их встречала проводница Тамара — женщина средних лет, способная остановить на скаку не только коня, но и взять под уздцы нарушителя вагонного порядка. Ее взгляд тут же выцепил мужчину кавказской наружности, который настойчиво пытался затащить в вагон упирающегося барана.

— Мужчина! А вы куда это с бараном? — грозно спросила Тамара. — Перевозка животных в пассажирских вагонах запрещена!

— Вай, какой баран, женщина?! — возмутился кавказец. — Ба-ран в Новосибирске в институте учится, экзамены сдает! А это — скромный подарок уважаемому доценту. На него все проездные документы есть.

Наконец, посадка закончилась, и поезд, дернувшись, медленно пополз прочь от Москвы. Расслабившиеся пассажиры начали обустраиваться в вагоне. Не прошло и пяти минут, как из третьего купе выскочил тот самый бухгалтер Кротов с возбужденным видом:

— Товарищ проводница! — закричал он, подбегая к Тамаре. — Что ж это делается-то! Не успел я в поезд войти, как у меня кошелёк украли!

Тамара смерила его усталым взглядом, в котором читался опыт тысяч таких поездок.

— А чего же вы хотели? — резонно заметила она. — Поезд-то у нас скорый!

Наконец-то все пассажиры более-менее устроились. Семён Петрович, смирившись с пропажей (как потом выяснилось, завалившегося за подкладку пиджака) кошелька, вернулся в свое купе. Вскоре по коридору, словно капитан корабля, прошествовала хозяйка вагона. С вежливой, улыбкой на лице она заглядывала в каждое купе.

— Иностранцы есть?

— Нет, — отвечали из первого купе, где ехала семья с двумя детьми.

— Not a soul, — пошутил кто-то из второго.

— Нема, — донеслось из четвертого, где расположился тот самый мужчина с «подарком доценту».

Убедившись, что контингент исключительно отечественный, Тамара зычно крикнула в сторону своего служебного купе:

— Коля! Вырубай кондиционер! Тут одни наши!

Жизнь в вагоне потекла своим чередом. Бухгалтер Кротов достал из портфеля калькулятор и принялся подсчитывать, сколько он сэкономит на еде, если будет питаться бесплатным кипятком и продуктами, предусмотрительно взятыми из дома. Балерина Ангелина, лежа в своем купе на второй полке, пыталась делать растяжку . А мужчина с «подарком», представившийся Гоги, приглашал всех на домашнее вино, уверяя, что оно лечит всё, от насморка до несчастной любви. Баран, с проездными документами служебной собаки , мирно лежал под столом в выкупленном кавказцем купе.


Продолжение следует