Согдиана. Великие пути

               
               
                Часть 2


                Что ценнее: небо или сияющие звёзды?
                Ценнее то, что случается в жизни...
               
               
                Глава 1

 Чем пахнет пустыня? Не кизячным дымом ночного костра, не уставшими за день верблюдами и лошадьми и не улёгшейся дорожной пылью, нет...Пустыня пахнет звёздами, огромными словно блестящие  монеты франков из звонкого серебра или прекрасные глаза небесных пери, с любопытством глядящих на ночную землю. Батбол-бей очень любил это время суток, когда завершён трудный вечерний переход, и темень ночи больше не позволяет идти вперёд. А ночь дарит несколько часов прохлады и покоя, несколько часов на молитвы и раздумья...

Батбол-бей лежал на бараньей кошме, дабы не чувствовать жар, набранный за день землёй, и глядя на полную луну, размышлял. Думал об оставленной, ставшей такой далёкой родине и семье, о тех, кого он оставил в родном селении, а главное - о той насмешливой, но самой красивой девушке. При мысли о ней сжималось сердце и готово было выпрыгнуть из груди. А ещё о том, куда свернуть завтра после утреннего перехода влево или же вправо от горной гряды. Каравану нужна вода и справа от гор протекала горная чистая река, но переход в таком случае удлинялся на несколько дней. Если пойти влево, то можно застать воду в пересыхающих озерах, образующихся после дождей. Вроде бы солнце ещё не было столь жарким, и озёра могли ещё подарить каравану воду. Да будет милостив к нам огнерождённый Ахура -Мазда и да пошлёт спасительную воду богини Шубад, своей единокровной сестры.

В это время, скрепя песком и мелкими камешками, мимо прошёл стражник. Увидев, что караван-баши ещё не спит, он преклонил голову и пробормотал:

 - Да не побеспокоят твой сон ночные духи, а Бамбур (имея ввиду себя) охранит от любого ночного врага, имеющего тело и голову, которую можно отсечь!

Никто не знал настоящего имени главы стражников и откуда он родом, как никто не знал, к какому народу он принадлежит. Бамбур (с тюркского - шмель) - всего лишь прозвище. Есть легенда о том, что все боятся грозного тигра, но сам тигр боится маленького шмеля, которого невозможно ни ударить когтями, ни прогнать рыком, ни поразить укусом мощных челюстей. Так что тигр страшен для всех, но шмель страшен тигру...

Батбол-бей только радовался, и сердце его наполнялось покоем оттого, что в этот раз его сопровождал именно Бамбур со своими проверенными не раз в деле воинами. Стражники, смелые и знающие своё дело, это большая редкость, примерно такая -же, как встретить грифона на улицах благословенной Мараканды.

В последнее время караваны стали преследовать люди -дхоли  или люди - шакалы. Днём незаметно двигаясь за караваном, они нападали ночами на неосторожно отошедших от каравана путников, грабили их и убивали, а после исчезали, как призраки в пустыне или степи, не оставляя после себя почти никаких следов.

Батбол-бей поднялся с кошмы и догнав стражника Бамбура, негромко стал расспрашивать его. Разговор был о людях - шакалах. Точнее о том, как сделать так, чтобы они больше не досаждали ни каравану, ни тем, кто следовал в нем. Караван-баши не ошибся, у стражника Бамбура был готов план действий, простой и скорее всего действенный. Он предлагал сделать чучело, обычное, как то, которым земледельцы отпугивают от своих посевов стаи перелётных птиц, возвращающихся с далёкого юга на север, где они высиживают птенцов. Нарядить чучело в одежды и плащ, установить подальше от костра, время от времени подсвечивать его факелами и занять позиции, укрывшись за редкими кустами, а то и зарывшись в песок. Люди – шакалы, увидев одинокую фигуру человека, обязательно постараются его похитить. В этот момент и следует напасть на них.

Батбол-бей, доверяя опыту и интуиции стражника,  согласился. Из жердей и тряпок быстро был изготовлен тот, кто будет приманкой, и в полной тишине установлен за пределами освещённого костром пространства. Возле самого костра наоборот было более обычного шумно, купцы пели и громко смеялись, кто-то достал барабан и тот ритмично зарокотал в умелых руках. Складывалось полное впечатление того, что в караване праздник и веселье. Не обратить внимание на это было попросту невозможно.

Но Бамбур и его люди были сосредоточены лишь на чучеле. И вот оно дрогнуло и опрокинулось из-за накинутого аркана. Бамбур свистом скомандовал атаку, и его команда дружно ринулась на врага. Несколько стрел впустую были выпущены ночными разбойниками, пока они не попали под сокрушающие удары сабель стражников. Бой был недолгим, собственно, даже не бой, а быстротечная схватка. Были зажжены факелы и при их дрожащем свете стало ясно: люди -шакалы уничтожены. Всего 6 человек. Четверо были убиты сразу, а двое ранены. Один из раненых истекал кровью, и глаза его вскоре навсегда перестали различать дневной и лунный свет. А второй, молодой и испуганный был легко ранен и сжавшись, дрожа смотрел на стражников. Батбол-бей остановил уже занёсшего саблю одного из стражников и приказал связать пленника. Он ещё не знал, что с ним делать, но его душе и сердцу претило убить безоружного и испуганного раненого. Связанного пленника привязали сыромятным ремнём к большому, освещённому костром бревну. Лагерь постепенно затих, пытаясь урвать у ночной прохлады пару часов сна и лишь костёр, догорая, отражался на шлеме стражника, охраняющего пленника.

 Утро началось с протяжной переклички верблюдов и ржанья лошадей. Погонщики навьючивали животных, купцы молились каждый своему богу, стражники привычно оглядывали всё вокруг и проверяли оружие. Батбол-бей приказал подтащить трупы убитых вчера разбойников к обрыву неподалёку и сбросить их вниз. После он и несколько стражников, взяв заступы буквально обрушили песчаные стенки оврага и песок толстым слоем засыпал трупы .Батбол-бей прочёл молитву Ахура - Мазде о том, чтобы тот простил грехи погибших и был милостив и милосерден к их душам. После весь караван медленно тронулся вперёд...
      
Батбол-бей любил скачки на своём горячем рыжем согдийском жеребце, но предпочитал перемещаться в караване на большой четырёхколёсной повозке со множеством подушек и кошм. Отслеживать ситуацию, быть всё время бодрым и начеку - обязанность караван-баши и для этого надо быть неуставшим...

Связанный пленник находился внутри повозки. Батбол-бей долго, не отрываясь, рассматривал пленника и понял, что тот происходит из киргизов. Батбол-бей заговорил с ним на тюркском. Тот поднял глаза на караван-баши и стал отвечать на понятном наречии, но странно, по-другому расставляя слова и заменяя некоторые буквы на другие. Но в целом было понятно. Из разговора выяснилось, что пленника зовут Улан, что по-тюркски значит всадник. Он происходил из царских киргизов, был изгнан из своего рода, своей семьи и селения.

Тут надо сказать, что нынешние и те, царские киргизы не имеют ничего общего, кроме разве что перенятого названия. Высокие, воинственные, с европейскими чертами лица, светлыми волосами и зачастую голубыми глазами - те, древние киргизы обладали развитой культурой, знали гончарное дело и по праву считались великолепными кузнецами. Их ювелирные украшения славились по всему тогдашнему востоку. А оружие, в частности, мечи и кинжалы из закалённой бронзы были острее и прочнее тогдашних стальных клинков. Киргизские кони ценились по всей Великой степи из-за своей силы, выносливости и стати.

Тут пленник замолчал и склонил голову. Было видно, что ему трудно говорить об этом. Батбол-бей  спросил, за что тот изгнан,  и Улан ответил:

- Я и  два младших брата купались и поили коней на берегу реки. Духи реки усыпили меня, и я уснул на солнце в высокой траве. А когда проснулся, то ни коней, ни братьев не было. Я искал и звал их, но безрезультатно. Следы копыт обрывались перед быстротекущей водой. Видимо, братья верхом на конях вошли в воду, а там злой дух реки утянул их на дно. Вечером дома в селении меня обвинили в смерти братьев и потере коней, но не удавили арканом по обычаю, а изгнали из семьи и селения. Быть человеку в наших местах одному - это быстрая и мучительная смерть или рабство в руках рыщущих по степи и пустыне работорговцев. Я решил пристать к шайке людей -шакалов, чтобы в дальнейшем бежать от них, как только мы окажемся поблизости от какого-либо города. Вылазка прошлой ночью - моё первое с ними дело. Я ещё никого не убивал, хотя владею мечом и луком. Я сказал правду, да услышит и подтвердит мои слова великий бог Ур, всезнающий и не терпящий лжи.

Батбол-бей внимательно слушал рассказ пленника, переспрашивая в тех местах, где было непонятно. Наконец он напоил пленника из небольшого меха с водой, но развязывать пока, не посоветовавшись с Бамбуром, не стал. Пленник, выпив воды, лёг набок и закрыл глаза, ожидая своей участи...

                Глава 2

 День уже клонился к ночи, когда караван вышел к предгорьям Яфет-Дага. Днём, в самую жару караван останавливается и пережидает пекло под пологами и накидками. Всадники укрывают от солнца и поят лошадей. Верблюды не менее нуждаются в заботе, хотя они и намного выносливее. Жизнь каравана замирает и пробуждается, как только жара начинает спадать. Караван вновь снимается и идёт до глубокой ночи. Уже ночью, при свете костров, Батбол-бей приказал привести пленника и сам развязал ему путы на руках и ногах. Пленник от слабости едва стоял на ногах. Бамбур дал пленнику воды и лепёшку. Тот жадно стал пить, а после приступил и к лепёшке. Дождавшись, пока пленник допьёт и доест ,Батбол-бей сказал:

- Если ты не совершал ничего, связанного со смертью других людей, то я хочу отпустить тебя живым. Ты волен идти на все четыре стороны и быть тем, кем пожелаешь. Неволить тебя я не буду, но и оружие тебе не дам. Предай свою жизнь в руки великого Ахура -Мазды и прими ту судьбу, что уготована тебе!

Пленник, а точнее уже свободный человек в изнеможении сел на песок и задумался. После поднял глаза на Батбол-бея и произнёс:
- Передо мной открывается целый мир, но я никуда не хочу уходить...И не потому, что я боюсь смерти в пустыне, нет! Я хочу быть признательным тебе, о мудрый не по годам справедливый Батбол-бей! Я хочу служить тебе и хоть немного выразить признательность за то, что ты, схватив меня нападающим с оружием на тебя и твой караван, нашёл мудрость оставить меня в живых, не дать погибнуть от жажды и голода. Я, Улан, сын Кафта  из царских киргизов, хочу быть благодарным и верным тебе...

Говоря это, Улан встал на колени и протянул руки к Батбол-бею. Караван-баши встал со своего места и поднял с колен Улана, произнеся:

- Волею великого и справедливого Ахура-Мазды!

Стражник Бамбур лишь вздохнул, поняв, что за Уланом придётся следить, что лишь прибавляет забот по охране каравана. Ночь, а точнее несколько оставшихся часов ночной прохлады прошли без злоключений, разве что где-то в пустыне раздавался вой волков.

Утром караван медленно, словно гигантская змея свернул налево вдоль горной гряды к озёрам, а не к реке. Улан, видя это, подобрался к Батбол-бею и негромко заговорил. Он рассказал, что узнал, как люди-шакалы поступают на этих озерах. Они вымачивают в воде озер пучки смерть -травы. На вкус и цвет вода почти не меняется, но становится такой, что, выпив её, человек или животное засыпает крепчайшим сном на несколько часов. За это время разбойники разоружают, грабят, а после связывают человека. И в лучшем случае продают его в рабство, а то и убивают. Если вынуть пучки травы из воды, то через несколько часов её можно пить без ущерба для здоровья.

Именно об этом и предупредил Улан. Батбол-бей сделал следующее: он рассказал обо всем услышанном Бамбуру и его людям. Решение было таковым: стражники на конях поскачут впереди каравана, нападут на разбойников и достанут из воды пучки травы. После дождутся каравана и через время, достаточное для очистки воды, напьются сами и наберут её полные хурджины. А Батбол-бей поведёт караван нарочито медленно, дабы дать воде вновь стать безопасной.

                Глава 3

Почти добравшись до озёр, Бамбур приказал спешиться и дальше подбираться пешком, стараясь не шуметь. С вершины холма ясно был виден лежащий в стороне от дороги лагерь людей-шакалов. Если бы не их перебежки из хижины в хижину, то было бы очень трудно понять, что перед тобой лагерь разбойников. Хижины искусно расположены между камнями и засыпаны сверху песком и галькой, что делало их почти невидимыми. Не было ни дозорного, ни часового, да они и не были нужны. Если бы кто-то приблизился к этим местам и выпил воды из озёр, то на многие часы  заснул, тем самым отдавая себя и свой груз во власть разбойников. Очень удобно, не надо ни сражаться, ни тратить силы, а лишь связать беспомощных, спящих путников, имея полную власть над ними и их жизнями. 

Глава стражников Бамбур дал сигнал к атаке и стражники,  словно вихрь, сбежали с холма и кинулись в хижины разбойников. Быстрая схватка - и в живых остались лишь двое захваченных в плен людей - шакалов. Их связали и бросили лежащими прямо под лучами жаркого солнца. Пройдя по всем хижинам, стражники обнаружили лишь несколько котлов и пару кухонных ножей. Было понятно, что те сокровища, которыми разбойники обогатились за время их грабежа и бесчинств над путниками, спрятаны где-то в другом, тайном месте, и расспросы с допросами ещё впереди.

Связанных разбойников затащили в хижину и напоили, дабы сохранить их силы и жизни. Пока что Бамбуру удалось выяснить, что сами разбойники не пили из озер, отравленных смерть - травой, а набирали воду в небольшом ручье, протекающем выше в горах. Сразу несколько стражников с пустыми бараньими мехами отправились за водой. Бамбур послал двух стражников с четырьмя мехами, полными родниковой воды, навстречу каравану. И передал, чтобы караван задержался на полпути к озёрам. Ибо человека можно удержать в жажде, но животные, особенно верблюды, почуяв воду, станут просто неуправляемыми и напившись отравленной воды, могут погибнуть.

При допросе разбойники рассказали, что вода становится снова пригодной для питья под действием солнечных лучей и уже через пару часов её можно будет снова пить. Солнце уже садилось, когда Бамбур заставил обоих разбойников пить воду из озёр. Те не заснули и не почувствовали никаких признаков отравления. Значит вода очистилась и можно поить караванных животных. Послав ещё одного стражника к каравану сообщить об этом, Бамбур продолжил допрос разбойников. Те, перебивая друг-друга,  стали рассказывать все те ужас , что тут творились. О погибших караванах и проданных в рабство паломниках, шедших в святые места, о проданных девушках, которых перевозили на храмовые праздники в честь Ахура -Мазды в блистательную Мараканду и незабываемый Отрар. При этом воспоминании разбойники стали облизываться и закатывать глаза. Бамбур и стражники готовы были разрубить разбойников на куски, но  мудрый Бамбур рассудил, что вначале нужно узнать, где спрятаны награбленные сокровища и лишь позже справедливо наказать шакалов - разбойников.

Вскоре ржанье лошадей, пронзительные трубные звуки, издаваемые верблюдами, и звон колокольцев известили о приходе каравана во главе с Батбол-беем.В первую очередь нужно было развьючить, напоить и накормить животных, а после напоить людей и приготовить ужин, столь необходимый для поддержания сил. Батбол-бей приказал усилить охрану обоих пленников и отложить их допрос до утра. Бамбур лично взялся всю ночь бессменно охранять их и следить, чтобы они не могли сбежать или удавиться. Батбол-бей понимал его, и сам решил быть рядом большую часть ночи.

 Утром, а точнее в самом начале рассвета Батбол-бей подошёл к шатру с пленниками и отодвинув полог. Бамбур, не мигая, смотрел на пленников, и те ёжились под его колючим взглядом. После приветствия Бамбур, тяжело вздохнув, поведал о том, что всю ночь ему рассказывали пленники. Они совершенно спокойно, порой и с улыбками, перебивая и дополняя друг друга,а рассказывали о десятках оставшихся тут навсегда караванах, сотнях погубленных жизней и тех сокровищах, что достались разбойникам в результате...В обмен на свои жизни эти двое готовы были показать места, где спрятано все награбленное.

Батбол-бей  кивнул головой, и Бамбур с двумя стражниками вывели пленников из шатра. Поёживаясь от утреннего холода, разбойники повели небольшой отряд выше, в горы. Но по пути случилось то, чего не ожидали ни караван-баши, ни стражники. Проходя мимо края пропасти, один из разбойников резко толкнул другого, и тот полетел с криком вниз, увлекая за собой целую лавину камней. Толкнувший упал на колени и закричал:

- Отныне лишь я один знаю, где мои сокровища и клянусь Шайтаном, моим покровителем, эта тайна уйдёт вместе со мной. В следующей жизни, в следующем воплощении я буду помнить о том, где они и проживу жизнь как самый богач из богачей. Я готов к смерти и ничего больше не скажу!

- Пленник отвернулся и, подняв лицо к небу, стал молиться. Стражники схватили его, и Бамбур уже обнажил меч, дабы отсечь сию лживую и хитрую голову, но Батбол-бей остановил его и произнёс:

- У купцов-серов в караване есть две собаки, способные отыскать по запаху что-либо зарытое в земле, купцы часто этим развлекаются. Мы дадим понюхать собакам одежду этого шакала и они выведут нас к сокровищам. Стражники крепко держали разбойника, а Бамбур буквально побежал за собаками. Через время он вернулся, а с ним и купец с двумя собаками на поводках. Собаки быстро понял , что от них требуется, и, обнюхав разбойника, быстро побежали выше в горы. Вскоре они уже лаяли над целой грудой камней. Быстро раскидав камни стражники обнаружили несколько свёртков с богато расшитой золотом и серебром, драгоценными камнями одеждой , оружием с богатой отделкой...Но собаки тянули дальше и лаяли над каждым из тайников .Всего их было пять, и в каждом хранилось что-то своё. В одном множество ювелирных украшений, в другом - драгоценные сосуды из золота и серебра. В третьем-нашлись богато украшенные мечи, сабли, кинжалы и кольчуги с панцирями.

Разбойник громко проклинал нашедших его сокровища и призывал на их головы все кары. А потом бросился со связанными руками на одного из стражников и напоролся на выставленный кинжал. Так исчезло то, что путешественники и караванщики называли Кара пустыни или Зло, приходящее из ниоткуда. Батбол-бей приказал тщательно найти и истребить всю поросль смерть-травы. Больше в этих местах ничего и никогда не слышали о разбойниках или о том, что какой-либо из караванов исчез.


                Глава 4

Переходы каравана только со стороны кажутся чем-то интересным и увлекательным. На самом деле это очень монотонное и лишённое всякой романтики действие. Переход, поиск дров, приготовление пищи, уход за верблюдами и лошадьми и страшная усталость от этой повторяющейся реальности...Одно спасало - это песни и рассказы у ночного костра. В ход шло всё:  сказки, легенды, истории как реально произошедшие, так и выдуманные буквально тут же, у костра.

Это для обычных караванщиков, стражники же никогда не теряли бдительности и внимательно отмечали любые звуки и движения в темноте, словно стена окружающей небольшой участок, освещённый костром. Привычный вой шакалов и лисиц, мягкий полёт ночных сов и других хищных птиц давно стали привычным фоном ночи. Но любой другой звук, треск саксаула, стук по камням или хруст песка - и стражники тут же замирали и готовились к любому развитию ситуации от случайных падений камней до нападения врагов на караван. Но слава Ахура -Мазде, все оставшиеся переходы до незабываемого Отрара прошли без происшествий. И уже через неделю показались прямые и высокие, словно горы, башни и стены города, прославленного в песнях и сказаниях.

Славный Отрар, богатейший и красивейший город всего тогдашнего востока, мирно жил и богател. Население занималось торговлей и ремёслами, ткани и стеклянная посуда славились так, что даже далеко на западе ромеи и греки покупали их за звонкие золотые монеты. А базар Отрара был похож на то, будто народы всей тогдашней Ойкумены собрались со своими товарами в одном месте. На базаре можно было найти всё, чем славились тогда Восток и Запад, Север и Юг. Чёрные, как смоль, африканцы привозили на продажу слоновую кость и даже живых львов в клетках. Индусы и жители южных островов продавали столь тонкие ткани, что целые шали можно было продеть в кольцо, носимое на пальце. Ювелирные украшения, оружие порой удивительной формы и назначения, шелка, специи, благовония, кони, ковры - всё, что только можно было представить, всё в изобилии было на базаре Отрара.

Но два раза в год все лавки закрывались, и базар превращался в самый большой невольничий рынок. Торговцы людьми выставляли свой живой товар. Особенно пользовались спросом невольницы, девушки со всех концов Земли. Брюнетки, блондинки, карлицы и великанши, белые, словно алебастр северянки и чёрные, как ночь африканки, скромные, с вечно опущенным взором и раскосыми глазами азиатки - девушки на любой вкус, ну если так можно говорить о живых и в основном испуганных невольницах...

В утренний час прохлады к Батбол-бею подошёл Улан из царских киргизов, тот пленник, которого он пощадил и встав на колени у повозки караван-баши, стал смиренно ждать, когда Батбол-бей обратит на него своё внимание. Стражник, неизменно находившийся рядом с пленником, внимательно наблюдал за ним. Батбол-бей заговорил с пленником:

- Я готов слушать тебя, Улан, и да будет свидетелем нашего разговора мудрый и правдивый Ахура -Мазда! Я вижу, что ты стал полезен для каравана, ты с любовью ухаживаешь за лошадьми и верблюдами, собираешь дрова для ночного костра и достойно и с уважением ведёшь себя с остальными караванщиками. Я готов выслушать тебя!

 Улан, не подымаясь с колен, заговорил. Он рассказал о том, что думает, что его братьев не забрали в воду духи реки, а похитили вместе с конями работорговцы, пока он спал в густой траве. Он надеется на то, что они живы, и торговцы живым товаром выставят их на продажу на невольничьем рынке в Отраре. Если бог царских киргизов, всезнающий и не терпящий лжи великий Ур будет милостив к его роду, то он , Улан, готов освободить их или с честью погибнуть в бою... Он просит отпустить его и снабдить мечом и кинжалом.

Батбол-бей задумался. Он давно сердцем понял , что Улан действительно случайно попал к разбойником, и душа его полна благородной любовью к братьям, но отпустить его одного против всего невольничьего рынка,  послать его на верную смерть. Подумав, Батбол-бей твёрдо пообещал Улану своё содействие, ибо великий Ахура - Мазда не приемлет рабства и продажи людей словно животных...

Через сутки караван подошёл к высоким вратам славного и незабываемого Отрара и расположился в низине перед воротами. Все караваны располагались за стенами города, но товаром торговали внутри городских стен на выделенной части базара. Тут же караван окружили торговцы снедью и яствами и стали предлагать свой аппетитный товар. Чего тут только  не было: запечённые лепёшки с мёдом, каймэ, кайлак, плов, даже холодный щербет! Людям, истосковавшимся по вкусной пище, это казалось чудом! Только плати! И тут же торговцы снедью корзинами стали доставлять свои блюда, от которых трепетали ноздри и взглатывалась слюна. 

У самых ворот, в войлочном шатре жил знаменитый мудрец Отрара. Слава о его уме гремела по всему Востоку. Спросить совета у него мог каждый: и гордый правитель, и купец, и бедняк. Каждому мудрый старец мог дать совет и ответить на вопрос. Именно к нему и отправились втроём Батбол-бей, Бамбур и Улан. Старец сидел перед шатром, окружённый учениками. Батбол-бей первым после приветствия обратился к мудрецу:

- О мудрый! Я слышал, что в этом в городе живут люди благородные и добрые. Так ли это? - И тут же Бамбур произнёс противоположное, что люди этого города одержимы лишь жаждой наживы и обмана. На что мудрец ответил обоим:

 - Если ты думаешь о людях, что они честны и благородны, то будешь встречать именно таких, но если считаешь людей обманщиками, то и попадаться тебе будут именно такие...

После мудрец подозвал Улана и произнёс:

- Ты прибыл с благородной целью, киргиз. И да помогут тебе духи и люди в её осуществлении!

Сказав это, мудрец скрылся в шатре и более никому в этот день не отвечал...

                Глава 5

Базарный день начался рано. Как только солнце осветило верхушку самой высокой башни, поливальщики стали обильно опрыскивать водой из заплечных хурджинов всю площадь базара. Помощники купцов бросились открывать лавки и бегом подносить товары...Терпкий запах небольших костров говорил о том, что открылись первые чайханы и уже угощают свежим чаем посетителей.

Улан всю ночь просидел без сна в своём шатре. Утром он по привычке задал лошадям корм и, слушая как те хрустят овсом, думал о том, как ему поступить...Он был увере , особенно после расспросов рыночного стража, что его братья живы и сегодня состоится их продажа. Их будут продавать одними из первых. Вначале продают самых непокорных и ни на что не годных, кроме как работы в каменоломнях, рабов. На таких зачастую почти нет спроса, ибо они считаются неприручаемыми и всегда готовыми к побегу. Их держат в колодках и используют на самых грязных и неквалифицированных работах. Нужны дополнительные затраты: почти на каждого раба необходим надсмотрщик, а это лишние траты.

Следующая, самая большая часть - это невольники для работы в доме и саду, ухода за лошадьми и домашним скотом. И самые дорогие из невольников - ремесленники, гончары, ювелиры, кузнецы, ткачи и портные, те, что сразу приносят прибыль новому хозяину. Самая малочисленная и дорогая часть невольников.

Купцы со всего Востока собираются в эти дни в Отраре и продают, покупают, обменивают... В последующие дни происходит то, чего ждут, о чем мечтают, и то, что снится долгими ночами, - продажа невольниц. Вначале продают самых старых и некрасивых. Их покупают для того, чтобы те следили за гаремами и более молодыми служанками в домах, используют их буквально как цепных собак, готовых броситься по приказу хозяина на любую или любого. Зачастую нераспроданных невольниц просто отпускают и те или возвращаются в свои родные места или становятся нищенками в незабываемом Отраре.

После продают молодых невольниц. Их покупают для гаремов и услад, приготовления пищи и уборки дома, прядения и шитья. И в самый последний день продают самых красивых и молодых невольниц, по цене порою сопоставимой с ценой нескольких табунов лошадей или даже целого дворца. Часто между купцами, ослеплёнными сладострастием, вспыхивают схватки не на жизнь, а на смерть из-за понравившейся невольницы, поэтому городская стража всегда находится начеку и зорко следит за тем, что происходит. Так что попытаться отбить кого-либо из невольников, вступив в схватку со стражей, равносильно самоубийству...

Улан машинально оттачивал остроту меча и обдумывал множество планов, как освободить братьев, но...все они были настолько нереальны, что от невозможности их осуществления болела голова и затылок...И именно в тот момент, когда он решил с честью погибнуть в неравной схватке, в палатку молча вошёл Батбол-бей и сел на единственную подушку, лежащую на полу. Помолчав, он сказал:

- Улан, я вижу твои мысли и чувствую твоё желание освободить братьев. Первое - нам надо убедиться, что они живы и то, что они тут, в Отраре. А второе: оставь своё желание все решить самому, бросившись на мечи и копья стражи. Ты просто погибнешь, не освободив своих братьев. Мы поступим иначе. Благодарность великому Ахура-Мазде за то, что он одарил нас сокровищами разбойников, доставшихся им неправедно и подло. Мы потратим часть этих сокровищ на то, чтобы выкупить твоих братьев из неволи. Я думаю, что законные владельцы этих сокровищ, которые сейчас в небесных садах великого Ахура -Мазды, были бы удовлетворены тем, что мы потратим их сокровища на доброе дело выкупа твоих братьев из неволи.

Впервые за все время из глаз Улана стекла скупая слеза. Он встал на колени перед сидящим на подушке Батбол-беем и произнёс, подув на все четыре стороны света:

- Я Улан, сын Кафта из царских киргизов, перед лицом не терпящего лжи бога Ура и всех духов благодарю тебя, мудрый и великодушный Батбол-бей, и готов все последующие сорок жизней служить тебе всей своей душой и сердцем! И да услышит это и твой бог великий Ахура -Мазда!

Ранним утром Батбол-бей, Бамбур с двумя стражниками и Улан пришли со своей кошмой на базар, превратившийся на ближайшие дни в невольничий рынок. Ждать пришлось долго, и солнце совсем взошло, когда начались торги. Стража вывела десяток связаных, упирающихся и сопротивляющихся невольников. Среди них Улан сразу узнал своих братьев. Он вздрогнул и чуть не бросился к ним, но Бамбур с силой удержал его. Батбол-бей жестом подозвал распорядителя и, показав на двух связанных юношей,  высказал желание их купить. Тут же подскочил продавец и всячески стал расхваливать свой живой товар. Батбол-бей взглядом заставил замолчать работорговца и выяснив, что за обоих невольников хотят шесть золотых монет, не торгуясь, отдал ещё и две серебряных монеты с условием, что их сразу же доставят в лагерь каравана за городской стеной. Стражники, получив свою оплату. тотчас же повели невольников за городские стены.

Уже там, в лагере каравана братья увидели друг друга и крепко обнялись. Бывшие невольники рассказали, что их там, возле реки неожиданно обездвижили наброшенными арканами и просто вырубили ударами по голове. И с тех пор они были пленниками жестокого купца - работорговца до сего дня. В ответ Улан рассказал им все, что случилось с ним. и сердца братьев преисполнились великой благодарностью к Батбол-бею. Так прошёл этот день, день освобождения из неволи братьев Улана, хвала великому Ахура -Мазде и его мудрости!!!

                Глава 6

Караван задержался в Отраре. На несколько суток. Но это только на пользу. Люди и животные отдыхали, отсыпались и наслаждались вкусной и разнообразной пищей. Это не ежевечерняя однообразная, пахнущая дымом похлёбка. Улан с братьями водили коней к реке, купали и вволю поили. Некоторых коней перековали. Верблюды с радостью бродили по берегу реки, время от времени с удовольствием входя в воду. Даже Бамбур, всегда и во всём контролирующий ситуацию, и тот расслабился и подолгу лежал в быстротекучей прозрачной воде. Мир и покой...Но в крови любого караванщика, а тем более караван-баши жажда путешествий и приключений и оставаться подолгу на одном месте просто невыносимо!

Батбол-бей проснулся до рассвета и вышел из шатра на свежий ветерок. Ему снился странный сон. Будто он совсем ещё малыш, и мама поёт ему песню. Сразу вспомнилось детство и защемило в груди от тоски по дому и родным. Но песня не прерывалась и была слышна на самом деле, а не во сне. Батбол-бей прислушался и точно! Ветер приносил знакомые слова и мелодию. Ноги сами повели его в ту сторону, откуда была слышна песня. Вдруг пение оборвалось, и Батбол-бей замер, не зная, куда идти. Но через время пение послышалось вновь, и Батбол-бей бросился на звук голоса. Впереди стена, огораживающая сад и дом. Подтянувшись на лиане, свешивающейся со стены, Батбол-бей заглянул через стену. Увы, из-за веток деревьев не удалось разглядеть, кто поёт...Но он неожиданно для самого себя крикнул: «Самира!!!»

Пение прекратилось, послышались голоса и лай собак. Батбол-бей запомнил расположение дома и бегом вернулся к своему шатру. Отдышавшись, задумался. Как и откуда тут Самира? Его любовь с самого детства и тут, в Отраре? Что произошло? Решив узнать все подробнее, Батбол-бей переоделся нищим и, предупредив Бамбура, вкратце поведав ему о своем плане. Теперь вместо караван-баши и одежды из шелка - просто оборванец в дранном и грязном плаще, которым укрывают лошадей в непогоду.

Придя к главному входу в дом, он уселся прямо на землю. Несколько подметальщиков и поливальщиков быстро и ловко мели улицу и поливали водой, не давая подыматься пыли. Заговорив с одним из них, Батбол-бей выяснил, что дом принадлежит богатому купцу не чурающемуся работорговлей и иными, не совсем законными  видами торговли и контрабанды. А что касается девушки, то поливальщик ничего о ней не знал. Но подошедший подметальщик рассказал, что девушки часто появляются в доме, а после обучения манерам, стихосложению и макияжу купец продаёт их. Батбол-бей понял, что Самиру надо вызволять из этого рабства, но как  - ещё не придумал. В этот момент ворота распахнулись, и вышел купец в сопровождении двух слуг. Брезгливо поморщившись, он неожиданно высоким голосом крикнул:

- Убирайся отсюда, бездельник! Сейчас прикажу слугам, они изобьют тебя до полусмерти! Убирайся!

Батбол-бей сгорбившись и сделав испуганное лицо, постарался побыстрее уйти.

Вернувшись в лагерь, Батбол-бей позвал Бамбура и Улана как наиболее доверенных лиц. Рассказав о ситуации, он просил совета и помощи. Бамбур сказав, что в городе у него есть очень влиятельные и знающие обо всех и обо всём люди, отправился на базар. Надо сказать, что почти в каждом городе у Бамбура  были знакомые, имеющие вес в определённых и криминальных кругах. Никто не знал настоящего имени Бамбура (Бамбур - это кличка, прозвище означающее шмель). Сам он родился где-то далеко, на Севере, там, где лёд и снег почти круглый год. Как и из-за чего он оказался так далеко от родных мест, никто не знал, и сам Бамбур никому не рассказывал. Иногда к нему по ночам приходили некие люди и говорили на никому не ведомом языке. И стражников он набирал себе в отряд людей из северных земель, умелых и опытных воинов.

Вернувшись Бамбур рассказал все, что сумел узнать. Купец Ариф - евнух, ненавидящий женщин, давно занимается торговлей живым товаром. У него разветвлённая сеть поставщиков девушек, их похищают или покупают у бедных семей .Некоторое время их обучают пению, танцам, стихосложению и уходу за женской красотой. И после продают в основном престарелым развратникам. Куда деваются девушки после того, как надоедают своим хозяевам, никому неведомо. Сам евнух постоянно ходит с двумя слугами - охранниками. У него лавка на базаре, где он проводит большую часть дня и торгует всяким товаром, но в основном лавка служит местом встречи с покупателями девушек. Покупатели давно известны, и с новыми он просто не будет иметь никаких дел. Так что выкупить девушку нет никакой возможности, следовательно, надо придумать план похищения или шантажа. Можно похитить самого купца-евнуха и в обмен на девушку пообещать ему свободу. Или похитить пленницу из самого дома, но сколько слуг её охраняют - неизвестно.

Улан и оба его брата дали клятву, что готовы на все ради свободы девушки. И Бамбур со своими стражниками поможет освободить ее... Решили в этот же вечер, не откладывая в долгий ящик, напасть на купца, когда он будет возвращаться домой из лавки. Оглушить слуг-телохранителей и связать купца не так уж и сложно, и дальше уже действовать по обстоятельствам.

Батбол-бей снова набросил на себя плащ нищего и отправился к воротам дома купца. Бамбур и стражник были готовы к нападению на телохранителей, а Улан с братьями должны были связать и сунуть кляп евнуху в рот. Бамбур и стражник спрятались за огромным тополем -карагачём, а Улан и братья были с верёвками наготове за углом забора. Наконец купец и его слуги показались в конце улицы. Подойдя ближе, евнух громко стал кричать на нищего и приказал своим слугам избить беднягу. Но в этот момент Бамбур и стражник одновременно напали на слуг, и те после ударов  свалились без чувств. Сам купец перестал орать и только хлопал глазами. В этот момент братья Улана ловко его спеленали и потащили к реке. 

Батбол-бей, сбросив плащ нищего, стал стучать в ворота дома крича, что купца Арифа похитили. Ворота приоткрылись, и двое слуг осторожно выглянули. Бамбур и стражник нанесли ещё по сокрушительному удару, и эти слуги свалились как подкошенные. Втроём ворвавшись в дом, нападавшие быстро прошлись по дому, но кроме двух служанок никого не обнаружили. Батбол-бей стал громко звать Самиру, а Бамбур потребовал у служанок показать,       где пленница. Они обе показали вход в подвал, занавешенный ковром. Массивный медный ключ торчал из замочной скважины. Батбол-бей открыв замок и, распахнув дверь, громко крикнул:

- Самира! Это я, твой Батбол-бей!

Спустившись в подвал, он увидел Самиру, лежащую на полу без сознания. Подняв её на руки, он понёс её на воздух к воротам и дальше в лагерь. По пути она пришла в себя и крепко прижалась к своему спасителю. На реке уже ждало судно. Улан с братьями и связанным евнухом ждали остальных. Бамбур и Улан должны как можно дальше увезти Самиру от возможного преследования. А Батбол-бей как караван-баши должен быть с караваном. Самире не хотелось даже на миг расставаться с любимым, но так нужно. Батбол-бей твердо пообещал, что скоро они увидятся.

 Стоя на берегу, Батбол-бей долго махал вслед  уплывающему судну, и ещё долго на ветру был виден трепещущий платок Самиры. Договорённость была такой: ниже по течению лежало несколько довольно крупных поселений и следовало остановиться в одном из них на постоялом дворе и ждать подхода каравана. Купца Арифа держать связанным на лодке, не показывая его окружающим.

Через неделю караван подошёл к селению, и Батбол-бей наконец смог обнять свою Самиру. Она рассказала, что была похищена, когда ездила в соседнее становище навестить своих родственников. По пути от них заблудилась и попала в руки работорговцев. Они продали её евнуху Арифу. Тот держал её взаперти без солнечного света, лишь иногда ночью, разрешая подышать у окна свежим воздухом. Она хотела бежать, но две постоянно приставленные к ней служанки неусыпно следили за нею и докладывали Арифу о всех её поступках. Тогда Самира объявила голодовку и из-за этого и потеряла сознание перед тем, как её освободили. Вопрос: как поступить с евнухом - работорговцем отпал сам собой. За неделю нахождения в лодке он сумел перетереть верёвки и, выбрав момент, прыгнул за борт. Преследовать его не стали, посчитав, что он будет неделю, а то и дольше добираться до Отрара. И вряд ли станет рассказывать о своём похищении и потере девушки - это унизит его в глазах постоянных клиентов и приведёт к потере доходов.

                Глава 7

Великий Шелковый путь...Из Китая до Греции и Рима. Знаменитая торговая артерия древности. Кстати, шелк был далеко не весь товар, что везли по этому пути. Золото, украшения, фарфоровая посуда, ковры и оружие - всё, чем славился древний мир. Но главный товар, самый дорогой и желанный - пряности! Аристократы  просто не могли жить без этих вкусов! Доходило до того, что диковинные редкостные пряности оценивались по цене золота. Римские патриции и сенаторы, дабы показать своё богатство, готовили блюда для гостей, в которых было больше перца и приправ, нежели самого блюда!

Увы, история Великого Шелкового пути постепенно сошла на нет из-за многих факторов: риски в пути, переселения народов, войны и конфликты. Исчезновение специй и пряностей положило начало эпохе великих географических открытий! Искали не континенты и страны, а источники пряностей, ароматных масел, специй!!! Каждый караван преодолевал определённый участок пути, и дальше товары перегружались на свежих вьючных животных, и новая команда караванщиков и стражи вступала в свои права. Ибо невозможно без вреда для здоровья животных и людей месяцами идти без достаточного отдыха, страдая от жары и холода, от жажды и однообразной пищи.

По всей длине Шелкового пути появлялись поселения с постоялыми дворами и просто места для привала и отдыха. Тут можно было подковать захромавшую лошадь или отремонтировать повозки. Залатать прохудившиеся мешки с товаром и поесть горячей вкусной еды и фруктов - максимально возможные и доступные удобства.
Через несколько веков монголы «вспомнят» эту систему и по всем трактам построят систему ямов (отсюда слово ямщик) или постоялых дворов с возможностью смены лошадей и отдыха...

Две недели в пути, и караван достиг своей конечной точки. Дальше начиналась другая страна и формировался свой караван. Грузы переносили на других, свежих и отдохнувших лошадей и верблюдов. Купцы торговались, стараясь выгадать в цене с новым караван-баши и другим отрядом стражников. Бамбур и его отряд, получив всё причитающееся, решили вернуться в Мараканду со встречным караваном и звали с собой Батбол-бея, но у того были свои задумки на дальнейшее.

К вечеру Улан с братьями смиренно стояли у шатра караван-баши и ждали разговора с ним. Батбол-бей пригласил братьев в шатёр, налил щербет в тонкие стаканы из блестящего металла и приготовился слушать. Разговор начал Улан со слов благодарности Батбол-бею. Дальше вступили братья со словами благодарности и вечной преданности. Но Улан всё же отважился и высказал вслух свою просьбу. Он просил отпустить их троих в родное становище, к матери и отцу, пребывающих в неведении о судьбе сыновей. По первому зову все трое готовы были вернуться в случае необходимости. Батбол-бей лишь рассмеялся и произнёс слова о том, как рады будут мать и отец братьев, и вся родня, а он со своей стороны даёт каждому по 10 золотых монет и по коню, копью и мечу. Завтра же на рассвете он готов проводить братьев. И да хранит их не терпящий лжи Ур и великий и милосердный Ахура-Мазда...

Проводив Улана с братьями и ближе к вечеру и Бамбура с его отрядом (Батбол-бей, помимо оговорённой суммы, дал каждому из стражников по 30 серебряных дирхемов, а Бамбуру ещё и 10 золотых), Батбол-бей стал собираться в родное селение. Он нанял носильщиков и вьючных животных и через несколько дней уже стоял на вершине холма, разглядывая дымы и жилища родного поселения. Здесь даже ветер нёс запах дома и родины. Батбол-бей ловко спрыгнул со своего коня и повёл под уздцы кобылу, на которой восседала Самира.

По местному обычаю мужчина, ведущий в поводу коня, на котором восседает женщина, показывает, что сия женщина является его самой дорогой частью жизни, его невестой...Подойдя к родному дому, Батбол-бей помог Самире спуститься с седла, и они вдвоём стали на колени, ожидая, когда выйдут мать и дед и благословят их. Первой выбежала мать и по очереди стала обнимать молодую пару. Затем степенно вышел дед, обнял и поднял обоих  с колен. Тут же прибежала мать Самиры и во весь голос запричитала, обнимая дочь и Батбол-бея. Всё как, наверное, у всех: слёзы, радость, объятия, смех и счастье!!!

Свадьба длилась неделю, со всех окрестных селений прибывали гости и родственники. Все восхищались смелостью и удачливостью Батбол-бея, и ему не один десяток раз пришлось рассказывать о своих приключениях и как он освободил Самиру. При этом глаза юношей загорались огнём жажды приключений и путешествий. И каждый мечтал прославиться, также как Батбол-бей...
               
…Все в этом мире рождается, живёт и расцветает, а после дряхлеет и умирает...Империи, казавшиеся незыблемыми, исчезают и остатки некогда гордых городов становятся тленом и пылью. Там, где когда-то стоял прекрасный дворец, лишь степная лисица роет норы и по ночам глухо ухает филин. Лишь несколько лет отделяют прекрасную и мечтательную Согдиану от исчезновения. В эту, похожую на дивный сон страну садов и дворцов, где люди любой религии были братьями, придут те, для кого чужая вера недостойна уважения,  люди другого языка недостойны гуманного отношения к ним...

Словно саранча огнём и саблей выжгут эти захватчики прекрасные сады и разрушат дворцы, вытопчут копытами коней посевы, засыпят реки и колодцы и вырубят тенистые рощи. Арабское нашествие - фанатичное и жестокое. В Согдиане не найдётся достаточно сил, способных бороться со столь сильным и сплочённым врагом. А ещё купеческое сословие, всегда определявшее политику Согдианы, покорится завоевателям и примет новую религию и нового бога, лишь бы не потерять свои прибыли. Отдельные отряды согдов ещё долго будут сопротивляться захватчикам, нападая из засад и уничтожая отдельные группы арабов и их приспешников. Но скоро счастливая и мирная Согдиана исчезла, словно дым костра на ветру в степи.

Батбол-бей, Улан и его братья, Бамбур дольше остальных сражались с захватчиками, но и они поняли всю тщетность этих усилий. Для жизни нужен мир, для того, чтобы росли дети, нужен покой. Решено было откочевать всем родом - племенем Батбол-бея в родные края Бамбура, далеко на север. Пусть там непривычный климат и другой народ, но там мир, и никто не станет, окружив посёлок, сжигать его  во имя своего бога... Зимой в степи так же морозно и лежит снег , так что это привычно. А лето, как говорил Бамбур, жаркое и зелёное. Есть корм для коней и растёт зерно для людей. В лесах полно зверя, а в реке - рыбы. Земля богата и добра.

В дороге Бамбур рассказал, что на самом деле зовут его Путята Игоревич. И что родню свою он не видел уже десятки лет,  но недавно узнал от верных людей, что враг, из-за которого Бамбуру пришлось бежать на чужбину, преставился и больше не угрожает ни ему, ни его родным.

Все наши герои дошли до новых мест - и стар, и млад. Никто не погиб. Жизнь на новом месте не давала ни грустить, ни вспоминать о прошедшем. Лишь иногда Батбол-бей с грустью пел о мечтательной и сладкой, как поцелуй любимой девушки, стране, об исчезнувшей Согдиане в долине Зеравшана...
      
                (Продолжение следует)