Юродивый роман. Часть первая. Глава 4

Глава 4

Разбудил новеньких под утро оглушительный грохот.
Нет, это были не канонады. Это Яриков, мучимый страшной жаждой после вчерашнего застолья, на ощупь пробирался к холодильнику. Не включая света, он попытался вытащить трёхлитровую банку с прокисшим молоком, но не удержал её. Банка с грохотом ударилась о пол и разлетелась вдребезги. Кислое молоко мгновенно растеклось по кухне.
Яриков в отчаянии схватился за голову.
В этот момент кто-то включил свет.
Перед ним стояли трое незнакомых молодых людей в одном нижнем белье.
— О-о... Мужики, здорово!.. — протянул мичман, щурясь от яркого света и пытаясь сфокусировать взгляд.
— Доброе утро, — с явным сарказмом ответил Мелёхин.
— Я вас не разбудил?
— Да нет... Всё нормально... — потирая сонные глаза, отозвался Рашидов.
Ему этой ночью досталось больше всех. Стоило Юсупу только начать засыпать, как Яриков перевернулся на спину, и квартира наполнилась таким храпом, будто где-то неподалёку завели танковый двигатель. В отличие от Андрея и Сергея, которые всё же успели немного поспать, узбек так почти и не сомкнул глаз.
— Ой, мужики... Как мне плохо... Голова трещит...
Юсуп лишь молча вздохнул.
«Голова у него трещит... Да у меня такое ощущение, будто я неделю не спал...»
— Ой, что вчера было... Что вчера было... А который сейчас час?
— Без двадцати шесть, — ответил Андрей.
— Без двадцати шесть?!
Яриков снова схватился за голову.
— Да мне же сегодня на подъём в роту!.. Ох, как мне хреново... А вы чьи теперь будете?
— Разведрота, — ответил Мелёхин.
— А-а... Понятно...
Оставив техника ремонтной роты приходить в себя, молодые люди вернулись в комнаты. Засыпать уже не было смысла. Быстро одевшись, они втроём отправились в казарму.
Так начался их первый служебный день.

* * *
Кравченко принял хозяйство разведроты у Бажана.
Новая должность оказалась не такой сложной, как Андрей ожидал. Работа старшины роты почти полностью касалась хозяйственной части. Недаром в солдатской песне поётся:
Старшина — отец и мать,
Как его не уважать?
Кормит нас и одевает он.
Он же ставит нас в наряд
Очень много раз подряд —
Так гласит армейский наш закон.
Свободного времени у Андрея оказалось неожиданно много. Чтобы не сидеть без дела, он всерьёз занялся спортом.
Ещё на гражданке он увлекался боксом. Спортивных разрядов не имел, однако за время срочной службы заметно прибавил в мастерстве.
В разведроте спортсменов оказалось хоть отбавляй.
Один только Бохадыр Марифов чего стоил. Неоднократный чемпион дивизии, многократный чемпион армии по рукопашному бою — его титулы говорили сами за себя.
Да и Влад Бажан был настоящим богатырём.
Очень сильный состав собрался во втором взводе у старшего лейтенанта Герасимова.
Но больше всех удивил новеньких Юсуп Рашидов.
На первом же вечернем спарринге этот невысокий, худощавый узбек уже в первом раунде отправил в нокаут здоровенного старшину 1-ой статьи Балуева.
Заместитель командира взвода Дюрягина имел первый разряд по тяжёлой атлетике и был кандидатом в мастера спорта по боксу. Однако против техники Рашидова оказался бессилен.
Таэквондо, которому Юсуп посвятил многие годы, давало о себе знать.
Но самым зрелищным поединком неизменно становилась схватка между Владом Бажаном и Бохадыром Марифовым.
Один — мощный, подвижный, словно лев.
Другой — спокойный, расчётливый, не совершающий ни одного лишнего движения.
Во время тренировок Бохадыр любил повторять:
— Если уж бьёшь — бей так, чтобы противник больше не поднялся.
И это были не пустые слова.
Даже Влад, обладавший богатырской силой, нередко с трудом выдерживал его удары.
Испытать на себе знаменитый «апперкот по-марифовски» довелось и Кравченко.

* * *
Мелёхин же, несмотря на разряд по дзюдо, к силовым видам спорта относился спокойно.
Его куда больше привлекало творчество.
Он писал стихи.
Сочинял песни.
Любил литературу.
Как-то ротный, шутя, назвал его Лермонтовым.
И действительно, между ними было что-то общее. Не только внешнее сходство, но и внутренний склад души. Сергей тоже искал в жизни что-то вечное, непреходящее.
Очень быстро Мелёхин завоевал уважение всей роты.
Моряки говорили о нём:
— Ему можно душу открыть.
Не меньшую популярность приобрели и его песни, которые он исполнял под гитару.
Особенно полюбилась разведчикам песня «Перевалы». Со временем она стала настоящим казарменным хитом.

* * *
Однажды Мелёхин заглянул к своему земляку в полковой оркестр.
Там он обнаружил старую музыкальную аппаратуру: бас-гитару, соло-гитару без струн, порванные барабаны, рабочий электроорган, неисправный усилитель и две колонки.
И тогда у него родилась идея:
— А почему бы нам не создать свой ансамбль?
В полку уже существовали два музыкальных коллектива. Один состоял из музыкантов полкового оркестра, другой был сборной комендантского взвода и роты связи.
Времени для репетиций в клубе на хорошей аппаратуре разведчикам уже не оставалось.
Пришлось восстанавливать старую технику.
Нашли и специалиста по ремонту.
Оставалось решить ещё одну проблему — помещение.
В клубе свободных часов не было.
После долгих обсуждений разведчики предложили неожиданное решение:
— Почему бы не репетировать прямо в казарменной бытовке?
Не сразу, но после долгих уговоров замполит полка всё же дал согласие.
Так с нового года разведчики начали регулярно собираться по вечерам на репетиции, если только рота не находилась на учениях.

* * *
За клавишные инструменты сел Мелёхин.
Он же исполнял второй голос, а иногда и основной.
Главным же солистом неожиданно стал Кравченко.
Оказалось, что Андрей обладал сильным, красивым вокалом.
Однако возникла новая проблема.
Андрей был человеком очень застенчивым.
Выходить на сцену и петь перед людьми казалось ему почти неприличным — словно выставлять себя напоказ.
Мелёхину пришлось долго убеждать друга.
— Нельзя закапывать талант, который тебе дал Бог.
Постепенно Андрей согласился.
Кроме вокала, ему доверили соло-гитару.
Спиридонов играл на обычной шестиструнной гитаре, к которой приставляли микрофон.
Влад взял бас-гитару.
Как выяснилось, ещё на гражданке он играл в сельском ансамбле.
Узнав об этом, Дюрягин не удержался:
— Так ты у нас ещё и музыкант? А я думал, ты только быкам рога ломал в своей Мышеловке. Оказывается, лучший парень на деревне! В клубе танцы крутил!

* * *
Дольше всего спорили о названии группы.
Решили назвать «Штормовая Лира».
Шутили, что если в фильме «В бой идут одни старики» была певчая эскадрилья, то у них появилась певчая рота.

* * *
Постепенно Андрей забыл о своей несбывшейся любви.
Он втянулся в службу.
Домой уже почти не тянуло.
Появились настоящие друзья.
Особенно он сблизился с Мелёхиным.
Они понимали друг друга почти без слов.
Иногда казалось, будто читают мысли друг друга и знают друг друга с детства.
Даже на гражданке у Андрея никогда не было такого близкого друга.
И должность старшины разведроты неожиданно пришлась ему по душе.
«А может, оно и к лучшему, что я остался на сверхсрочную? — думал он. — Что бы я сейчас делал дома? Возвращался бы на завод? Там пахать надо... А здесь жить куда легче.
Да и с продуктами благодать.
Кроме ежемесячного пайка, стоит только отправить пару солдат в овощерезку — и к вечеру на кухне уже мешок картошки.
Кладовщик сухого пайка — тоже земляк.
Недаром наш зампотыл ворчит:
— Эти хохлы оккупировали все тёплые места!
И ведь правда.
Повара, хлеборезы, кладовщики, писари, клубные работники, операторы на полигоне, свинари...
Куда ни посмотри — везде свои.
Только как этот Редько, молдаванин, ухитрился пролезть в каптёрщики?
Хотя... этот куда угодно пролезет.
Ох и проныра...»