Не все поэты, -много, пьют!

==
---Сменился даже архиерей.
А жизнь по-прежнему не очень.
То там кольнёт, то тут стрельнёт.
Ни к месту кукарекнул кочет!
И дождик с неба с градом бьёт!

Вдруг разыгрался аппетит.
Икры и брынзы не хватило.
И мамалыга лишь стоит,
Да коньку аж литр на рыло.
И сок томатный, глянь, блестит.

Ну как в унынье тут не впасть?
Считай, почти что голодаем!
Уходит думы злая власть.
Мы многих переизберём.
Мы не дадим стране пропасть!

Работы просто завались:
То крутим там, то здесь латаем.
На дельтапланах не летаем!
Тьма квадрокоптеров — напасть.

Про то вновь видел сон вчера:
Проснулся — на столе картошка,
Да чайный гриб, ну и окрошка.
В кармане новая дыра!
А значит, время пошутить.

И выйти ливнем насладиться.
Нас непогода убоится,
И будем мы бодрее жить!
Пошли поэты в турпоход,
А краеведы — на раскопки.

Разрыли древний туалет,
На дне отрыли три винтовки.
Их сгнил приклад, но раритет!
В музей, наверно, отнесут.
А может, для себя наладят.

Поэты рухлядь не берут —
Поэтам Муз гарем всем даден!
Не все поэты много пьют.

Но пил Есенин больше всех,
И Блок охоч был до спиртного.
Вот Коньшин тот был Казанова,
Валеев был монах чуть сед!
Не будем многих вспоминать,
Сочтём тех, что ещё остались.
Не собираются — распались.

Но соберу я их в обед!
Чтоб пели песни, улыбались!=

-


Рецензии
Игорь, Ваши стихи — пёстрая мозаика из бытовых зарисовок, ироничных наблюдений и лирических отступлений. В них есть особая жизненная правда.

Лёгкая ирония над повседневностью: «То там кольнёт, то тут стрельнёт», «Ни к месту кукарекнул кочет» — такие детали делают картину живой и узнаваемой. Дальше бытовые трудности подаются почти как повод для шутки: нехватка икры и брынзы, «коньку аж литр на рыло», «в кармане новая дыра» — всё это звучит не как жалоба, а как добродушное ворчание, которое только подчёркивает умение автора не унывать.

Переход от мелких житейских забот к более широким темам — от «Мы не дадим стране пропасть!» до образов поэтов и их судеб. Здесь ирония переплетается с лёгкой ностальгией и даже с уважением к литературной традиции: строки про Есенина, Блока, вымышленных или условных персонажей вроде Коньшина и Валеева создают своеобразный «пантеон» поэтов, где рядом с великими — свои, местные, почти родные фигуры.

Наталья Скорнякова   05.08.2026 06:34     Заявить о нарушении
Евгений Коньшин руководитель студии художников инвалидов-Дельфин в Уфе бывший председатель профкома цеха мясокомбината мастер загона быков на боню здоровяк -----------------сейчас переехал в город Нефтекамск.-------------------------

А Валеев (Андрей Тимур) монах Амфилохий умер 10-=02 2010 после того как кончил участие в проведении церковной службы в тот же день привезли мощи Матрёны блаженной,но паства вся ушла хоронить Амфилохия чудной он был человек и морж и философ и гипнотизёр и раскопки занимался каких только талантов не имел их многие помнят в Уфе у Амфилохия была до монашества невеста богатая Мария Шмарьевна переехала в Израиль звала его ,а он заартачился и когда она всё же уехала ушёл в монахи считал что ему полу-татарину полу Кузнецову не чего
------------ в Израиле делать он тут в храме необходим!---------------------

Игорь Степанов-Аврорин   05.08.2026 20:03   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.