Название не придумалось...

Ну что ж…

От отчаянья, которое идет за приступами депрессии, которая неизбежно возникает от безделья у меня сложилось в голове несколько тем, о которых, кажется стоит писать.

Но, сначала, пару слов о безделье.

Ну, что б вы не подумали, что я – бездельник, - достаточно и того, что я сам так думаю в периоды депрессии. Безделье мое – вынужденное – отсутствие денег не дает возможности никуда съездить, или выпить, ну нет, все-таки «посидеть в кафе», пообщаться с друзьями, да и какие могут быть друзья без денег? По крайней мере у человека моего возраста.

И не подумайте, что я жалуюсь – отнюдь, такое вступление кажется мне вполне художественным и многое объясняет, так сказать – реалистично.

И, как я уже сказал, тем этих не было бы, если бы я сидел в кафе, общался б с друзьями, и бродил бы по разным интересным местам.

А вот депрессия была бы. Она не исчезает, даже в таком случае, просто прячется.

Вот был я, к примеру, влюблен…

И что, я был доволен жизнью? Рядом с симпатичной девушкой, интересным человеком, которой я, возможно, тоже в этот момиент нравился?

Нет, даже тут ближе была депрессия... Это я хорошо помню.

Похоже, что у меня есть способности к литературе, и это тоже комплекс, потому, что мне больше нравятся художники и рок-музыканты, однако, писать мне интересней чем рисовать или петь песни, хотя, это потому что темы нашлись – и они настоящие, а не надуманные. Для стихов, они, кажется, не годятся, стихи должны быть как-то возвышенней, а возвышенность мне поднадоела.

Знаете, я тут начал читать «Жизнь монахов в Средневековье» и мне… нравится. Раньше такого я за собой не замечал. Не потому что много чего-то религиозного, а потому что все что оставил монах в своей жизни – все осмыслено. Да, этого немного, но оно все имеет смысл. А в обычной жизни смысл заменяется системностью, встроенностью… Иногда особо встроившихся выпускают погулять-побегать по травке, - я имею ввиду т.н. отпуск, и он бегает, пока не придет пора снова на цепь садиться – так жили, к примеру, в моем детстве добродушные сторожевые собаки в разрушаемом ныне поселки Юкки. Собака эта могла представлять опасность лишь пока сидела на цепи, т.е. «на работе», каждый день их отпускали на самовыгул, и встреча с таким огромным нечесаным дикого вида кобелем во время его прогулки была совершенно безопасна. Спущенный с цепи он совершенно не интересовался тем, что считалось его работой, и мирно шел по улице, обнюхивая и помечая наиболее заинтересовавшие его места.

В принципе и нам так предлагается жить, за исключением разве что того, что прогулка не бесплатна, а вокруг нас отнюдь не цветущие Юкки позднего советского времени. И многие как раз бросаются на прохожих, хотя, с другой стороны, они же не все чего-то охраняют, так что, такое поведение не связано с работой, и является, очевидно, - отдыхом.

Пожалуй, размещу я этот текст и схожу за кофе.

А дальше – посмотрим…