В августе 1988 года мы заканчивали наше длинное путешествие по заповедникам Средней Азии и Казахстана. Собирали сведения о снежном барсе, раскиданные по разным отчётам и "Летописям Природы"… Ну и хоть одним глазом хотели взглянуть на места обитания этой редкой кошки… На календаре промелькнули май, июнь, июль… Позади остался лесяток заповедников… Последним был Алма-Атинский. Из него нужно было выбраться на Иссык-Куль и по пути перевалить два хребта: Заилийский Алатау и Кунгей Ала-Тоо.
Группа наша была крохотной: всего 3 человека. Для путешествий в горах я обычно приглашал кого-то из своих друзей с горным опытом. На этот раз до июля работал Пётр Рыкунов — из Москвы. Когда его отпуск закончился, на смену приехал Виктор Мишенин — из Теплоключенки Иссык-Кульской области. Третьим в нашей группе был мой сын Рома. В сентябре ему исполнялось 9 лет…
Ромка играючи переносил все тяготы нашей походной жизни и без напряга проходил азы воспитания горами. В последний наш высотный день в Кунгей Ала-Тоо мы прошли ледовый перевал, сняли в туре записку москвичей, прошедших буквально перед нами. Под ледником разбили лагерь чуть дальше москвичей и принялись готовить ужин. Мы с Витей были в хорошем настроении, как бывает по окончании большого дела, я засыпал в кастрюльку какую-то из круп, и вдруг на корабле начался детский бунт:
- Надоели мне ваши каши, лапша, сублиматы… Хочу хлеба!!! Или сухарей!!!
Трёхмесячное терпение ребёнка лопнуло… Но ни хлеба, ни сухарей наша раскладка не предусматривала… Мы экономили на весе и объёме продуктов, потому что в Ромкин рюкзак можно было запихать только спальник и его личные вещи…
И тут меня осенило:
- Рома, сходи к москвичам… У них наверняка есть сухари и они не откажут ребёнку…
Я думал, мой скромный сын никуда не пойдёт, но не тут-то было…
Поход к москвичам занял минуты... Выслушав ребёнка, руководитель группы тут же крикнул кому-то в соседней палатке:
- Завхоз, выдай детской группе сухарей!
А завхоз — добрая девушка — словно сама мечтала избавиться от лишних продуктов. Сухарей для детской группы она собрала целый мешок… Во второй полетели конфеты и печенье…
Утром мы ещё лениво валялись в спальниках, переваривая праздничный ужин, когда москвичи снялись с лагеря. Проходя мимо нашей палатки, они остановились… Потом мы услышали:
- Нихрена себе детская группа…
У входа в палатку стояли две пары грязных ботинок 46 размера… Сбоку к ним сиротливо прижались Ромкины кроссовки...
В заставке сын Рома, 1988 (фото автора).
Детская группа...
© Copyright: Евгений Кашкаров, 2026
Свидетельство о публикации №226073000100
Свидетельство о публикации №226073000100
Рецензии
Евгений, приветствую.
Вспомнился случай из моего Междуреченского "поднебесного" похода.
Вымотался на устремлённой вверх тропе, присел отдышаться. Со мной подрастающий внук. Мимо поднимается семья, россыпью. Впереди женщины, за ними ещё, а с замыкающими мальчишка, примерно такой же ка Рома на снимке, даже чуть помладше. Малец поднимался по тропе поразительно для меня - торопливо, твёрдо и даже гневно ставя свои ноги, и при этом что-то сердито выговаривая по направлению вверх. Показался снизу, мимо нас прошуршали его сердитые топ-топ-топ, и скрылся за верхним пихтовым зигзагом.
Я переспросил внука, - Что это он такое сердитое ворчал?
- Вперёд ушла его тётя, а все конфеты у неё.
Вообще, дети в походе - зрелище более ценное и симпатичное иной раз, чем даже сам поход.
И что интересное, достойное самого серьёзного научного изучения, заметил я чисто статистически. Охота к походам, в которые я таскал их и даже они сами будили меня ни свет ни заря, у моих шести детей начисто покинула их сразу после 13-15 лет. Меня такая корреляция с возрастом просто ставит в понятийный тупик - силы проснулись, а стимул заснул.
Мой первый поход за грибами был года в четыре, за руку с отчимом. Первый - одиночный и самостоятельный, с ночёвкой и костром - лет в девять-лесять. С тех пор - в лесу, на море и реке, на машине - полжизни вне дома... вся моя голодная на путешествия шлея.
Когда учительница рассказывала ученикам, что если человек любит запах полыни, он наверняка путешественник... моя дочка крикнула в ответ, - Да это мой папа.
Действительно, запах северного багульника и Кузбасской полыни меня чарует и пьянит. Думается, что их помнит нюх далёких генов.
Женя, а как ты к полынному аромату в этаком разрезе?
Владимир Рысинов 30.07.2026 03:14 • Заявить о нарушении
Вспомнился случай из моего Междуреченского "поднебесного" похода.
Вымотался на устремлённой вверх тропе, присел отдышаться. Со мной подрастающий внук. Мимо поднимается семья, россыпью. Впереди женщины, за ними ещё, а с замыкающими мальчишка, примерно такой же ка Рома на снимке, даже чуть помладше. Малец поднимался по тропе поразительно для меня - торопливо, твёрдо и даже гневно ставя свои ноги, и при этом что-то сердито выговаривая по направлению вверх. Показался снизу, мимо нас прошуршали его сердитые топ-топ-топ, и скрылся за верхним пихтовым зигзагом.
Я переспросил внука, - Что это он такое сердитое ворчал?
- Вперёд ушла его тётя, а все конфеты у неё.
Вообще, дети в походе - зрелище более ценное и симпатичное иной раз, чем даже сам поход.
И что интересное, достойное самого серьёзного научного изучения, заметил я чисто статистически. Охота к походам, в которые я таскал их и даже они сами будили меня ни свет ни заря, у моих шести детей начисто покинула их сразу после 13-15 лет. Меня такая корреляция с возрастом просто ставит в понятийный тупик - силы проснулись, а стимул заснул.
Мой первый поход за грибами был года в четыре, за руку с отчимом. Первый - одиночный и самостоятельный, с ночёвкой и костром - лет в девять-лесять. С тех пор - в лесу, на море и реке, на машине - полжизни вне дома... вся моя голодная на путешествия шлея.
Когда учительница рассказывала ученикам, что если человек любит запах полыни, он наверняка путешественник... моя дочка крикнула в ответ, - Да это мой папа.
Действительно, запах северного багульника и Кузбасской полыни меня чарует и пьянит. Думается, что их помнит нюх далёких генов.
Женя, а как ты к полынному аромату в этаком разрезе?
Владимир Рысинов 30.07.2026 03:14 • Заявить о нарушении