Роль

В театре, когда опустился занавес,
В полутьме закулисных глубин
Гамлет, отравленный, но не сломленный,
Сидел сигаретку курил

Горел во тьме огонечек
Искорки таяли в тьме
И, замерзая на воздухе,
Пеплом ложились на дне

Взгляд удрученный, замученный,
Кровью забрызган жилет
Искорки таяли, таяли,
Все вновь исчезая во тьме...

Рука бессильно повисла,
Упав меж старых колен.
Парик в отчаянье брошен
В угол гримерной тюрьмы

Дрожжат пересохшие губы,
Шепча в сигаретном дыму:
"Не быть мне, не быть!..."
И вот уж узел плетет.

Закинута к верху веревка,
И табурет стоит уж под ней...
А Гамлет все курит сигарку,
И искорки тают во мгле.

Пусты и холодны, как стеклянны,
У мервеца живее глаза.
Но нет у Гамлета воли,
Чтоб роль доиграть до конца.

И вот уж прокрался под дверью,
Бычков осветя хоровод,
Рассветного солнца лучик
И говора слышится звук.

Жилет уж отмыт, и напялен парик
И грим нанесен в три слоя.
Оставлена мрачная келья,
Нетвердым шагом идя,
Вьется за ним следом,
Конопляно-льняная змея.

(09.25)