Хозяин плотины

Уложив Рому в коляску, Кира попросила девятилетнего Костика вывести брата в коридор. Потом усадила Борю в прогулочную коляску и крикнула:
— Артур, мы идём или как?
— Кирюш, момент!
Артур допил коньяк и сунул пустую рюмку в карман светлого льняного пиджака.

Домой шли через лесопарк. На поляне встретили бывших одноклассников Киры. Те жарили шашлык и отмечали первую Машину зарплату — она недавно устроилась охранницей в магазин.
— Уже ловила кого-нибудь? — спросил Артур.
— Вчера один бутылку в рукав засунул. Уверял, что просто до кассы донести хотел.
Все засмеялись.

Кира потянула мужа за рукав:
— Артур, пойдём. Мне ещё детей кормить и купать.
— Кирюш, пять минут.
Она знала эти пять минут. Сначала он допьёт. Потом каждому пожмёт руку. Потом вспомнит ещё одну шутку.

Когда Артур выпивал, в нём появлялась тяжёлая весёлость. Он говорил громче, смеялся дольше и переставал замечать, что остальные уже устали.
— Кир, давай на посошок, — предложил Дима.
— Я не пью.
— Тогда Артурчик за тебя.
Артур выпил ещё одну рюмку.
Уйти удалось только через четверть часа.

Впереди Артур катил коляску с Борей. За ним шла Кира с Ромой. Костик вприпрыжку замыкал процессию. С поляны ещё долго доносились голоса и смех.

Через Пахру вёл узкий мостик. Двоим там было не разойтись: кому-то приходилось останавливаться или прижиматься к самому краю.
У входа стояли двое парней лет двадцати пяти. Курили, переговаривались. Семью они заметили заранее. Но не отошли.

Артур шёл первым — большой, тяжёлый, в светлом костюме. Перед собой толкал коляску с Борей. Подойдя почти вплотную, он рявкнул:
— Слышь, ты! Задницу подвинул!
Худой брюнет отступил, но тут же ощерился:
— Борзый какой. Ты чё, хозяин плотины?
— Допустим. Дальше что?
Артур даже не остановился.
Парни расступились.
Следом прошла Кира с Ромой. За ней — Костик.

На другом берегу тропинка ныряла за кусты. Кира прибавила шагу. Хотелось поскорее уйти, пока Артур не сказал что-нибудь ещё.
Она уже решила, что всё закончилось, когда за спиной затопали шаги.
— Ну чё, хозя-яин плоти-и-ны! Побаза-а-рим?

Кира обернулась. Оба шли следом. Не торопились. Ухмылялись.
Как перед дракой.
Внутри всё похолодело.

Артур остановился. Снял очки, сунул Кире вместе с телефоном и откатил коляску к кустам.
— Звони Димону.
Этот тон Кира тоже знала. После него Артур уже никого не слышал.
Парни приближались. Наверное, решили, что здоровый мужик в светлом костюме только пугает.

Кира дрожащими пальцами нажала кнопку вызова.
— Дим! Тут за нами какие-то отморозки идут!
— Где вы?
— За плотиной!
— Уже бежим.

Артур шагнул навстречу первым.
Он врезался в худого всем корпусом. Тот потерял равновесие и полетел вниз по склону.
Блондин ударил Артура в лицо, вцепился в пиджак — и оба рухнули на пыльную тропинку.
Кира не успела понять, кто оказался сверху. Светлый костюм в одно мгновение стал серым. На земле блеснула кровь.
— Дим, быстрее! — закричала она в телефон. — Артура убивают!

Костик стоял возле колясок, белый как стена.
— Мам…
— Стой здесь! Не подходи!
Боря заплакал. Следом закричал Рома.

Артур и блондин катались по земле, тяжело дыша и осыпая друг друга ударами. Худой уже карабкался обратно по склону.

Кира оглянулась на мост.
На другом берегу появились люди.
Впереди бежала Маша. За ней Дима и остальные.
— Наших бьют! Бегом!
Кира наконец смогла вдохнуть.

К тому моменту Артур уже подмял блондина под себя и придавил всем весом.
— Слышь, козёл, ты ничего не попутал?

Блондин дёрнулся, но вырваться не смог.
— А чё не так? — прохрипел он.
— А вдруг я реально хозяин плотины? Не подумал?
— Рамсы попутал.

Артур навалился сильнее.
— Я здесь живу. Я этот спуск чистил. Дорогу делал. А ты приехал и решил, что тебе всё можно?

Худой выбрался на тропинку, увидел бегущую толпу и замер.
Опасность миновала. Кира поняла это сразу.
Артур тоже должен был понять.
Блондин больше не сопротивлялся. Лежал лицом в пыли и тяжело дышал. Дима уже был рядом. Остальные бежали следом.
Артуру достаточно было подняться.
— Двое на одного — не по-пацански, — сказал он. — Ты видел, что я с женой и детьми.

Он мог остановиться. Но не остановился.
Сунул руку в карман и достал рюмку.
Кира сразу её узнала. Ту самую, из которой он пил на поляне.
— Артур, не надо.
Он будто не услышал.
Рюмка хрустнула в его кулаке. На ладони осталась рваная стеклянная розочка.
— Артур!

Дима уже бежал по тропинке.
— Мы здесь!

Артур наклонился над блондином.
Кира отвернулась.
Когда она посмотрела снова, на лбу парня проступали неровные кровавые буквы. Артур медленно выводил их осколком, будто старался, чтобы получилось разборчиво.
Блондин вскочил, зажимая ладонью лицо.
Худой свистнул ему.
Оба бросились прочь, к железнодорожному мосту.
Они не знали, что там тупик. Впереди стояла сторожка, через служебную территорию их не пропустят. Позади бежали десять разгорячённых человек.
Чужаки сами загнали себя в ловушку.

Маша неслась впереди. Худой попытался проскочить мимо неё. Она вцепилась в его футболку.
— Стоять!
Он развернулся и со всей силы толкнул её. Маша спиной рухнула на бетонные плиты.
После этого сорвались все. Крики смешались с руганью. Кто-то держал Артура. Кто-то схватил худого. Дима орал, чтобы все успокоились. Блондин прижимал ладонь ко лбу.
Дети плакали.
Кира стояла возле колясок и не понимала, кого боится больше — чужих или своих.
Постепенно ярость выдохлась. Несколько секунд все тяжело дышали и смотрели друг на друга.

Первым отвернулся Стас.
— Хватит. Расходимся.

Парни ушли. Блондин всё ещё зажимал ладонью лоб. Худой поддерживал его под локоть.

Никто их не остановил.
— А мне их жалко, — тихо сказал Стас.
Маша уставилась на него:
— Их? Они первыми напали!
— Первыми. Но когда мы прибежали, всё уже закончилось.
Артур вытер окровавленную ладонь о брюки.
— Народ, пошли к нам. Обмоем победу.

Никто не ответил.

Несколько минут назад, когда парни шли следом, Артур казался Кире единственным человеком, способным защитить её и детей.
Теперь он стоял посреди тропинки в разорванном, перепачканном костюме и улыбался.

«Я живу с монстром».
Мысль возникла спокойно и отчётливо.
Страшнее всего было то, что она показалась Кире давно знакомой.
— По домам, — повторил Стас. — Пока ещё что-нибудь не случилось.
Артур хмыкнул, но спорить не стал.

Кира смотрела вслед уходящим парням.
Вверх по склону, между кустами, тянулась узкая тропинка. По ней можно было обогнуть и сторожку, и железнодорожный мост.
Парни её не заметили.

Ночью Артур храпел.
Дети спали.
Кира лежала рядом и смотрела в темноту.

«Скоро рассвет, выхода нет…»

Вот зараза. Привязалось.
Она повернулась на другой бок.
А был ли у Артура другой вариант? Если бы он оказался слабее, его могли избить. Потом отпустить со словами: «Надо с людьми вежливо разговаривать».
А её?
Детей?
Наверное, не тронули бы. Наверное.

Кира вспомнила Костика возле колясок. Белое лицо. Руки, прижатые к груди. Он даже не плакал.
Что она могла сделать? Отдать ему коляску и велеть бежать домой? Закричать раньше? Броситься между ними?
Она просто замерла. А Артур не замер. Он заслонил их собой.
И этим всё усложнил.
Потому что сначала он действительно защищал их.
Потом опасность закончилась.
Блондин лежал в пыли и не сопротивлялся. Дима уже бежал по мосту. Их было десять человек против двоих.
Артур мог встать.
Мог отпустить.
Мог остановиться.
Вместо этого достал рюмку.
Кира закрыла глаза.
Перед ней снова возник его кулак со стеклянной розочкой.
Самое страшное было не в том, что он сорвался.
Он не сорвался.
Он всё понимал.
И хотел именно этого.
А был ли выход у тех парней?
С запада — сторожка. С юга — их компания. Они побежали на восток и упёрлись в железнодорожный мост.
Нужно было уходить на север.
Вверх по склону, между кустами.
Выход был.
Они просто о нём не знали.
Кира открыла глаза.
Сколько раз Артур по молодости попадал в такие истории?
Миллион.
Дрался, нарывался, доказывал, что его нельзя унижать. Потом вырос. Завёл дело. Женился. Стал отцом троих детей.
Казалось, изменился.
А может, просто реже появлялся повод.
Рядом Артур всхрапнул и повернулся к стене.
Кира долго смотрела ему в спину.
А если бы Дима не прибежал?
Если бы блондин продолжал лежать?
Если бы в руке у Артура была не рюмка?
Нет.
Хватит.
Она отбросила одеяло и села на кровати.
— Пойду кашу поставлю, — прошептала Кира. — И стиралку запущу. Всё равно не сплю.
Артур не ответил.
До рассвета оставалось совсем немного.