Юродивый рома. Часть вторая. Глава 29

Глава 29

В понедельник после обеда разведрота отправилась на учебный полигон для проведения занятий по огневой подготовке. Вместе с ротой находился и старшина. В этот день он был ещё более подавлен, чем прежде. Замкнувшись в себе, Андрей совершенно не желал ни с кем разговаривать. А если кто-нибудь из солдат по неосторожности обращался к нему с каким-либо вопросом, Кравченко резко обрывал его, раздражённо отсылая куда подальше.
— Что с тобой происходит? — обратился к старшине ротный, когда они остались наедине.
— А тебе какое дело?! — с раздражением ответил тот.
— Я просто подумал, что, может быть, смогу тебе чем-нибудь помочь, — как можно спокойнее произнёс Мелёхин.
— Обойдусь как-нибудь без твоей помощи!
— Как знаешь, — ответил Сергей и продолжил проводить занятия с ротой. Однако внимание его по-прежнему было приковано к другу.
Кравченко же молча прохаживался от одной будки операторов к другой, полностью погрузившись в свои мысли. После вчерашнего падения на ещё более низкую ступень нравственности он ожесточился сильнее прежнего. Причиной этой внутренней ярости была кажущаяся безысходность.
Он прекрасно понимал, что выход у него есть. Нужно покаяться. Но тогда придётся рассказать Светлане об измене. Именно этого Андрей боялся больше всего. Он хорошо помнил её непримиримый характер. Вспоминал историю с её несостоявшимся женихом, которого она так и не смогла простить. Если Светлана не простила человека, которого когда-то любила, то простит ли того, кого, как сам Андрей всё чаще думал, она, возможно, никогда по-настоящему не любила?
Ему казалось, что, открыв жене всю правду, он потеряет её навсегда. А жизни без неё он себе не представлял.
После того как отстрелялись матросы, к оружию подошли офицеры. Взял автомат у одного из подчинённых и старшина.
Когда появились бегущие мишени, Кравченко открыл огонь почти не целясь. Два магазина от АКСУ опустели за считанные секунды. Тогда он взял ещё два и вновь стал сгонять свою ярость на мишенях. Вскоре автомат заклинило.
— Пронин! — крикнул старшина главному старшине третьего взвода, стоявших неподалёку. — Дай мне свой автомат, а то этот уже сдох!
Пронин молча передал ему своё оружие, и Кравченко продолжил стрельбу.
Когда все шесть магазинов оказались опустошены, а ни одна мишень так и не была поражена, Андрей уступил место на огневом рубеже ротному.
— Ну что, полегчало? — тихо, чтобы никто не услышал, спросил Мелёхин.
Этот вопрос привёл Андрея в настоящее бешенство. Движимый самыми добрыми намерениями, Сергей невольно разбудил в нём зверя.
— Слушай ты, «праведник»! — громко произнёс Кравченко, схватив Мелёхина за воротник бушлата. — Ты меня уже достал!
— Успокойся, — тихо сказал Сергей, глядя ему прямо в глаза. — На тебя рота смотрит.
— Ну и пусть смотрит! Мне плевать! Чего ты всем в душу лезешь? Чего постоянно норовишь кого-нибудь ужалить?
— Ужалить? — удивился Мелёхин. — Зачем мне это?
— Тогда перестань приставать ко мне! Или я тебе сейчас просто врежу! — и старшина на глазах у всей роты схватил ротного за подбородок. — И не посмотрю, что ты когда-то был мне другом!
— Если тебе от этого станет легче — ударь, — тихо и спокойно ответил Сергей.
Андрей застыл.
Внутри всё кипело. Кулаки чесались. Разум настойчиво повторял:
«Ударь его! Ударь!»
Но, взглянув другу в глаза, он вдруг увидел в них Небо.
Что-то больно сжало сердце.
Кравченко неожиданно почувствовал, что, если сейчас даст волю своей ярости, то ударит не просто человека. Не просто лучшего друга. Он поднимет руку на Самого Того, Кто сейчас борется за его душу.
«Ну бей же!» — снова закричал в нём помысел.
Андрей медленно разжал пальцы, отпустил воротник Мелёхина, затем швырнул автомат на землю.
Опустив глаза от стыда, он резко развернулся и быстрым шагом направился в сторону гарнизона.
— Что это с ним? — спросил Спиридонов у Дюрягина.
— А кто его знает, — пожал плечами тот. — У каждого свои странности.
* * *
Кравченко вышел на дорогу, ведущую к части. Увидев проезжавший мимо ЗИЛ, он поднял руку. Водитель остановился.
— Извини, приятель, ты до города случайно не едешь? — спросил Андрей.
— До города.
— Подбросишь тогда?
Водитель удивлённо посмотрел на мичмана.
— Ты что, собрался в город в таком виде?
Он выразительно посмотрел на полевой бушлат, портупею через плечо, кобуру и пистолет.
— Вид как вид, — раздражённо буркнул Кравченко. — Так подвезёшь или пешком идти?
— Да садись. Мне-то всё равно. Только не боишься патрулю попасться?
— Это уже мои проблемы.
Андрей забрался в кабину.
Когда машина въехала в город, Кравченко попросил остановить возле гастронома. Поблагодарив водителя, он спрыгнул на землю и вошёл в магазин.
Ему отчаянно хотелось выпить.
Но, подойдя к прилавку, Андрей вдруг вспомнил, что деньги, лежавшие во внутреннем кармане бушлата, он перед самым выездом на полигон выложил.
Тогда ему пришёл на память «Изумрудный».
Там было немало знакомых Дюрягина, с которыми тот познакомил его накануне. У кого-нибудь из них вполне можно было занять денег хотя бы на бутылку водки.
Эта мысль показалась ему удачной.
Не особенно заботясь о том, что по дороге может встретиться патруль, Кравченко направился к «Изумрудному».
Благополучно добравшись до кафе, он уверенной походкой вошёл в Малый зал. Его полевая форма сразу привлекла внимание отдыхающих.
Окинув взглядом помещение, Андрей сперва сел за свободный столик, затем начал внимательно всматриваться в лица посетителей, надеясь узнать кого-нибудь из вчерашних знакомых.
Наконец взгляд его остановился на высоком черноволосом молодом человеке.
Поднявшись, Кравченко подошёл к нему, поздоровался и без приглашения присел рядом.
— Слушай, будь другом, выручи, — тихо сказал он. — Одолжи немного денег. Завтра обязательно отдам.
Знакомый Дюрягина, не задавая лишних вопросов, достал из кармана нужную сумму и протянул её старшине.
Андрей сразу же купил две бутылки водки и принялся угощать своего неожиданного «спасителя» и его приятелей, сидевших за тем же столом.