Юродивый рома. Часть вторая. Глава 20

Глава 20

Потоком встречного воздуха старшину отбросило в центр баржи. Ударившись плечом обо что-то, он принялся вести хаотичную стрельбу. Стрелял он не столько на поражение, сколько для того, чтобы отвлечь на себя внимание противника. И ему удалось-таки добиться своего. Сразу несколько автоматчиков перевели огонь на нежданного «гостя». Завязался бой.
Воспользовавшись замешательством на судне, трое остальных военнослужащих выпрыгнули на нос баржи. В их сторону тут же последовала пулемётная очередь.
Обнаружив наконец один из тех самых злосчастных пулемётов, Панин метнул гранату.
Раздался взрыв.
— Один готов! — с юношеским ликованием воскликнул старшина первой статьи.
Вертолёт тем временем отошёл на безопасное расстояние.
Старшина оказался отрезан от своих сослуживцев автоматной очередью. Он огляделся по сторонам. В нескольких метрах от него Андрей увидел приоткрытую дверь, ведущую внутрь судна. И тут его осенила мысль: попробовать добраться до машинного отделения и остановить баржу.
Сперва старшина бросил гранату, и только потом ворвался в трюм. У лестницы, ведущей вниз, он наткнулся на чей-то труп. Как оказалось, мера предосторожности была не лишней: граната расчистила ему путь.
Кравченко осторожно переступил через труп. Совсем рядом послышались чьи-то быстрые шаги. Андрей нажал на курок, желая выпустить автоматную очередь во тьму, но АКСУ заклинило.
Чья-то сильная рука обхватила старшину за шею. Он попытался освободиться из могучих тисков, но ничего не получалось. На тренировках по рукопашному бою всё выходило гладко, технично. В боевых же условиях, то ли от волнения, то ли от страха, контрприём у Кравченко явно не получался. И когда у него уже помутнело в глазах и голове от недостатка воздуха, он ощутил какой-то глухой толчок. Потом ещё один. И ещё.
Когда руки, обхватывавшие старшину, разжались, он обернулся и увидел знакомый силуэт.
— Панин?! Ты?! — облегчённо вздохнув и жадно глотая воздух, будто не дышал им уже целую вечность, радостно произнёс Кравченко. — Если б ты только знал, как я рад тебя видеть!
— Я, товарищ мичман! Вы в порядке?
— Да! — переводя дыхание, ответил старшина.
Потом он посмотрел на того, кто только что чуть было не задушил его. Тот лежал весь в крови. Старшина первой статьи же стоял бледный как смерть и никак не мог прийти в себя. Он только что, впервые в жизни, ударил ножом человека.
— Что с тобой? Ты сам-то цел?
— Цел! — утвердительно покачал головой Панин. — Просто… никогда не думал, что смогу… ударить ножом… человека…
— Это не человек! Это враг, преступник закона, без всякого страха Божьего проливающий кровь тех, кто хочет жить по законам Божьим! Если бы ты этого не сделал, этот «человек» лишил бы жизни другого человека, стоящего на службе у тех, кто хочет жить по Божьему! — решительно ответил Кравченко, желая отрезвить Панина. — Давай за мной! Нужно добраться до машинного отделения!
Тем временем наверху продолжался бой. Мелёхин был занят вторым пулемётом. Но подступиться к нему не получалось. Сразу три автоматчика не давали взводному даже поднять головы.
Сергей бросил гранату. Но положительного результата это не принесло. После небольшой паузы, перезарядив ленту, ПК снова открыл огонь.
Вдруг загорелось что-то, очень похожее на факел. Затем какой-то человек бросил его в сторону укреплённой мешками с песком пулемётной точки. Молниеносно вспыхнуло пламя, осветившее всё судно.
«Почему оно загорелось? Песок ведь не горит?» — сам у себя спросил Мелёхин.
Из пламенного ада выскочили два человека. Одежда на них горела. И тогда Тюрихов открыл по ним огонь.
— Есть! — радостно вскричал матрос, хвалясь словно ребёнок, метко отстрелявшийся в тире. — Товарищ старший лейтенант, я уложил сразу двоих!
— Тюрихов! Это я, Савченко! Прикрой меня, я бегу к вам!
— Савченко, оставайся там! — выкрикнул Мелёхин, обрадованный тем, что его подчинённый жив. — Мы сейчас сами к тебе пробьёмся!
Через несколько минут они уже были вместе, около трюма.
— Я их соляркой окатил! — похвастался Савченко, довольный своим подвигом.
— А где же старшина и Панин? — спросил Тюрихов.
— Они, наверное, в трюме. Панин собирался пробиться к машинному отделению. Может, и старшина там? — ответил взводный.
Потом, переводя дыхание, сказал:
— Давайте за мной, в трюм!