Лиатрис Корали. Глава 33

Старгородок.
Звонкий задорный девичий голосок:
- Молодейко, купи соби баранок! Меньше бублика, боле сушки!
- Держи монетку, красавица!- услышал Алан над ухом ломающийся голос веснушчатого долговязого парнишки с пушком над губой и длинной чёлкой рыжих кудрей, одетого в простецкую рубаху и подвязанных верёвкой вместо ремешка однотонных блеклых штанах.
- Ой, так много, много!- удивилась добротелая девушка.
- А поцелуй, что ли меня?- нагло ухмыльнулся парень.
- На сдачу?- щёчки продавщицы заалели.
- Ну да, и будем в расчёте,- парень уточкой вытянул губы.
- А вот я тя ща, губошлёп, поколочу!- замахнулась рушником сухонькая старушка, вынырнув из-за девичьей спины.
- Так ведь я не со зла!- Оправдывался парень, заслоняясь руками с баранками.
- Ишь ты, не со зла он! Ишь ты! Вот будешь знать, как девку мою сманивать на малинку-то!- разоралась старушка, но заметив, народ смеётся, остановилась, глазки быстро- быстро забегали,- Вот, на-ко, держи сдачу-то!
Она отсыпала парню три монетки из кожаного кошелька, висящего на плетёном поясе.
Алан улыбнулся, глядя на парня и пошёл дальше.

- Клюква,- квакнул низенький плешивый старикашка гномьего вида.
- Что, простите?- Алан аж остановился.
- Клюкву продаю, грю, вишь?- морщинистые трясущиеся ручки приподняли сомнительной чистоты тряпицу над туеском.
Старик сидел на странном возвышении, похожем на трон, прикрытый дырявым куском красного бархата с когда-то жёлтой, а ныне грязной бахромой.
- Жаравликой он торгует,- пояснила Лиатрис.
Она только что догнала Алана.
- Да я понял, что за товар у него. Купила, что хотела?
- купила!- девушка довольно улыбнулась, аккуратно похлопав по холщёвой торбе.
- Ты прости, что не стал дожидаться. Но сил моих не было больше ждать, когда твой шопинг закончится.
- Да, чё-то я увлеклась,- надула щёчки девушка.
- Скупить все нитки для вышивки- не просто увлечение, моя дорогая, а спонсирование собственной слабости.
- Ишь, как муж-то отчитыват!- похвалил его старик,- Правильно, паря, правильно. Домострой в семье нужон и традиции чтить надоть!- Он погрозил кривым грязным пальцем перед собой.
Алан с подозрением вгляделся в продавца:
- А ты из каких мест будешь, дядя?
Тот тут же сделал вид, что задремал, при этом сопя под нос:
- Не покупаешь- проваливай!
- Каков нахал!- возмутилась дородная тётка, разглядывающая товары гончара у соседнего торговца.
- Чисти-ко место, дед,- крикнул на ухо старику, торгующий ягодами молодой мужик, но в отличии от деда, спелыми и чистыми.
Он ютился с лотком рядом с грязнулей. И ему определённо не хватало места.
- Да оставьте вы его в покое,- неожиданно заступился за диковинного деда рыжеволосый купец,- вот я сейчас скуплю все его ягодки, а потом за твои примусь.
Старикан обрадовано вручил ему туесок и вскочив с молодецким проворством, побежал по ярмарочному проходу, крепко прижимая к груди несколько десятков серебряных монет.
- Странный тип,- задумчиво проговорил Алан.
- Да так, какая-то чухонь белобрысая,- проворчал парень, деловито разворачивая свою торговлю на освободившемся месте,- А нагадил-то старичок! Ой же, ой! Не поможешь?
Обратился он к Алану.
- От чего бы и нет?- он поломал гнилые фанерные, в жёлтых подтёках, ящики, имповизированного трона.
- Ну вот,- довольно потёр руки парень,- как и не было вонючки!
Алан предложил Лиатрис:
- Купим у парня ягодок? Смотри, какие чистые! Видно, что руки лёгкие и сердца добрые у его родных!
- Отчего ж не поддержать хороших людей?!- кудесница опередила рыжего купца, пока он торговался с парнем и обменяла монеты на товар.
- Благо тоби, Лиатрис!- кивнул с улыбкой продавец.
Подошли к нему ещё покупатели.
- Ну что, идём дале?- спросила девушка, с улыбкой нагружая Алана увесистой корзинкой.

-Эх, повернулось решето,
Да повисло над рекой!
- веселил народ скоморох, тренькая на балалайке,
-А вступай в хоровод,
Веселись, честной народ!
И повёл он людей по часовой стрелке, напевая:
- Чтобы в мире жили мы,
Чтоб не чуяли войны!
Эх, повернулось решето!
Ишь ты! Ишь ты! Вон како!
Хоровод развернулся и дружно поклонился солнцу.
- Порадуемся, братья и сёстры, и обнимемся! А ну-ка, дружнее, веселее! Весело живётся- так весело и прядётся!
Одна из женщин громко вздохнула, поправляя чёрную шаль на плечах.
- Да не печалься ты, баба! Давай дружить: то я к тоби, то ты меня- к соби!- Женщина стыдливо спрятала лицо за шалью.- А ты не прячь красу-то, тётя! Али я худ в чём? Я ж давно тоби приметил: баба добрая, а я весел. Вот, кажите, люди, чем не пара?
- Ожонитесь да и живите!- крикнул продавец ягод.
- Вишь, народ сватает!- Скоморох подошёл к женщине,- Настёна! Али не признала?
- Павлуша?- голос вдовы дрожал.
- Да,- серьёзность завладела скоморохом,- первый поцелуй мой был, помнишь?
Женщина позволила ему себя обнять.
- Жонитесь уж!- крикнула старушка с баранками.
- Любо-дорого глядеть!- улыбнулась Лиатрис.
- А может и мы…- начал Алан говорить и затих.
- Чаво мы?- посмотрела на него девушка.
- Пож… Пожалуй, пойдём дальше,- сказал Алан,- А то… вот корзинка что-то тяжела.
- Ну раз корзинка тяжела- товда её убавим!
Она глянула пристально на ягодки и уменьшилась поклажа, став не больше напёрстка.
- Как бы не потерять,- засуетился Алан, перекатывая корзинку по ладони.
- Да уж постарайся, сохрани покупку-то!- подмигнула девушка,- Ой, да дай-ко сюды, горе луковое!
И спрятала лукошечко в торбу.
- Добрая ярмарка!- похвалил рыжий купец, остановившись рядом,- А всё благодаря кому?
- Кому?- спросил Алан.
- Мне! Кому же ещё!- он надул щёки, выпятив нижнюю губу и грудь колесом, уперев руки в боки и гордо пошёл дальше.
- Хвалилась синица море зажечь!- махнула в его сторону кудесница.
Алан не сдержался и фыркнул.
- Чё за звук?- обернулась к нему Лиатрис.
- Так нервы,- закашлялся он.
- Хреново. А пойдём чайку с мятой попьём?
- Да я бы не только чайку пивнул, а и поел чего-то.

- Хлеб мягок и нож востёр.- подмигнул пекарь, подавая им по краюхе от свежего пышного каравая.
- Благо тоби, Лазарик,- кивнула Лиатрис.- доброе дело само соби хвалит.
- Так добро не лихо- бродит тихо!- Лазарик перевёл с девушки ласковый взгляд на Алана, хмурясь,- Порозно не думай.
- Не буду,- Алан не отвёл взгляд.
- Выдержал! Гли-ко, Лиатрис!- пекарь богатырской пятернёй припечатал парню по плечу,- Уважаю!
- А маслица-то, маслица с колбасками домашними отведайте!- Позвала хозяйка соседнего лотка,- Это те не волчьи объедки- батерброды заморские будуть!

Весёлая ярмарка с шутками скоморохов и хлебосольным угощением продолжалась и после заката. Селяне развели костры и заплясали под скрипки да балалайки, отстукивая ритм деревянными ложками. Алан чувствовал, как подпитывается доброй энергией и благодарно улыбнулся Лиатрис. Поехать на соседний остров в Старгородок- была её идея.
- Оставили вот мы на хозяйстве молодожёнов Феличку и Персихвостика под неусыпным взглядом Дуняши, а что-то я волнуюсь,- сказал Алан.
Лиатрис задумчиво посмотрела вдаль:
- Да оне управятсе, чую!
- Хорошо, будем доверять твоей чуйке!- Алан обнял её за плечи,- Не замёрзла?
- Ну чуток токо. Дома-то теплее.
- Значит, мне не показалось.
- И тут тепло, да токо лето не то,- она доверчиво прильнула к парню, и через мгновение отодвинулась,- Ой!
- Что такое?
- Обычай же скоро!
- Что за обычай?

Оказалось, венки девушки на воду спускать уже начали.
Лиатрис провела рукой по волосам и сняла ягоды алые переплетенные с цветами и душистыми травами. Она пошла к реке.
- А не жалко красоту такую в воду бросать?- огорчился Алан.
- Самодива примерит и сама выберет, чей краше. А остальные вернёт девчатам.
Алан только хотел полюбопытствовать, кто такая Самодива, как тут же и увидел: из воды появилась среди кружения водорослей и рыбок молодая русоволосая девушка. В длинной белой расшитой рубахе, и венки завели хоровод вокруг её. Девушка царственно кивнув поприветствовала народ. Те поклонились в ответ. Она улыбнулась и повела руками по воде. Венки закружились быстрее.
Самодива запела:
- Калины цвет мне боле люб,
Чем золото, хрусталь и розы…
И девушки подпели:
- Дарю венок и нежность губ,
Улыбку, а не девьи слёзы…
Алан заметил, как блеснули глаза Лиатрис, но не решился обнять.
Самодива же остановила свой выбор на венке из васильков и анютиных глазок. Девушка, подарившая его, обрадовалась, завизжав от восторга. А все вокруг начали её поздравлять.
- Чего она радуется?- спросил Алан.
- Суженый вернётся к ней из далёкого края,- Лиатрис запрокинула голову, не выпуская слёзы из глаз.
Алан бросился в речку и венок кудесницы сам подплыл к нему.
- Диво-то какое!- зашептали люди.
А парень стряхнул капли в речку, улыбнулся Самодиве и понёс венок Лиатрис. Хранительница реки нырнула и исчезла, оставив после себя лишь венки да перестук камышей.
- Он выбрал тоби,- прошептала она.
Алан наклонил голову, принимая девичий дар.
- А чаво распавсе хоровод?- крикнул скоморох Павлушка.
- Так пора на ручеек!- ответила ему Настёна.
И радостный народ продолжил пляски, увлекая в танец всех, кто знал толк в веселье.