Читаем 9-ю главу Бодхичарья-аватары. Стихи 114-115

114
“Росток возникает из семени.
Именно росток указывает на наличие семени.
Почему же познание, возникающие из познаваемого,
Не может указывать на подлинное бытие познаваемого?”

115
Существование семени устанавливается
С помощью познания, а не ростка.
Каким образом познается существование познания,
Если истинность познаваемого устанавливается с помощью этого познания?

Как известно из буддийских текстов, есть три вида взаимозависимости: зависимость от причин и условий, зависимость от частей и зависимость от обозначения. С точки зрения буддийских софистов, если есть какая-либо взаимозависимость, то независимость, а значит, и подлинность отсутствуют напрочь. Явления, находясь во взаимозависимости, полностью аннигилируются: их нет со своей стороны, они существуют исключительно как обозначения.

Неужели семя и росток, находясь в причинно-следственной зависимости, в силу этого полностью потеряют самих себя? Разве зависимость между ними полностью исключит независимость и самость? Если в силу такой тотальной зависимости они становятся абсолютно иными себе, то как возможны между ними причинно-следственные отношения? Если они оказываются полностью иными себе, не будут ли они тождественны друг другу?

Чем они будут отличаться между собой, если они оба иные? Будучи полностью иными себе, они будут полностью тождественны иному, а значит, тождественны друг другу. В этом случае семя будет тождественно ростку, а росток — семени. Между ними не будет никакой инаковости и, естественно, в таком случае они не могут быть причиной и следствием. Причина и следствие должны как-то различаться, иметь некоторую инаковость.

Иначе вся эта причинно-следственная взаимозависимость теряет смысл. Её просто не будет. В абсолютно неразличимом ином нет никаких отношений и зависимостей. Чтобы была зависимость, необходимо, чтобы следствие отличалось от причины, а не было тождественно ей. Тут надо заметить, что росток не полностью отличен от семени. Вот от камня он весьма отличен, а с семенем он тождественен по генотипу, но при этом иной с ним по сущности.

Росток не есть семя — это иные друг другу явления, но не совсем иные. В силу такого сочетания инаковости и неинаковости они способны находиться в отношении причины и следствия. Как же возможна неинаковость между ними, если, с точки зрения буддийских софистов, абсолютизирующих зависимость, эта взаимозависимость должна полностью её уничтожить? Не надо абсолютизировать зависимость — и тогда будет возможна неинаковость.

Наши, утвердившиеся в срединном воззрении, мадхьямики сильно всё накренили в сторону тотальной зависимости. Но в этой абсолютной зависимости нечему быть зависимым. Все явления перестают быть собой, становясь полностью иными себе, а значит, тождественными друг другу. Точнее, там уже нечему быть тождественным: всё превращается в сплошную инаковость. Давайте уже этот крен исправим и вернём всё в срединное состояние.

В котором, наряду с иным, найдётся место неиному. Вот в этом и будет срединность, позволяющая всему быть, а не превращающая всё в абсурд. Конечно, существование семени обнаруживается сознанием, налагающим на него свой субъективный отпечаток. Но обнаруживает наше сознание семя или создаёт его? Если оно полностью растворилось в зависимостях с иным, то мы там ничего не обнаружим. Нам придётся создать его самим.

Наверно, мы его спроецируем вовне из нашей кармической базы данных. В итоге, словно во сне, увидим семя. Такое семя будет полностью создано сознанием, обусловлено им. Мы получим не просто субъективный образ семени, которое мы обнаружили вовне, а нечто полностью созданное нами, с его обозначением как «семя». Не найдя ничего неиного себе вовне, буддийские софисты заставляют наше сознание стать творцом всего познаваемого.

Как там сказано? «Устанавливается сознанием». То есть, глядя на росток, мы можем догадаться, что он возник из семени. Почувствовав запах дыма, мы способны установить наличие огня. Разве мы не устанавливаем причину благодаря следствию? Нет, — скажут буддийские софисты. Мы всё устанавливаем с помощью познания. А почему только с помощью познания, а не с помощью ещё и следствия? Потому что нет никакого следствия.

Все эти разглагольствования о причинах, следствиях, взаимозависимостях — дымовая завеса, пыль в глаза. Это нам кажется, что там что-то от чего-то зависит. Но реальная взаимозависимость вообще невозможна. Ведь если её абсолютизировать и полностью выбросить некоторую независимость, то не будет никакой неинаковости: явления окажутся полностью иными себе, останется только тотальное иное. Где тут место взаимозависимости?

Взаимозависимость возможна только при наличии некоторой независимости и неинаковости. Поэтому буддийским софистам наплевать на следствие. Не следствие устанавливает причину, а познание. И познание также устанавливает познание. Вот такое вот получается самоустановленное, самосущное познание. Оно не самосущее — внешние объекты его обуславливают! Да нет же никаких внешних объектов, есть лишь установки познания.