10. Несекретные тайны

Почти одновременно с криками о свежей выпечке в комнате раздался звонок телефона. Звонил Костя. Илона накануне дала ему номер телефона А сегодня он позвонил. Утром. Сказал что-то будничное про утро, про работу. Сообщил, что у него сегодня есть мероприятие вне работы, а потом он освободится. Договорились встретиться.

Илона побежала в душ. Сколько раз замечала, что вода с массажной щёткой не просто очищают тело, но и в голове рождает новые мысли, порой неожиданные. Вот и сейчас струи воды, стучавшие по голове, зародили смутные, если не подозрения, то ожидания, что сегодня жизнь подарит нечто феерическое, хотелось бы радостное.

Время до назначенной встречи тянулось и растягивалось. Зато потом побежало вскачь вместе с Илоной. На место встречи она дошла, почти запыхавшись. Костя смеялся. Очень удивился желанию девушки сводить его в школу коррекции. Конечно, что её привлекло общение с детьми, это нормально для хороших людей, а вот, что она решила сводить его туда – показалось удивительным.

Илоне почудилось, что Костя немного замешкался, соглашаясь на поход в школу, а почему, она не поняла. До школы дошли под разговоры то ли о важном, то ли ни о чём – о предпочтительных вкусах и ароматах.

На входе школы сидела охрана, которая сразу не пропустила их, позвала директора. Ася быстро подошла к ним, и тут…

Илона замерла в непонимании, увидев, как растерялись одновременно Ася и Костя. Что это значит? Они были знакомы раньше? Илона почувствовала неловкость, что создала сложную для людей ситуацию: кажется, они решали, сделать вид, что знакомятся или признать, что уже знакомы? Ну, знакомы, и что?
Сомнения и нерешительность – словно общее недомогание, охватили их тройку.

Илона решила разрядить обстановку и спросила:
– Вы уже знакомы? Хорошо. Костя, почему только раньше мне не сказал?

– Я не был уверен, что Ася до сих пор здесь работает.
Голос Кости не звучал оправдывавшимся. Не чувствует вины? Значит, её нет?

Ася постаралась всех успокоить.
– Идёмте в кабинет, я расскажу всё, что знаю.

В кабинет директора Илона попала уже второй раз за эту неделю. За круглым столом втроём сидеть было уютно. Чай Ася заварила прямо при гостях – аромат его напомнил «Симфонию вкусов».
Илона заметила, как она сосредотачивается на всяких пустяках – значит, боится услышать что-то недоброе?

Ася начала рассказ:
– Я тогда была учителем здесь. Костя летом отрабатывал практику, когда ещё учился в университете. Давно было. Он же тебя постарше, ведь так?

Илона согласно кивнула. Они оба с Костей, смотрели в чашки, словно хотели в чае что-то рассмотреть. Или опускали взгляд, чтобы скрыть мысли?
Ася продолжила:
– Вы с Костей, вижу, нравитесь друг другу.
Илона уточнила, спросив:
– Вы против?

Ася запротестовала:
– Нет-нет. Но кажется, что он не рассказал тебе историю вашего знакомства, – посмотрела на Костю, – не рассказал?

Костя смущённо кивнул.
– Сначала не узнал Илону: красивая стала. И взрослая. Потом – не смог. Побоялся, что не захочет меня видеть, чтобы не вспоминать. Даже отпуск на неделю взял, чтобы исчезнуть из виду. Но как получилось. А Илона меня так и не вспомнила. Простите.

Илона фыркнула:
– Что он может рассказать нового, чего я не знаю. Он спасал меня, когда я на газоне упала и подвернула ногу.

Ася улыбнулась.
– Так и поняла, что не рискнул – побоялся тебя потерять.

Илона подскочила со стула:
– Или рассказывайте всё, или я ухожу – дурой себя чувствую.

Ася засмеялась.
– Ты не удивилась, что когда первый раз пришла в нашу школу, тебя пропустили, а я сразу разрешила общаться с детьми? Думаешь, просто так? Вахтёр прочитал твоё имя в паспорте, ты же показала на входе, и сразу мне позвонил, я разрешила пустить. А ты даже не заметила? А он из старой гвардии – узнал тебя.

Илона замерла.
– Откуда он меня знал?

Ася продолжила:
– Ты никогда не читала статью, как однажды летом случайная молния попала в машину, где ехали родители с дочкой школьницей? Родители погибли. А девочку отвезли в больницу. Она несколько дней провела в коме. А когда пришла в себя, долго восстанавливалась.

К ней приехала тётя. Они жили вдвоём. Память потихоньку возвращалась к девочке. Она помнила родителей, потом по фотографиям вспомнила других родных. Тётю она сразу приняла. Но с тех пор девочка замкнулась. Мне приходило в голову, что она многое, что не вспомнила – дофантазировала. Возможно, боялась, что её поймают на этом. и отказывалась встречаться и с другими родственниками, и с бывшими одноклассниками. Разговаривала она с затруднениями в речи, чего стеснялась. Хоть науками летом её не дёргали.

Но наступила Осень, начался учебный год. В прежнюю школу её было не отправить: аутизм был на лицо. Девочку определили к нам, в школу коррекции. Там тебя первый раз увидел Костя.
Уже поняла, что я о тебе рассказываю? –

Практика была закончена. В школу Костя пришёл за характеристикой. А в школе – ты. Пугливая, неуверенная в себе, с проблемами речи. Но было в тебе нечто трогательное, ранимое обаяние ребёнка, словно стояла ты одна на маленьком островке посреди волнующегося моря. А вокруг тебя как раз и штормили эмоции особых детей. Ты понимала, в чём эти дети особы, стеснялась, загонялась в себя ещё больше, но не могла и вернуться в прежнюю жизнь, в прежнюю школу. От одних вопросов об этом тебе становилась плохо.

Костя. Он не смог тебя бросить. Стал приходить после занятий. Сначала садился недалеко от тебя и вслух читал конспекты, учебники – как раз готовился за эти часы. Потом вы стали разговаривать. Не подолгу. О разном: о звёздах, о людях, о судьбах. В твоём мире нашлось место и мне, и другим учителям. Но тебя надо было подготовить к переходу в нормальную школу. Конечно, помогли занятия с психологом. И разговоры с тобой, Костя.

Следующий год ты продолжила обучение в новой школе. Слышала, что тебе неплохо дались точные науки, технический университет закончила, на хорошую работу попала.

А Костю психолог попросил не слишком часто общаться с тобой в надежде, что без его присутствия в твоей жизни, у тебя сотрутся воспоминания о тяжёлом времени возрождения к нормальной жизни. Юность, она старается всё делать по максимуму, вот он и отказался от общения с тобой насовсем. Если посмотреть с одной стороны, психолог оказался прав, ты совсем забыла о нашей школе. Может, если бы мы с тобой не встретились в троллейбусе, ты бы и не пришла сюда.

А когда ты оказалась в игровой комнате с детьми, ещё ничего не поняв, ты на автомате приземлилась не на стул, а на ковёр, и стала рассказывать сказки, как в продлёнке это делала обычно я.

Илона и Костя по-прежнему смотрели на чай, который в чашке так и не убыл, а у Илоны даже прибавился на пару слёз, скатившихся по щеке. Всё вода: и чай, и слёзы. Это очень сложно – посмотреть друг другу в глаза. Тут и дара не надо – все мысли прочитаются.

Ася поняла ребят. Обняла и отпустила. Смотрела в окно, как они, держась за руки, шли дальше в жизнь.