Вознесение Ч. 2

Весь Центр на нервах, как в театре перед началом концерта: оркестр мало-помалу занимает места, рассаживаются поудобнее, пробуют инструменты. А некоторые, особо дотошные и подозрительные, нотные листы перебирают - те ли поставили? В том ли порядке? Ведь и специально могут подкосить - играешь, играешь, листаешь, листаешь, и вдруг - оп-ля: пусто! Прощай, непыльное местечко на третьем пульте. Ладно, всё на месте. Готовы? Тогда гобой всем «ля» даёт - подстраивайте свои фанерки. Ещё? Да пожалуйста, мне не жалко. Гул, переборы... И вдруг - тишина. Гробовая. Долгая. Томительная. Торжественная. Ждут дирижёра. И вот он выходит...
   
   Гагарин аж замечтался - так захватило, что едва со ступенек не загремел.

   А тут зовут: Юрий Алексеевич, куда же вы запропастились? Пожалуйте быстрее в актовый зал - делегация с Чернотрубинского металлопрокатного. Говорят, должны передать важное напутствие от трудового коллектива. И ещё - оленеводы из Закудышинского хозяйства. Тоже будут напутствовать и что-то вручать.
   
   - Рабочие и оленеводы? Замечательно. А что за напутствие? Королёв уже напутствовал, партинструктор напутствовал, медики тоже.
   
   - Лично изложат. После них ещё пионеры-отличники. Этих сначала не планировали, да как-то сами проникли. Следопыты. Только вас и требуют - какой-то у них вопрос важный. Не отправлять же обратно?
 
   - Нет, конечно, раз важный вопрос.
   
   - После мы их всех на экскурсию по Центру.
   
   - Однажды таким следопытам я битый час про Марс рассказывал. После спрашиваю - всё поняли? Вопросы есть? А они - "Аэлиту" мы ещё октябрятами читали. Вот же черти пытливые!
   
   - Ну так что, запускать?
   
   - Запускайте!
   
* * *

   - Здравствуйте, товарищи! Чернотрубинцы? Как добрались? Вертолётом?
   
   - Вертолётом! Да нам не привыкать - к нам, в Чернотрубинск, только вертолётом и можно долететь. Ведь вокруг комбината - на двести, почитай, километров, всё чёрное - отвалы, карьеры, терриконы, могильники. Лесов нет, рек нет, лугов, полей и дорог тоже нет... ничего нет. И нигде в мире такого нет. То-есть, комбината, конечно.

   - Знаю, знаю, товарищи! Ведь ваши втулки стоят в советских космических кораблях. Хорошие, надёжные втулки. Огонь втулки!

   - Да мы втулок не делаем...
   
   - Что? Не делаете? Как так - не делаете? А что делаете?

   - Двухтавр, рельс, швеллера делаем.

   - А, швеллера... Погодите-ка - так они же как раз в ракете-носителе... наверное. Отличные швеллера! Огонь швеллера! Без них просто никуда. Да, товарищи? Да! Это радостно слышать. Хорошо. А какой у вас вопрос, товарищи?

   - Желаем вам, советскому космонавту и первому первопроходцу, удачного старта и успешной посадки. Весь трудовой коллектив, партком, профком и комитет комсомола дают напутствие - выполнить программу полёта сверх нормы и доказать всему миру, что только при социализме можно быть первыми в космосе. Берётесь выполнить наказ?
 
   - Берусь, товарищи! Как советский космонавт, берусь выполнить и перевыполнить. Вот вам крест... то есть - слово коммуниста.

   - Тогда... Вручаем вам, Юрий Алексеевич, вот эту точную копию легендарного крейсера «Аврора». Надо, чтобы вокруг Земли облетела. Пусть весь мир увидит, как мы строим коммунизм. Михеич, давай! Осторожнее!!! Тяжёлая, ё... Вот, Юрий Алексеевич, держите-ка...

  - Ох, мать... Увесистая!

   - Из цельного куска проката! Передовики в три смены фрезеровали, выпиливали, прилаживали. Даже соцсоревнование объявили, весь комбинат переживал - успеют ли? Успели! Пушка, кстати, стреляет.

   - Да ну?
   
   - Михеич лично вытачивал. Михеич, скажи?

   - А как же!  И снаряд тоже. Вы с ней там осторожнее - спуск очень чуткий. Берёте?
   
   Гагарин прикинул, что "Аврора" уж больно тяжела, чтобы взять её в корабль, но, вспомнив про Африку и возможную встречу с людоедами, изменил решение: как-нибудь незаметно пронесу, пушка лишней не будет.

   - Беру! Пускай весь мир увидит! И комбинат ваш, если увижу - расскажу потом, как он сверху выглядит.

   - Да чего ж его не увидеть? Копоть на пол-неба, до горизонта, и чёрное пятно - так это, значит, наш! Да вы запишите.

   - Записал...  вот,  на карте крестик ставлю. Спасибо, товарищи, за доверие! До встречи, товарищи! Я скоро!

   Чернотрубинцев повели на экскурсию по Центру, а в зал следующая делегация заходит - закудышинские оленеводы.

   Эти немногословные, серьёзные, обстоятельные.

   Сходу молча развернули большой свёрток, а там... Боже ты мой! Полный лётный костюм из кожи, войлока и меха, мечта каждого лётчика!

   Три слоя войлока! Олений мех! Кожаные накладки! Лётная ушанка-шлемофон, защитные очки в оправе из оленьего рога, рукавицы-краги на ремешках! Тужурка-бомбер с простёжкой, кожаные штаны на меховой подкладке, валеши! Сумка-планшет, охотничий нож на кабана, кобура-приклад для "стечкина", ЗИП-комплект с палаткой и надувной лодкой, коробка с НЗ, аптечка... Да всего и не перечесть!
   
   Гагарин в шоке так и присел. А старший из оленеводов ему:

   - Надевайте, Юрий Алексеевич! В нём не замёрзнете. Небось, холодно на Марсе? Мстислав Сергеевич, мой земляк, рассказывал, что там совсем не жарко, даже в ватниках.

   Гагарин рассмеялся:
   
   - Да я не на Марс, пока только по окрестностям. А, простите - кто такой Мстислав Сергеевич? Запамятовал, бывает.
   
   - Как же - Лось, Мстислав Лось. Мы с ним односельчане были. Деревня Марс, под Рузой, не слышали? Вот так и пошло - запало в душу, мечтал, мечтал, да и сбылось. Но как так - не на Марс? Уж лет сорок с их полёта с Гусевым, а всё ещё "не на Марс"? Чего ждём?
   
   Гагарин понял, что речь идёт о первых советских людях на Марсе.
   
   - Товарищ, товарищ - всё будет, не сомневайтесь. И яблони высадим, и колхозы построим. Дайте срок. Просто временная утрата технологий - война же была, потом страну восстанавливали. Не до Марса было. Ничего, наверстаем. Вот что я вам скажу - Марс, товарищи, как это ни странно может прозвучать, ближе, чем Луна. А теперь, с такой экипировкой - гораздо ближе. Гораздо ближе! Спасибо вам за вклад в дело освоения космоса. До встречи!
   
   Оленеводы отправились осматривать центрифугу, а в зал ворвалась ватага пионеров. Толкотня и хаос были краткими - подростки слаженно построились в шеренгу, замерли на миг, и тонкими голосами грянули:

   - Отряд следопытов! Из Нижней Топи, Некричаловский район, пионерская дружина имени Ивана Сусанина! Приветствуем первого космонавта Юрия Алексеевича Гагарина!
   
   Гагарин, поначалу настроенный на серьёзный лад и уже собираясь отдать ответное пионерское приветствие, не смог сдержать улыбки:
   
   - Имени Сусанина? Братцы, а как же вы сюда попали... Хотя, о чём это я?

   Пионеры замялись, напряглись, переглядываются. Молчат.
   
   - Всё равно - признавайтесь. Быстро! Мне можно. И я вас не выдам. Ну?
   
   - Честное пионерское?
   
   - Честное космическое.
   
   Пионеры заулыбались, строй рассыпался, окружили Гагарина:
   
   - Пробрались под центрифугой. Там лаз есть, в подвал. А оттуда через столовую. Мы везде пройдём!
   
   - Не сомневаюсь, убедили. Может, тогда и мне пригодится? А то у нас тут строго - режим, тренировки, отбой в девять.
   
   - Вы не пролезете, узкий лаз. Но мы к вам по делу, срочному. Потому и без спроса. Очень важное дело. Про Лайку.
   
   - Про Лайку? Интересно. Ну, давайте.
   
   - Про Лайку давно ничего не слышно - как она там? Мы и в "Пионерскую правду" писали, и в журнал "Пионер", и в ДОСААФ, и даже в Академию наук...

   - Не отвечают?

   - Отвечать-то отвечают, да как-то уклончиво - мол, Лайка, первая советская собака, полетевшая в космос... и всё такое. Да знаем, что первая собака. Потому и интересуемся! Юрий Алексеевич, очень вас просим - вы там узнайте, когда Лайка вернётся? Или, если сможете - заберите её с собой. Нам в отряде как раз очень нужна собака, да не простая, а которая везде пролезет и дорогу найдёт. Уж если Лайка в космос пролезла, то здесь-то точно ей равных нет. Обещаете?
   
   Гагарин посерьёзнел. Долго молчал. Вздохнул, обвёл взглядом притихшую  дружину имени Сусанина. Сказал негромко, но внушительно:
   
   - Обещаю. Если не разминёмся, то всё сделаю, что возможно. Будет вам Лайка! После полёта приглашу вас сюда, ждите. Только не через центрифугу, да? Ну, а теперь все на экскурсию по нашему Центру. И ничего не трогать, кнопок не нажимать. Вперёд!
   
   Пионеры, ликуя, гурьбой полетели из зала, едва не сбив с ног входившего Королёва.

   - Ну что, Юра? Пора. Что скажешь? Всё в порядке? Что, пионеры замучили? Эти могут!
   
   -  Про Лайку спрашивали. Просили вернуть - мол, хватит, полетала. Теперь уж человек летит. А так-то да, всё в порядке, самочувствие отличное, к полёту готов. Только...
   
   - Что - "только"?
   
   - Только вот теперь не пойму - то ли я первый человек в космосе, то ли, может быть, и последняя собака...
   
   - Оставь. Делай, как сказали, и просто доверься автоматике. А Лайка... Что ж, будет им Лайка - подберём. Давай, с Богом!
   
   - А Бога же нет?
   
   - Вот это тебе и предстоит выяснить. И ещё кое-что. Но об этом завтра.

    Наступила последняя ночь перед стартом.