Путешествуем по Беларус. Гл. 48. Коссово

Глава 48. Коссово. Дворец, проигранный в карты


После тихой элегии Пружан и величественной трагедии Ружан, Коссово встречает совсем иным чувством. Это вызов. Это мечта, высеченная в граните и кирпиче, — резная, стрельчатая, почти нереальная на фоне беларусских лесов и холмов.
Дворец Пусловских не похож ни на один другой. Двенадцать гранёных башен — по числу месяцев в году — взмывают в небо, словно корона, оставленная кем-то из гигантов на краю урочища Меречевщина. Вандалин Пусловский строил его в XIX веке как гимн готике, как романтическую иллюзию о рыцарских временах, которых уже давно не было.

Здесь всё дышало легендами, которые до сих пор перешёптывают местные ветры. Говорили о стеклянном поле-аквариуме в Парадном зале, под которым плавали экзотические рыбки; о ручном льве, которого выпускали ночами охранять покой хозяев; и о музыкальной стене, певшей от прикосновения дамских шёлковых платьев.
Но самая горчащая из этих легенд — про карточный проигрыш. Молодой наследник, Леон Пусловский, проиграл это рукотворное чудо в карты, разом перечеркнув труды и мечты своего рода. Так сказка разбилась о человеческую слабость, и замок пошёл по рукам, теряя свой лоск, картинные галереи и редкие коллекции, пока военные пожары и вовсе не обуглили его стены.

А буквально у подножия этого рыцарского замка, под сенью тех же вековых деревьев, притаилась совсем другая история — скромная усадьба Меречевщина. Здесь родился Тадеуш Костюшко. Контраст поразительный: пышный неоготический замок с его амбициями — и маленький деревянный дом под соломенной крышей, где начиналась жизнь человека, ставшего героем двух континентов.

Сегодня Коссово обретает новую жизнь. Замок поднялся из руин, его башни снова гордо смотрят на окрестные луга, а река Гривда всё так же отражает его строгий и прекрасный силуэт.

Это самая «картинная» глава нашего пути. Она замыкает дворцовый треугольник, оставляя после себя удивительное послевкусие: понимание того, как переплетаются в истории суета и вечность, безумная роскошь и истинное величие духа.

Маршрут пройден. Но эти три образа — уютная вилла, гордые руины и готический замок-мечта — навсегда останутся внутри, словно три разные грани одного большого путешествия.


Продолжение следует…