Вымпел надежды

Глава первая «ЖЭК-4»

Солнечный день апреля знаменовался повсеместным отключением парового отопления.

Прораб жилищно-эксплуатационной конторы Михалыч на скорую руку раздавал суточные задания слесарям, сварщикам, плотникам, водителям, дворникам и всей остальной братии четвёртого по счёту местного коммунального хозяйства старинного исконно русского города Чернигова.

Все сотрудники сидели тихо, внимательно слушали и записывали указания, ждали начальника ЖЭКа. На кону каждого из них висела квартальная премия.

Первой зашла бухгалтер, красивая стройная женщина младых лет, с причёской на бигудях, в белой с вышивкой, просвечивающейся блузке, незамужняя Вера Матвеевна Матусько, поправляя слегка задранную стандартную до колен юбку серого цвета, на миг остановилась и, окинув взглядом присутствующих работников, уверенно прошла на своё служебное место президиума.

За ней, довольный жизнью вприпрыжку с улыбкой масляного кота проскакал холостой Георгий Валентинович Громыхайло, проверил на прочность стол для президиума, подошёл к трибуне.

-  Михалыч, отправь в мой кабинет плотника, пусть поправит стол, одна ножка надломилась, - всем стало понятно, чем там, на том столе занималось их начальство, но виду никто не подал, так как понимали, что любая реакция на такой пассаж может обернуться окончательной потерей квартальной премии. Все ждали, когда же они, наконец, поженятся!?

- Петрович, слышал? После совещания устранишь недостаток, - объяснять, что и как надо делать не приходится, не впервой эта страстная парочка с криками и стоном ломает «жэковские столы».

- Начнём с очерёдности по важности для каждого из работников нашего коммунального предприятия, - все устремили напряжённые взгляды к трибуне, смотреть в глаза Громыхайло «себе дороже», громыхнёт, так громыхнёт, - премию получат все соответственно проделанной работы за период отопительного сезона.

Никто не поверил в такое чудо!

Чеховская театральная пауза длилась недолго, слышно было, как первые весенние мухи настраивают свой инструмент противного гудения. Каждый с одобрением молча в сердцах, восхищался пушкинского возраста бухгалтершей «вот дала, так дала, всегда бы так».

- Я не слышу оваций! Где громкие продолжительные аплодисменты! Ура, товарищи! В Деснянском районе заняли первое место, по причине отсутствия аварий, - сделав свою паузу, продолжил, - какое в городе, пока не знаю.

Первые аплодисменты услышали все от сварщиков, их главная заслуга, что обошлось без порывов на теплотрассах. Ещё помня прошлогоднее совещание, когда их всех, сидящих здесь, начальник «драл и в хвост, и в гриву» за последнее место в городском коммунальном хозяйстве, не веря в происходящее, с удивлением смотря в глаза, друг другу каждый про себя подумал «вот дали, так дали, всегда бы так».

- Товарищи. Прошу внимания, - бурные продолжительные аплодисменты закончились, не успев начаться, - теперь переходим к следующему вопросу.

В порыве радостных возгласов сидящие в небольшом зале работники наконец-то обратили внимание на добрую и отзывчивую голубоглазую бухгалтершу.

Отсутствовал бюстгальтер!

Было видно, как темноватые соски пытаются пробиться наружу сквозь тонкую слегка прозрачную белую шёлковую ткань. Никто не посмел указать на её забывчивость после страстных объятий, как никто, нигде и никогда не обсуждал её неожиданные крики удовольствия, так как понимали, что это и есть настоящее женское счастье.

Старый усатый жэковский сторож Андреич при таком случае всегда говорил, что «главное в семейной жизни оргазм жены».

- По итогам зимнего периода у нас есть успехи в спорте. Большая заслуга нашего спортивного инструктора Геннадия Александровича Оношко. Первые места на городских соревнованиях забрали биатлонисты и лыжники, хоккеисты золотой шайбы и плетёного мяча взяли бронзу, каждый, - сам Георгий Валентинович в молодости считался хорошим биатлонистом, как и Оношко, неоднократно выступали в составе сборной Черниговской области. До сих пор соблюдают спортивный режим, - спасибо за работу. Товарищи! Наступает лето, впервые предстоит организовать чемпионат по футболу для детей разных возрастов под названием «Кожаный мяч».  Надо набрать минимум восемь команд из детей пятых, шестых и седьмых классов, других нам не надо. Если брать года рождения, то отсчёт пойдёт от первого сентября 1961 до первого сентября 1963 годов. Поэтому, срочно определить, в каких дворах дети без устали гоняют мяч, соорудить новые спортивные площадки, во всех школах подготовить футбольные поля. Команды могут быть как дворовые, так и отдельно от школы, но прописывать их как дворовые к отдельному адресу.

- Георгий Валентинович, две хорошие команды есть в районах «Кордовка», там живут русские семьи, дети учатся в русской школе номер два на Валу, и, «Красный мост», где венгерские евреи, рядом девятая украинско-еврейская школа. Я сам живу на улице Красноармейская, это Кордовка, из окна вижу постоянные настоящие футбольные баталии с переменным успехом для каждой команды. Так вот, русские называют венгров «жидовские бомбилы», у них там настоящий местный «король футбола» Димка Тополёв, сам русский, но почему-то учиться в шестом классе украинско-еврейской школы, - не просто так начал анализировать ситуацию слесарь Иваныч, сработала жизненная привычка во всём искать выгоду, всё переводить на деньги.

- Иваныч, его дядя, названный брат по отцу, венгерский еврей Иштван Тополёв, директор этой школы, - уточнил информацию спортинструктор Оношко, - паренёк Димка занимается в обществе «Спартак» лыжами и биатлоном. Ходит на шахматы в Палац пионэрив. Наш человек!

- Ещё навскидку, какие будут предложения? Давайте, не стесняйтесь, - начальник тут же делал пометки в своём старом фирменном блокноте.

- От «Черниговского радиоприборного завода» строятся новые дома, завод смежный, молодой, всего семь лет, сверхсекретный, работает на космос. В новостройках формируется детская команда «Сатурн», тренирует Боря Полевой, физрук седьмой русской школы, ещё дядя Гена, Геннадий Иванович на «рокоссухе» тянет свою команду «Космос», - от слов водителя жэковского пазика глаза начальника ЖЭКа постепенно воспаряли неподдельной улыбкой человека, удачно начавшего любимое дело.

- Меня смущает высказывание «жидовские бомбилы», не надо, чтобы русские дети такими словами бросались, - не спеша, задумчиво формулируя свою мысль, продолжил Громыхайло, - Гена, пойдёшь в школу, найдёшь этого своего юного биатлониста, «короля футбола» Диму Тополёва и создашь там команду, чтобы инициатива исходила от нас, а не от евреев, сразу дай название, например, набор, идёт в команду «Юный олимпиец». Через пять лет Московская олимпиада, пусть считают, что их начинаем готовить туда. В этой школе есть хороший спорторганизатор, занимается борьбой, Миша Полулях, возьми себе в помощники. Проблема иная, у них нет своего школьного стадиона, единственная школа. Ну, да ладно, решим вопрос. Я к чему веду речь. С евреями надо быть осторожными. А, с другой стороны, в городе много евреев, третья часть, посмотрим, что они предложат.

- Жора, помнишь сборы в Болехове. Там пожилая бабушка рассказала нам про бандеровскую резню евреев и поляков на Волыни, кажется в сорок третьем году, - начал было Оношко и, тут же осёкся, увидев перед собой мощный кулак Громыхайло, продолжил, - мы тогда жили в санатории «Моршин». Там, на здании ещё табличка висит, что в этом здании находился политотдел армии под руководством Леонида Ильича Брежнева. Кажется, 1944 год.

- Из тридцати городских школ половина в Деснянском районе, - свою мыслю исправить ситуацию начал излагать главный инженер Покотило, - так вот, в первом ЖЭКе есть ещё третья русско-еврейская, там чехи, словаки и поляки, настоящая гремучая смесь. Украинских школ нет вообще, кроме упомянутой смешанной девятой, остальные все русские школы. В Новозаводском районе есть только одна восьмилетка, чисто украинская тринадцатая школа, смеси нет, только чисто русские.

- Эта статистика нам ни к чему, - Громыхайло решил прервать школьную тему. Он-то знал, что во всех до единого сёлах Черниговской области школы только с украинским языком обучения, для колхозников, чтобы к городу и «на пушечный выстрел» не приближались, в райцентрах разрешили иметь всего одну русскую школу, да и паспорта, год как стали выдавать селянам, - что же у нас получается? Четыре команды точно есть. Внимательно слушаю предложения.

Повинуясь известной поговорке «волка ноги кормят», пройдя под забором военного госпиталя, и, мимо речки Стрижень спортинструктор Оношко рванул во дворы микрорайона «Красный мост» в надежде ещё до уроков застать пацанов, упорно гоняющих мяч.

Толпа в центре площадки, пыталась перекричать, друг друга, с обвинениями, кто же всё-таки пробил совсем новый мяч.

- Ребята! Давайте жить дружно!

Все как один повернулись в сторону главного жэковского спортсмена Оношко.

Стоя, раскрыв рты, дети слушали, как Геннадий Александрович в стиле Ильфа и Петрова рассказывал о международных перспективах детского футбольного движения «Кожаный мяч».

Если бы кто-нибудь из них читал книгу «Двенадцать стульев», сразу узнал в рассказчике великого комбинатора Остапа Бендера.

В те годы такую классику «народной мысли» в стране Советов, увы, не издавали.

- А меня возьмут в команду? Я хочу играть, - к Оношко подошёл маленький рыжеволосый с веснушками на лице мальчик, двумя ручонками дотронулся до левой кисти, державшей чёрную папку.

- Ты кто? Тебя как зовут?

-  Это наш Кузя! Он сегодня молодец!

-  Мы сделали «жидовских бомбил». По пенальти. Кузя забил решающий гол. Правда, у них не было Тополя.

- Был бы Тополь, другое дело.

Всё это время рыжий мальчонка стоял и смотрел снизу вверх на высокого дядю, чем-то напоминая маленького котёнка, просящего поделиться докторской котлеткой.

- Так как тебя зовут? Я понял, фамилия у тебя Кузнецов, - теперь уже высокий дядя смотрел сверху вниз на рыженького мальчика.

- Олег.

- И когда родился?

- 1963 год, 22 марта.

- По росту, конечно, маловато. Но день рождения подходит. Наверное, каши мало ешь? Надо, чтобы кто-то из родителей пришёл и показал мне Свидотство про народження.

- Я правду говорю!

- Верю! Но проверю. В какой команде будешь играть? Олег Кузнецов, - Геннадий Александрович открыл чёрную папку и достал блокнот синего цвета с надписью «Футбол».

- Мы свою команду назовём «Знамя». Хотим футболки красные, шорты белые, гетры красные,  а «жидовские бомбилы» решили назваться «Вымпел», они хотят футболки белые, трусы и гетры синие, - начал высокий парень в перчатках, наверное, вратарь.

«Хорошо, что обошлось без звезды Давида. А цветовая гамма подходит. Думаю, не буду заморачиваться про Московскую олимпиаду. Названия нормальные, да и звучат красиво: «Знамя», «Вымпел», - про себя подумал Оношко.

- Есть такая форма, запишем, кто в какой команде, снимем мерки. Так ты, в какой команде?

- Говори, Кузя, - золотисто-рыжий маленький мальчик улыбнулся широкой лучезарной улыбкой, понял, что его берут играть.

- Я русский! Хочу играть в команде «Знамя»!

Почти все жители еврейской кирпичной пятиэтажки вывалились на балконы и с интересом наблюдали, как высокий мужчина записывает в блокнот, потом как портной, сам снимает мерки и опять записывает.

Кто-то из жильцов вызвал участкового инспектора. Процедура велась уже под присмотром сотрудника правопорядка, чему несказанно радовались евреи, особенно молодой милиционер, лейтенант Максим Шишкин.

С восточной стороны к площадке примыкал кожно-венерологический диспансер, напротив ему большая котельная, южные ворота упирались в гаражи. Местной достопримечательностью, за углом северной ближе к западу от площадки, о которой знали все и каждый считался ларёк сбора стеклотары.

Там ещё с довоенных лет работала  большая баба Маша, готовая убить всех этих футболёров, особенно, когда мяч, сродни бомбе, попадал в ящики с бутылками и банками.

Лейтенант внимательно вглядывался в лица детей, ища среди них Диму Тополёва, тот со своим пушечным ударом достал не только приёмщицу стеклотары, но и начальника котельной, зачем было ставить такие большие стёкла возле детской площадки, три раза пришлось новые покупать за счёт родителей.

А сколько вони слышно, когда мяч влетает в рядом стоящую еврейскую пятиэтажку, хорошо, что по южной стороне еврейский дом построили в отдалении, за гаражами, туда мячи не долетают.

- Давай теперь тебя. Как зовут?

- Булка, - разразился хохот, резонанс пошёл такой, что казалось, сейчас стёкла в котельной вывалятся наружу.

- Какая булка, мать твою! Ты имя и фамилию называй! Когда родился, - тут не выдержал милиционер, ещё не хватало, чтобы потом опять стекольное расследование проводить.

- Буглак, Валентин, 1963 год, 1 января. Команда «Знамя».

- Так-то лучше, - успокоился сотрудник правопорядка.

Фамилии еврейской команды немного удивили спортсмена Оношко. За команду «Вымпел» записались Видец, Коновец, Ярыловец, Бригинец, Широкан, Радченко, Лещенко, Охрименко, Бондарь, Яроцкий и братья Клименко. С Тополёвым всего тринадцать человек.

- Дети! Пора в школу!

Все дружно сорвались бежать домой за портфелями.

Спортивная площадка, огороженная металлической сеткой в два человеческих роста, мгновенно опустела.

- Мы учимся во вторую смену. Приходите вечером на тренировку.



Глава вторая «Форма»

Триумфальное шествие киевского «Динамо» по футбольным полям Европы подвигло жителей старинного русского города к своим футбольным подвигам.

Черниговская «Десна» три года как почила в обозе, прекратив существование единоличным решением руководителя области Николая Васильевича Уманца, чему до слёз обидели главного тренера Олега Базилевича.

Третий год стадион имени Юрия Алексеевича Гагарина опекают армейцы Киева под названием  СК «Чернигов». Среди варягов выделялись чемпион Советского Союза в составе ворошиловградской «Зари» вратарь Михаил Форкаш, а также местный уроженец капитан команды Женька Король.

Футболистов «Десны» приняли местный «Химик» тренера Ефима Школьникова от комбината европейского значения «Химволокно» и новая команда «Луч» сверхсекретного Черниговского радиоприборного космического завода во главе с  бывшим нападающим «Десны» Вадимом Павловичем Третьяковым.

В пику руководителю области все предприятия на балансе имели свою футбольную команду, даже силикатный завод. Казалось, весь город гоняет «буллу». В каждом дворе «от мала до велика» только и слышны крики «пас», «гол», «бей», «беги», «аут». И, куда же без судейского свистка, без знакомого всем футбольного ругательства «судью на мыло», чему по делам обижались местные евреи.

Детский футбол расцвёл до небес. Только в одном четвёртом «ЖЭКе» буквально за сутки появились с десяток команд в космический наклон: «Сатурн», «Юпитер», «Меркурий», «Космос», «Спутник», «Метеор», «Комета». Ещё «Луч» и «Знамя».

Особняком стояла, команда жидовских бомбил «Вымпел» в цветовой гамме местной команды «Десна».

- Кто завтра в Киев на «Эйндховен»? Говорят, Республиканский стадион заполнят под завязку сто тысяч болельщиков.

- Так квыткив уже нэма.

- У меня два осталось, а через две недели 23 квитня грають в Голландии.

«Я бы с удовольствием поехал. Увы, тут своя футбольная игра, - про себя размышлял, подходя к возвышенной на бугре «жэковской» беседке, спортивный инструктор Геннадий Александрович Оношко, - хотелось бы увидеть живьём Блохина, Колотова, Рудакова, да и всю команду. За выход в финал будут драться, по-другому и не скажешь».

- Здравствуйте, товарищи!

- Гена! Скажи, что это было? Что за женские крики? Только не молчи, что не знаешь – и все с ухмылочкой повернули свои головы в сторону закрытых плотными зеленоватыми шторами окон лекционного зала.

- Геночка, а давай и я с тобой попробую так же. С восьмого класса только и мечтаю, если помнишь, ты учился в десятом классе.

- Таня, как тебе не стыдно! Человек на работе. Ещё холостой, - учительница физкультуры пятой русской школы пыталась образумить свою бывшую ученицу и наследницу в профессии.

- Лидия Павловна! Я тоже не замужем. Девственница! Четверть века прожила. Где в наши дни нормального мужика найти? Под забором? Это хорошо, что в этом году весна тёплая, до Дня Победы успеем посадить огороды. А как было в прошлом году? Помните? Весна холодная и, вся посевная после майских праздников. Наши фронтовики как начали пить свои наркомовские за Победу, так до Парада Победы и не заканчивали. До 24 июня! Полтора месяца! Ладно бы, фронтовики. Их сынки, хоть и не воевали, а рюмки вместо патронов подносить к своим ртам научились быстро. Огороды, как в войну при оккупации, вспахивали одни женщины и дети. Иногда, по погоде, получается «пьяная победа». Повторяется периодически или по спирали, кому как. Тридцать лет прошло с окончания войны! И что? Надо безбожно пить?

- Так, давайте ближе к делу и по теме.

«Надо же, окна кабинета на ту сторону, - про себя думал Оношко, - неужели Гоша на столе президиума заставил орать бухгалтершу пушкинского возраста. Это женщины возраста как жена поэта Наталья Гончарова в день его гибели. Не зря утром Громыхайло проверял стол на прочность, выдержит, или не выдержит».

- Кто завидует, завидуйте дальше. Все вопросы к нашему сторожу Андреичу, он объяснит смысл счастливой семейной жизни мужчины с женщиной.

Краем глаза Оношко заметил, как сверкнули звериным оскалом зелёные зрачки влюблённой Татьяны Мерковой, учительницы физкультуры второй русской школы на Валу, в недавнем прошлом неплохой лыжницы.

- Татьяна! Ладно, уговорила, - все на миг застыли в ожидании чуда, - как только Громыхайло громыхнёт своей свадьбой с бухгалтершей, так сразу и поженимся. Ты согласна?

- Да! Да! Да!

- Ура! Ура! Ура!

- Горько! Горько! Горько!

- Что за шум, а драки нет? Интересно знать, - из открытого окна наперекос застёгнутыми пуговицами белой рубашки и вишнёвой помадой на щеках высунулся довольный начальник ЖЭКа Громыхайло.

И тут все дружно отвернулись, с высоты увидев за Громыхайло лежащую на столе президиума в задранной юбке с повисшими ногами, слегка опущенными на них телесного цвета чулками бухгалтершу Веру.

Каждый подумал о своём, хорошем «есть же здоровье у людей, везёт некоторым».

- Так, раз, два, три, всего десять представителей, - главный организатор детских футбольных баталий Оношко решил замять не совсем корректную ситуацию, - значит, десять команд. Правильно?

- Один представитель от каждой команды, - деловой разговор поддержал учитель девятой украинско-еврейской школы Макатёр Давид Маркович, уроженец Хабаровска, участник боёв освобождения Курильских островов, был ранен на острове Парамушир, - желаем получить форму.

- Форму получите все по два комплекта для полевых игроков, тёмные и белые футболки, - радостные улыбки тут же появились на лицах представителей команд, - белая будет обязательно. Что касается тёмного цвета, то здесь будем исходить от названия команд. Номера от второго до пятнадцатого. Вратарям номер необязательно, но кто хочет, то первый и, можно двадцатый, как у Третьяка.

- Почему белые? Судье ведь всё равно, красные или синие.

- Лидия Павловна, так в правилах записано. У людей телевизоры чёрно-белые, от того в правилах футболки тёмные и белые. Начальник пригласил телевидение и журналистов от газет «Дэсняньська правда» и «Комсомольский гарт».  Кто не знает, слово «гарт» означает «закалка». Столько денег вложили!

- Очень хорошо. А кеды?

- И кеды. Можно играть в своих кедах или кроссовках. Бутсы с шипами нельзя.

- А вратари?

- С вратарями проще, могут и свою форму придумать, как сами решите. Например, спортивное трико. Перчатки кому, какие удобно. Можно кепку, как у Льва Яшина.

Немного послушав деловой разговор своего подчинённого друга с представителями детских футбольных команд, начальник ЖЭКа тихонько прикрыл окно, повернулся и тут же в испуге задёрнул плотные тёмно-зелёные шторы.

Будущая жена по-прежнему лежала на столе президиума, изнывая от полученного удовольствия и, не могла сдвинуться с места, передок в онемении, пульс зашкаливал, грудь скакала, в голове лёгкое помутнение, нет сил, даже поднять ноги и встать.

Биатлонист Громыхайло в очередной раз стал на огневой рубеж в положение «стрельба стоя».

Местная швейная фабрика месяц, как получила заказ от четвёртого ЖЭКа на пошив футболок разного окраса с номерами для детского турнира «Кожаный мяч».

- А вот и завхоз приехал, - Оношко приметил старенький синего цвета «Москвич-407», выпускавшийся с 1958 по 1963 годы, - ну, что, Палыч, форму привёз?

- Так точно, командир! Пятнадцать на пятнадцать.

- Это как?

- Пятнадцать комплектов на пятнадцать команд. В одном комплекте футболки красные и белые, таких три, в другом синие и белые, тоже три, в третьем жёлтые и белые, есть оранжевые, зелёные. С номерами, как заказывали. Трусы, гетры, кеды. Все футболки с коротким рукавом. Могу выдать прямо здесь, накладную потом выпишу.

Оношко достал свой футбольный блокнот и стал записывать фамилию представителя и название команды, рядом оставил место для цвета формы.

- Татьяна, твой вратарь решил, что форма у команды «Знамя» будет красная основная и запасная белая. Правильно?

- Да.

- Иди, получай.

«Жэковский» завхоз Павел Петрович Маслёнкин, он же Палыч, развернул свой «москвич» и сдал задом к беседке, открыл багажник. С высоты бугра все увидели аккуратно сложенные пачки пятнадцати комплектов футболок, за ними кеды, трусы и гетры.

- Гена, а что я дам своему малому Кузе? Он же утонет в этих футболках, - Татьяна, увидев бирки размеров футболок 40-44, забеспокоилась.

- Не утонет твой Кузя, - Палыч достал комплект красно-белых футболок, - а ты его в запасе держи! Ха-ха-ха!

Рядом с красным комплектом видно было синие футболки. Сделав пометки в своём блокноте, Оношко продолжил.

- Давид Маркович, команда «Вымпел», основная форма белая, запасная синяя. Согласны?

- Дети так решили.

Глаза инструктора по спорту и пожилого еврейского учителя физкультуры, майора запаса встретились. Исторически давно со времён Разумовского Чернигов считался городом военных пенсионеров и отставников. Сюда ехали все! Не зря здесь сверхсекретный космический завод открыли. Мозги! Военные пенсионеры и евреи настоящий интеллектуальный мозговой сплав.

Касаемо евреев вспомнились слова Громыхайло на утреннем совещании.

- Прошу увагы! Друзи! У меня большая просьба, постараться больше не называть детей команды Давида Марковича «Вымпел» плохими словами «жидовские бомбилы», или «бей жидов, спасай Россию», или «если в кране нет воды, значит, выпили жиды». Не надо оскорблять еврейских детей! Это, прежде всего, касается твоих детей, Татьяна. Я понимаю, в одном микрорайоне с одной стороны живут славяне, противоположной венгерские евреи. Хорошо, что не чехи и поляки, те бы сразу скандал закатили. Мы русские люди, в годы немецкой оккупации наши родители приютили евреев из Угорщины, Чехословаччины и Польщи, одним словом, спасли им жизни. Они остались жить в нашем городе. Работают, как и все. Весь город одна семья. Нашей стране противопоказана межнациональная рознь. Мы вси едыный радяньський люд, извините, советский народ. Не надо, чтобы молодое поколение таким плохим делом занималось, травлей. Евреи такие же люди, как и все, живущие в нашем городе. Всем понятно?

- Понятно!

- Татьяна, тебе понятно?

- Так точно, командир!

Десятым подошёл учитель физкультуры двадцать второй русской школы Виктор Владимирович Юрьев. Стоял долго, решал, что взять, посоветоваться с детьми нет возможности. Красные, синие и жёлтые разобрали.

- Возьму оранжевый комплект, - и посмотрел в сторону Оношко, тот кивнул головой, принялся делать отметку в блокноте, - дети назвали команду красиво, «Комета». Маленьких детей у нас нет, самый большой Толя Сиворакша, думаю, футболки с девятым номером ему налезут.

- Да, чуть не забыл, - завхоз Палыч в попыхах потушил свою «беломорину», продолжил, - кому футболки будут большие или маленькие, принесите, я поеду и  заменю. Меряйте аккуратно, лучше приложите к спине и по плечам будет видно. Только не испачкайте. Так что на своих футболистов Кузю и Сиворакшу футболки надевать необязательно.

- Спасибо, Палыч, что не забыл, - Оношко в удовольствие потирал руки, - теперь приступим к порядку проведения матчей.

- Подождите! А как мы всё это заберём? Надо помочь доставить.

- Не переживайте, я помогу, довезу на своих «жигулях», - обнадёжил владелец вишнёвой «копейки» Давид Маркович, - давайте отнесём в машину сейчас, потом всё обсудим и поедем.

- Кому в сторону «рокоссухи», давайте ко мне, с левого краю укладывайте, довезу с ветерком, - завхоз Палыч не стал закрывать багажник, ждал.

Небольшой перерыв пошёл на пользу, Оношко в своём блокноте начертил две таблицы, для жеребьёвки подготовил небольшие листочки с номерами очерёдности, ещё десять с названиями «красный» пять и «синий» пять, сходил в кабинет, принёс две вертушки-шарабаны для лотерейных билетиков.

- Начнём? Готовы? Порядок будет такой. По жеребьёвке делим команды на две группы, игры проводим в один круг. В группе будет пять команд. По итогам игр пятая команда вылетает. А потом, на вылет, первая с красной группы и четвёртая синяя, думаю, всем понятно. Останется четыре команды, полуфинал и, две из победителей разыграют финал. Дальше определят лучшую команду в нашем Деснянском районе, потом в городе, области и на республиканский финал в Крым, Феодосия. Понятно?

- Да, без вопросов, - бывший футболист «Десны» Борис Семёнович Полевой, учитель физкультуры русской седьмой школы сделал окончательный вывод, - давайте проводить жеребьёвку.

На столе поставили шарабаны, туда забросали по десять листочков для определения очерёдности вытягивания «красный» или «синий» в другом шарабане.

- Посмотрим, что получилось, - Оношко заполнял пустые клетки своих таблиц, - «красная» группа. Будут играть «Сатурн», «Знамя», «Луч». Сюда «Метеор» и «Спутник». Группа «синие». Пишем «Меркурий», «Космос», «Юпитер», «Вымпел», «Комета».

Десять футбольных представителей внимательно рассматривали свои, на скорую руку составленные таблицы.

- Календарь игр, когда будет готов? Хотелось бы сегодня, - молчавший до сих пор, своё слово сказал дядя Гена, так называют его все, на самом деле Островнов Геннадий Иванович, учитель физкультуры русской шестнадцатой школы, - может сейчас и определим?

- Сделаем по  стандартной таблице, пятый отдыхает, первый с четвёртым, второй с третьим и так далее, - Оношко сразу начал делать записи в блокноте, - первый тур: «Сатурн» - «Метеор», «Знамя» - «Луч», «Меркурий» - «Вымпел». Дядя Гена, твой «Космос» на правах хозяина играет в синей форме. Так, соперник «Юпитер» в гостевой белой форме. У нас получается основная белая форма только «Вымпел». Ага, ещё и «Метеор», они в другой группе. Вопросы?

- Когда начнём?

- Сегодня вторник. В ближайшее воскресенье тринадцатого числа и начнём. Все игры проведём на стадионе в седьмой школе. Два тайма по тридцать минут. Начало в десять часов утра.

Весеннее солнце прошло зенит и медленно двинулось к апрельскому закату. В «жэковской» беседке остался один Оношко. Из окон лекционного зала никакие подозрительные звуки больше не доносились, шторы раздвинуты.

С толкача завели старенький «москвич» Палыча. Детский футбольный турнир стремительно набирал обороты.

Процесс пошёл!



Глава третья «Школа»

Исконно русский, с 1503 года, по итогам войны, кровью отбитый у поляков, город евреев и военных пенсионеров жил настоящей полноценной жизнью советского человека. 

Чернигов хоть и недолго, с 1024 года каких-то десяток лет вместо Киева был столицей Древнерусского государства. Это потом, при Екатерине Великой, немцы, писавшие историю государства Российского, придумали название «Киевская Русь» в честь столетия выкупа в 1686 году у поляков «матери городов русских», коим тогда и назвали Киев. 

Земли Черниговской губернии, а потом и области славились не только плодородием, но и небывало высокой плодовитостью населявших людей. Целыми семьями, на пароходах из Одессы, переселенцев везли в Дальневосточное Приморье и, на карте России появились населённые пункты Черниговка, Горный Хутор, Дальний Кут, Украинка, Окраинка, Синий Гай, Прилуки, Нежино, Новонежино и почти сотня наберётся с приставкой «ново» под общим названием «Зелёный клин».

Более чем через полвека такая участь постигла и другие многодетные семьи черниговских сёл и хуторов, когда в добровольно принудительном порядке отправляли на постоянное место жительства в Крым и Кёнигсберг осваивать земельные наделы депортированных крымских татар и немцев.

Учитывая исторические заслуги, умственные способности и трудолюбие жителей, в городе советского периода появились современные по европейским меркам комбинат «Химволокно», фабрика музыкальных инструментов, силикатный завод, камвольно-суконная фабрика, завод автомобильных запчастей для «ГАЗа», швейная фабрика, и, настоящая космическая гордость сверхсекретный «Черниговский радиоприборный завод». 

В обязательном порядке, следуя позывам современной спортивной моды, на балансе каждого предприятия была своя любительская футбольная команда.

- Папа, можешь меня выслушать, тут дело такое, - Дима Тополёв неспешно подошёл к отцу, - нужен совет.

- Говори, слушаю, - инженер в радиоэлектронике местного космического завода Алексей Петрович Тополёв, прикурил «столичную» сигарету.

- У нас в школе своя футбольная команда «жидовских бомбил», назвали «Вымпел», форма как у нашей команды «Десна», - юный футболист на миг смутился, подождал, пока кухню коммунальной квартиры на шесть семей покинет жена директора силикатного завода, продолжил, - но, меня просят играть за «кордовских». Из второй русской школы. Там русские, евреев нет. Подходили от них, крокодил Гена и Чебурашка, это Гена Кашпур и малой Кузя, Олег Кузнецов, его отец в твоём цеху работает радиомонтажником. «Кордовцы» выбрали спартаковскую форму, назвали «Знамя». Берут в основу центрфорвардом. Как быть?

- А ты как хочешь? Говори, обоснуй, докажи свою точку зрения, прежде чем принять решение, - отец затянулся сигаретным дымом и, слегка прищурив правый глаз, через ноздри, так умел только он, выпустил сизые колечки в сторону открытого окна.

- Я занимаюсь лыжами, биатлоном и греблей в обществе «Спартак». У них форма спартаковская. К тому же, я, как и они, русский. Не хочу играть за евреев.

- Хорошо. Напомню, если забыл, почему ты учишься в украинско-еврейской, а не русской школе. Когда мне было четыре года, вовсю шла война, докатилась и до села Тополёвка, где живут твои дед Пётр и баба Луша, мои отец и мать. Среди людей, бегущих от войны, беженцев, были и венгерские евреи, их преследовали венгерские солдаты, воевавшие на стороне Гитлера. У одной семьи заболел мальчик, они попросили моих родителей на время взять четырёхлетнего Иштвана и подлечить, а потом вернутся и заберут. Не вернулись. Через день их всех за Семёновкой, село Карповичи, венгерские солдаты расстреляли. Так маленький Иштван остался жить с нами седьмым ребёнком, братиком, по отчеству Петрович, фамилия Тополёв. Окончил Черниговский пединститут, исторический факультет, работал учителем истории, сегодня он директор твоей школы. Из окна нашей комнаты видно, через дорогу, рядом. В нашем районе «Красный мост» много венгерских евреев, они могут уехать на свою историческую родину, но не уезжают.

- Почему?

- Их там, дома, Угорщина не ждёт. Потому что стыдно. Уедут, как только поймут, что в нашей стране для них защиты больше нет. Евреи такие же люди, как и все. Ты играешь не за евреев, а за дружбу между всеми народами нашей необъятной страны. Не надо распространять зло, надо делать людям добро. Видишь, я читаю книгу, странное издание, не как все.

- Название интересное «Бесы», Достоевский. И что? Он пишет про евреев?

- О добре и зле. Тут даже есть закладка, специально сделал, вот, читаю «никогда не было ещё народа без понятия о зле и добре. У всякого народа своё собственное понятие о зле и добре и своё собственное зло и добро. Когда начинают у многих народов становиться общими понятия о зле и добре, тогда вымирают народы и тогда самое различие между злом и добром начинает стираться и исчезать».

- Как-то мудрёно звучит. А проще сказать можно?

- Видишь, на столе семьи главного инженера завода автозапчастей стоят весы, - радиоэлектронному специалисту первой ступени космической ракеты оказалось не так и просто объяснить, шестикласснику, суть размышлений мало известного советским читателям Достоевского, - наперевес две чаши. Одна чаша для добра, туда кладём мясо. Вторая чаша зло, туда кладём, пусть условно, собачье дерьмо.

- Понятное дело, собака скушает мясо, и, получится дерьмо!

- Правильно! Достоевский словами книжного героя говорит о том, что зло не должно превращаться в добро, например, расстрел венгерских евреев нельзя считать добром, это зло, а для солдат Гитлера это доброе правильное дело согласно нацистской идеологии. И, наоборот, добро не должно становиться злом. Есть многозначительная русская пословица «не делай добра, не получишь зла». Вывод простой: если в государстве на одной плоскости зло и добро, тогда государство исчезает.

- А если венгерские евреи будут делать зло. Что тогда?

- Есть закон, судебная власть, они и решат вопрос добра и зла. Когда мы с мамой были в командировке в Сирии, там прочитали «Всеобщую Декларацию прав человека», её приняли Организацией Объединённых наций 10 декабря 1948 года. В нашей стране о ней мало кто знает, под запретом, вплоть до уголовной ответственности, за распространение могут и в тюрьму посадить. Следуя этому международному документу, евреи не будут делать зло другим людям, так как они хорошо понимают, что их свобода заканчивается там, где начинается свобода другого человека. Они уважают нашу «сталинскую» конституцию от 5 декабря 1936 года и соблюдают советские законы. Не надо обижать евреев.

- Хорошо. Тогда сегодня скажу крокодилу Гене и Чебурашке, что играть я буду за свою школу. Давай обедать, в школу пора.

Вторая смена украинско-еврейской школы взбудоражилась не на шутку. К ним в гости пожаловали главный тренер футбольной команды «Химик» комбината «Химволокно» Юхим Школьников, а с ним и другие футболисты-евреи Давид Филькенберг, Янкель Розенталь и его брат Марк, Андрей Процко и близнецы Гольдштейны Исаак и Адам.

Спортивный зал, он же и актовый со сценой, был забит под завязку детьми пятых, шестых и седьмых классов. Разговор предстоял серьёзный, про футбольный турнир «Кожаный мяч». Местные «жидовские бомбилы» из футбольной команды «Вымпел» сидели в первых рядах.

- Мы, семь человек, от нашего химкомбината для школьной футбольной команды будем наставниками, - коренной черниговский еврей Юхим Григорович Школьников, во все стороны, брызгая слюной, говорил размашисто и по делу, - подскажем, научим, поможем материально. Название красивое, форма как у нашей «Десны», когда мы сами играли.

- Планы команды «Химик» на следующий год огромные, - слово взял центрфорвард Давид Филькенберг, - занять первое место среди коллективов физкультуры республики, а это даст нам право возродить легенду черниговского футбола команду «Десна», чтобы в будущем местные воспитанники отстаивали спортивную честь нашего города и области.

Братьям Розенталь, Андрею Процко и близнецам Гольдштейнам стало не по себе, находится в такой тишине, дети сидели и «слушали, открыв рот». После пожеланий сразу приступили ко второй части спонтанного собрания, торжественному вручению футбольной амуниции.

- Номер один, вратарь Широкан Гена, - полный зал еврейских детей буквально взорвался бурными аплодисментами, - номер два, правый захыснык Ярыловец Юра.

Читал список команды «жидовских бомбил» физрук Макатёр, подавали футболки, кеды, гетры и трусы работники четвёртого «жэка» Георгий Громыхайло и Геннадий Оношко, вручали гости во главе с Юхимом Школьниковым: футболки братья Розенталь, кеды Андрей Процко, гетры и трусы близнецы Гольдштейны.

- Номер три, стоппер, Володимир Конивец, номер чотыры, передний захыснык, Видец Сергий, - церемония затягивалась, на чтение каждой фамилии следовали крики, гул и шум как на городском стадионе имени Юрия Алексеевича Гагарина, посетившего Чернигов в 1962 году, - номер пять, ливый захыснык, Брыгинец Витя.

Главный химик Школьников пребывал в удивлённом состоянии: все фамилии защитной линии оканчивались на «ец». Физрук Макатёр продолжал торжественно читать номер, позицию, фамилию, имя.

- Номер шисть, правый пивзахыснык, Охрыменко Игорь. Номер висим, центральный пивзахыснык, Клименко Коля. Номер деэять, левый полузащитник Клименко Витя, - услышав фамилии линии полузащиты окончанием на «ко», выражение лица Юхима Школьникова напомнило Савелия Крамарова из фильма «Неуловимые мстители», - номер семь, правый нападнык, Мыкола Бондарь.

После объявления правого нападающего, гости-футболисты не могли поверить своим глазам и ушам: дети принялись выражать восторг громким ором, криками «Коля! Коля! Коля!», а вдобавок ещё и топать ногами.

- Номер девять, центрфорвард, Яроцкий Вова, - шум в зале не утихал, начали дрожать стёкла, пришёл директор школы, - номер одиннадцать, левый нападающий, Тополёв Дима.

Неожиданно наступила тишина. То ли все увидели директора школы, то ли по другой причине, каждый старался, молча смотреть по сторонам в поисках истины.

- Кто такой?  Этот русский, - воспользовавшись моментом, Школьников спросил у школьного физрука, - здесь учится?

- Да, это племянник директора школы Иштвана Петровича Тополёва. Видите, директор стоит на проходе, в дверях.

- Спасибо, будем знать.

Свои номера получили и запасные игроки Лещенко Сергей, Козик Саша и Радченко Толя. Желающих записаться в команду было много, взяли лучших игроков.

Директор школы ждал, когда все успокоятся, чтобы сделать объявление.

- Сегодня уроки отменяются!

- Ура! Ура! Ура!

- Все дружно идём на новый стадион «Юность», там наши гости покажут своё футбольное мастерство. В их арсенале удары, обводки, штрафные, пенальти, - Иштван Петрович ждал, когда затихнут бурные радости, - а потом наша команда «Вымпел» сыграет тренировочный матч с гостями-футболистами команды «Химик», судьи от четвёртого «жэка». Болельщики должны показать своё мастерство, поддержать нашу команду. Здесь, в зале орали прекрасно, шесть жалоб от жильцов частных домов за собачий лай, и, два наряда милиции. Хороший результат!

На стадионе полным размахом шла тренировка «химиков». Команда готовилась к финалу кубка Черниговской области с молодой командой «Луч» Черниговского радиоприборного завода. Тренеры хорошо знали друг друга по играм за команду «Десна», где Школьников был центрфорвардом, а Третьяков правым нападающим.

Практический показ длился недолго, болельщики заполнили трибуны, а «вымпелята» ушли переодеваться в новую синюю форму. На трибунах повисла тишина, «химики» слушали указания тренера Фимы.

- Никто не бегает, играем пешим ходом, исключительно в короткий пас, ускоряетесь только при отборе мяча, подкаты делать запрещаю, сильно усердствовать не надо, - бывалые футболисты понимали важность мероприятия, - не забывайте подсказывать, как правильно занимать позицию. Так, Юра Грузнов, играешь ногами, ловить мяч руками не надо. И ещё, для всех, по мячу бить сильно не надо, главное, развивайте пас низом, катайте по земле. Мяч поднимать не надо. Всем понятно?

На новое футбольное поле команду «жидовских бомбил» выводил единогласно избранный капитан Коля Клименко. Трибуны тут же оживились, дети начали орать, топать ногами, вдобавок компания Лены Овраменко придумали кричалку «Вымпел вперёд!», её только и было слышно.

Громкие крики возмутили рыбаков, за трибуной ловивших рыбу в речке Стрижень, оставив снасти, сами пришли посмотреть новое зрелище. Также в сторону стадиона с интересом смотрели прохожие проспекта Октябрьской революции.

- Вымпел вперёд! Вымпел вперёд! Вымпел вперёд!
Юные футболисты носились как угорелые, первый гол забил Коля Бондарь. Трибуны вздрогнули! Из под трибунных помещений в невообразимом испуге выскочили работники стадиона, долго оглядывались, пока не дошло, что идёт странный футбольный матч.

При счёте два ноль «химики» один мяч отыграли.
Никто из детей команды «Вымпел» в городских футбольных секциях не занимались, исключительно дворовый футбол. У всех был другой интерес, к лыжам, биатлону, гребле, велоспорту, лёгкой атлетике, всерьёз футбол никто не воспринимал, кроме как дворовой забавы.

Директор школы от удовольствия потирал руки, мероприятие удалось на славу, главное, все живы и здоровы.



Глава четвёртая «Игра»

Сумрачно было на душе. Весь советский народ пребывал в отчаянии. Ждали весточки из Киева. На Республиканском стадионе вот-вот должно начаться двухраундовое противостояние киевского «Динамо» с красно-белыми цветами «Спортивного Союза Филипс», что и есть ПСВ (Philips Sport Vereniging, PSV). 

Футбольный клуб из голландского города Эйндховен был основан в день столетия окончания Наполеоновских войн, 31 августа 1913 года, как команда сотрудников компании «Филипс», прибыли в столицу Украинской Советской социалистической республики со своими народными прозвищами «красно-белая армия», «крестьяне» и «красно-белые», последнее сразу напомнило извечных соперников из московской красно-белой команды «Спартак». Вторая полуфинальная игра состоится через две недели 23 апреля 1975 года на стадионе «Филипс» в Эйндховене.

Родоначальником компании «Филипс» в 1891 году был чистокровный еврей по происхождению, Джерард Филипс, дальний племянник Карла Маркса, вовремя заинтересовался электроникой и сразу приступил к выпуску надёжных ламп накаливания, отсюда и разбогател, следовательно, и футбольные красно-белые цвета.

- Вера, я пришёл! Ты где?

- Закрывай дверь! Телевизор включила, стол накрыла, скоро начнётся игра. Жди сюрприз, – последнее слово привело в изумление начальника четвёртого «ЖЭКа», каждый день одни сюрпризы и, все на одну и ту же тему.

До свадьбы неделя, с такими темпами хватит ли здоровья, впереди целая жизнь. Как говорит жэковский сторож Андреич «пока стоит, надо долбить, будет, что вспомнить потом».

- Купил шампанское!

Тишина в квартире напоминала зловещее предзнаменование преодоления внутренних физических сил и возможностей.

Но, только не таких!

- Мой Георгий Победоносец, как я тебе, нравлюсь? Старалась, весь день только и думала о тебе. Вот купила, импортные польские вещи, - из ванны вышла будущая жена Вера Матвеевна Матусько, жэковская бухгалтерша, возраста пушкинской женщины четверти века от роду. Распахнутый в трёх нижних пуговицах, тёмно-синий ситцевый халат слегка прикрывал  модные, чёрные в мелкую сеточку чулки с абажуром.

От удивления, до неузнаваемости, бутылка шампанского выпала из рук Георгия Валентиновича Громыхайло, но не разбилась. Стоя на одной ноге, Верка повисла на шее у бывшего биатлониста, второй пыталась нащупать, заряжен ли снаряд для очередного делового трения. Распахнутая женская грудь нежным теплом окутала шею и подбородок, губы встретились в сладком поцелуе.

- Шановни тэлэглядачи! Сёгодни кыйивськи дынамивци прыймають команду из далэкойи Голландии. Нагадую склады команд, - украинский комментатор Владимир Щербаков уже пять минут, как вёл репортаж.

Под напором Верки, делая неуклюжие шаги назад с мешавшими движению полуснятыми ниже колен брюками, краем глаза Громыхайло видел на экране, как Виктор Колотов приветствует капитана голландской команды, и, подумал о том, что «в который раз Верка включила не тот канал», намного интересней слушать на родном русском языке Николая Озерова.

- Пэрша пивфинальна гра розпочалась. Ворота дынамивцив захыщае Евгэн Рудаков, номэр пэрший, другый номэр Анатолий Коньков, трэтий Виктор Матвиенко, чэтвэртый Мыхайло Фомэнко, пятый Стефан Рэшко, шостый Володымыр Трошкин, сёмый Володымыр Мунтян, восьмый Володымыр Оныщенко, девьятый капитан команды Виктор Колотов, дэсятый Лэонид Буряк, одыннадцятый Олэг Блохин, готувалы команду Валэрий Лобановськый и Олэг Базылэвыч, - комментатор  Щербаков сразу приступил и к составу команды ПСВ «Эйндховен».

Брюки Громыхайло остались на пороге в зал, пиджак и не вспомнить где, а трусы, понять невозможно, Верка сидела сверху своего начальника и будущего мужа в одном лице, изображая наездницу беговой лошади. Халат был расстегнут, и висел на одной левой руке, бюстгальтер свалился на грудь Громыхайло, чулки немного приспустились, трусов не было изначально.  Сам Георгий Валентинович всеми силами старался хоть немного смотреть футбольный матч, «да, при таком раскладе, вряд ли посмотрю».

- Глядачи, увага! Шостый номэр кыян Володымыр Трошкин робыть прострил, и, Виктор Колотов головою забывае гол! Гол! Гол! Гол! Одын нуль, симнадцята хвылына.

Однако этих слов Громыхайло не услышал, Веркины крики удовольствия заглушали все звуки, какие только могли быть в этой комнате, под названием зал. Повернуть голову было невозможно, поцелуй женской страсти почти до крови, вдобавок с распущенными, пахучими от польских духов, волосами закрыли весь обзор на неопределённое время. Да, про себя думал Георгий, он же Жора, он же Гоша, он же для Гены с детства, так получилось, иногда ещё и Гога, «пока у меня снаряд в твёрдом состоянии, одним оргазмом ей не обойтись, будет бить до последнего, до конца футбольного матча. До полного своего изнеможения! А, на самом деле, в этом и есть настоящее совместное счастье для мужчины и женщины, хорошо, что я мужчина, а Верка женщина. Как-никак, мужчина и женщина есть семья! Ладно, чёрт с ним, с этим футболом, обойдусь».

- Йдэ трыдцять пэрша хвылына. Покы що один нуль, пэрэвага за кыянамы. Ость так! Бъе Володымыр Мунтян, воротар не можэ втриматы мьяч и, Володымыр Оныщэнко добыва, робыть рахунок два нуль.

Как только третья ходка Веркиных криков закончилась, Громыхйало наконец-то услышал последние слова комментатора, его повергло в шок, когда счёт стал два ноль, «а в чью пользу?», так и не понял.

- Вера, как твоё сердце?

- Так у тебя ещё твёрдый, как кирпич!

- Давай передохнём. Впереди ещё ночь. Как раз перерыв объявили.

- Пока есть желание, надо брать сполна. Ты у меня первый, в двадцать пять лет. Мои одноклассницы уже детей в садики водят.

- Так мы с тобой в один день месяц как первый раз согрешили, совместно. Моя терпячка на три года больше. Ха-ха-ха!

- Это не грех. Вот если не поженимся, будет грех.

- Раньше я тебе не говорил, что сочиняю стихи, обычно после нашего совокупления. Получилась песня. Сейчас спою.

- Даже не подозревала. Интересно послушать.

Первые гитарные аккорды постепенно наполняли большую комнату из семи поменьше частного одноэтажного строения с прилегающим фруктовым садом и огородом. В слегка приглушённом телевизоре было видно, как под еле слышный комментарий Николая Озерова на футбольное поле выбегали футболисты обеих команд. Вера, подогнув под себя ноги, удобно села в кресло, прикрыла своё красивое обнажённое тело тёмно-синим ситцевым халатом, бережно сняла чулки и аккуратно сложила их в бумажный пакет, сверху бюстгальтер. Хрипловатый голос Громыхайло начинал петь.
- Стрела любви пронзила сердце болью,
  Хочу спросить себя, ну почему?
  И как расстаться с этой вот любовью
  Крыша съедет – жизнь ведь на кону.
 
Припев.
  Все всплески радости морской пучины,
  Закаты солнца вижу на воде
  Забыть тебя смогу в кончине
  На тихом кладбище любви.

  И морской закат согреет наши души,
  И может Бог простит огонь сердец в груди,
  Отдайся без остатку, но только сохрани
  Защиту от сердечной боли и тоски.

Припев.
  Все всплески радости морской пучины,
  Закаты солнца вижу на воде
  Забыть тебя смогу в кончине
  На тихом кладбище любви.

  Когда закрою все ручьи любви,
  Сердечной болью отзовётся всё внутри.
  О Боже! Нас за грех прости
  Дай нам сил друг друга больше не найти!

Припев.
  Все всплески радости морской пучины,
  Закаты солнца вижу на воде
  Забыть тебя смогу в кончине
  На тихом кладбище любви.

  Старухой будешь ты смеяться
  Сквозь склероз кричать, всё нет!
  Когда художник стал в тебя влюбляться,
  А может он и был своей любви поэт!

Припев.
  Все всплески радости морской пучины,
  Закаты солнца вижу на воде
  Забыть тебя смогу в кончине
  На тихом кладбище любви.

- Да, душевно. Мне нравится. Только со старухой как-то, боязно. 

- Вера, ничего ты не понимаешь! Речь идёт о твоём долголетии. Ладно, проехали. Давай передохнём. Помню, в армии нам лекцию читали про гормональный взрыв на мозги от перевозбуждения. Даже сигареты бесплатно выдавали. Норма довольствия! Кто не курил, как я, брали конфетами. Был и второй способ избежать психиатрического диагноза, занятие спортом, что я и делал. Так как, отдыхаем и смотрим футбол?

- Уговорил. Позвони на домашний Тане или Гене. Узнай, они на матч поехали? Кажется, еврей Макатёр им билеты достал. Неужели там сто тысяч народу?

За матчем наблюдала вся страна. На улицах безлюдно, как при первом показе фильма про Штирлица. После перерыва третий гол забил Олег Блохин. Вратарь киевлян Евгений Рудаков отделался сухарём.

Физрук украинско-еврейской школы Макатёр собрал своих «жидовских бомбил» из футбольной команды «Вымпел» в спортивно-актовом зале. Туда специально поставили только что купленный химиками большой цветной телевизор «Радуга-703» выпуска 1974 года Ленинградским заводом имени Козицкого. 

Согласно своему номеру на футболке каждый из юных футболистов видел себя на Республиканском стадионе. Проще было вратарю Гене Широкан, его номер и позиция соответствовали заявленному номиналу. А вот правый защитник Владимир Трошкин никак не вписывался шестому номеру Игорю Охрименко, игравшему на позиции правого полузащитника. Ситуацию решил исправить Давид Маркович Макатёр.

- Хлопци, давайте не по номерам, а по позициям. Трошкин это наш Юра Ярыловец, Решко – Видец, Фоменко – Конивец, Буряк – Охрименко. А дальше, проблема, киевляне играют с двумя нападающими, Блохин и Онищенко, у нас три Бондарь, Яроцкий и Тополёв. В полузащите справа налево Буряк, Мунтян, Коньков, Колотов. Схема расположения игроков другая. Но не в этом суть, сегодня в моде тотальный голландский футбол команды из Амстердама «Аякс». По её меркам каждый может играть на любой позиции, как в защите, так и в нападении, - выждав паузу, спросил, - всем понятно?

Было не до физрука с его наставлениями. «Вымпелята» уставились в экран телевизора, ждали, когда судья свиснет начало матча. В ошеломляющем гуле болельщиков где-то вдалеке тонул голос комментатора Николая Николаевича Озерова, разобрать фамилии гостевой команды не было никакой возможности.

- Давид Маркович, а среди игроков киевского «Динамо» есть евреи?

- Думаю, что это Стефан Решко, как и вы, венгерский еврей, Закарпатье.

- Все остальные родились в Киеве?

- Нет, не все.

- А кто где?

- Вратарь Евгений Рудаков родом из Москвы, воспитанник московского «Торпедо». Из Киева Олег Блохин. Вот Владимир Трошкин родился в Енакиево, Сталинской области, сегодня Донецкая область. Рядом из Ворошиловградской, когда-то Луганской области Анатолий Коньков. Из Сумской области Михаил Фоменко.

- Интересно. А остальные откуда?

- Матвиенко Виктор из Запорожья, одессит Леонид Буряк.

- А Мунтян?

- Из Одесской области.

- В составе нет Веремеева.

- Он родился в Приморском крае, Дальний Восток, воспитанник кировоградского футбола. Из Киевской области Владимир Онищенко, район Чернобыльский.

- И остался Колотов.

- Пришёл в команду из Казани, там играл за «Рубин».

Пока разбирали родословную «Динамо», капитан команды Виктор Колотов после навеса от Владимира Трошкина головой забил гол. Юные футболисты, проявив минутную радость, молча, ждали телевизионный повтор, чтобы послушать комментарий Давида Марковича. Почти четверть века физрук болеет за киевское «Динамо», неплохо разбирается в футбольных хитросплетениях, с удовольствием играет на любительском уровне за команду «Строитель» центральным защитником, чистильщиком.

Ближе к двадцатой минуте неожиданно для всех на просмотр футбольного матча прибыли знакомые детям футболисты-евреи от химиков Давид Филькенберг и Андрей Процко.

- Юхим прислал, поможем, подскажем, проведём разбор игры, - скороговоркой произнёс центрфорвард Филькенберг.

Местные «жидовские бомбилы» глаз не могли оторвать от новенькой «радуги», казалось, что вот-вот своими взглядами просверлят дырки в экране и превратят в решето. С открытыми ртами слушали знаменитого комментатора Озерова, внимательно следили за каждым движением мастеров футбола соперничающих команд.

- Правый защитник, Юра Ярыловец, обрати внимание, как шестой номер Трошкин располагается с голландским левым нападающим. Он держит его перед собой полуоборота лицом в сторону боковой линии, - начал давать свой комментарий правый нападающий химиков Андрей Процко, - никогда не поворачивайся спиной к сопернику.

В этот момент шестёрка киевлян перехватил мяч и по бровке двинулся к воротам соперника, Леонид Буряк сместился ближе к центру, освобождая место для прохода, Колотов, Онищенко и Блохин ждали навес в штрафной площадке соперника, Мунтян на подборе.

- Хотели повторить финт как с первым голом, - только начал говорить Макатёр, как мяч оказался у семёрки киевлян.

- Мунтян наносит сильнейший удар и, вратарь не смог удержать мяч, Онищенко, как коршун, оказывается в нужном месте, направляет пятнистого в ворота. Это гол, - комментатор Озеров на чистом русском языке эмоционально на повышенных тонах буквально кричал в микрофон, - это гол! Гол! Гол! Гол! Два ноль! На тридцать первой минуте восьмой номер киевского «Динамо» Владимир Онищенко забивает гол.

Директор школы Иштван Тополёв зашёл как раз в тот момент, когда все до единого проявляли радость забитого гола, громче всех восторг выражал Гена Широкан. Свой взгляд на забитый гол высказал центрфорвард химиков Давид Филькенберг.

- Центральные защитники оставили зону, где оказался один Мунтян, а их центральный полузащитник не успел вернуться на свою оборонительную позицию благодаря взрывной скорости Трошкина. Этот гол, в первую очередь, на совести центрального полузащитника, он сделал неудачную передачу на своего левого нападающего. Таким образом, голландцы нарвались на контратаку.

После перерыва третий гол забил Олег Блохин. Радость длилась не долго. Стало понятно, что победа с таким счётом для выхода в финал ничего не решает. И, главный матч для киевского «Динамо» ещё впереди, на стадионе «Филипс».

Как и главные матчи «жидовских бомбил» в детском футбольном турнире «Кожаный мяч».



 Глава пятая «Подготовка»

Для физрука Макатёра утро десятого дня апреля началось с небольшой пробежки по частному сектору от улицы Станиславского до Тельмана и обратно. Каждый раз, возвращаясь, домой, навстречу шла одна и та же статная красивая молодая девушка.

«Моложе меня в половину, - подумал пятидесятилетний учитель, - где-то я её видел, а где, убей, не припомню».

- Здравствуйте, Давид Маркович!

- Здравствуйте, девушка! А мы как, знакомы?

- Так на днях спортивную форму получали. Я в четвёртом «ЖЭКе» работаю, бухгалтер, фамилия Матусько, зовут Вера. С моим отцом за одну футбольную команду играете, Матусько Матвей.

- Ах, да! Извините, - Давид Маркович засмущался, как-то неловко стало с мыслями о девичьей красоте, «фамилия отцовская, надо бы спросить, замужем или нет».

Улыбка девушки покорила старого еврейского ловеласа. Но, сработал чисто житейский принцип «в своём курятнике трогать нельзя».

- Так ещё не замужем?

- Скоро свадьба, 22 апреля в день рождения Ленина. Жених так решил.

«Хорошо, что не 20 апреля, в день рождения Гитлера, - хотел было сказать, но вовремя передумал, - да и зачем напоминать о страшных днях истории».

- И кто жених?

- Начальник мой, Громыхайло Георгий Валентинович, на три года старше меня, на днях двадцать восемь стукнуло, - Вера попрощалась, улыбнулась, помахала ручкой и ушла, оставив физрука стоять в ступоре с открытым ртом.

- Так-так-так, - бормотал почти вслух про себя, вспоминая недавний разговор в «жэковской» беседке, - так это её он порол на столе, молодцы ребята, не отстают, «есть ещё порох в пороховницах». Наследники мужской силы, мать вашу! Мужик и баба! Семья! Да, красиво идёт! Какая попа! А ноги! Ноги! Такую девушку и я не прочь. Эх, жаль. Нельзя!

На подходе к своему частному двухэтажному дому с большим огородом, мечты Давида Марковича о женской красоте были разбиты в пух и прах через пять минут.

- Давид, ты, что там с Веркой шуры-муры ведёшь? Всё никак не успокоишься? Прекращай на молодых девок заглядывать. Пока тепло, надо огород посадить. Кстати, Верка вручила нам приглашение на свадьбу.

- Бина, я уже всё придумал, - уличённый женой в таком интимном вопросе касаемо женского полу, продолжил, - сыновья сегодня приедут и всё сделают. У меня подготовка детской команды к турниру «Кожаный мяч». Представляешь, русские дети их зовут «жидовские бомбилы».

- Если так, значит, уважают, - и покрутила указательным пальцем правой руки у виска.

Женился Давид Маркович на красивой тогда семнадцатилетней еврейской девушке из чеховских беженцев здесь, в Чернигове, сразу после войны в звании старшего лейтенанта. Направили из хабаровского военного госпиталя прямиком сюда, на берега реки Десна в полк правительственной связи. Долго не раздумывал, покорил девушку своими талантами и способностями, а главное, напором сердечных чувств, свадьбу сыграли потом, а расписались на следующий день после знакомства, ещё разрешали закреплять семейные узы печатью командира воинской части. Семья получилась большая, шесть сыновей и одна дочка, младшенькая Дина. Почти как в сказке! 

Еврейское имя Бина означает «ум», «мудрость» и «понимание». От этого понимания только самому Богу известно, сколько ещё детей на стороне сотворил горячий еврейский парень из Хабаровска.

С выходом на военную пенсию при закате «хрущёвского правления» майор запаса Макатёр сразу стал школьным учителем физкультуры. Спортивный зал располагался на третьем этаже, имел ещё и статус актового помещения для проведения больших собраний. С одной стороны располагалась сцена, куда за ненадобностью составляли стулья, а с другой стороны комната для спортивного инвентаря и без окон проходной на две двери кабинет учителя с одним крепким дубовым столом посередине. Стол уже долгое время, сколько позволяет здоровье, считается вторым рабочим местом физрука.

До сих пор жена Бина так ни разу и не посетила мужа на работе. А зря!

Прошедшая тридцать лет тому война не оставила выбора в продолжение рода тем, кто побывал в гитлеровских концлагерях. С особым трепетом евреи заботились о том, чтобы в их семьях рождались здоровые дети. Научные врачебные изыскания того времени доказали: неизбежность положительного результата кроется в здоровье мужской половины семейной пары, а если быть точнее, в наличии у мужского организма требуемого количества фолиевой кислоты, которая наполняется употреблением в большей степени говядины и орехов.

Когда и как всё это началось, давно, Брежнёв только власть взял, а потом, как по конвейеру пошло и покатилось накатом, добро это или зло, особо вспоминать и не хотелось, не случись сегодня встречи с Веркой. А вдруг?

«Давид Маркович, добрый вечер, - перед ним стояла выпускница школы лет пять тому, если не более, - долго думала, советовалась с мужем. Уже два года женаты, муж и я евреи, сами знаете. Нам врач сказала, что у нас может, скорее, точно родится ребёнок с изъянами, одним словом, уродец. Причина одна, концлагерь, мы оба через этот ужас прошли. Вот мы решились. Сделайте так, чтобы у нас появился здоровый ребёнок.

- Ладно, если так. Надо так надо, - Давид Маркович выждал, когда девушка первой начнёт раздеваться, - ты не стесняйся, всё будет хорошо.

- Да я и не стесняюсь.

- Тебе делать как, с оргазмом или как получится?

- Главное, чтобы зашло всё в меня.

- Не переживай, зайдёт, куда оно денется!

- Где будем?

- Здесь, на столе. Для меня дело привычное».

Первое действие всегда запоминается до мелочей, стройные ноги, чулки, грудь, губы. Еврейская девичья молва тайно разнесла, откуда евреям брать здоровых детей.

Примерно через три таких же повтора с другими озабоченными в здоровом деторождении, опять пришла та, первая девушка, и, потом ещё два раза. Дети учились в третьей русско-еврейской школе, как и её муж. Хорошо это или плохо, но у всех рождались только мальчики. Интересно, сколько футбольных команд получится?   

Тренировку запланировали на большой травяной поляне, огороженной трёхметровыми сетками рабица для большого тенниса, сразу за горсадом, чтобы никто не видел.

Первым делом Макатёр провёл занятие по тактике, где вместо фишек использовали сосновые шишки.

- Расстановку на поле знаете, - Давид Маркович старался говорить этим, в народном понимании «жидовским бомбилам», понятно и доходчиво соотносительно их тринадцатилетнего возраста, - начнём с перехода от обороны к атаке. Допустим, правый защитник Юра Ярыловец забирает мяч и под него сразу открывается по прямой видимости мяча центральный полузащитник Коля Клименко. Как только мяч оказывается у него, центральный нападающий Вова Яроцкий резко смещается влево, уводя за собой переднего центрального защитника противника. Тут же, получив мяч, Коля Клименко не глядя, отправляет мяч по центру в сторону ворот соперника. И, здесь, важно, чтобы левый нападающий Дима Тополёв пошёл на приём этого мяча, а там и гол не за горами.

Дети внимательно смотрели за передвижениями шишек на столе для настольного тенниса. Каждый тактический приём повторяли по пять, а то и десять раз. Таких тактических замыслов набралось больше двадцати вариантов.

- В чём наше преимущество, - Макатёр на минуту остановился, достал стеклянную бутылку минеральной воды «Полиська», промочил горло и продолжил, - прежде всего, ваша физическая подготовка. Занятия лыжами, биатлоном, греблей, велоспортом и лёгкой атлетикой даст возможность на скорости обыгрывать другие команды за счёт дыхалки. Да вы и сами видите, что из тех, кто с вами занимаются в этих секциях, не будут играть в турнире, им интереса нет. Я проверял. Поймите, детский футбол вашего возраста во многом отличается от взрослого футбола. Вчера мы все смотрели матч «Динамо» и «Эйндховен», видели их подготовку, да, тяжело, не каждый так сможет играть. Если смотреть первый вариант, то физическая подготовка Тополёва будет иметь решающее значение, обыграть одного дело плёвое, мяч пробросил вперёд и, бей мимо вратаря. Их правый защитник даже не дёрнется за Тополёвым, будет неразбериха в их рядах, этим и воспользуемся. Так что, каждый из защитников и полузащитников, при первой же возможности бейте в центр. Правый нападающий Коля Бондарь занимаешь позицию для подбора, немного сзади, если что, Тополёв, пяткой, в стиле Эдуарда Стрельцова, отдаст пас. Кто в прошлом году ходил на матч ветеранов советского футбола, видели, как они играют, ведь не зря на чемпионате мира в Англии пробились в полуфинал. Приезжали к нам и чемпионы Европы, и чемпионы Олимпийских игр. Вам есть с кого брать пример. А теперь идём работать в поле.

Дети бережно собрали шишки и сложили в металлическую пятилитровую консервную банку из-под маринованных огурцов до следующих занятий. Тут же переоделись в спортивную трикотажную форму и выбежали строиться в одну шеренгу. После свистка о готовности, Макатёр продолжил вести тренировочный процесс.

- Небольшой кросс проведём в конце тренировки. А сейчас отработаем удары. В футболе важно правильно поставить удар. Смотрим на меня, - с армейских времён у комбата связи сохранился командирский принцип «делай как я», - сетка высокая, упругая, будет хороший отскок. Отходим на пятнадцать шагов от сетки, каждый с мячом. У нас все правые, значит, удар правой ногой. Важно правильно поставить опорную левую ногу. Носок должен располагаться чуть ниже центра мяча на расстоянии примерно двух ступней. Левую ногу слегка сгибаем в колене, запомните, на прямых ногах в футбол не играют. Правую ногу, слегка согнутую в колене, отводим назад и наносим удар. Сначала бьём по мячу с подъёма, пробуем без разбега, потом с разбега. Старайтесь бить по мячу как бы немного снизу, только в землю не зарывайтесь, иначе травму получите. Завтра отработаем щекой, потом шведой. Упражнение выполняют все, и вратари. Для детского футбола такой удар на дальность страшная сила.

- Если бить по сетке, то на какой высоте?

- На уровне подбородка.

После небольшого кросса Дима Тополёв направился в городскую библиотеку имени Николая Алексеевича Островского, автора романа «Как закалялась сталь», делать уроки. До начала второй смены оставалось два часа. Сегодня в читальном зале работала мамина подруга Лидия Тимофеевна Емельяненко.

- Тётя Лида, а есть книги о футболе?

- Есть такие книги, сейчас принесу последние, - в зале сидели несколько студентов пединститута за своими рефератами, да один старичок-еврей, постоянный читатель газеты «Труд», так что Лидия Тимофеевна была довольна тому, что сынок подруги каждый день приходит делать уроки. В коммуналке, даже днём, не до уроков, дети малые орут непрестанно.

Шесть уроков пролетели как одно мгновение. По решению директора школы ставить двойки футболистам строго запрещено, к ним даже записался главный школьный баламут и сосед по парте Вовка Пьютин, лучший друг Димы.

Путь домой, как всегда в паре с одноклассницей Лизой Бенеш. Дима, молча, слушал её красочный эмоциональный рассказ о занятиях игры на скрипке. Возле коммунального дома их встретил дедушка Лизы, артист местного театра Абрам Мойшевич Бенеш. Поднявшись на третий этаж, Дима открыл входную дверь коммунальной квартиры на шесть семей.

- Мама, а где отец?

- Готовится в командировку на Байконур. Будет сопровождать своё радиоэлектронное детище отделения первой ступени от ракеты.

- Так, где он? Пытання есть.

- Как всегда, за три дня до отъезда, сидит один за столиком в ресторане «Украина», пьёт водку «Столичная», курит сигареты «Столичные» и смотрит в окно.

- Куда смотрит?

- Куда? Куда? На Ленина! На памятник товарищу Владимиру Ильичу Ленину.

- Зачем смотрит?

- Раньше на том месте стоял памятник Сталину. Был бы на постаменте памятник Иосифу Виссарионовичу Сталину, на него бы смотрел.

- Как смотрел?

- С обидой, конечно. В этом вопросе с отцом мы едины. Они вдвоём, больше, конечно, Сталин, лишили нас русской идентичности, записали в украинцы, без роду и племени. Само понятие русский человек это народ. Украинец есть ничто! А есть ещё народности, вот, мы, в Черниговской области «сиверяне». Наш радиозавод строит целый микрорайон, улицы Рокоссовского, Малиновского и другие сходятся к площади «Герои Сталинградской битвы», и, там, на площади в большом доме будет магазин «Сиверский», чуть ближе к нашей улице ресторан «Сиверский», есть районный центр Новгород-Сиверский. Где Киев это «поляне», Житомир – «древляне», Хмельницкий – «подоляне». А там дальше «волыняне», «галичане», «русины», много народностей. Что сделал Сталин? В 1925 году впервые в мировой практике ввёл национальность «украинец», тем самым одним безродным словом объединил всех в одну кучу, похоронил все народности. Если честно, то я не удивлюсь, если когда-нибудь жители нашего города снесут этот памятник к чёртовой матери, за то, что лишил нас русской национальности. Так что ты хотел узнать у отца?

- Так о странном и непонятном прозвище, которое дали нам кордовские, то есть, русские, нашу школьную футбольную команду называют «жидовские бомбилы». Бомбилы понятно. А что значит «жидовские»?

Как и муж, инженер в радиоэлектронике, Галина Филипповна Тополёва, в девичестве Гренок из многодетной семьи, на дух не переносила жидов, то есть евреев. Нет не этих, что живут здесь, венгерских евреев, к ним относилась по-человечески, без обид, а тех, что там, далеко. Началось всё с командировки в Сирию, где с 1967 года семь лет с мужем Алексеем занимались радиолокацией контроля над воздушным пространством, вплоть до космических высот. Особым шиком считали снабжение радиолокационной информацией зенитные ракетные комплексы «Квадрат» на подвижной колёсной платформе. С их помощью сирийцы «дали прикурить» армии Израиля, много самолётов сбили. По решению того же Сталина, как она считала, была выделена бывшая филистимлянская земля для образования двух семитских государств, еврейского и палестинского. Только вот государство Израиль появилось чуть раньше и, не даёт никакой возможности палестинцам создать своё государство. Пытаются отобрать земли у других государств. С тех пор у неё так и продолжается нешуточная ненависть к тем евреям.

- Эти самые евреи создали своё писание, книгу такую, книга в переводе «библия». Тогда евреи жили в протекторате Римской империи, только они веровали в единого бога и считали себя его представителями. Вера в единого Бога их и объединяет до сих пор. На тот момент ни у одного народа мира такой веры не было. И тут, по их писанию, появился Иисус Христос, как они утверждают, сын Божий. У него были ученики, одного из них звали Иуда. Вот он и предал своего учителя, римляне казнили Иисуса. С тех пор слово «иуда» означает плохой человек. На немецком языке «юда», а в России произошло переиначивание от «юда» получилось «юд», в итоге получилось «жид», что равнозначно «еврей». Как доказательство теоремы в математике.

- Получается, если «жид» плохой человек, то и «жидовские бомбилы» плохие бомбилы?

- Как хочешь, так и понимай. Если назвали «жидовские бомбилы», значит, боятся. Гордись!

- Скажи, жид и еврей есть одно и то же?

- У нас так. В Погорельцах, где я родилась, сколько помню, так называют воробьев, говорят «жиды прилетели». По смыслу, не одно и то же. Слово «жид» происходит от человеческого образа по имени Иуда. А слово «еврей» есть народ, более широкое понятие. Так что по логике жид это не еврей, что и требовалось доказать. Не надо обижать евреев!

Последние слова матери сильно удивили юного лыжника, биатлониста, гребца, шахматиста, музыканта, художника и футболиста Диму Тополёву в одном лице.



Глава шестая «Начало»

Воскресное солнечное утро апреля дня тринадцатого в год тридцатилетия Великой Победы советского народа над европейским нацизмом дарило начало детского футбольного турнира «Кожаный мяч» в городском четвёртом «ЖЭКе» под руководством бывшего биатлониста областного масштаба Громыхайло Георгия Валентиновича.

Стадион черниговской седьмой русской школы будет принимать все футбольные матчи детских команд только четвёртого «ЖЭКа», за исключением финала, который, по договорённости с директором детской спортивной школы Леонидом Михайловичем Рынским, коренным черниговским евреем, пройдёт на новом городском стадионе «Юность».

Торжественное открытие Всесоюзного детского футбольного турнира «Кожаный мяч» проходило в полдень воскресенья с двенадцати до четырнадцати часов на центральном городском стадионе, получившего название в честь первого космонавта мира Юрия Алексеевича Гагарина с обязательным участием всех «жэковских» команд из Деснянского и Новозаводского районов исконно русского православного города Чернигова.

На праздничное футбольное мероприятие, как когда-то на футбольные матчи черниговской команды «Десна», жители города пришли семьями «от мала до велика», кто с детской коляской, кто с тростью.

Поздравительную речь на футбольную тематику от руководителя области Николая Васильевича Уманца встретили без аплодисментов, памятую его решение расформировать команду «Десна».

Зажигал на этом воскресном празднике футбола еврей Фима Школьников, каждое слово встречали скандированием Десна! Десна! Десна! чем вызвали невероятный шум на треть заполненного стадиона. У прохожих по тротуарам улицы имени Тараса Григорьевича Шевченко и отдыхающих в городском саду складывалось впечатление взлёта космической ракеты.

После только что выступивших ветеранов войны, труда, футбола и героини-матери ещё раз слово взял первый секретарь областного комитета Коммунистической партии Советского Союза Уманец. Наступила зловещая тишина ненависти и позора.

- Хотите, чтобы на этом стадионе играла футбольная команда «Десна»?

- Да! Да! Да!

Буквально весь стадион взорвался в радостных восторженных криках, на глазах у стариков появились слёзы.

- Будет вам «Десна», - выждав паузу на уточнение у рядом стоявшего Фимы, продолжил, - на следующий год. Но для этого наш «Химик» должен стать победителем республиканской лиги среди коллективов физкультуры. Все вопросы к товарищу Школьникову. Даю своё доброе напутствие. Десна! Десна! Десна!

- Ура! Ура! Ура! – те, кто штурмом брал рейхстаг, закрыв глаза от набегающих слёз, ещё раз увидели себя в победном взмахе «пэ-пэ-ша» на ступеньках логова европейского нацизма.

Диктор стадиона был в шоке от того, что глава области ещё раз взял слово. После его краткого выступления шум на стадионе долго не утихал, человеческие эмоции били через край, мероприятие затягивалось. Наконец все угомонились.

- Дорогие гости нашего стадиона! Предлагаем посмотреть первый дебютный матч открытия турнира «Кожаный мяч». По результатам жеребьевки такое право получили команды «Меркурий» и «Вымпел» из четвёртого «ЖЭКа». Два тайма по тридцать минут. Ваши аплодисменты!

Под звуки футбольного марша, написанного в 1938 году советским композитором Матвеем Блантером по просьбе спортивного радиокомментатора Вадима Синявского, юные футболисты по взрослому выбежали на поле, поприветствовали зрителей на трибунах, которым предстояло увидеть «жовто-блакытнэ» противостояние.

Команда «Меркурий» на правах хозяев играла как бразильцы в жёлтых футболках, зелёных трусах и жёлтых гетрах. Все дети этой команды из частного сектора, расположенного рядом с космическим предприятием «Черниговский радиоприборный завод», учатся в русской двадцать четвёртой школе на городской окраине.

Синие футболки, белые трусы и синие гетры команды «Вымпел» напомнили зрителям цвета черниговской команды «Десна», а, значит, и симпатии болельщиков автоматически изначально были на стороне «жидовских бомбил».

- У них главный козырь правый нападающий Игорь Ковальчук, - вчера на тренировке физрук, он же тренер Макатёр проводил тактический разбор «меркурийцев», - принцип простой для легкоатлета «бей-беги». Нагрузка ляжет на Клименко Витю и Бригинца. Страшного ничего не будет, давайте ему принимать мяч, он будет прокидывать по краю себе на ход вперёд, тут Конивец мяч и подберёт, а Коля Клименко откроется под передачу от Конивца по прямой видимости мяча. В итоге, Видец занимает место Конивца, Витя Клименко место Видца, а Бригинец, ты уж постарайся, преследует Ковальчука, но в аут мяч выбивать не надо и сбивать Ковальчука не надо, пусть он пнёт мяч вперёд метров на десять, и ты бежишь рядом, плечом в плечо слегка оттесняешь его к бровке. Ну а дальше, знаете, вариант пятый, Коля Клименко бьёшь на дальность по центру.

Зрители не расходились, мероприятие понравилось, быть при таком количестве народа и ощущать себя частью этого народа одно удовольствие. Дети и взрослые с удовольствием бегали к ларькам, покупали мороженое, пирожки, напитки, пончики, семечки, воду и аппетитно употребляли внутрь себя, сидя на трибуне. Среди любителей футбола, ничем себя не выдавая, на пятом ряду сидели два брата одной фамилии, Тополёв, русский Алексей Петрович и венгерский еврей Иштван Петрович.

Начало детского матча знаменовалось хаотичным и непонятным «жовто-блакытным» снованием юных футболистов за пятнистым мячом. Тринадцатилетним мальчишкам было нелегко привыкнуть к такому скоплению людской массы под названием болельщики.

Ближе к двадцатой минуте Витя Бригинец забирает мяч у правого нападающего Ковальчука и сразу бьёт на дальность по центру, Яроцкий смещается вправо, уводя за собой центрального защитника, а Коля Бондарь бежит в центр. В этой неразберихе мяч случайно попадает ему в спину и отскакивает, к бегущему на подстраховку Диме Тополёву, тому ничего не остаётся, как по тактическому варианту номер шесть покатить мяч мимо вратаря. Гол!

- Гол! Гол! Гол!

Стадион оживился, пошла движуха, добавились крики Десна! Десна! Десна! диктор объявил, что гол забил Тополёв Дмитрий номер одиннадцатый. Сначала на русском языке, потом украинском. В этой непонятной доселе спортивной атмосфере юные футболисты команды «Меркурий» стали предъявлять друг другу претензии, а «жидовские бомбилы», приученные своим наставником Макатёром, не проявили никаких эмоций, заняли свои исходные позиции.

Через пять минут история повторилась, на этот раз в результативных действиях отметили семёрку «жидовских бомбил» Колю Бондаря, сначала он удачно действовал по тактическому варианту Макатёра номер три и номер восемь за три минуты до окончания первого тайма. На перерыв уходили при счёте три ноль, под звуки песни Владимира Высоцкого «Гимнастика».

- Хлопци! Слухаемо сюды, - Давид Маркович говорил настороженно, чтобы не могли уличить в каком-либо сговоре с командой «Меркурий», - счёт хороший. Нам играть ещё и завтра. Силы надо сохранить. Не надо громить этих деревенских пацанив. Катайте в пас, на гол в наши ворота отвечайте своим. Дайте шанс им окрепнуть, в группе ещё три игры, вот пусть они забирают очки у наших соперников.

Первый раз дети сидели в настоящей футбольной раздевалке, кто пил воду, кто ходил в туалет.  В открытое окно летели слова песни «купола в России кроют золотом, чтобы чаще Господь замечал». Физрук Макатёр услышав незнакомую доселе песню в исполнении Высоцкого, задумался и, причмокнув языком м-да, продолжил свою короткую речь.

- Нам надо обратить внимание на тот факт, что здесь на трибунах в основном дети и многодетные мамы, а также их бабушки и дедушки, кто не могут по ряду причин копать огороды. Посевная идёт в полном разгаре! Ещё, очень важно. Здесь все детские футбольные команды! Вот они и смотрят внимательно за происходящими событиями на поле. Так что, не будем раскрывать все наши карты. Играем проще, в пас, как бы в догонялки, мяч катайте низом, помните, как химики играли с нами, длинные передачи на дальность придержите. Больше бегайте, двигайтесь, открывайтесь по прямой видимости мяча. Штрафные и угловые разыгрывайте, пенальти забивать не надо, держите разницу в счёте три мяча. Играйте квадрат, перекатывайте мяч низом с фланга на фланг, делайте проникающие передачи на выход, но бейте или во вратаря или мимо ворот. Для учёбы шанс хороший, да ещё и на таком стадионе с настоящими болельщиками. Покажите людям свой дворовый футбол. Широкан! Надеюсь в конце матча тебя поздравить с первым сухарём! Всем понятно! Играем!
Финальный судейский свисток окончания первой игры турнира оставил счёт первого тайма. Зрители покидали стадион в прекрасном расположении духа. Братья Тополёвы сразу не ушли со своих мест, остались ждать юного футболиста.

- А мы-то думали, что будет разгром!

- Папа, зачем громить? Теперь они союзники, пусть набирают очки у наших будущих соперников.

- Да, сразу видно, Давид Маркович голова. Ладно, Алексей, идите домой, а мне надо в школу. Дела!

Директор школы Иштван Петрович Тополёв быстрым шагом двинулся к центральному выходу со стадиона, за ним, неспешной походкой отец и сын Тополёвы. Дома ждал вкусный обед!

Родители Димы Тополёва из многодетных семей, и там, и там по шесть своих детей плюс Иштван. После окончания Погорельской сельской школы Алексей и Галя сразу поженились и по протекции Ивана Ивановича Коробко поступили в Киевский политехнический институт на факультет радиоэлектроники. Вот тогда Галя и заявила, что рожать будет только одного ребёнка, а кто будет, мальчик или девочка, неважно, «жить в нищете желания больше нет». С этим Алексей согласился, так как понимал, что очень тяжело тащить многодетную ношу в городских коммунальных условиях, имея за плечами высшее инженерное образование.
На входе в городской сад прошли мимо трёхсотлетнего дуба, метров через пять сели на свободную скамейку. Отец достал пачку сигарет «Столичные», закурил.

- Папа, есть вопросы.

- Валяй!

- Почему ты ходишь в ресторан пить водку и курить сигареты?

- Понимаешь, сынок, традиция и, я её стараюсь соблюдать. Правильно будет мистика, в народе суеверие. Работа у меня такая, если ракета взлетит, а первая разгонная ступень не отвалится, радиоэлектроника не сработает, тогда меня могут обвинить в саботаже, диверсии, вредительстве, нанесении материального ущерба государству, государственной измене и посадят в тюрьму, да и смертную казнь никто не отменял. Первый раз перед такой поездкой на Байконур пошёл в ресторан, смотрю, пронесло, всё получилось, теперь вот так и хожу. Суеверие! Следующий вопрос.

- Тут дело вот в чём. Когда я вижу одну девочку, у меня начинает сдавливать в груди, да и в трусах начинает всё набухать и торчать, особенно, когда посмотрю на её ноги. На других смотрю и, ничего такого нет.

- Только на одну девочку?

- Да.

- Растёшь! Это называется половое созревание, начальная стадия. Нормально, так и должно быть. Если более обширно, как пишут в литературных произведениях, там считается любовью, состоянием любви.

- И что делать?

- Ты узнай, кто такая? Не у неё, а у тех, кому ты доверяешь. Видишь ли, любовь всегда приводит к созданию семьи мужчина и женщина, там пойдут дети. Внешний вид, лицо, глаза, стройные ноги имеют значение, особенно ноги, если будут рождаться девочки, для них кривые ноги настоящая трагедия всей жизни, даже лицо Золушки не спасёт. Кто родители, болеют, не болеют. Сколько лет прожили дедушки и бабушки, их родители, изучи родословную. Это называется забота о здоровье своих будущих детей. При определённых условиях первая любовь может слететь, как пыль со шкафа.

- Я спросил у крокодила Гены, Кашпура Гены, но он мне ничего не сказал. А вот рыжий малой Кузя, Чебурашка, Олег Кузнецов, сказал. Зовут её Саша, значит, Александра, фамилия Блинова, русская, учится во второй русской школе, вместе с ними, как и я на класс старше их. Даже день рождения сказал, 29 декабря 1961 года, немного старше меня. Живёт на улице Станиславского. Отец прапорщик, служит техником самолётов в Черниговском высшем военном училище имени Ленинского комсомола, мама работает пекарем на «пушкинской» улице, где булочки пекут.

- Говоришь, отец прапорщик. Военнослужащий. Просто так на такую важную должность больного человека или с признаками каких-либо наследственных заболеваний не возьмут. Там здоровье теряют, нервы всё сжирают, представляешь, полёты длятся шесть часов, один курсант взлетел и прилетел, потом другой пришёл, и, так за смену пять разных курсантов, а истребитель один, МиГ-21, его каждый раз надо готовить к вылету. Какие надо иметь нервы! Ничего страшнее нет, чем ждать. Ответственность! Да и пекарем не каждого возьмут, смену стоять у горячей плиты, здоровье на первом плане. Главное, не навязывайся, узнай интересы, увлечения, может, где-то пути и пересекутся. У тебя вроде ноги стройные, девочки тоже на это смотрят. На самом деле, не забивай мозг этой девочкой, так можно и в дурку попасть. Чаще пресс качай и, всё пройдёт, дай нагрузку на мышцы живота, они сожмут немного вены. Живи свободной полноценной жизнью по своим интересам. Ладно, мама ждёт с обедом, пошли домой.

- Маме о девочке говорить?

- Не надо. Не женское это дело. Хватит с неё того, что она евреев терпеть не может, тех, израильских.

- Понятно. А тебе как, игра понравилась?

- Во втором тайме понравилась, как мяч катали низом, в пас. Это вам так Давид Маркович подсказал? Решили пожалеть пацанов. За «Меркурий» играет сын нашего заводского Ковальчука, специалиста в радиоэлектронике, начальник отдела технического контроля, проверяет качество изделий.

- Значит, это его сын правый край. Бегает быстро на короткие дистанции, легкоатлет. Олень!

Проходя мимо гастронома «Брянский», отец вдруг вспомнил, что надо купить хлеб, один тетрапак молока и обязательно, чтобы сынок выпил стакан сока, желательно томатного, по стакану выпили своего любимого, абрикосового.

- А почему так долго не выходили после игры?

- В эту, как её, раздевалку, пришли футболисты-евреи во главе с Юхимом Школьниковым, аж пять человек. Братьев Гольдштейнов я знаю, остальных видел первый раз. Поздравили с победой, указали на ошибки по позициям.

- Одним словом, дали рекомендации.
- Мне ничего не дали, даже фамилия и номер не звучала. В основном обсуждали действия нашей полузащиты.

- Какая команда в соперниках завтра?

- Апельсины. У них форма оранжевого цвета. Из двадцать второй русской школы. Название команды «Комета».

- Двадцать вторая школа. Да, вспомнил, по улице маршала Рокоссовского, располагается недалеко от новой площади Героям Сталинградской битвы. В следующее воскресенье торжественное открытие. Заодно в большом доме и новый магазин «Сиверский» откроют.

- В честь чего про Сталинград?

- Маршал Рокоссовский освобождал Чернигов от гитлеровских нацистов, лично был в нашем городе, он же и победил гитлеровского фельдмаршала Паулюса в Сталинградской битве. К тому же 9 мая будет тридцать лет Победы над европейскими нацистами. В Чернигове проживает много участников Сталинградской битвы, например, из вашей школы Коломиец Григорий Семёнович, учитель труда, рисования и черчения. Лично сам Сталин определил Чернигов городом для военных пенсионеров! Потому такую площадь и откроют в нашем городе.

- Папа, так это будет 20 апреля? Ты будешь на Байконуре.

- Физрук Макатёр обязательно туда пойдёт и всю команду возьмёт. Ты знаешь, что я вспомнил, ведь 20 апреля родился Адольф Гитлер. Вот это будет, действительно, в пику всем нацистам мира!

Возле подъезда коммунального дома отец подошёл к небольшому деревцу высотой примерно два метра, внимательно пощупал ветки и радостно улыбнулся.

- Лет так через пять будем кушать свои абрикосы! Не зря же я тащил это дерево с самого Байконура. Принялся, чертёнок, на нашем чернозёме!



Глава седьмая «Книга»

Увлечения детства затрагивают многосторонние интересы развития, как мальчика, так и девочки. И чем больше их, этих увлечений, тем больше интереса в детской мозговой деятельности к окружающему нас миру, а если смотреть, в общем и целом, то больше и предпосылок развития всеобъемлющего детского кругозора для ориентации в жизненном пространстве.

- Мама, дай рубль. Нет, надо два.

- А ты куда собрался?

- Так сегодня понедельник, к семи вечера надо к Абраму Мойшевичу, занятия  живописью и скрипка.

- Разорит нас этот еврей, только успевай покупать, то скрипку, то мольберт, то баян и аккордеон. Ставить и класть, места нет. Живём ведь в одной комнате коммунальной квартиры на шесть семей!

- Отец сказал, «хорошо, что есть, кому учить».

- Это правильно, я понимаю. Человек способен учиться лет до двадцати двух, а там «трава не расти», уже не заставишь. Утром отец улетел спецбортом в Москву, ночью на Байконур. Тебе на расходы оставил двадцать рублей, металлическими рублями, лежат в твоей шкатулке. Бери и пользуйся. Как сыграли?

- Не спрашивай! Еле ноги унесли.

Получив свой долгожданный рубль, точнее два, Дима Тополёв протёр футляр от пыли и, не спеша двинулся в соседнюю кирпичную пятиэтажку, где жили венгерские евреи. Семья Бенеш в полном составе занимала две квартиры на третьем этаже. В трёх комнатах обитала одноклассница Лиза с родителями и старшим на три года братом-кадетом Киевского суворовского военного училища, по соседству в двушке дедушка Абрам с женой Кларой Самуиловной.

По приглашению Абрама Мойшевича в назначенное время Дима приходил в квартиру пожилого артиста на занятия. В разные дни, строгого графика не было, учился живописи маслом и акварелью, игре на скрипке, аккордеоне, баяне, гармошке, гитаре и балалайке. За каждый час занятий родители платили один рубль.

- Лиза привет! А где дедушка? Звоню, а дома никого нет.

- Привет! Заходи, - улыбка Лизы немного смутила временного живописца и скрипача,- не обращай внимания. Я уборкой занимаюсь. Родители озадачили на время своего отсутствия. Тут дело такое, все срочно уехали на двухнедельные гастроли в Донецк. Дедушка, бабушка, мама и папа артисты театра музыкальной комедии. А завтра в здании нашего театра первый спектакль Донецкого театра. Такой культурный обмен получается.

- Тогда я пойду домой.

- Проходи. На скрипке сыграем в паре. Ведь ты же мой ученик! Это я тебя позвала летом к себе в ученики, как нам сказали в музыкальной школе, надо найти себе ученика. Тогда видела тебя первый раз в жизни, а дедушка накануне. Так что, «назвался груздем, полезай в кузов». Кажется, так?

В зале книги лежали везде, протерев полки, начинала расставлять их, как придётся. Стоя босиком на стуле в коротком ситцевом разноцветном клетчатом халате, слегка приподнимаясь на корточки, демонстрировала стройные в меру упитанные икры и бёдра.

«Как-то внутри меня ничего не происходит, грудь не сдавливает, там не набухает и не торчит, - про себя думал Дима, глядя на то поднимающиеся, то опускающиеся пятки одноклассницы, - уму непостижимо, сколько у них книг. Потому евреи такие умные, читают много. Когда отец покупает какую-нибудь книгу, мама начинает ворчать «хотите читать, идите к моей подруге Лидке в читальный зал и читайте». Разрешает только самиздат Булгакова, Набокова, Достоевкого, стихи Высоцкого и Бродского, Солженицына, отец читает и мама читает. Мне не разрешают. У Лизы ноги, как ноги, размер тридцать шестой носит, сзади смотришь и, не скажешь, что в шестом классе, попа чисто женская, грудь начинает выпирать, волосы аккуратно сложены в пучок, на каблуках почти одного роста, а у меня уже метр шестьдесят семь. Вот это да! Откуда? Булгаков на иностранном языке, вроде английский язык. Надо спросить».

- Так как сегодня сыграли? Вас что, с уроков освободили? Давай, рассказывай, - чуть не упав со стула, удержалась за шкаф, Лиза повернулась лицом к Диме, глаза, как «лампочки Ильича» сияли лучезарной улыбкой.

«А она ничего, без очков красивая, - опять про себя подумал нечастый гость в этой квартире, - наверное, какую-нибудь пакость придумала. Иначе так не улыбалась, смех изнутри так и распирает. Ладно, если что, сама расскажет. Не надо подавать виду, что интересно. Полы халата раскрылись, сверкнуло что-то розовое, а мою грудь не распирает и, ничего не набухает и не торчит. Как-то всё фиолетово».

- Так что, «жидовские бомбилы», проиграли?

- Не то слово! Еле ноги унесли! Ничья, а ведь горели ноль три.

- И что так?

- Игра была назначена на три часа дня. В десять собрались на предматчевую тренировку, где Давид Маркович сказал о наших соперниках, - Лиза сидела на стуле и внимательно слушала, - тут мы все и приехали. Оказывается, у них половина команды занимаются в футбольной секции детской спортивной школы у тренера Мирона Даниловича Мандрика. Центральный нападающий девятка Сиворакша Толя, такая шпала, центр полузащиты восьмёрка «соприк», Сергей Сапронов, центральный защитник Юра Луценко, а ещё Сергей Рой и Лёша Лошак. Игра началась и, после дальнего удара Сапронова мяч попал в руку Видцу, пенальти забил Сапронов. Через пять минут Рой прострелил, мяч попал в голову Видцу и, два ноль. В конце первого тайма вратарь Широкан выбивал мяч, попал Видцу в голову, три ноль. Лиза, давай помогу расставить книги, ведь разницы нет, как их расставлять.

- Хорошо, давай, так быстрее будет.

- А что это за книга на иностранном языке? Вроде Булгаков Михаил Афанасьевич?

- Не знаю. Может быть.

- Лиза! Смотри, обложка одна, а внутри совсем другая книга на непонятном языке, как будто тайник.

Лиза взяла книгу в руки, в недоумении посмотрела, видно, как скулы напряглись от понятного только ей чтива, немного стыдливо улыбнулась.

- Давай быстро все книги поставим в шкаф и посмотрим, интересно почитать, о чём там речь, - Лиза закрыла книгу, внимательно посмотрела на обложку с Булгаковым и бережно положила на телевизор «Радуга – 703».

Протёртые от книжной пыли собрания сочинений поставили вперемешку, синий Лермонтов смешался с коричневым Пушкиным и белым Толстым, два томика Виктора Гюго соседствовали с Мопассаном и Флобером, только Дюма удалось выстроить одним рядом по номерам до двадцати.

- Пошли в мою комнату, прочитаем.

- Куда идти?

- Итак, читаем. Здесь венгерский язык. Название «Самоучитель семейной жизни», год издания 1932, Будапешт. Для служебного пользования. Значит, в свободной продаже нет. Всего пятьсот экземпляров. Здесь написано чернильной ручкой «Молодой семейной паре в день бракосочетания, 8 августа 1932 года».

- Редкая книга. Это, как его, антиквариат. Точно, антиквариат. Или раритет. Как я понял, подарили бабушке и дедушке?

- Будем читать книгу? Или займёмся скрипками?

- Ты решай. Мне всё равно.

- Хорошо. Читаем книгу. Надо взять венгерский словарь, если будут непонятные слова. Так, рекомендации. Эту книгу необходимо читать вместе противоположным полам семейной пары, разрешается совместно мальчику и девочке, юноше и девушке, строго запрещается девочке и девочке, мальчику и мальчику, запрещено отдельно мальчику и отдельно девочке.

- Да, вот так и доверяй детям уборку квартиры, найдут старые заначки. Твои родители, наверное, и забыли про эту книгу.

- Если бы не ты с этим своим Булгаковым, я бы точно никакого внимания и не обратила, потому что без очков.

- Извини.

- Ладно, проехали. Это хорошо, что случайно нашли эту книгу. Смотрим дальше.

Предварительно Лиза начала листать страницы, иногда тексты вызывали у неё улыбку, иногда временную задумчивость детского непонимания, но, чем больше она листала, тем больше ей хотелось поведать смысл прочитанного своему напарнику по интересному и необычному чтению на венгерском языке. Дима сидел и тупо смотрел на непонятное сочетание иностранных букв.

- Цель написания этой книги. Постараюсь правильно перевести. Сохранение и приумножение рода венгерской нации. Вроде так. Формирование семьи венгерского народа, мужчина венгр и женщина венгерка. Надо в словаре посмотреть. Да, правильно, семья это мужчина и женщина, оба венгры. Увеличение численности венгерского населения, про евреев ничего не написано, - Лиза на минутку остановилась, вспомнила разговор дедушки с отцом о том, что Венгерская народная республика не разрешает евреям возвращаться в страну. А ведь тридцать лет прошло с окончания той страшной войны!

- Слушай, Лиза! Мне отец рассказывал, что венгерские солдаты воевали на стороне Гитлера. Так вот, он был в Воронеже и, там, не поверишь, огромное кладбище венгерских солдат, за могилами организован должный уход. Но вопрос в другом, городу не дают звание «город-герой» из-за этого венгерского кладбища.

Шестиклассники задумались, каждый о своём, слышно было, как часы кукушка «грузики» со скрипом проворачивают давно не смазанный часовой механизм. Первой начала говорить Лиза.

- Как я поняла, в книге подробно рассказывается, что надо делать в первую брачную ночь. Нам до первой брачной ночи далеко. Одной мне читать книгу не рекомендуют. Запрещено! Значит, будем читать вдвоём. Жениться ты на мне не будешь, так как я замуж обязана выходить только за еврея, а ты русский. Таким образом, это наша тайна!

- Хорошо, наша тайна.

- Ты можешь жениться на девушке любой национальности и цвету кожи. Дима, тебе кто из девочек в нашем классе нравится?

- Не задумывался над этим, ещё рано, - в очках Лиза напоминала училку на экзамене и, говорить о своих симпатиях к русской девушке Саше Блиновой из другой школы не хотелось.

- Вот написано, что семья может считаться семьёй, когда официально заключён союз между мужчиной и женщиной. А здесь интересно: никаких половых сношений нигде и ни с кем до заключения союза между ними быть не должно, за исключением других действий. Другие действия это знаки внимания, поцелуи, массажи. Как много написано этих исключений, да ещё и по возрастам, начинается с тринадцати лет.

- Почему с тринадцати лет? – Дима вспомнил вчерашний разговор с отцом.

«Оказывается, есть книги, где обо всех этих неясностях давно написано. Надо спросить у тёти Лиды, есть ли в читальном зале такие книги. Хотя вряд ли даст, скажет, что рано ещё, не дай Бог, маме скажет, тогда полный капец. Придётся составить компанию Лизе, как видно по ней, она вся в интересе к такой теме взаимоотношений мужчины и женщины. А что, вполне нормально! Да и мне полезно, вдруг пригодится в жизни. Например, с той же Сашей Блиновой, буду знать, что делать. Надо спросить, кто из мальчиков класса Лизе нравится, за кого бы она вышла замуж».

- Тринадцать лет. Начало полового созревания. Написано, у девочек немного раньше, у мальчиков чуть позже. Пол, это вид, мужской и женский. Других нет, от рождения, - Лиза, заигрывая с улыбкой, посмотрела на своего одноклассника.

- У меня к тебе ответный вопрос. Кто из мальчиков нашего класса тебе нравится? За кого бы ты вышла замуж.

- Ты его не знаешь. Он ходит в музыкальную школу, фортепьяно. Чистокровный еврей из словаков. Но мы с ним не общаемся, это так, на перспективу. Серьёзный на вид парень, всегда одет красиво по моде, стройный, ноги ровные, зрение нормальное, речь отчётливая, русская без акцента, музыкальный слух есть, уши не торчат. Папа привозит на занятия, у них личный автомобиль «Волга», наверное, так и должно быть у директора ресторана «Украина».

«Вот те на! Отец точно говорил о том же. Смотри, как Лизка всё разложила по полочкам. Ноги стройные, уши не торчат, речь отчётливая, музыкальный слух, очки не носит, а главное, родители не бедствуют. Семья, однако. Одно слово, еврейка. Молодец! А вот про ресторан «Украина», у меня особый интерес. Отец там постоянно со своим радиоэлектронным космическим суеверием зависает».

- Слушай! Как страшно и интересно! Беспорядочные половые сношения между разными полами могут привести к болезням кожи и венерическим заболеваниям, тут перечисляются, оказывается их «пруд пруди», так много, - Лиза вдруг остановилась, задумалась, что-то вспомнила, - так вот же, слева от площадки, где играете в футбол, диспансер. Что там написано?

- Кожно-венерологический, нет, кожно-венерический диспансер, - Дима был в шоке «так вот, оно что, рядом ходят больные и заразные люди, а мы и не знаем».

- Исключения в действиях. Может, перевела неправильно. Ладно. Их много. Смотрим для нашего возраста тринадцать лет, - Лиза внимательно стала читать, сначала молча, про себя, потом вслух, - тут суть такая, предупреждение болезней, правильно надо перевести. Кажется, психиатрических болезней, чтобы не стать больным на голову. Пишут, что при половом созревании наблюдается гормональный рост, который часто приводит к гормональному взрыву, то есть, нарушает нормальную деятельность подросткового мозга. Одним словом, поражение мозга и, прямая дорога в больницу на лечение. Ты понял?

- В психушку?

- Возможно. Как врач решит. А тут самое интересное, что надо делать, чтобы туда не попасть, исключения.

- И много написано?

Дима уже посматривал на часы, кукушка только что куковала восемь вечера, значит, скрипка плавно переходит на живопись. Похоже, Лиза поймала настоящий кураж от чтения такой книги. Видно, ей всё в этой книге нравится.

- Можно будет попробовать. Здесь ничего страшного нет. Если понравится, по обоюдному согласию поможем друг другу избежать, как ты говоришь, психушки, - Лиза с улыбкой посмотрела на Диму, тот сидел, ничего толком не понимая, что надо делать, продолжила, - тайно! Совать ничего, никому и никуда не надо. Как в начале книги написано? До официального заключения союза между мужчиной и женщиной никаких и ни с кем половых сношений быть не должно. Тут столько непонятных слов! Ограничимся чтением для своего возраста?

- И что надо делать?

- Смотри рисунки. А я пока чайник поставлю. Чай будешь?

- Валяй! – подражая отцу, ответил Дима.

Изначально рисунки привели в изумление. На спине лежит девочка, рядом на левом боку мальчик. Вместо подушки, голову девочки поддерживает левая рука мальчика. Как расположены правые руки мальчика и девочки, и что ими надо делать, написано в тексте на непонятном венгерском языке.

«Одно непонятно, они в одежде или без одежды? – разглядывая рисунки без какого-либо текстового понимания, изумление стало превращаться в интерес, - нашли на свою голову книгу, теперь одни мучения. Лизка уж точно от меня не отстанет. С евреями эту книгу, она «ни за какие коврижки» читать не будет. Тайна на двоих! Как в книжном романе».

- Дима! Иди пить чай!

На кухонном столе в тарелках лежали по два бутерброда с белым хлебом, маслом и икрой красной и чёрной.

- Чай индийский, крупнолистовой россыпью, в заварнике. Можешь в пакетике, кипяток в чайнике. И как отыгрались?

Лиза сидела на стуле, никого не стесняясь, одна нога свисала, другая была под ней согнутая в колене, верхняя и две нижние пуговицы халата были расстёгнуты, пробивающийся наверх розовый цвет нижнего белья, как солнечный зайчик начинал слепить глаза.

«Сидит и сидит, мою грудь ничто не сдавливает, - прислушиваясь к своим ощущениям, размышлял Дима, - и не набухает, и не торчит, и слизи нет».

- На второй тайм Давид Маркович меня поставил играть персонально против «соприка», их главного диспетчера, центрального полузащитника Сергея Сапронова. Удачно прикрыл, он мяч почти не получал. Сразу в начале второго тайма Коля Бондарь забил гол, потом Яроцкий. И, уже в конце игры Витю Клименко сбили перед их штрафной площадкой. Мне удалось сравнять счёт со штрафного удара. Повезло.

- Какое название их команды?

- Комета.

- На скрипку в одну группу со мной ходит русская девочка из двадцать второй школы, - вдруг вспомнила Лиза, - завтра будет тема для разговора. Ты бутерброды доедай, в заварнике ещё есть чай, наливай.

- Спасибо. Вкусно. Мне больше нравится красная икра.

Лиза убрала со стола, помыла чашки ложки и тарелки, расставила по местам, протёрла стол и раковину кухонным махровым полотенцем с изображением котиков и кроликов, развесила для просушки.

- Пошли в мою комнату. Рисунки посмотрел?

- Да. Интересно. Только непонятно, они в одежде или без одежды?

- А какая разница, - без какого-либо стеснения ответила Лиза.

- Да и тексты прочитать не могу, что они делают правыми руками и за что держатся?

- Сейчас прочитаем.

Лиза взяла книгу и приступила к чтению вслух о том, что можно и чего нельзя делать в тринадцать лет. Дима представил, что с ним рядом Саша Блинова, у него тут же сдавило грудь, всё набухло, встало торчком, по левой ноге потекла струя непонятной густой липкой жидкости. Ещё раз, перечитав по элементам действий, Лиза с улыбкой посмотрела на краснеющего краснее речного рака, Диму.

- Ты воспринимай нормально, стыда здесь нет. Как я поняла из текста, полезно для детского здоровья. Тут пишут вроде про движение крови, за перевод не ручаюсь. Рука мальчика лежит ниже живота девочки, и, наоборот. Массаж. Как я поняла, такое можно делать в тринадцать лет. Книге сорок три года, не такой и большой срок. Книга интересная, тайная. Тебе понравилось?

- Для служебного пользования. Да, интересно, - Дима сидел и ёрзал на стуле, боялся, что непонятная густая липкая жидкость выльется на пол, получится, что описался. Но, жидкость застряла возле колена, приклеилась.

- Завтра с кем играете?

- Юпитер. В одиннадцать.

- Приходи вечером, поможешь с уборкой, сыграем на скрипке. Продолжим чтение книги. Уроки сделаем. Вот, возьми домашку, что сегодня задали на завтра, одна математика, - Лиза подала листок с записями.

«Нашёл на свою голову эту книгу, - при возвращении домой двоякие чувства одолевали Диму Тополёва, - а если подумать, то и хорошо, что нашёл, по представлению девочки Саши приятные ощущения посетили всё моё тело. Да что об этой книге думать! Завтра важная игра. Главное, домой не опоздать. Ещё надо уроки сделать. После игры придётся в школу топать. А вечером к Лизке, тайную книжку читать».




Глава восьмая «Евреи»
 
На оккупированных европейскими нацистами землях исконно русский православный город Чернигов оказался единственным, где не проводились массовые расстрелы евреев и не создавались гетто по национальному признаку для евреев-беженцев из чехов, словаков, поляков и венгров. Их здесь приютили, как оказалось, надолго, так как обратно теперь уже страны социалистического лагеря своих евреев брать отказались.

В год тридцатилетия Великой Победы советского народа над европейским нацизмом треть населения города составляли евреи из разных европейских стран, включая и незначительное количество местных довоенных евреев, в народе прозванных «жидами».

Сразу после Парада Победы сорок пятого решение Сталина придать Чернигову негласный статус города евреев и военных пенсионеров оспаривать никто не стал. Местные русскоязычные жители не противились, так как и европейские евреи, наравне со всеми принялись восстанавливать разрушенный войной город.

Однако, на строительство каких-либо культовых еврейских сооружений разрешения дано не было, город сохранил свой многовековой православный статус с одной действующей церковью при центральном рынке. Многочисленные соборы и храмы времён Ярослава Мудрого считались культурным наследием и занимались исключительно музейной и экскурсионной деятельностью.

Для детей европейских евреев была открыта русско-еврейская третья школа, где учились поляки, словаки и чехи, ещё украинско-еврейская номер девять для венгров. Как взрослые, так и дети, европейские и местные евреи наравне с русскоязычным населением принимали активное участие в массовых культурных и спортивных мероприятиях. Особый интерес вызвал Всесоюзный детский футбольный турнир «Кожаный мяч».

Команда «Юпитер» являлась представителем пятой русской школы, где наравне со всеми учились и дети местных довоенных евреев. Школа располагалась на возвышенности в частном секторе, по улице Первого Мая, за ней лесной массив «Яловщина» с протекающей речкой Стрижень и пионерскими лагерями, совсем рядом на окраине большое тепличное хозяйство для выращивания помидоров, огурцов, цветов и сладких перцев.

- Лидия Павловна, а почему не назвали свою команду «Урожай»?

- Татьяна, ты хоть и моя ученица, сама училась в нашей школе, я же не спрашиваю, почему ваша команда «Знамя»? Так дети решили в честь бога-громовержца. Будем всех громить! Не важно, как название, главное в нашем деле победа. У меня почти вся команда из семей русских евреев.

- Что ж вы так расстроили дядю Гену, сыграли вничью с его командой «Космос»? Надо было громить, - не унималась Татьяна, такая же физручка, как и Лидия Павловна, только второй русской школы.

- Надеюсь, сегодня исправимся. Вчера пять забили, пять и пропустили. Там у них парнишка Витька Рудой в наши ворота пяток наколотил. Не смогли надёжно прикрыть.

- Думаете, обыграть «жидовских бомбил» Давида Марковича?

- Насколько я знаю, твоих «кордовских» они бомбят по полной программе, так что не радуйся вчерашней победе, «Луч» не очень-то и сильная команда, составлена из детей, чьи родители трудятся на радиозаводе.

- Во дворе бомбят, не спорю. А здесь на поле игра покажет.

- Таня, а когда свадьбу наметили? Через неделю Громыхайло с Веркой громыхнут, так громыхнут! Свадьба у них в день рождения Ленина. Так когда?

- А вот и Гена идёт, сопровождает «жидовских бомбил». Спросите у него. А так, думаем в июне. В мае не хотим, чтобы всю жизнь не маяться.

На небольшой трибуне стадиона седьмой русской школы рассаживались «жидовские бомбилы» под руководством физрука Макатёра. Их соперники из команды «громовержцев» разминались в спортивном городке. До начала игры оставалось тридцать минут.

- Сегодня наша игра вторая. Только что «Комета» отгрузила «меркурианцам» три гола, столько же получили в свои ворота. Правый край Ковальчук три гола забил, убежал на скорости. Теперь о нашей игре. Поясняю ситуацию. Судья нашего матча физрук седьмой школы Борис Семёнович Полевой, играл за команду «Десна» в центре полузащиты, его команда «Сатурн», сильная команда. Они играли вчера с командой «Метеор». Счёт три два в пользу «планетариев». Судил эту игру я честно, никому поблажек не давал. Сами понимаете, в своей группе судить нельзя. Играйте без грубости. А если быть точнее, на грубость не отвечайте, Полевой это не любит, - Давид Маркович остановился, подумал, говорить или не говорить, решил, что лучше сказать, - и ещё очень важное замечание. У родителей этих детей свои счёты с венграми, а точнее, то с венгерскими солдатами, убивать не убивали, но черниговские частные дома пожгли, искали подпольщиков и партизан. Для родителей и детей пятой школы, одно и то же, что венгерские солдаты, что венгерские евреи. Венгр! И этим всё сказано. Лично я русский еврей и, я родителей детей пятой школы, как русских, так и евреев понимаю. Ненависть передалась их детям. Так что ждите от них грубости сразу в начале игры. Терпите! На грубость не отвечайте. И, самое главное, глупо не подставляйтесь, проявите внимательность. Травмы получать не надо. Вчера они зарубились прилично, «Космос» хоть и вёл четыре к двум, но не удержали победу. Ладно, это в прошлом. Сегодня надо постараться забить первыми. Там у них по всему полю бегает Задорожный Анатолий, отсюда будет персональная работа Тополёву, бегаешь за ним по всему полю, лично отвечаешь за результат. Схема будет четыре в защите, три в полузащите и Бондарь с Яроцким в нападении. Если будут штрафные удары или пенальти, бьёт Тополёв. Вратарь у них маленького росту, может и недостать мяч. Вчера мы пропустили глупые мячи, рикошеты, бывает. Это футбол! Так что, переодевайтесь и на разминку.

Юные футболисты с улицы Первого Мая вышли в синей форме, «жидовские бомбилы» в белой. Предстояло увидеть чисто жидовское противостояние, десять русских евреев против десяти венгерских, и там, и там, по одному русскому, Задорожный и Тополёв.

Как всегда, перед каждой игрой прозвучал футбольный марш Матвея Блантера, судья Полевой бросил монетку, все разошлись на исходные позиции, игра началась. Первые пять минут мяч контролировал «Юпитер», каждый, получив мяч, глазами искал Задорожного, а он был надёжно прикрыт и, что делать с мячом, никто решить не мог. Пока центральный полузащитник думал, что делать, Коля Бондарь подкараулил, забрал мяч и вывел на ударную позицию Яроцкого, тот не промахнулся. Один ноль!

После розыгрыша мяча с центра поля началось то, о чём предупреждал Давид Маркович. Грубая игра «громовержцев» привела к двум удалениям. Сначала игрок в синей форме получил прямую красную карточку за удар кулаком в лицо Яроцкому, из носа пошла кровь. Через пять минут вторую жёлтую карточку получил центральный защитник. Пенальти реализовал, Дима Тополёв. Когда удалили третьего игрока, вмешалась физручка пятой школы Лидия Павловна, взяла тайм-аут для проведения воспитательной работы. Грубость со стороны её команды прекратилась. Первый тайм «Вымпел» выиграл три ноль.

- Красивый гол со штрафного, молодец! Этим оружием надо пользоваться. У Вити Клименко хорошо получается картинная симуляция правильно натыкаться на соперника и падать, - Макатёр выждал паузу, посмотрел на своих воспитанников, продолжил, - молодец. С нами играют грубо. За это их надо удавить как клопов! Нет, не грубостью. Игрой! Включайте скорость, ум, смекалку, пас, дальние удары. Завтра мы не играем, но приходим сюда смотреть, как будут зарубаться «Космос» и «Комета». Играем через день с командой дяди Гены «Космос». Там у них в королях Витя Рудой, так, что персональная игра с ним обеспечена. Для нас лучше, чтобы верх взяла «Комета», но и ничья между ними вариант неплохой. На игры с выбыванием лучше выходить с первого места. Сегодня после игры останьтесь посмотреть на «Сатурн», их диспетчер Саша Корбач настоящий футбольный талант. Судить игру буду я.

В перерыве между таймами больше слышали воспитательные крики физручки Лидии Павловны, грозившей своим краснокарточным евреям размазать их по стенке за то, что своей грубостью подвели команду под разгромное поражение.

Однако такая воспитательная методика положительных результатов не дала. Голы в ворота «громовержцев» влетали «как из рога изобилия», убежал Коля Бондарь и забил, убежал Яроцкий и забил, два раза подставился Витя Клименко и два штрафных удара окончательно добили «Юпитер». Семь ноль!

Спортинструктор четвёртой жилищной конторы Гена Оношко скрупулёзно своим красивым почерком заполнял турнирные таблицы, рядом с ним сидела его невеста Татьяна. Поражение их школы, где они учились, с таким разгромным счётом ноль семь, привело в небывалое доселе уныние.

- Привет честной компании! Как дела! Рассказывайте, - незаметно сзади подошёл Громыхайло Георгий Валентинович, начальник этой же четвёртой конторы, рядом с ним сияла счастливой улыбкой бухгалтерша Верка Матусько.
- Гоша, что с ней сделал? Вся сияет, - в ушко по секрету начал говорить Оношко, - ты что, её в кустах?

- Где, не так важно, - шёпотом ответил Громыхайло, - главное, сияет. Давай, рассказывай.

- Явно выделяются «Сатурн», «Космос», «Комета», «Вымпел» и «Знамя». Остальные команды стараются, там, где есть лидер в команде, результат с трудом вытягивают. Например, сегодня «Меркурий» взял ничью у «Кометы», никто не ожидал, - главный судья соревнований Геннадий Александрович Оношко стал показывать турнирные таблицы и комментировать результаты.

- Кто сейчас выходят на поле?

- Меркова отправляет своё «Знамя», они в красной форме, соперник «Сатурн» Бориса Семёновича Полевого, будут играть, можно смело сказать, за первое место в группе.

- Хорошо, Гена, командуй, смотри, чтобы драк не было.

«От греха подальше» Лидия Павловна сразу увела своих поверженных «громовержцев» в направлении пятой школы. На трехъярусных трибунах по центру расположились победители «громовержцев» из команды «Вымпел». Остальные места по обе стороны «жидовских бомбил» заняли болельщики местной команды «Сатурн». Скамейки представляли собой сварную металлическую конструкцию из сортового проката в три яруса, обшитую досками, окрашенные краской синего, зелёного и красного цветов, располагались по всей длине футбольного поля с обеих сторон.

- Татьяна Васильевна! Почему на поле нет крокодила Гены и Чебурашки?

- Это кто такие будут?

- Как кто? Кашпур Гена и рыжий Кузя, Олег Кузнецов, - вратарь «жидовских бомбил» Гена Широкан решил приколоться над молодой училкой, - они же основные игроки!

- Ах, эти товарищи. Когда во дворе играют с вами, может и основные игроки. Ростом и годами ещё маленькие. В нашей команде существенное пополнение, Слава Петренко, Серёга Жук, Толя Свириденко. Так что крокодил Гена и Чебурашка в запасе, сидят напротив с другой стороны поля, охраняют вещи всей команды.

Под звуки футбольного марша главный судья Давид Маркович Макатёр выводил команды в центральный круг. Ворота «красных» защищал знакомый всем представитель «Кордовки» Вадим Ткаченко, в защите Андрей Матийко и Коля Бережной, в полузащите Саня Боярченко, прозвище «бояра» и Олег Кураксин, ударную силу нападения составили Валентин Буглак слева и Витя Коваленко справа, в центре Дима Цукор. Из команды «синих» венгерские евреи никого не знали, все искали глазами Сашу Корбача и, только по исходным позициям смогли определить главного диспетчера «газовой планеты».

Игра началась!

Когда мяч был у команды «Знамя», болельщики начинали свистеть и топать ногами, но как только забирали свои игроки, весь стадион начинал петь «расцветали яблони и груши, поплыли туманы над рекой». Главным запевалой с мегафоном в руках был директор школы. Местные болельщики с нетерпением ждали, когда их «Сатурн» забьёт гол, чтобы исполнить сюрприз празднования гола.

Ближе к исходу первого тайма судья Макатёр назначил пенальти в пользу «синих». К мячу подошёл тот самый Саша Корбач, стадион притих, слышно было, как по улице имени маршала Рокоссовского туда-сюда шныряли троллейбусы, издавая свой, только им присущий вой электрических двигателей. Физрук Меркова прижалась к своему жениху, закрыв лицо ладонями, ждала развязки.

- Ааах! У-у-у, - стон разочарования вихрем пронёсся над трибунами школьного стадиона, вратарь «красных» Вадим Ткаченко взял пенальти чисто в руки и сразу выбил в поле.

- Ура! Ура! Вадик молодец! – в порыве радости Татьяна побежала к воротам своей команды.

А на футбольном поле творилось невообразимое действо, к воротам «синих» на полной скорости бежал пятидесятилетний судья Макатёр, впереди него с мячом один-одинёшенек «Булка», и, больше рядом никого, впереди только вратарь. Замах вправо, убрал влево и пыром толкнул мяч прямо в «домик» выбежавшему навстречу вратарю.

Все, кто болел за «Сатурн», вмиг застыли, как говяжий студень на лотке, в нервном испуге ожидали чуда, что защитник всё-таки успеет и не даст пятнистому мячу пересечь линию ворот. Судья Макатёр показал на центр поля. За «красных» здесь никто не болел, кроме Татьяны Мерковой. Один ноль!

- Гол! Гол! Гол! – кричала Татьяна, - Валик Буглак молодчина!

Самый маленький в команде скоростной финтарь «Булка» бежал к своим воротам и радостно улыбался, подзатыльники уважения и гордости сыпались со всех сторон, каждый из команды старался не делать больно своему герою.

До конца игры счёт так и не изменился. Нейтральные болельщики из команды «Вымпел» никак не ожидали увидеть такое «Знамя».

- Идите домой, отдыхайте, школа не волк, в лес не убежит, - Давид Маркович говорил охрипшим голосом, игра была сложная, - а завтра на стадион к одиннадцати часам. Будем смотреть противостояние века «Комета» - «Космос».

Повесив на плечо мешок-рюкзак, Дима Тополёв сразу рванул в городскую баню, помылся за пятнадцать копеек, в гастрономе «Брянский» выпил два стакана десятикопеечного томатного сока, возле подъезда нежно погладил молоденькое абрикосовое деревцо, поднялся на третий этаж.

Коммунальная квартира пустовала, все до единого, прихватив малолетних детей, рванули в сёла по месту рождения садить картошку, лук, морковку, капусту, свеклу и сладкие перцы. Из холодильника достал маленькую кастрюльку с борщом и котлетой, в комнате разогрел на электроплитке, пользоваться общей газовой плитой на кухне мама не разрешала, поел, запил компотом из сухофруктов, на часах было половина пятого под вечер.

«Сегодня надо к Лизке топать, читать эту семейную книжку, - лёжа со своими мыслями, вдруг потянуло на сон, - ладно, пойду».

Проснулся в холодном поту, что снилось, или, ничего не снилось, на часах было без четверти семь.

- Пора играть на скрипке, - про себя вслух произнёс Дима, - пора к Лизе.

По привычке протёр футляр от пыли, закрыв на ключ комнату, квартиру никто и никогда не закрывали, кому нужна эта коммуналка, двинулся в соседний дом. На звонок дверь открыла радостная в новом халате одноклассница Лиза.

- Проходи! Что сегодня было! По школе дети бегали и кричали семь ноль, семь ноль. Плакат повесили! Вы на самом деле разгромили пятую школу?

- Да.

- Какие молодцы!

Было видно, что Лиза время даром не теряла, квартира сияла чистотой, выделялся на чистом полу только подключенный к розетке пылесос «Вихрь», убрать на место не успела.
- Давай садись. Сначала прочитаем книгу, потом скрипка.

- Как скажешь.

- Ты понял, книга 1932 года. Тут написано, что после распада или развала Австро-Венгерской империи, в межвоенный период, кажется, так перевела, венгерское правительство стало заботиться о семейных ценностях. Жаль, про евреев ничего не сказано. Вот, нашла, семья есть главное в жизни каждого венгра. Семья это союз мужчины и женщины. Необходимо детям передавать семейные ценности с раннего возраста, начала полового созревания, тринадцать лет. Дети должны знать истоки семейной жизни изнутри. Тут слово непонятное, речь идёт, как я поняла, о зачатии ребёнка. Профессор пишет, что к этому надо готовиться заранее, с детства, а не в результате животного инстинкта. Речь о правильном питании. Толком ничего не поняла. Ну, это всё впереди, я обязательно должна выходить замуж за еврея, и, чтобы дети рождались здоровыми, а не уродами. У евреев за этим смотрят строго. Это тебе можно жениться на любой женщине с любым цветом кожи. А мы евреи, должны блюсти фасон. Ты меня слушаешь?

- Да, слушаю. У меня возникла идея. Давай сходим в библиотеку, в читальный зал и, попросим у тёти Лиды книгу такого содержания, нашу, советскую, что у нас пишут, сядем и почитаем. Заодно сравним.

- Ты что? Так нельзя! Нам никто не даст. Таким образом, мы нарушим нашу с тобой общую тайну. О том, что мы читаем эту книгу и что мы делаем, и будем делать знать никто не должен! Это наша с тобой тайна! Мы должны спасти друг друга от чего, ты говорил.

- Психушки. Хорошо, согласен.

- Когда будем в школе, держаться на расстоянии и на эту тему говорить строго запрещается. Это наша с тобой тайна!

- Это наша с тобой тайна!

С каждой секундой Лизу, как болото, поглощало венгерское новое доселе неизвестное чтение. Её интерес, словами так просто не передать. Впереди маячили приятные ощущения! Лиза всё читала и читала в переводе с венгерского языка, непонятные слова искала в словаре, Дима в который раз слушал, что «до заключения союза между мужчиной и женщиной не должно быть нигде и ни с кем никаких половых сношений, семья это святое» и так далее, и тому подобное.

- Теперь переходим к практике, - Лиза внимательно посмотрела на Диму, - слушай дальше, что, по мнению венгерских учёных-медиков можно делать венгерским детям в тринадцать лет. Сорок три года тому назад.

«Вот, что бывает, когда взрослые, точнее, родители, неудачно делают свои заначки и, потом о них забывают, - Дима задумался, - а вдруг?»

- Слушай, Лизка, а ты помнишь, где стояла эта книга до того как ты начала делать уборку?

- Конечно! Папа расставляет все собрания сочинений по алфавиту! Внутри книг одного автора по росту. Я уже всё расставила, как и было.

- Молодец! Тебе в разведке работать. Все данные к этому есть.

- Ладно. Давай по делу. Тринадцать лет. Нашла. Можно поцелуи, поглаживания, массажи. Есть картинки.

- Рисунки с надписью?

- Да. Ты когда-нибудь целовался?

- Нет.

- И я нет. Так, здесь написано, что такое поцелуй, для чего нужен, я перевела назначение, что можно целовать, а что нельзя, тут для каждого возраста расписано, какие бывают, ого, как много разновидностей.

- Читай, интересно.

- Потом. Сейчас идём чистить зубы, новая зубная щётка, там их много, выбирай любую, а я пока надену чулки. Зубы после тебя почищу.   



Глава девятая «Истоки»

Единственный сын радиоэлектроников Дима Тополёв не мог уснуть. Старался найти общий язык со своими мыслями. Каждая секунда заполнялась смакованием в буквальном смысле этого слова воспоминаний в разных ракурсах одного и того же действия наедине с еврейской скрипачкой, девочкой-подростком, одноклассницей.

Чувствовалось возмужание, где-то рядом, как хвост жар-птицы, оставалось только ухватить и, держать, держать, держать в своих ещё не окрепших руках. Смешанные ощущения накрывали с головой, как одеяло морской волной, возможно ли такому быть и, когда возможно, не рано ли наедине, главное, чтобы не поздно. Не понятно одно, было это наяву или «во сне предвиделось мне»?

«Вот влип, так влип! Кому сказать, засмеют! А может, и нет, будут завидовать. Не отвяжется ведь, особенно после вчерашних исключений, кажется, так из книжки перевела. Книга на венгерском языке. Для служебного пользования. Психотерапевтам! Раздел «Истоки формирования правильной семейной жизни». Истоки семьи! Надо же, как загнули венгры. Лизка вроде и не дура, но она всё делает по-книжному. Ей везде мерещится этот гормональный взрыв мозга. Я тоже, молодец, про психушку, загнул, так загнул. Уморила меня за эти два дня. Да. Сказать нечего, вчера Лизка оторвалась, так оторвалась, дёрнуло меня с этим Булгаковым, - лёжа в тёплой домашней постели, наяву размышлял, тринадцатилетний Дима Тополёв, - пусть бы книга лежала и лежала. Надо было, молча поставить на полку и, всё тут, и, Лизку не раззадоривать. Кто знал? Чистить зубы в ванной одно удовольствие, не то, что в умывальнике коммунальной квартиры. Напялила на свои стройные ноги чёрные в мелкую сеточку, а ведь, по фигуре настоящая сочная женщина, немного ниже меня, хоть и шестиклассница. Надо же, Лизка вычитала из венгерской книжки, девочки взрослеют раньше мальчиков. Интересную фразу в бане от мужиков слышал «слаба на передок». И что это значит? Надо Лизку озадачить, пусть найдёт подобную фразу в своей венгерской книжке. Эх! Пора знакомиться с девочкой из русской второй школы, зовут, как бы, не забыть, Саша Блинова, для меня настоящая скрипка. Может тогда Лизка от меня отстанет со своими исключениями и тайной на двоих. Не завидую я этому словаку-еврею, на кого Лизка глаз положила. Хотя вряд ли что срастётся, словаки венгров терпеть не могут и, наоборот, не смотря на то, что все они евреи. «Евреи, евреи, кругом одни жиды», так, кажется, в песне поётся».

Прозвенел будильник, девять часов утра. Отец в командировке на Байконуре, завтра старт ракеты. Мама рано ушла на работу, у них аврал, какой-то  апполон на союз летит куда-то, непонятно. Инженер-диспетчер в двадцать шестом цехе радиоэлектроники космического завода. Поздно пришла, рано ушла, так и не свиделись. Завтракать придётся идти в блинное кафе, напротив, через дорогу, в красной пятиэтажке, если смотреть, по левую сторону от школы, ближе к мосту красного цвета.

«Действительно, может и отстанет. Наверное, обидится, ведь нашу тайну на двоих предам я, а не она. Ну, просто умора! Особенно с этими первыми поцелуями, прочитает в книжке, потом говорит, что каждому надо делать, за что держать. Только на двадцатый раз получилось, можно сказать, целоваться научились. Поцелуи не просто хухры-мухры. Истоки семьи! Как там, в песне поёт Марк Бернес «с чего начинается Родина, с картинки в твоём букваре, а может она начинается». Так и семья, с первых поцелуев между мальчиком и девочкой. Про массажи и поглаживания лучше не вспоминать. Прижми так, делай быстрее, ещё быстрее, чуть кисть не отвалилась от онемения. Так орала, так орала! Слово какое-то перевела, забыл, не помню, говорит, что это и есть главное приятное ощущение, кажется так. И это истоки семьи! Вот ещё смешное действие, вычитала «как корову доить». Стрельнуло, так стрельнуло! У меня по всему телу мурашки побежали, Лизкиному восторгу с непередаваемым хохотом предела не было. Потом лежали и в потолок смотрели, когда же отвалится. Пришлось раскладную лестницу подставлять, чтобы стереть следы «дойки коровы». Лизка листала книжку, так и не нашла, как часто такие массажи можно делать в нашем возрасте, а вот молодой семейной паре нашла, не менее двух раз в неделю, но там это называется актом. Странное слово, может, перевела неправильно. И это всё истоки, ручейки, постепенно шаг за шагом превращающиеся в большую реку под названием семья. Надо же! Мне в руки книжку не даёт, говорит, малой ещё. Прикалывается. Мыться под душем в ванной намного приятней, чем в общем зале городской бани с тазиком, вокруг голые разновозрастные мужики, у них больше и толще моего, не намного. Разговоры только про дачи и женщин. Кстати, Лизка вычитала, что половину свободного времени мужчины думают о женщине, венгерские профессора врать не будут. Мужчина и женщина, плюс дети – это семья! Иначе быть не может. Ещё Лизка сказала, что выйдет замуж за еврея и станет матерью-героиней. Сегодня опять к ней топать, будем играть на скрипке. На какой? В этом весь вопрос».

Идти смотреть матч века «Комета» - «Космос» решили всей командой, от школы пешком. Оставив позади педагогический институт и военкомат, приближались к пересечению с улицей Станиславского. О, чудо! Навстречу по тротуару с противоположной стороны шла она, девочка Саша Блинова.

- Здравствуйте, Давид Маркович!

- Саша, здравствуй! Куда путь держишь?

- В пекарню, к маме, за свежими булочками. Потом на аэродром, папе повезу к обеду. Сегодня у курсантов полёты.

С самого утра только и слышно гул самолётов, хорошо, если ветер от города, тогда не так взлёт на форсаже достаёт ещё спящих жителей. При заходе на посадку шум реактивных двигателей МиГ-21 почти не слышен. Скоро очередной выпуск молодых военных лётчиков-истребителей, как всегда, в июле.

Проходя мимо, все «жидовские бомбилы», чуть не свернув шеи, уставились на девочку в короткой тёмно-синей, цвета офицерской парадной авиационной формы, юбке чуть выше колен.

- Нечего пялиться на мою соседку! Мы идём по своему делу, она туда, куда ей надо, - Давид Маркович быстро пресёк такие поползновения, - рано ещё на девок заглядывать!

«Значит, Саша Блинова живёт по соседству с нашим учителем физкультуры! Это хорошо, - обрадовался юный влюблённый, - остаётся найти способ познакомиться. Красивая! Ноги стройные. Косички. Всем понравилась. Только вряд ли она будет дружить с евреями. Такие  девушки должны держать русский фасон».

Шагая вместе со всеми по тротуару, Дима представил, что вчера рядом с ним не Лизка, а девочка Саша, поцелуи, ласки, массажи. Грудь сдавило, дышать стало тяжело, там, внизу набухло, мокрота появилась.

«Нет, лучше не думать, - стараясь заглушить воспоминания, решил сменить тему, - хорошо, что сегодня нет игры. Девочка Саша красивая, на ней можно сыграть, как на скрипке, уши не торчат, ноги стройные. Отец сказал, что и у меня ноги ровные. Значит, не будет в семье кривоногих девочек. Баба Луша, нет, нет, да и завернёт словечко, чтобы я нашёл себе подружку, красивую, стройную и умную девочку. В каждой семье радуются, когда видят, что примерно с тринадцати лет их мальчик дружит с девочкой и наоборот, девочка с мальчиком. Мой сосед по парте Вовка Пьютин зажимает Таньку Кошман каждый день. Все школьные углы Танькиной спиной обтёрли. Уборщицы радуются таким помощникам. Танькина мама приходила на разборки, про паутину вежливо говорила, улыбалась, а Вовка стоял и слушал. Извинился, но зажимать продолжил. Чем не истоки семьи?  Бабушка всегда повторяет, что семейная жизнь есть скрипка, как её настроишь, так она и запоёт. Баба Луша знает, что говорит».

Бабушка Димы по отцу Алексею Петровичу из коренных московских врачей Александровых, Лукерья Александровна Александрова, шестой ребёнок в семье, по специальности врач, дипломированный специалист в исследованиях крови и сосудов. В конце двадцатых годов её отец, уважаемый во властных кругах врач Александр Александрович Александров высказал личное мнение по введению искусственной национальности «украинец». Врагом народа не назвали, но всю семью лишили права заниматься врачебной деятельностью и выслали за сто первый километр, в Брянск. Восемь дипломированных врачей! Как с куста! Через год Лукерья вышла замуж, и, поехали они с агрономом Петром Тополёвым в село Тополёвка, колхоз «Коммунар». Родились дети, шестеро, по доброте душевной взяли венгерского еврея, мальчика зовут Иштван. Была война. Баба Луша до сих пор работает в колхозной библиотеке, знахарка, лечит травами от испуга, заикания, слабослышащих и с тяжёлыми нарушениями речи, помогает молодожёнам избежать семейной трагедии рождения больного ребёнка. Младшенький сын Алёша в соседнем селе нашёл себе девушку Галю, одноклассницу, сразу после окончанию школы поженились и уехали в Киев учиться на радиоэлектроников.

К стадиону седьмой школы подходили со стороны частного сектора. Команды «Комета» и «Космос» готовились к выходу на поле. Последние указания давали наставники.

Дядя Гена отвёл в сторону Витьку Рудого, главного бомбардира «вселенной», больше него из других команд голов не забил никто.

- Слушайте расклад на это время, - тренер «жидовских бомбил» Давид Маркович Макатёр начал разговор, - у нас две победы и ничья, набрали пять очков, осталась одна игра с дядей Геной. «Комета» сегодня завершает игры, у них две ничьи и победа, четыре очка, могут набрать шесть. Команда «Космос» в своём активе имеет три очка, максимально семь. Если сегодня проиграют, а завтра у нас выиграют, то нам светит третье место, по личной встрече они будут впереди. Кто займёт первое место, решится завтра в нашей игре. Их ничья сегодня даёт нам второе место, ниже не опустимся. Команды «Меркурий» и «Юпитер» нам не соперники, завтра играют между собой за четвёртое место, пятая команда вылетает из турнира. Надо обязательно побеждать. А сейчас посмотрим, кто у них «поставщик снарядов» Рудому. Возможно, Дима, тебе придётся с кем-то играть персонально. Так что, наблюдай.

Главный судья матча Борис Семёнович Полевой под звуки футбольного марша вывел команды в центр поля для приветствия. Трибуны стадиона были заполнены больше чем наполовину. Директора русских школ двадцать второй «Комета» и шестнадцатой «Космос» прислали своих болельщиков с плакатами, барабанами и горнами.

Как только судья свистнул начало игры, своё слово взяли музыканты и, неожиданно для всех, за воротами двадцать второй школы на дощатой коляске сидел безногий дедушка с фронтовой гармошкой и вовсю наяривал песни времён Великой Отечественной войны «за синий платочек, строчил пулемётчик», по всей округе разлетался слегка хрипловато-звонкий голос рядового бойца. Рядом с ним на подтанцовках  две маленькие девочки размахивали синими платочками, наверное, внучки.

Игра приняла позиционный характер. Для детского футбола большая редкость. Половину игроков каждой команды представляли воспитанники детской спортивной школы тренеров Мандрика Мирона Даниловича и Рынского Леонида Михайловича.

Неважно, кто владел пятнистым мячом, зрители орали так громко, барабанили и горнили, что гармонисту приходилось на время прекращать свои военные песни.

- Ничего не слышно! Смотрим игру, - Макатёр и предположить не мог, что так болеть можно на обычной детской футбольной игре, - за кого болеть будем?

- За ничью! – дружно ответили «жидовские бомбилы, - второе место лучше третьего.

Ни та, ни другая команда играть вничью, не собирались. Попав в западню, как по Киплингу, команды сражались с тигриным оскалом. Полузащита «комет», во главе с «соприком» за каждым мячом стелились в подкатах. Судья Полевой после каждого такого приёма только успевал проводить воспитательные беседы. Наконец, не выдержал и, Лёха Лошак получает жёлтую карточку.

Напротив, «космосы» держатся скромно, Витька Рудой, выполняя установку дяди Гены, бегает впереди, изображает прессинг защитников. Принимая мяч, ошибается центральный защитник «комет» Юра Луценко, пятнистый снаряд отскакивает Рудому, выход один на один с вратарём. Гол!

Непонятно, по какой причине, тишина накрыла школьный стадион, «нам нужна одна победа, одна на всех, мы за ценой не постоим», прорезался голос гармониста, маленькие девочки по-прежнему бегали вокруг дедушки, размахивая синими платочками.

Болельщики шестнадцатой школы, наконец, допёрли, что в этом случае надо шуметь, как говорят, «палить со всех орудий», и, постепенно песню фронтовика поглотили барабаны и горны «уходит в ночь отдельный, десятый наш десантный батальон». Двадцать вторая продолжила пребывать в тишине своих временных разочарований.

- Парни, смотрите, как дядя Гена построил игру Витьки Рудого, персоналкой придётся заниматься Видцу, - Давид Маркович на лету строил стратегию на завтрашний матч, - Серёга, ты меня слышишь?

- Да, учитель, я понял.

- Назад, домой, мяч не отдавать защитникам. Рудой, как коршун, подхватит и, тогда «пиши, пропало», - Макатёр продолжил, - после игры идём в горсад, на шишках разберём варианты. Думаю, «Комета» вырвет победу. Обратите внимание, сколько моментов упускает Толя Сиворакша. Да, Сапронов не зря на него рычит, надо же забивать. Дети, сидите тихо, пришли «Мирон» и «Рыня», пойду, скажу им наше приветствие.

Игра возобновила своё дальнейшее действие с центра поля, мяч разыграли «девятка» и «восьмёрка» команды в оранжевых футболках «летучих голландцев», идолом которых по праву считался Йохан Круифф, игрок легендарной команды «Аякс», год как играет в испанской сине-гранатовой команде «Барселона».

Трёхкратный обладатель «Золотого мяча»!

Не прошло и трёх минут, как «шестёрка» Серёга Рой, в стиле киевского динамовца Владимира Трошкина прошёл по правому краю и сделал прострел, мяч попал в голову Сиворакше и влетел в ворота. Гол! Ничья!

Ничейному результату первого тайма больше всех радовались воспитанники девятой украинско-еврейской школы команды «Вымпел».

В перерыве к «жидовским бомбилам» подошёл начальник четвёртого «ЖЭКа» Громыхайло.

- Давид Маркович, есть почётное задание, - Георгий Валентинович переждал, пока угомонятся болельщики команд, продолжил, - намечается важное воскресное мероприятие, на пересечении улиц Рокоссовского, Малиновского, Родимцева и сержанта Павлова будет проходить торжественное открытие новой в нашем городе площади имени Героев Сталинградской битвы. Забираете свою команду на это мероприятие, сами в парадном кителе с орденами и медалями. К вам присоединится учитель трудов, рисования и черчения из вашей школы, участник Сталинградской битвы Коломиец Григорий Семёнович, от нашего «ЖЭКа» он и толкнёт патриотическую речь. Начало в двенадцать часов дня. Потом будет открытие большого универсального магазина «Сиверский», дети бесплатно получат наборы сладостей, одним словом, подарочные наборы шоколадных конфет.

- «Мишка на севере» будет? – любитель конфет Гена Широкан, как всегда, вылез со своим вопросом.

- «Белочка» будет точно, это я знаю, - с юмором ответил начальник жилищной конторы.

Как всегда, Давид Маркович оказался прав, сказался жизненный футбольный опыт, «Комета», стараниями капитана команды Сергея Сапронова, вышла вперёд. Теперь «жидовские бомбилы» всеми фибрами души болели за «Космос». Дядя Гена бегал по кромке поля и подгонял своих футболистов идти вперёд забивать голы. Только победа давала им шанс занять второе место, чтобы в стыковых матчах не попасть на «Сатурн» или «Знамя». Если сегодня проиграют, то завтра желанное второе место придётся выгрызать в прямом смысле этого слова у венгерских евреев.
Ничья в этом матче не устраивала ни тех, ни других, так как при таком исходе кто-то попадёт на нежелательные сильные команды из «красной» группы. Только победа!

За пять минут до окончания противостояния недалеко от линии своей штрафной площадки Лёша Лошак сбивает Рудого и, за фол последней надежды удаляется с поля. Судья Полевой назначает штрафной удар. Бить будет Витя Рудой. В оранжевой стенке вся «Комета».

Стадион замер, ожидая развязки. Девочки танцевали, гармонист пел «бьётся в тесной печурке огонь, на поленьях смола, как слеза, и поёт мне в землянке гармонь, про улыбку твою и глаза».

Все понимали, и болельщики, и дядя Гена в первую очередь, забей сейчас Витька Рудой, счёт будет равный, и, этот счёт не устроит ни одну из этих команд, кому-то завтра придётся осознать своё третье место. А так хочется быть среди первых двух команд!

- Бей мимо! Завтра «Вымпел» дожмём! – голос дяди Гены прозвучал, как «гром среди ясного неба».

Судья Полевой тут же показал красную карточку тренеру команды «Космос».

То ли не услышал, то ли не захотел слышать, то ли думал весь в себе, Витька Рудой забил свой очередной гол. Гол!

И это истоки!

Именно, истоки будущего футбольного профессионала. Никакой сделки со своей совестью.

«Жидовские бомбилы» вскочили со своих мест. Кроме них этот гол никого больше не радовал. Финальный свисток судьи обозначил протокольную ничью. На данный момент «Комета» уступает второе место по разнице забитых и пропущенных мячей, при условии, что «Вымпел» проиграет. Вряд ли завтра «Космос» забьёт более пяти безответных голов.   

Маленькие девочки от усталости присели прямо на траву рядом с дедушкой-гармонистом «эх, путь-дорожка фронтовая, не страшна нам бомбёжка любая, а помирать нам рановато, есть у нас ещё дома дела».



Глава десятая «Мечты»

Испокон веков «сиверяне» славились не только многодетными семьями, но и традицией, непередаваемой наследственной страстью обрабатывать земельные наделы и угодья, с таким трудом отвоеванными у густых хвойных массивов сосен и елей Полесья.

Свои неисчерпаемые человеческие ресурсы по воле царских указов Черниговская губерния поставляла на освоение новых земель в Сибирь и Дальний Восток. А в советское время ещё Крым и Кёнигсберг, на земельные участки крымских татар и немецких бюргеров, исключительно в сельской местности. Исконно русский православный черниговский род расширился до невероятных территориальных пределов Российской империи и Советского Союза.

На то время, год тридцатилетия Великой Победы над европейским нацизмом, Чернигов представлял собой частный сектор с точечными застройками пятиэтажек по мере образования современных промышленных предприятий, фабрик и заводов.

Новостройки комбинатов камвольно-суконного и «Химволокно» народная молва назвала «Шерстянка». Широкий масштаб строительства многоэтажек для своих с четверть сотни тысяч работников начал только что созданный «Черниговский радиоприборный завод» космической направленности. Народ уже окрестил «рокоссуха» в честь улицы имени маршала Рокоссовского.

Долгое время город восстанавливали военнопленные гитлеровской армии, их руками возвели красавец железнодорожный вокзал в стиле прусской архитектуры, застроили всю центральную из брусчатки Красную площадь имени Куйбышева, где разместились театр имени Тараса Шевченко и кинотеатр имени Щорса, гостиница с рестораном «Десна», городские управы разного уровня. Ещё пятиэтажные дома из красного кирпича по уходящим от площади улицам Ленина, Свердлова и Тараса Шевченко примерно на два километра, также в стиле прусской архитектуры. Отдельными штрихами получился Кёнигсберг в миниатюре.

- Сил больше нет, давай заканчивать, - высаживая семена морковки, Верка пока ещё Матусько, а не Громыхайло, сменила «позу рака» на стойку прямо с вытянутыми руками вверх, - Георгий! Я кончила. Завтра высадим помидоры и огурцы. Пошли в дом, мыть руки и будем ужинать. Программа «Время» начинается.

- Это как кончила? Морковкой? – шутник Громыхайло не удержался съязвить своей невесте и любимой бухгалтерше, - хорошо, иду.

Большой дом с огородом теперь целиком и полностью принадлежал Верке, после того как её родители перебрались в городской чернозёмный анклав «Подусовка», где жили родители мамы. Врачи по профессии, дедушка и бабушка умерли в прошлом году, не дожив до восьмидесятилетия, своё слово сказали партизанские ранения от венгерских солдат в годы войны.

Родители Георгия работают технологами на комбинате европейского значения «Химволокно», живут на «Шерстянке» в трёхкомнатной служебной квартире и с землёй дела никогда не имели. Там и воспитали своего единственного сына. Георгий с отличием окончил Черниговский политехнический институт в области коммунального хозяйства и теперь работает начальником четвёртой жилищно-эксплуатационной конторы. Мама Георгия сияла как лучезарная звезда, узнав о том, что их сын наконец-то женится, да ещё и  на такой красивой девушке с таким знатным приданным.

- Сколько подарков будем оплачивать, - по дороге к дому Верка завела разговор о воскресном празднике открытия новой площади Героям Сталинградской битвы и рядом магазина «Сиверский», - если сотня, из расчёта по килограмму шоколадных конфет «Кара-Кум», «Белочка», «Мишка на севере» и «Дюшес», будет сто три рубля семьдесят две копейки. Так пойдёт?

- Хорошо. Надо ещё футболистов твоего любимого Давида Марковича записать, двадцать человек, - двадцативосьмилетний Жора задумался, - и ещё! Каждому ветерану войны по бутылке водки «Русская» и палку копчёной колбасы «Московская». Как ты думаешь?

- Отличная идея! У меня остаётся примерно сто двадцать рублей и, куда их расходовать, ума не приложу.

Дом большой, комнат много, водопровод, канализация, газ, электричество кабельное, а не воздушное. Погреб для хранения картошки, свеклы и различных консерваций занимал половину дома, такое домашнее бомбоубежище. Давней гордостью считался фруктовый сад трёх яблонь «антоновка», «волошка» и «путинка», две груши «дуля» и «спасовская». Ещё три абрикосы, две вишни, черешня плодоносит через год, слива «венгерка» и нависший над всей беседкой сине-чёрный виноград.
Недели не прошло, как Георгий стал жить здесь, работа рядом, всего пять минут ходьбы, да и центр города недалеко, за речкой Стрижень, по улице Свердлова, мимо военного госпиталя через белый мост, справа библиотека имени Николая Островского.

- Слушай, Георгий, - Верка на миг остановилась, говорить или не говорить, ведь в шуточный прикол всё превратит, решилась, - давай сходим в библиотеку.

- Зачем?

- В читальном зале тихонько сядем, возьмём книжку про семейную жизнь, зачатие и так далее. Теперь надо всё правильно сделать, а не так, как кому первому захочется.

- Там эти книжки все грязные, полуоборванные…

- Так ты что? Уже ходил? – не дав договорить, горящими от появившегося интереса, глазами, и непредсказуемом хохоте, Верка исподлобья смотрела на своего жениха.

- Все ходят, парни и девушки. Например, первый раз пошёл читать такую книжку в десятом классе.

- И что ты понял?

- Лучше ничего и никуда не совать, можно и нехорошую болезнь подцепить.

- Правильно, молодец. На первом курсе ходила, только один раз. Тоже об этом подумала.

Верка открыла дверь, спустилась в погреб, из бочки квашеной капусты набрала любимых Георгием, мочёных яблок «антоновка», для себя трёхлитровую банку абрикосового компота.

На скорую руку сварили картофель в мундире, поджарили три яйца, для запивки абрикосовый компот.

- Ты сегодня устал?

- Нет.

- Я вот о чём подумала. Давай сегодня я не буду смазывать лицо или глотать, а зальём мне вовнутрь, так сказать, зачнём. Интересно, кто получится?

 - Давай. Предлагаю тебе стать матерью-героиней!

- Родить целую футбольную команду? Мечты, мечты, мечты.

- Зачем футбольную команду? Рабов на наш огород! Ты обратила внимание, через пять домов? Там живёт Давид Маркович, а его на огороде видно не было. Кто пахал на огороде у Давида Марковича? Его сыновья, шесть мужиков, дочка Дина и внуки с внучками, не считал, но много, а руководила всем бабушка Бина. Вот это я понимаю. Семья есть сила!

- С той стороны у прапора Блинова солдаты работали.

- Как я понял, из дивизиона обеспечения учебного процесса военного училища лётчиков. У Владимира Александровича должность ответственная, техник самолёта, не просто самолёта, а истребителя. Летают на них не военные лётчики, а курсанты. Ответственность за жизнь! Нервы! Родились две девки, Томка на первом курсе института, и Сашка, Александра, кажется в шестом классе. Дальше рожать не рискнули. Надо так, как у Давида Марковича, сказку помнишь про семь гномов и Белоснежку? Кстати, у Макатёра завтра решающая игра в группе. Потом на выбывание.  Пойдём смотреть игру? Заодно и организационные вопросы решил, чтобы народ не звать в контору.

- Хорошо. Согласна. Но, сначала пошли в постель, начнём процесс. Скоро свадьба, сегодня среда, шесть дней осталось.

Стадион седьмой школы гудит с раннего утра, как пчелиный улей. Благо, рядом новостройки и частные огороды, дома вдалеке. Только что закончились игры в «красной» группе. Жэковский спортинструктор Геннадий Александрович Оношко заполнял турнирную таблицу, за процессом наблюдали руководители команд.

- По итогам, первое место команда «Знамя», - физручка Меркова не проявила никакой радости, понимала, что могут заинтересоваться, на каком таком основании во второй школе с недавних пор учатся Слава Петренко, Толя Свириденко, Сергей Жук, на самом деле закон не нарушали.

- Молодцы, прошли без потерь, все игры с победой, - физрук Полевой решил замять надвигающийся спор.

- На втором месте ваша команда, Борис Семёнович, «Сатурн», одно поражение от «знаменосцев», - продолжил Оношко.

- Важно понять, кто будет нашим соперником на выбывание, - резюмировал бывший футболист Полевой.

- Третье у радиозавода, «Луч», четвёртое «Метеор». И, покидает турнир «Спутник», с ним же «Юпитер». А сейчас играют «Космос» в синих футболках и «Вымпел» в белых футболках. Главный судья Полевой Борис Семёнович, - Оношко встрепенулся, - Отставить! Главный судья буду я. Вперёд и с песней!

Музыкальный тон задавали аккордеон, баян и гармошка. Под их аккомпонимент сыграли футбольный марш Матвея Блантера. Как и вчера, за теми же воротами находился безногий фронтовик-гармонист, а под его песни военных лет танцевали те же маленькие девочки, на сей раз в тельняшках с бескозырками и махали синими платочками.

Рядом с Давидом Марковичем сидели Георгий Громыхайло и Верка Матусько. На трибунах все места были заняты юными футболистами и болельщиками шестнадцатой школы. Молча, ждали свистка судьи начала матча. Слышно было только фронтовика-гармониста, исполнявшего песню Булата Окуджавы из фильма «Белорусский вокзал» пятилетней давности «горит и кружится планета, над нашей Родиной дым, и, значит, нам нужна одна победа, одна на всех, мы за ценой не постоим».

Победа нужна была только команде «Космос», чтобы с шестью очками занять первое место. Вытянуть своих друзей «оранжевых» на второе место вряд ли получится, надо забивать пять и более безответных мячей в ворота «жидовских бомбил».

- Они все футболёры, а вы лыжники, биатлонисты, гребцы, велосипедисты, легкоатлеты и, только потом футболисты дворового масштаба. Измотайте их рывками, ускорениями, сразу посадите им дыхалку, - такой план на игру давал физрук Макатёр своим подопечным, - так, чтобы языки наружу высунулись. Других шансов у нас просто нет! Это понятно? Надо задавить физикой! Против Рудого персонально играет, Дима Тополёв, его все штрафные и пенальти, если будут. Бегаешь за Рудым по всему полю. Пока у нас второе место, если пропустим пять и более сухих, тогда третье, здравствуй «Сатурн». Ничья нас устроит, но лучше победа. В соперниках «Метеор», команда проходимая. Заводской «Луч» не подарок. Если дойдём до финала, ваше «Знамя», если у них получится.

Гармонист играл мелодию из любимого всеми кинофильма «Семнадцать мгновений весны» про подвиги легендарного разведчика Штирлица, девочки кружились вальсом, на подтанцовки прибежали такие же по возрасту, мальчики и девочки, наверное, учатся в одном классе с внучками фронтовика.

Физрук Макатёр посмотрел на небо, ни единого облачка, перелётные птицы давно уже вернулись из тёплых краёв «где же ты, госпожа удача, неужели сегодня проиграют, надо, Федя, надо, третье место получать никак нельзя, вся надежда на вратаря Широкана, ноль два, ещё, куда ни шло, но, лучше наоборот».

Главный судья Оношко поднёс свисток к губам, но свиста не получилось, начал трясти, шарик с таким трудом избавился от соседствующих хлебных крошек, затрепыхался, как рыба в сачке рыбака и, все услышали долгожданную трель о начале игры за первое место.

С центра поля разыграли «синие», Витя Рудой остался в круге, рядом Дима Тополёв. Дядя Гена укоризненно посмотрел в сторону Давида Марковича, «на персоналку не договаривались», все заметили нежелательного телохранителя возле лучшего бомбардира турнира.

- Рудой! Рудой! Рудой!

Низом, катая мяч, защитники и полузащитники «вселенной» глазами искали своего центрфорварда. Владеющих мячом игроков сразу атаковали Бондарь, Яроцкий, Братья Клименко и Охрименко. На двадцатой минуте, вратарь, делая передачу открытому, недалеко от своей штрафной площади, Вите Рудому, немного не рассчитал, мяч перехватывает, визави Тополёв. Это было первое касание мяча «жидовскими бомбилами»!

От неожиданности такого поворота событий дядя Гена схватился за голову, Давид Маркович немного воспарял духом надежды. Вторым касанием Дима Тополёв верхом через вратаря направляет мяч в сторону ворот соперников. Судья Оношко показывает на центр поля. Гол!

Тишина в который раз за эту неделю накрывает школьный стадион, давая возможность насладиться песнями военных лет в исполнении безногого фронтовика-гармониста и его внучек, на этот раз желающих принять участие в таком песенном торжестве оказалось много детей, с трудом проглядывались бескозырки, тельняшек видно не было совсем.

- Георгий. А где здесь, эти, как их, «жидовские бомбилы» Давида Марковича?

- Верка! Я запретил их так называть! Ещё раз услышу, без квартальной премии останешься, - немного успокоившись, вспомнив про зачатие, добавил, - только что гол забили, в белой форме.

Физрук Макатёр стоял у кромки поля и наблюдал. Не только он, но и дядя Гена заметили, что Витька Рудой так, ни разу мяча и не коснулся. Опытного детского специалиста в футбольных делах, коим являлся дядя Гена, ближе к концу первого тайма ввело в беспокойное чувство физическое состояние подопечных «да, перебегали они нас, без мяча перебегали. Надо что-то делать».

- Так, Тополёв, или, как там у тебя, новое прозвище от Толи Радченко, кажется, теперь ты Шпрот? Красиво звучит! Теперь по делу, - всеми фибрами души физрук старался не показывать свой восторг итогом первого тайма, - да, невероятно! Скажи, ты специально оставил Рудого? Чтобы он получил мяч от вратаря? Неужели сам додумался?

- Мои мозги на такое не способны, - начал говорить опекун лучшего игрока соперников, виновник забитого гола, - отпустил, ведь он побежал к своим воротам, а тут вратарь выбрасывает мяч, как его учили, на ход Витьке и, прямо мне в ноги.
От меня мяч отскочил, я решил ударить наугад, в сторону ворот. Так получился гол.

- Молодец! Считайте, что повезло. Ошибка вратаря, - Давид Маркович нагнал на себя злобы, продолжил в повышенных тонах, - это как так получается? Я спрашиваю, это как так! За весь первый тайм пять касаний мяча! На второй тайм выходите, разыгрываете с центра поля и катаете, держите мяч, играете в пас. Заставьте их бегать в догонялки. А ты, как тебя, Шпрот, опекаешь Витю. Радченко, за что ему такое прозвище?

- Галина Филипповна купила одинаковые портфели, что ему, что отцу. Перед уроками попросили тетрадь списать домашку по математике, открыли портфель, а там вместо тетрадей и учебников консервы «шпроты рижские» - взрыв хохота «жидовских бомбил» не смог подавить вокальные таланты гармониста, - я взял, да и сказал, что он настоящий «шпрот». Тогда пять человек получили двойки, задача сложная. Он же получил пятёрку, учительница вызвала его к доске решать задачу. Решил!
В центре поля стоял главный судья Оношко. За воротами шестнадцатой школы вместе с гармонистом пели хором русскую народную «валенки, валенки эх, не подшиты, стареньки валенки, валенки ой, да, не подшиты стареньки, ой, ты Коля, Николай сиди дома, не гуляй, не ходи на тот конец, ох, не носи девкам колец».

- Коля! Бондарь! Это не про тебя, - физрук решил приободрить своего правого крайнего, - иди и забей гол!

Второй тайм выдался особенным. Получилось, как написано в учебнике истории «стояние на Угре» с монголо-татарами в октябре 1480 года. Юные футболисты команды «Вымпел» катали мяч на своей половине и через центр поля переходить не собирались. Дядя Гена молча, наблюдал, как его юные футболисты, бегают трусцой на своей половине поля и забирать мяч не идут, понимал, физическое состояние такое, что в считанные секунды приведёт к неминуемому поражению «ничья не спасёт, нужна победа, а пока только не подшиты валенки».

Примерно в середине тайма в прессинг решился Витя Рудой и, тут же, по команде дяди Гены все «космонавты», набравшись сил, рванули на половину поля «жидовских бомбил» забирать мяч. Не ожидая такой прыти, Коля Клименко «от греха подальше», сыграл наугад в отбой, мяч полетел отдельно стоящему Коле Бондарю, выход один на один с вратарём. Пенальти!

- Теперь понятно, чем отличается детский футбол от взрослого? Физической готовностью! Два ноль, счёт хороший, повезло, - Давид Маркович с отеческой заботой хлопал по плечам Колю Бондаря и Колю Клименко, - вот вам и валенки «Коля, Николай, сиди, дома не гуляй». Молодцы!

Организаторы турнира Громыхайло и Оношко объявили, что завтра, в пятницу из восьми команд останется четыре, суббота день полуфиналов, а финал в воскресенье на стадионе «Юность» в десять часов утра.

- Открытие новой городской площади Героев Сталинградской битвы и универмага «Сиверский» начнётся в тринадцать часов на пересечении улиц Рокоссовского, Малиновского, Родимцева и сержанта Павлова, - начальник четвёртого «ЖЭКа» Громыхайло сделал паузу и, добавил, - команды-финалисты приглашаются на праздник!



Глава одиннадцатая «Вал»
В середине семидесятых годов исконно русский Чернигов, наравне с Киевом, по праву считался столицей древнерусского православного туризма. Многочисленные белокаменные соборы с позолоченными куполами шестой десяток лет находились в заточении государственной атеистической идеологии последователей марксистского вождя мирового пролетариата.
Особым местом притяжения жителей и гостей города считается «Вал», возвышенное место над красуней Десной. Со времён Ярослава Мудрого стоят здесь, в надежде на Божью милость возрождения в своих стенах православной христианской службы, пять церковных сооружений исторического культурного наследия и, не более того. К ним чаще привозят заграничных любителей старины из Польши, Венгрии, Демократической Германии и других стран социалистического лагеря, чем союзных республик нашей необъятной советской страны.
Местное население, по сталинским меркам в большей степени евреи и военные пенсионеры обходили стороной православные святыни и много свободного семейного времени проводили возле дюжины пушек царя Петра. Ожидая шведского короля на решающую битву, по приказу самодержца, и, был создан вал, на котором установили орудия. Однако Полтавская битва 1709 года не дала Чернигову ни малейшего шанса войти в историю города-победителя одиозного шведа, а заодно и предателя Мазепы, зато навечно остались петровские пушки, как напоминание о тех победных славных русских временах.
На остальной территории двадцати гектар поместили музеи, детские аттракционы, памятники Пушкину и Шевченко, вторую русскую школу, ещё столовую и большой стрелковый тир милицейского общества «Динамо», на входе с центральной улицы Ленина установили памятный монумент воину-освободителю от фашистской нечисти. В старинном здании бывшего правителя Черниговской губернии князя Разумовского обосновалось народное спортивное общество «Спартак».
- Спартаковец! Подъём! Просил разбудить, - с утра мама Димы Тополёва дома, сегодня на работу во вторую заводскую смену, непонятный апполон закружил всем голову, потому и дали немножко передохнуть инженеру-диспетчеру двадцать шестого радиоэлектронного цеха, - ты куда собрался?
Коммунальная квартира на шесть семей пятый день являла собой образец музейной тишины. Соседи дружно рванули, кто в село на историческую родину, кто на дачу, высаживать картошку, капусту, огурцы, помидоры. Ещё морковку, тыкву, свеклу, сладкие перцы и другую всякую всячину. Только троллейбусы периодически издавали пронизывающие до мозга костей завывающие звуки высоких нот электродвигателей.
- На биатлон.
- Так снега нет! Какой биатлон?
- Стрелковая подготовка. На валу в «Динамо».
- А гребля когда начнётся?
- Сказали, в мае. Вода в реке холодная. На байдарки мест нет, буду грести в каноэ.
- Сегодня футбол? Еда в холодильнике. С работы приду поздно.
- На футбол успею. В три часа дня с командой из частного сектора «Пять углов», восьмая русская школа. Им бы так команду назвать, или, хотя бы «Звезда», там пятиугольник есть, а они «Метеор». Игра на вылет!
С общей кухни, Галина Филипповна, принесла порцию гречневой каши с поджаренной свининой, немного квашеной капусты, два кусочка дарницкого хлеба и на запивку грушевый компот. Умываться юный спартаковец не стал, зубы, следуя примеру бабы Ули, никогда не чистил. Почти все родители, проживающие в городских коммуналках и частном секторе, своих парней старались отдать в спортивные секции, там всегда была горячая вода, там всегда можно помыться в душевой, и, ходить в общественную баню, смотреть на достоинства разновозрастных мужиков, надобность автоматически отпадала.
- Мама, когда мы переедем в новую квартиру? Это «рокоссуха»?
- Нет, не «рокоссуха»! Кто придумал такое дурацкое название?
- А куда?
- В центре города, за кинотеатром Щорса строят новый дом, улица Воровского, кажется одиннадцать, а квартира последняя по счёту в этой девятиэтажке, номер сорок четыре.
- На девятом этаже? И лифт есть? И ванная с горячей водой? А сколько комнат?
- Считай, большая прихожая как две наши комнаты, зал, две спальни и отцу положено отдельный кабинет. Кухня чуть меньше этой комнаты. Отдельно ванна и туалет.
- Когда переедем?
- Сходи, посмотри, какой этаж строят.
- Понял! Побежал на тренировку!
До исторического места «Вал» рукой подать, через мост, сразу за речкой Стрижень, минут десять пешком или две остановки троллейбусом восьмёркой. По мосту красного цвета, от того и микрорайон «Красный мост», шла, размахивая портфелем и жестикулируя руками, одноклассница хохотушка Лизка Бенеш, с неизвестной Диме подружкой.
«А подружка, ничего себе, одного с Лизкой роста, волосы светлые, причёсаны в хвост, уши не торчат, - после беседы с отцом и момента начала совместного с Лизой прочтения венгерской книжки, стал обращать пристальное внимание на девочек и, даже на девушек, незначительно старше себя, - главное, ноги стройные, в меру упитанные, не кривые. Грудь не сдавливает, внизу не торчит, никаких позывов, как там пишут в книжке, страсти. Совсем другое дело Саша Блинова».
- Дима! Привет! Знакомься, - глядя в глаза другу, одноклассница сразу стала изучать реакцию Димы на свою красивую подружку, - это Оксана Набока. Вместе занимаемся в музыкальной школе. Фортепьяно.
«Приятная открытая и добродушная дружеская улыбка, глаза голубые, лоб открытый, нос остренький, нормальный, губы не выпячиваются, одним словом, не губошлёпка. Как считает Лизка, такую девушку целовать одно удовольствие. Испугаться, шансов нет. Вроде, русская, не еврейка. Так ничего внутри и не ёкнуло. Стоп! Так-так-так! А Лизка, «губа не дура». Значит, фортепьяно, - Дима начал вспоминать, - как же я не догадался! Еврей из словаков, отец директор ресторана «Украина». Личный автомобиль «Волга». И, правда, Лизка настоящая еврейка, скорее разведчица. Ишь, откуда решила копать. От фортепьяно».
- Дима Тополёв. Очень приятно.
- Оксана.
- Ты куда направился?
- Биатлон. В тир «Динамо». Стрелковая подготовка.
- Вечером заходи. Домашку возьмёшь.
«Интересно, что скажет Лизка после такого пристального наблюдения за мной и Оксаной? Да, помешалась на книжке. Как бы в дурку не попала, - юный биатлонист, пройдя мост, спустился по лестнице вниз. Оставалось пройти старый парк с вербами, немного «пушкинской» улицы, мимо кооперативного техникума и, вот он, тир «Динамо», - это всё потом. Сейчас стрельбы».
Десять юных спартаковских биатлонистов вместе с тренером Николаем Ивановичем Зубок сидели в холле и ждали окончания тренировки таких же по возрасту динамовских биатлонистов.
- Выходим на улицу, готовимся к беговой тренировке, - динамовский тренер, в недавнем прошлом призёр Всесоюзной спартакиады сразу приступила к очередному занятию, - девочки, не отставать!
Спартаковские мальчики, от неожиданности, вылупив глаза, с удивлением смотрели на динамовских девочек, своих ровесниц. Восемь девочек одного роста под сто шестьдесят пять, в одинаковых тёмно-синих спортивных костюмах, с большой буквой «Д» на груди, по одной выходили из тренировочного стрелкового зала.
- Людмила Ивановна! Можно глоток воды?
- Никакой воды! Терпите! Через полчаса после окончания тренировки будете пить воду. Вам предстоит бег на скоростную выносливость три раза по пятьсот метров под секундомер с замером пульса. С нами будет доктор.
«Непонятно, грудь сдавило, дышать тяжело. Валом всё прёт. Глазам своим не верю! Неужели Саша Блинова. Биатлонистка? Вот так новости, - Дима чуть привстал, между ног всё зашевелилось, поправлять как-то неудобно, - точно, она. Спору нет. Пульс зашкаливает! С таким пульсом никакая стрельба не получится. Тренер будет шуметь. Ладно, справимся. Надо забыть».
- А девочки, как на подбор, просто класс, - самый высокий из спартаковцев Вова Буков начал следовать позывам юной плоти, - третьей я бы вдул. Интересно, из какой она школы? Какая у неё попа! Как идёт!
- Буков! Прекрати нести свои скабрезности. Добром это не кончится, - тренер грозно посмотрел в сторону своего наиболее способного воспитанника. Да, на рубеже бывают промахи, зато всё с лихвой компенсирует на лыжне, - ещё раз услышу подобные разговоры, будешь пить компот с бромом. Умерь свои младенческие страсти. Следи за пульсом!
- Николай Иванович, так я что? Я думаю о своей будущей семье, - шестиклассник второй русской школы виновато стал оправдываться, - бабушка мне все мозги пропилила, чтобы я себе нашёл подружку.
- Все бабушки так говорят. На то они и бабушки. Всему своё время.
Спартаковский набор детей для занятий спортом имел свой особый колорит. Одновременно разрешалось посещать несколько секций, а там, ближе к восьмому классу «куда кривая выведет». Зимой на речной базе «Спартак» бегали на лыжах, заодно и биатлон, летом там же гребля на байдарках и каноэ, спортивное ориентирование, бег на длинные дистанции по пересечённой местности. В  других спортивных обществах «Динамо», «Буревестник», «Трудовые резервы» и «Локомотив» такой практикой не занимались.
Стрельбы из самозарядного карабина Симонова 1943 года выпуска прошли в штатном режиме. Каждый сделал пять подходов на полную обойму. Худший, как и ожидал тренер, результат оказался у Вовки Букова. К остальным подопечным у тренера Зубка претензий не было, за исключением плохой кучности в стрельбе. Так как у спартаковских биатлонистов бегать не планировали, то все ушли домой.
Дима заметил впереди себя, метров так пятьдесят возле кооперативного техникума, шла девочка, одна, слегка прихрамывая на правую ногу, так бывает, когда натирают мозоль новой обувью или подвернут стопу.
«Ноги! Внутри всё бурлит, грудь наполняется приятным щекотанием. Надо ускориться и посмотреть, кто такая, - через минуту Дима был почти рядом, - так это же Саша Блинова! Вот дела так дела».
- Подвернула? Или растяжение?
- Фу, ты! Напугал! Я уже подумала, что это дурачок Буков из параллельного класса. Ему всё время мерещится куда-то «вдуть». Шёл бы в духовой оркестр и дул в своё удовольствие.
«Какая она красивая! С такой, как говорит Лизка «надо пылинки сдувать». Что дальше делать? Как себя вести? Ума не приложу, - Дима стоял в растерянности и смотрел в юные девичьи сероватые со стальным отливом глаза, - надо улыбнуться и предложить помощь. А какую?»
- Если тяжело идти, давай помогу. Держись за меня.
- Тогда я слева от тебя, буду держаться под левую руку. Так ходят жёны офицеров, чтобы тот мог правой рукой честь отдать. Под козырёк.
С «пушкинской» улицы завернули в старый вербовый парк, сели на ближайшую скамейку.
- Танька, физручка наша, с уроков всех на футбол отправляет, болеть за «Знамя», сегодня наши мальчики играют. Как я пойду с такой ногой, - сразу вспомнил беседу с отцом «вот и общая тема появилась, надо что-то говорить, мы ведь так и не знакомились», - а ты кто такой?
- Дима Тополёв. Вот на извилине за магазином «Заричный» мой дом, напротив школа.
- Ты еврей?
- Русский.
- А почему в «девятке» учишься?
- Долгая история.
- Давай, рассказывай! Докажи, что ты не еврей?
«Как доказать? Думай, Дима, думай. Нельзя так глупо «слететь с крючка». Лизка что-то говорила про обрезание у еврейских мужчин. Штаны, что ли, ради такого счастья, снимать и показывать? Нет, надо без глупостей. Видать, как моя мама, евреев не особо жалует. Надо узнать, почему?»
- В годы войны родители моего отца приютили больного мальчика из семьи беженцев венгерских евреев. Думали, на время, оказалось навсегда. Родителей этого мальчика через три дня расстреляли по дороге в Стародуб. Теперь этот мальчик директор «девятки», - сделав паузу, посмотрел, теперь уже точно, на свою подружку, зашло, так зашло.
- И давно учишься в этой школе?
- Первый год. Отец определил к своему названому брату. Кстати, я играю за команду своей школы «Вымпел», наша игра сразу после «Знамя» - «Меркурий».
- Ты играешь за «жидовских бомбил»?
Дима посмотрел вниз, Саша аккуратно сняла обувь и стала внимательно рассматривать свою правую нижнюю конечность ноги, стопу.
- Давай сделаем так! Я буду тебя лечить, - риск опозориться запредельный, - моя баба Луша знахарка. У неё мэдична освита. То есть, образование. Врач.
- Хорошо, лечи. Только без глупостей, - Саша поправила синего цвета юбку, вытянула перед собой ногу.
Новоявленный доктор, не стесняясь, встал на колени, взял в руки стопу, внимательно осмотрел. Редкие прохожие с интересом и улыбкой, молча, поглядывали на такую незамысловатую детскую сцену, на их взгляд, признание в любви и верности.
«Какие красивые у неё коленки! Как бриллианты! Пальцы ровные, ухоженные, настоящие сапфиры. Хорошо, что встал на колени, трусы все мокрые, жидкость вытекла. Мать говорит, что это, как их, вроде поллюции, или не помню, в общем, нормальное состояние подросткового организма, Лизка говорит, что это половое созревание, так в книжке венгерской написано. Может быть реакция на девушек. Конкретно, у меня, на ноги Саши Блиновой. Больше нигде не замечал. Надо по-тихому дома постирать трусы, а то, чего доброго, будет бром добавлять в компот или ещё что-нибудь. Чёрт с ними, её коленями. Надо что-то делать! Что же делает баба Луша? Вспоминай, придурок! Думай, думай, думай».
- Синевы нет. Буду нажимать, скажешь, где больно, - голова покрылась испариной, грудь сжало от волнения.
- Хорошо.
- Тут больно?
- Здесь, да, чуть ниже.
«Отлично! У него такое было. Небольшой вывих. Что делала баба Луша? Как Саша сказала, когда бежала, попала стопой в небольшую ямочку на асфальте. Вспомнил, что надо делать! Носок вверх и вправо-влево несколько раз, потом резко на себя. Говорят же «кто не рискует, тот не пьёт шампанское». Попробуем, может и получится. Если честно, так бы и просидел на коленях до утра. Такого шанса может и не быть. Осторожно, риск большой. Как бы хуже не было. Тогда полный капец».
- Ой! Больно! Уже не больно. Ты зачем гладишь стопу?
- Так надо. Кровь должна разойтись в пустоты. Кажется, так говорила баба Луша.
- Хорошо стало. Не ноет. Ты настоящий знахарь!
- Сиди, рано ещё.
«Надо прекращать гладить. Потекло второй раз. Увидит, что мокрое пятно на штанах, смеяться будет. Скажет, что описался. Она даже не знает, что имеет в виду Вовка Буков, когда говорит слово «вдуть». Щекотливая трясучка началась по всему телу. Отец говорит, что это проявление любви по-книжному, или как в кино. Как же он сказал? Физическое? Нет, физиологическое».
- Спасибо тебе! Можно и на футбол. Пошли, теперь я и одна дойду домой.
- Ваши футболисты играют в час дня. Мы в три часа.         
- Хорошо. Встретимся на стадионе.
Спортивный инструктор Оношко судил третий матч подряд. Играли «Знамя» невесты Тани Мерковой и «Меркурий». Счёт три ноль, все три гола забил Святослав Петренко. На трибуне среди болельщиков «знаменосцев» Дима увидел Сашу, та сидела и махала рукой, кому, было непонятно, на всякий случай из вежливости пришлось в ответ сделать так же.
- Сегодня надо побеждать! Выйти в полуфинал почётно, - Давид Маркович Макатёр проводил краткий предматчевый инструктаж, - повторяю, почётно! По всему видно, «Знамя» уже ждёт «Комета». Была настоящая заруба. По пенальти обыграли «Сатурн». Решающий гол на счету «соприка». Нам, в случае нашей победы, «Космос» с Витей Рудым. Для них «Луч» оказался с большим сюрпризом, с трудом отыгрались, горели ноль два. Дядя Гена в бешенстве! Не поверите, дали забить Рудому три гола. Сегодня играем на своих позициях, персоналки не будет.
В перерыве Дима заметил, что Саша Блинова сидит на том же месте, рядом с ней девочки, «наверное, одноклассницы». Игра складывалась в пользу «жидовских бомбил», три гола до перерыва Коли Бондаря радовали физрука Макатёра. Опять подставился Витя Клименко и, судья Оношко, понимая ситуацию, назначил пенальти, на радость Саши Блиновой его реализовал её новый знакомый, пока ещё не друг, но близко к этому. Ей бабушка, как и Букову, прожужжала все уши, чтобы себе в друзья нашла хорошего мальчика.
- Молодцы! Забить пять голов парням с «пятиуглов» символичный результат, - Давид Маркович сиял, ведь поставленную задачу дойти до полуфинала выполнили, - завтра у нас первая игра. Потом останемся посмотреть, как сыграют «Знамя» и «Комета». Может завтра повезёт, и выйдем в финал? Отдыхайте!
«План такой! Сейчас в баню, заодно постирать трусы от липкой жидкости, потом домой. Вечером надо зайти к Лизке, взять домашние задания. Опять пристанет читать свою венгерскую книжку. Надо как-то обойтись без её тренировочных процедур».
- Дима, а ты молодец! Забил два гола, один с пенальти и штрафной удар получился, вратарь не удержал мяч, - перед ним стояла Саша Блинова, - ты меня проводишь? А то вдруг подвихну ногу. Здесь недалеко. Живу по соседству с Давидом Марковичем.




Глава двенадцатая «Полуфинал»
С утра троллейбусы «жужжали осиным роем из дупла граба». Казалось, другого транспорта в Чернигове и не было. За один час непрерывных утренних наблюдений из окна комнаты коммунальной квартиры в разные стороны проезжали восемьдесят пять троллейбусов, тридцать два автобуса, двадцать восемь грузовиков и только четверть сотни легковушек. Троллейбусы, как те пчёлы, трудились «не покладая рук», развозили трудящихся страны Советов на государственные заводы, фабрики и комбинаты.
«Надо вставать, сегодня в двенадцать полуфинал, - протирая глаза, шестиклассник Дима Тополёв осмотрелся, в комнате никого, - с командой «Космос». Отец завтра возвращается из космической командировки. Мама сказала, что ракета взлетела и вышла на космическую орбиту, радиоэлектронный прибор сработал, первая ступень отвалилась и сгорела, может, упала в казахстанских степях, недалеко от Байконура. Ура! Отца не посадят в тюрьму и, не расстреляют. Опять пойдёт на посиделки в гостиницу «Украина» и как всегда один за столиком пить водку «Столичная» и курить сигареты «Столичные», смотреть в окно на памятник Ленину. Стоп! Вчера я так и не сходил к Лизке. Наверное, обиделась. Хотя, вряд ли, ей «как с гуся вода», обижаться не в её стиле. Да, о чём я? Гостиница «Украина», директор отец того еврея из словаков, фортепьяно. Теперь у Лизки другие заботы окучить ту благополучную семейку. Евреи, они и есть евреи».
Часы показывали без четверти восемь. Мама только что ушла на работу, завод пахал по законам военного времени, в три смены и без выходных. Всё меньше и меньше остаётся времени до стыковки на орбите космических кораблей заклятых врагов «Аполлон» и «Союз». Дима укрылся с головой, одеяло казалось маленьким, вырос в сто шестьдесят семь сантиметров, чтобы вспомнить приятные ощущения вчерашнего вечера. Время позволяло, будильник разбудит в десять.
«У Саши сто шестьдесят четыре, как сказала её бабушка «вымахала внучка в рост, ей бы парнем родиться». Так что же вчера было?
- Дима, а ты молодец! Забил два гола, один с пенальти и штрафной удар получился, вратарь не удержал мяч, - перед ним стояла Саша Блинова, - ты меня проводишь? А то вдруг подвихну ногу. Здесь недалеко. Живу по соседству с Давидом Марковичем.
- Хорошо, пошли, - от смущения не знал, куда и смотреть. Зато все смотрели на эту малолетнюю только что сотворённую парочку, от неожиданности у физрука Макатёра «отвисла челюсть», хотел, что-то сказать и не мог.
- Здравствуйте, Давид Маркович!
- И тебе здравствовать, соседушка!
Игроки команды «жидовских бомбил» уставились, каждый парой своих глаз, на красивую девочку Сашу, узнав ту самую, когда шли смотреть матч «Космос» - «Комета».
- Бери свой мешок с формой и пошли. Теперь ты будешь, как говорит бабушка Таня, моим кавалером, - помахала всем ручкой, улыбнулась, - в правую руку. А я тебя под левую руку, как жена офицера. Честь никому отдавать не надо. Малой ещё!
- Куда идём?
- Сначала ко мне домой, - похоже, общественная баня накрылась «медным тазом», приятная дрожь накрыла всё тело, признаки третьего извержения за день приближались всё ближе и ближе, - я тебя представлю своим любимым домочадцам. Может, теперь от меня отстанут, увидев кавалера в твоём обличии. А там, видно будет.
- Зачем тебе кавалер?
- Потом расскажу, - немного подумав, решила, - хорошо, слушай. Чтобы никто не приставал с всякими гадостями. Тут один еврейчик постоянно выскакивает, «как чёрт из табакерки», снимает штаны и криком просит, посмотреть на его «обрезанный леденец». Фу! Гадость! Теперь пусть увидит, что у меня есть парень.
- И сколько ему лет?
- Сейчас увидишь, мы будем проходить дом, тут везде частный сектор, одноэтажный Чернигов, угол Свердлова и Станиславского. Из-за него к маме в пекарню за булочками хожу в обход по улице Тельмана. На той улице живёт Оксана, одноклассница, мы не особо с ней общаемся. Моя сестра с её братом учились в одном классе, прошлым годом окончили пятую школу. Больше здесь из нашей второй школы никто не живёт. Да, надо, чтобы дурачок Буков нас увидел.
- Он сегодня заинтересовался девочкой, в тире, когда динамовские биатлонистки выходили из подземелья на улицу, третьей по счёту.
- Да ты что! Очень хорошо! Это Ленка Бортикова. Красивая, на артистку похожа, не помню точно, кажется Ада Роговцева. Учится в шестой русской школе, только там учат английскому языку. Живёт на Щорса, возле памятника «тридцатьчетвёрки», номер на башне «102». Ты меня успокоил. Пришли. Видишь, дом, обшитый досками.
- Здесь кто живёт?
- Еврейчик! Я тебе только что рассказывала, - странно, в этом доме по улице Свердлова 45 живёт Толя Радченко, одноклассник, давший прозвище «Шпрот», может он, а может его родственник, - сейчас повернём направо, улица Станиславского. На левой стороне восьмой по счёту дом евреев Макатёров, следующий наш. Единственный дом на этой улице, где живут евреи, как так получилось, даже дедушка Саша сказать не может.
Шли, молча, Саша прижалась к плечу, пульс тревожности зашкаливал, дрожь наполнила тринадцатилетние тела, внизу потекло, третий раз за день.
- Ты чего дрожишь?
- А ты чего дрожишь?
- Ладно, проехали. Смотри внимательно. Из окон никто не выглядывает. Где же этот еврейчик со своим «обрезанным леденцом»?
Видно было, дома здесь зажиточные, из белого кирпича, входные металлические ворота покрашены одной и той же по цвету краской, бордовой, забор, в человеческий рост, обшитый хвойными досками под лак.
- А почему тебе дали мальчишеское имя?
- Правильно Александра, в честь дедушки. Он, Блинов Александр Владимирович, отец Блинов Владимир Александрович. На этом мужская родословная Александра и Владимира иссякла. Есть ещё старшая сестра Тома, Антонина, учиться на первом курсе исторического факультета пединститута, её парень-одноклассник курсант военного училища лётчиков, где папа служит прапорщиком, главный техник самолёта, готовит истребитель к полёту, обслуживает, заправляет керосином, много всякого и непонятного для меня.
Хотел было сказать, что всё это знаю из рассказов крокодила Гены и Чебурашки, но не стал. Дрожь прошла, липкая жидкость мешала идти, левая штанина прилипла к колену, мокрого пятна видно не было, Саша держалась за левую руку и оглядывалась по сторонам, надеясь увидеть табакерку, из которой выскакивает чёрт в обличии еврейчика со своим «обрезанным леденцом».
Самое время обнять и поцеловать, спасибо Лизке за её венгерскую книжку, с двадцатого раза научились целоваться. Нет, Сашу целовать не надо, если только сама первая начнёт. Зачем портить приятные моменты начинающей юношеской жизни на пути к созданию своей семьи? А будет ли она? И с какой девочкой?
- Дедушка, мы пришли! Знакомься! Это, мой кавалер, Дима Тополёв, - дедушка Саша, с культяпкой на левой ноге, видно, до колена ампутировали. Наверное, на войне. Как стоял, так и застыл на месте с открытым ртом, из рук вывалилась трёхлитровая барка с абрикосовым компотом и разбилась, на треск стекла из большой просторной веранды появилась бабушка Таня, - дедушка! Что с тобой? Тебе плохо?
- Нет, внучка, мне хорошо. Даже радостно! Радость будет больше, если провести уточнение. Кавалер, значит. Неужели, фамилия Тополёв? Пошли, сядем в беседке, поговорим. Таня, принеси «Беломор».
- Несу!
- Мать твою! На грядку опять жиды прилетели! Все семена подёргают, без морковки останемся. Внучка, иди, прогони и, поставь ещё одно пугало. Противные твари! Нет мочи больше терпеть. Не зря китайцы их самосвалами свозят в канавы. Настоящую войну объявили.
- Хорошо, деда.
- Таня, неси «Беломор»!
Стройная для своих лет женщина, ростом чуть ниже Саши, мигом обернулась от веранды, до беседки, благо этот «беломор» лежал везде. Продув мундштук длиной в спичечный коробок, для удобства курения дед смял зубами концевик, от спички прикурил. Лёгкий апрельский ветерок унёс дымок самых массовых сигарет советского периода за спину ветерана, какой войны, пока непонятно.
- Давай, отвечай! Видишь, деда ждёт! Не молчи.
- Тополёв Дмитрий Алексеевич.
- А отца как зовут?
- Тополёв Алексей Петрович.
- Уже теплее, - дедушка стал курить, как паровоз, не вынимая мундштук изо рта, трясущими руками, взял ещё одну, прикурил, - а деда?
- По маме Гренок Филипп Кириллович, пропал безвести на войне, по отцу Тополёв Пётр Алексеевич.
- И у него нет левой руки, его жену зовут Лукерья? Агроном?
- Всё правильно. Откуда знаете такие подробности?
- Так он живой?
- Да. Село Тополёвка, Семёновский район. Агроном-консультант.
- Лежали в одном военном госпитале, под Ленинградом, Петергоф. Ему ампутировали левую руку, мне, как видишь, левую ногу. Нас ещё звали «левые», идите в столовую, «левые», идите на процедуры, «левые». На финской войне отморозили конечности. Снайперами были. В разное время, по молодости ещё до женитьбы, срочку несли. Особая каста! Ворошиловские стрелки! Потому на войну и взяли. Насколько помню, у твоего деда уже тогда было много детей. Мне третьего февраля стукнуло шестьдесят два, твой дед старше, не намного. Вот и считайте, сколько нам было в сороковом году.
- И у меня третьего февраля.
- Бывают в жизни совпадения, но не в такой степени. Как мне с твоим дедом встретиться?
- Завтра, или на днях, отец вернётся с Байконура, поедет к ним в село за продуктами, сало, мясо, картошка, морковка, и привезёт дедушку Петра. Он будет очень рад такой встрече!
Проговорили долго. Сашина мама принесла из пекарни ещё тёплых булочек, пили чайный настой на травах зверобоя, мяты и ромашки. Приятная в общении женщина, невысокого росту под сто шестьдесят, понятно в кого уродилась Саша своей красотой. Как говорит баба Луша, «семья на подбор, всего хорошего должно быть в меру». К Лизке уже не зайти, после такого добродушного общения обойдусь без её тренировочных процедур. Пора спать».
Будильник прозвенел десять. Надо собираться на игру. Через два часа полуфинал. Завтракать придётся через дорогу в блинной, главное, исключить молочную пищу, чтобы на поле не пронесло.
Стадион седьмой русской школы пребывал в обычном режиме, малые дети сновали, кому, где и как вздумается. Футбольное поле представляло собой смесь глины и мелкого щебня с небольшими просветами травы по краям. За своих футболистов пришла болеть, казалось, вся шестнадцатая школа во главе с директором. «Жидовские бомбилы» все свои матчи проводили без болельщиков, местные жители не особо жаловали венгерских евреев, на то у каждого были свои причины. В годы войны здесь квартировались венгерские солдаты.
Как и вчера, и, все дни этой недели, своё умение показывали доморощенные гармонисты, баянисты и аккордеонисты. За восточными воротами начинали давать очередное представление безногий фронтовик-гармонист и на подтанцовках две его внучки в тельняшках и бескозырках.
Музыканты сыграли футбольный марш Матвея Блантера, судья Оношко дал свисток начала матча «Вымпел» - «Космос». До пятой минуты было всё спокойно, по договорённости дяди Гены с Макатёром, никакой персональной игры против Вити Рудого не будет.
Случилось, так случилось! Кто бы мог подумать! Нейтральный мяч ближе к воротам «жидовских бомбил» в зоне ответственности переднего центрального защитника оказался камнем преткновения травмоопасного эпизода. Первым на мяч пригнул нападающий Витя Рудой, навстречу ему защитник соперников Сергей Видец, произошло столкновение. Нападающий лежал и корчился от боли, судья Оношко симуляции не увидел и сразу показал красную карточку переднему защитнику Сергею Видцу. Давид Маркович не спорил и сразу передним защитником поставил левого нападающего Диму Тополёва. Почти весь матч предстояло играть вдесятером.
- Жидяра, ты что сделал! Поражение засчитывайте!
- Дядя Гена не кипятись, - судья Оношко пытался разрулить ситуацию, - есть одна особенность. Если бы защитник влетел нападающему сзади в спину, без вопросов, я бы засчитал поражение. Здесь боролись за мяч лицом к лицу. Так что пользуйтесь большинством в составе. Добавляю десять минут к первому тайму. Играем!
Приехала дежурившая здесь машина скорой помощи и под звуки сирены забрала потерпевшего юного футболиста с признаками закрытого перелома в области голени.
Выходя на второй тайм, Дима Тополёв заметил, как с девчонками своего класса и физручкой Мерковой пришла Саша Блинова. Волнительная дрожь наполнила всё тело, взбодрила, с каждой секундой хотелось творить только добрые дела ради команды, ради выхода в финал. За восточными воротами на деревянном табло внизу под названиями команд выпячивались красные фанерные ноли.
«Космос» давил со всех сторон, вратарь Гена Широкан не раз выручал команду. Редкие выходы к воротам соперников не давали никаких результатов, судья Оношко никак не реагирует на падения от столкновений мастера таких дел Вити Клименко. На шестой раз деваться было некуда, пришлось назначить штрафной удар за снос, убегавшего один на один с вратарём, Вовы Яроцкого. Дядя Гена не спорил, молчал, понимал, что если откроет рот, судья покажет красную карточку защитнику, и составы уравняются. Бить штрафной удар пошёл, Дима Тополёв. Гол!
До того шумный стадион на миг притих, болельщики шестнадцатой школы не могли поверить в случившееся событие. Радовалась, прыгая от счастья, только Саша Блинова, но её вовремя успокоили.
- Сиди тихо, дура. А то подумают, что ты венгерская еврейка и отлупят.
- Хорошо, поняла.
Счёт так и не изменился, «Вымпел» ждал соперника по завтрашнему финалу на стадионе «Юность», победителя матча «Знамя» - «Комета». Зрители заполнили трибуны, северные от команды двадцать второй школы «Комета», на южных присели болельщики команды второй школы «Знамя».
- Блинова, ты куда похлопала?
- Татьяна Владимировна! Она пошла за своим кавалером, он ей вчера стопу лечил, теперь ходит наша Блинова и не хромает, - за всех стала отвечать Ленка Шарыгина, - такие дела. Её наш Вовка Буков так достал со своим «вдуванием», что хочешь или не хочешь, заведёшь кавалера.
- За каким ещё кавалером? Ладно, пусть идёт, после игры разберёмся, - негодовала физручка второй школы Татьяна Меркова.
В центре поля юные футболисты команд «Знамя» и «Комета», хлопая ладонями над головой, приветствовали зрителей. Физрук Макатёр, поблагодарив своих ребят за выход в финал, сел рядом с ними наблюдать за игрой.
«Кто будет соперником по финалу, разницы нет, - размышлял Давид Маркович, - с ними нам тягаться «не с руки». По сути, это и есть настоящий финал! Нам повезло. Хорошо, что дядя Гена, на свою голову, предложил провести жеребьёвку между вторыми и третьими командами, не захотел в полуфинале играть с красными, вытянул нас. А, так бы, сегодня играли с «оранжевыми», у них шесть сборников области. «Космос» проще, один Рудой. Если бы не Видец, вряд ли выиграли. Интересно, кто надоумил Видца так жёстко срубить Витьку Рудого? Надо сходить всей командой и проведать, заодно, извиниться. Такая она игра, футбол. Зря Гена просил не ставить персоналку. Бегал бы Тополёв за ним по полю, и, всё прошло без травм. Завтра для нас «не по Сеньке шапка», неважно, какая команда выйдет в финал».
- Давид Маркович, здравствуйте! С победой, - перед ним стояла соседка Саша Блинова, - можно забрать своего кавалера?
- Забирай!
«Похоже, я становлюсь её собственностью, - немного опешив от такого поворота событий, Дима Тополёв пытался собраться с мыслями, - хорошо, если навсегда. Хотел в баню, но, получится как вчера. Обойдусь без бани и сегодня. И без Лизки. Надо прекращать читать её дурацкую книгу, делать с ней тренировочные процедуры. Хорошо, если словака-еврея на свою сторону переманит».
- Дима привет, только тихо, - заговорщицким тоном начала говорить Саша, - сейчас я беру тебя под левую руку. Не тупи! Давай руку. И мы медленно и торжественно проходим мимо наших девчонок и мальчишек. Главное, чтобы этот дурачок Буков нас увидел. Видишь, он сидит наверху, в третьем ряду.
«А ничего себе парочка! Смотрится, - Таня Меркова, наконец, поняла, о каком кавалере говорила гимнастка Лена Шарыгина, - да. Если дотянут, хорошая семейная пара получится, красивая, ноги стройные, уши не торчат. Соответственно, и дети родятся красивыми. Семья – ячейка общества. Дай Бог, чтобы у них всё сложилось хорошо».
- Куда пойдём?
- Дима, пошли, посмотрим новую площадь Героям Сталинградской битвы, там завтра будет мероприятие, открытие. Меня поставили читать стихотворение Симонова «Жди меня». Потом сядем на троллейбус, и в центр, - прошли мимо трибун, Тане Мерковой даже стало смешно, как дети смотрели на шагающую под ручку парочку, особенно Вовка Буков, - хорошо? Ты говорил, что скоро переедете из коммуналки в новую квартиру, посмотрим, где этот дом. Ты там был?
- Нет. А как же футбол?
- Какой футбол? Мы же биатлонисты!



Глава тринадцатая «Сравнение».
Вернули Чернигов обратно в лоно земли русской только по итогам войны с поляками после трёхсотлетнего пребывания на чужбине Речи Посполитой календарём от Рождества Христова 1503 года. Тогда Московское государство жило 7011 годом от сотворения мира до 7208 года, когда самодержец из рода Романовых, ещё не царь, но Пётр, прекратил всякие сравнения в годах существования и развития государств. На русской земле появился новый 1700 год.
Из какого дома не посмотри, черниговчане видели многочисленные позолоченные купола, как им казалось, высоченных православных соборов времён Ярослава Мудрого. И в новой русской истории одноэтажный Чернигов ещё четыре сотни лет представлял собой большую деревню с обилием огородов, фруктовых деревьев, парков акаций, лип, дубов и вязов, даже улицы называли в честь каштанов, яблок, абрикос и груш, пока власть не взяли большевики. Город пошёл расти ввысь, с перерывом на войну.
За два года оккупации европейские нацисты не особо и глумились над городом. Полной властью обладали венгерские солдаты, они то и приютили здесь евреев из чехов, словаков, поляков и венгров, бывали случаи, когда в поисках подпольщиков жгли эти самые одноэтажные дома, чем и заслужили народную кару местных жителей, если венгр, значит враг на долгие времена, евреев не жаловали. Все из одной бочки! Для детей венгерских евреев специально сделали отдельную школу, украинско-еврейскую, наказали украинским языком. Поляки, венгры и словаки ходили в русско-еврейскую школу.
Совершенно новый отсчёт исторического времени начал тикать с момента строительства сверхсекретного смежного завода космической направленности со своей специализацией первой ступени стартового разгона ракеты. На северных городских пустырях строились не только заводские цеха, возводились многоэтажные дома, создавались новые улицы, площади и парки, среди деревьев преобладали каштаны, липы, берёзы и клёны. К тридцатилетию Великой Победы над европейским нацизмом, за каких-то восемь лет уже бегали троллейбусы по новым улицам Рокоссовского, Малиновского, Родимцева и сержанта Павлова, готовили к торжественному открытию площадь Героев Сталинградской битвы.
Новое поколение жило надеждой в светлое будущее, дети ходили в школу, занимались в спортивных секциях, постоянно сравнивали себя с другими сверстниками в учёбе, спорте, техническом творчестве и, даже, встречали свою первую любовь.
«Мама ушла на работу? Так сегодня выходной! Отец должен скоро вернуться домой. Значит, мама поехала встречать московский поезд, - хлопок входной никогда не закрывающейся на замок общей квартирной коммунальной двери разбудил Диму, - шесть утра. Поезд прибудет в семь с копейками. Лишь бы только отец не притащил ещё какое-нибудь дерево! Как осенью абрикос. Растёт, первые листочки появились. Вот папа обрадуется! Есть ещё время поспать. Придут и разбудят».
Загудели первые троллейбусы, сегодня будет меньше, как и автобусов, и грузовиков с легковушками. Больше недели не идут дожди, не по меркам тёплая весна, а дождей нет. Огороды пока держатся благодаря небывало снежной зиме, талая вода и спасает, кто был по сообразительней, складывал снег в земляные бочки сбора дождевой воды для полива.
«А ведь сегодня финал! С кем играть? Интересно, как сыграли «Комета» и «Знамя»? Есть ли смысл сравнивать команды? Пусть победят «знаменосцы», ведь свои соседи, будет заруба, - вспомнив про футбол, голова сразу взмокла, а ведь мог и забыть, - да, Дима. Это всё Саша Блинова. Пошли, да пошли. Мы же биатлонисты! Какой футбол? Дворовая забава. Площадь рядом, пять минут ходьбы. Взобралась на дощатую трибуну, стихи читать, Константин Симонов «Жди меня», даже плотники оценили её красноречие, более старшие по возрасту слезу пустили, хлопали в ладоши от души. И так три раза, пока голос не осип. За неимением денег и талонов, троллейбусом «девяткой» до Урицкого ехали «зайцем», повезло, под компостером незаметно взяли дырявые талоны, изобразили, что компостируем, кондуктор отсутствовал, да никто и не проверял. Новый дом нашли быстро, за кинотеатром Щорса только его и видно. Девять этажей!
- Дядя, здравствуйте! Как попасть в сорок четвёртую квартиру на девятом этаже?
- Девочка, тебе, зачем туда?
Наступила пауза. Можно, сказать, смертельная пауза и, «промедление смерти подобно». Надо было что-то говорить, главное, правду, иначе дадут «от ворот поворот».
- Мои родители получают здесь квартиру, хотим посмотреть, - своё слово сказал Дима.
- Зовите меня Михалыч, прораб, то есть главный здесь, - детишки высокие, про себя подумал строитель, сразу и не определить возраст, - понятно? Только что провели испытание лифта. Будете первыми пассажирами. В этой квартире вот-вот начнут клеить обои, заодно и определите, какие и куда. Насколько я знаю, там будет жить семья крутого инженера от радиозавода, определите себе детскую комнату.
- Хорошо! Спасибо!
- В каком классе учитесь? – вдогонку прокричал прораб.
- Шестой! – ответила Саша.
«Надо же, и не скажешь, - Михалыч покачал головой, достал красную пачку с надписью «Прима», закурил, - красивая парочка. Я-то думал, класс так девятый, не меньше. Ишь, ты, девка бедовая, «кровь с молоком», ноги породистые, уже квартиру смотрит. Молодец, и правильно делает. Выбирает место, как лиса нору. Если сравнивать с природой. Где-то надо детей рожать. Такая девка с десяток родит, не меньше».
- Ты когда-нибудь каталась лифтом?
- Нет, конечно! Откуда?
Нажали кнопку, лампочка загорелась, в шахте слышен был скрип, потом монотонно загудело, примерно через минуту электродвигатель перестал работать, наступила тишина, хрустнуло и, дверь открылась.
- Давай заходи!
- Ты первый. Твоя квартира, ты и заходи.
- Нажимаем девятку. Поехали!
Две тёти разложили обои и решали, где и какие куда клеить. Прораб Михалыч сказал, что квартира особая, надо хорошие обои поклеить, у хозяев не будет времени переклеивать по причине государственной занятости.
- Здравствуйте!
- Кто будете? Кто пустил?
- Дядя прораб. Мы обои пришли клеить.
- Очень хорошо! Выбирайте!
За всех решила Саша, выбрала детскую комнату, и, обои светло-бирюзовые, цвета морской волны и неба одновременно. Отцу в кабинет, чтобы лучше думалось, светло-салатовые с ромашками золотистого отлива. Спальню родителей украсят нежно розовые молочных тонов барбарисники, а в зал витиеватые с завиточками, как в пшеничном поле, светло-голубого цвета васильки. Большую прихожую решили заклеить светло-жёлто-коричневыми по цвету обоями, под дерево.
- Вот спасибо! Выручили! Для кухни, туалета и ванной привезут кафельную плитку. Приходите в понедельник, сделаете свой выбор.
- Хорошо, придём.
- Клеить будем в понедельник. Мы пойдём, уберём за собой на восьмом этаже. Долго не задерживайтесь, а то закроют.
- Хорошо. Спасибо.
Из открытой на лестницу двери дунуло свежей прохладой, на время приглушило запах цемента и обойного клея. Слышно, как спускались вниз по лестнице работницы. Наверное, штукатуры-маляры.
 - Скорее двойняшки, видно, одного возраста, - кто из них и что говорил, непонятно, - схожести нет.
- Точно, двойняшки!
- Интересно, в каком классе учатся? Вымахали. Ростом выше нас.
- Ладно, разберутся.
- Постой-ка, детскую комнату выбрали одну, значит, не двойняшки, тогда парочка друзей, мальчик и девочка, жених и невеста, может и будущая семья.
Дверь хлопнула и всё затихло. О чём дальше рассуждали малярши и штукатурши в одном лице, неизвестно. В квартире никого рядом и близко нет. Такое первый раз. Я и Саша наедине! Что было дальше? Ах, да, вспомнил.
- Ты когда-нибудь целовался?
- Нет. Да и с кем? Не приходилось, - недолго думая, впервые соврал своей новой подружке.
- И у меня такая же история. Недавно видела, как сестра Томка целуется со своим курсантом. Интересно, какие ощущения при поцелуе?
«Пусть сама первая начнёт, так будет лучше, а там посмотрим, - думал тогда, - надо же, полилось, стоило ей наедине своим бархатным голосом произнести слова о поцелуях и, всё тут».
Интересно, о чём я сейчас думал, если бы не нашёл у Лизки ту книгу на венгерском языке? Надо, же, в обложке книги «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова на английском языке. Кажется, «Самоучитель семейной жизни», для служебного пользования, только психиатрам, Будапешт, 1932 год. Пятьсот экземпляров. Книга только для венгров. Это всё Лизка, давай читать, давай читать. Венгерский язык она знает, я нет. Для Лизки, главное, найти себе в мужья парня еврея. Они бдят чистоту своей крови. Чтение книги - наша тайна. Замуж только за еврея! Так она определила для себя в таком раннем возрасте, благодаря книге. Дурные мысли посетили, не иначе как. Баба Луша на этот счёт говорит, «чтобы дурные мысли не лезли в голову, надо больше и чаще читать». Вот и читаю, по её, можно сказать, требованию, пэ-эс-эс, от первого до последнего тома Гайдар, Маршак, Носов, на очереди решил Ивана Сергеевича Тургенева одолеть. Пока только биографию изучил. И что есть такое любовь? Баба Марфа говорит, что «Бог и есть любовь». Если сравнивать Лизку и Сашу, что будет? Неужели любовь и есть моё состояние, когда вижу Сашу, общаюсь с ней. Ведь и у Лизки ноги стройные, и уши не торчат, и, даже когда ей тру до её криков, потом она мне, и, нет такого состояния, ощущения совсем другие, Лизка даже хвалит меня, она в книжке вычитала, что долго есть хорошо. А тут, Саша только спросила про поцелуи, и приплыли, так было, когда ей стопу лечил, когда вместе шли возле дома еврейчика. Да, странно. Ещё Лизка вычитала, что любовь и есть настоящая катастрофа семейной жизни, отсюда и песни о любви сочиняют такие грустные и протяжные, завывающие тоской. Потому, что быстро вытекает? Если послушать Лизку, то никакой любви нет и в помине. Интересно, как она будет уламывать своего избранника, взять хотя бы того словака-еврея? Теперь она знает, на мне тренировалась, начнёт с поцелуя, а там, как понравится сыночку директора ресторана «Украина». Да, мысли так и лезут. Не читали бы эту книжку, думал бы о творчестве Тургенева».
- Рота! Подъём!
- Папка приехал! Привет!
- Сначала мыть руки, умываться и завтракать, потом всякие разговоры, - как всегда, строгая ко всем Галина Филипповна взяла бразды семейного правления в свои руки.
- Папа, я с девочкой познакомился.
- Кто такая будет? Как зовут?
- Саша Блинова.
- А.
- Так-так-так, я не поняла. Какие тут секреты про девочку? Лёша, что значит твоё замысловатое «А»?
- Галя, от тебя ничего не скроешь, уши, как локаторы. Дай возможность, пусть расскажет.
Интересно было послушать, что там сынок рассказывает папе про девочку. Какие у них секреты? Секунды ушли на то, чтобы с общей кухни принести ленивые голубцы, разложила по тарелкам.
- Вчера ходили с ней смотреть нашу новую квартиру. Завтра будут клеить обои, мы определили, где, какие и куда, точнее, то Саша выбрала, где будет моя комната, и обои её идея.
- М-да, интересно, - многозначительно причмокнув языком, с укором посмотрела на мужа, вдобавок покачала головой.
- Интересно будет сейчас, - отец и мать насторожились, для шестого класса как-то рановато водить такую откровенную дружбу с незнакомой девочкой, - был я у них дома. Живут на улице Станиславского, соседи нашего физрука. Её дедушка Саша воевал вместе с нашим дедушкой Петром на финской войне! Снайперы! Ворошиловские стрелки. Да, как сказал дед Саша, 29 декабря 1932 года ввели такой норматив. Девочка Саша родилась 29 декабря, потому и отправили её на биатлон, в «Динамо». На биатлоне и познакомились. Так вот наши дедушки на войне отморозили себе, как говорят, конечности. Дед Саша ходит с культяпкой на левой до колена ноге. Он просит, чтобы встретиться с дедом Петром. Вспомнил! А то забуду. Мы, значит, сидим в беседке, вдруг как закричит: «Внучка, смотри, жиды прилетели, иди, прогони с грядки, подёргают семена, без морковки останемся. Поставь ещё одно пугало. Одно дело, когда гадят, эти жидовские бомбилы, их дерьмо как навоз, приносит пользу для роста морковки». Потом, что-то про Китай, где этих птичек массово истребляют за вредность. Так что мне деду Саше сказать?
- Следующими выходными поедем в село за продуктами и привезём моего отца. Кстати, тебя, сказали брать обязательно. Ты же у нас свинорез! Надо заколоть пять свиней, бесшумно, как ты можешь. Кудины своего парня в армию провожают, у Бузок намечается свадьба, у Помаз невестка родила парня. Заодно и свежина будет. Галя, на такой случай придётся ещё один холодильник покупать.
- Хорошо. Переедем на новую квартиру и купим, только не «Саратов», говорят, «Донбасс» лучше. Вы кушайте и разбежались по делам!
Стук ложками по тарелкам усилился, на запивку царский компот из крыжовника с поречками и мамин фирменный торт «Пень трухлявый».
- Филипповна! Иди сюда, - соседка по квартире из шестой комнаты, жена директора силикатного завода тихо вошла в комнату, - там девочка пришла, Диму спрашивает.
- Зови, пусть заходит.
Если следовать пословице «нежданный гость хуже татарина», совсем другая тема. Девочка скромно вошла в открытую дверь, внимательно осмотрела комнату коммунальной квартиры.
- Здравствуйте! Приятного аппетиту. Извините, что беспокою. Деда послал.
- Папа и мама, знакомьтесь, Саша Блинова.
Всем своим малолетним нутром Саша почувствовала на себе пронзительный изучающий взгляд мамы своего друга, аккуратно поправила тёмно-синюю юбку, слегка одёрнув на колени. Мама Галя, по установившейся с годами привычке, на этот раз искала изъяны фигуры девочки «высокая, ниже Димы, ноги стройные, уши не торчат, волосы заплетены в косички, что бывает редко, красивая, лицо кого-то напоминает, кого, не помню. Красивая девочка, даже чересчур красивая, и всё тут! Послушаем, интересно».
- Говори, не стесняйся, - первым нарушил молчание крутой инженер в радиоэлектронике.
- Деда просил, если поедете в село к деду Петру, то будет лучше, если и деда Сашу туда отвезёте. Там он погостит на природе у деда Петра, - выждав паузу, продолжила, - так будет лучше. Деда все эти годы с момента их расставания думал, что агронома нет в живых. Для него случай неожиданный.
- Хорошо. Скажи деду, выезжать будем в пятницу под вечер.
Мама Галя поставила перед Сашей чашку царского компота и отдельно в тарелочке кусочек самодельного торта.
- Спасибо. Очень вкусный торт. Сами пекли?
- У нашей мамы торт «Пень трухлявый» семейное произведение искусства.
- Когда я был у них в гостях, меня потчевали свежими булочками из пекарни и настоем чая на травах зверобоя, мяты и ещё, не помню.
Неожиданно для всех мама Галя в радостях всхлопнула ладошами. Задетая пустая чашка повалилась на бок, немного покаталась и застыла на месте.
- А я-то думаю-гадаю! Где я видела похожее лицо? В городской библиотеке работает подружка, мы из одного села, Лидка Емельяненко, рядом на «пушкинской» пекарня и она туда бегает за булочками. Один раз я видела её подружку, думаю, что это и есть твоя мама. Похожи, как две капли воды.
- Так и сесть. Только я ростом выше. Очень вкусный торт!
- Саша, а ты, куда собралась в такую рань? Надо отдыхать, - поинтересовался Алексей Петрович.
- Физручка Танька собирает всех на футбол. Пойдём болеть за своих «знаменосцев».
- Ты хочешь сказать, что с ними в финале играть нам?
- По дороге сюда Оксана рассказала, что вчера мальчики подрались на поле. Судья с трудом их разнял. Обошлось без красных карточек. Счёт ноль-ноль. По пенальти наши выиграли.
- Интересно, что скажет Давид Маркович? Неужели меня поставит передним центральным защитником?
Небольшая пауза затягивалась аппетитным потреблением торта с компотом. Добавку брать никто не стал, Саша отказалась, отец, и сын из вежливости последовали её примеру.
- Можно, я заберу своего кавалера?
От неожиданности, кусок торта застрял в горле, Дима поперхнулся, крошки разлетелись по столу, в дрожащей руке чашка сервиза «Мадонна» не находила себе место, задевая блюдечко, издавала замысловатый музыкальный звук своеобразной барабанной дроби.
- Лёша, постучи кавалеру по спине, чтоб не подавился.
- Сделаем! «Терпи казак, атаманом будешь».
- Хорошо, Саша, забирай своего кавалера. Разрешаем!
- Всё, хватит, прошло.
- Дима, бери свой мешок с формой. По дороге буду рассказывать тебе стихотворение Симонова «Жди меня». Сегодня на празднике выступать назначили. Придёте на площадь Героев Сталинградской битвы?
- Придём. И на футбол придём.
Дети ушли. Родители на время притихли, каждый в своих раздумьях. Троллейбусов не слышно, проезжая часть улицы Тараса Шевченко пустовала. Настенные часы столетней давности тикали свои секунды истории.
- Командирша!
- Себя вспомни.
- Жалко будет, если в рост пойдёт. Красивая девочка.
- Тогда и сравнивать будет нечего.



Глава четырнадцатая «Попутчики»
Идею выиграть детский футбольный турнир «Кожаный мяч» областного масштаба учительнице физкультуры второй русской школы Татьяне Мерковой подкинул её одноклассник директор нового городского стадиона «Юность» Владимир Михайлович Курбаков. Здесь не надо быть «великим комбинатором», достаточно из других школ города перевести хотя бы пять воспитанников молодого футбольного тренера в элитную, расположенную на историческом месте «Вал», школу.
Татьяне понравилась идея Вовки Курбакова, оставалось получить согласие директора школы. Черниговские любители футбола знали, детский городской футбольный мир определяли опытные тренеры, настоящие знатоки детской психологии и психиатрии, коренные местные евреи Мирослав Данилович Мандрык и Леонид Михайлович Рынский. Их воспитанники составляли основы команд «Комета» и «Космос» соответственно, никаких манипуляций с переводами из школы в школу не требовалось. Молодому русскому парню «курбаку» достались дети из разных школ, и грех было не воспользоваться возможностью наиграть состав с помощью одноклассницы, однокашника по физкультурному факультету местного пединститута. Процесс пошёл!
Из восемнадцатой школы микрорайона «Подусовка» взяли талантливого универсального паренька Святослава Петренко. От места расположения кинотеатра «Жовтэнь», двадцать первая школа на временных условиях делегировала в защиту Толю Свириденко и Сашу Булаха, туда же Колю Бережного из четвёртой школы. Полузащиту «знаменосцев» цементировал Олег Кураксин из десятой школы, по краям нападения Сергей Жук и Витя Коваленко от «шестёрки». Настоящей «вишенкой на торте» стал центрфорвард девятнадцатой школы Дима Цукор, запасным вратарём позвали шестиклассника двадцатой школы Валика Прохоренко.   
В основе команды «Знамя» своих с «гулькин нос», вратарь Вадик Ткаченко, левый защитник Андрей Матийко, с ним на краю в полузащите «булка», Валик Буглак, все трое местные «курбаковцы». Остальные присели на лавку, пятиклассники Богомаз, Бояра, крокодил Гена и Чебурашка. Итого, шестнадцать человек, больше нельзя.
На такой случай директор второй русской школы издал приказ о создании городского спортивного класса подготовки юных футболистов. Не подкопаешься!
- Все собрались? Где Блинова? Куда опять похлопала?
- Татьяна Васильевна!
- Какая Васильевна! Я Меркова Татьяна Владимировна! Ладно, Широкан не знает, наугад сказал, но, ты, Таня Михайленко, должна запомнить моё отчество. Папу моего зовут Владимир!
- Извините. Я Блинову видела, на берегу Стрижня. Она, с большого пенька тополя, между красным и белым мостами, стихи читала мальчику, а тот сидел на скамейке и слушал. Стихотворение, кажется, написал Константин Симонов «Жди меня».
- Это её кавалер, Дима Тополёв из «девятки», кажется русский, не еврей, - как всегда, вставила своё язвительное слово Ленка Шарыгина.
- Играет за «Вымпел», - уточнила Оксана Набока.
- Наши пацаны сегодня «дадут прикурить» этим «жидовским бомбилам»!
- Как странно, Буков? Ты забыл сказать своё коронное слово «вдуть»!
- Я давно знаю, что ты, Шарыгина, настоящая язва, даже хуже, змея!
- Хватит! С Блиновой понятно. Наши футболисты уже на стадионе «Юность». Идём тихо, не орём, выходим на «пушкинскую», мимо пекарни, перед библиотекой поворачиваем направо, переходим белый мост и по-над Стрижнем к стадиону. Нам скажут, где наши места. Гадости не кричать! Не дай Бог! Если начнёте орать «бей жидов, спасай Россию», «если в кране нет воды, значит, выпили жиды», обзывать команду «Вымпел» другими нехорошими словами, например, «жидовскими бомбилами», тогда нашей команде «Знамя» засчитают поражение. Так сказал начальник четвёртой жилищной конторы Громыхайло Георгий Валентинович, он есть главный организатор нашего турнира. Всем понятно! Буков, никаких вдуваний, сегодня для тебя «молчание, золото». Пошли, Витя Белозор направляющий, я иду сзади.
  Семилетняя сирийская командировка приучила, радиоэлектроника Тополёва Алексея Петровича, больше думать, размышлять, анализировать, искать разницу, если потребуется, молчать и, только потом говорить. Так вышло и на этот раз, при встрече с любимой женой, рассказать, промолчать или держать в себе. Семья, на то и семья, чтобы решать все проблемы вместе.
«Лучше рассказать и обязательно сегодня, - решил Алексей, - приедем домой, в троллейбусе говорить на волнующую тему не буду, момент, и время поговорить найдётся. Интересные попутчики в купе фирменного поезда «Десна» по маршруту «Москва – Чернигов». Дорога домой выдалась не из лёгких. Летели военным транспортником Ан-12. Первую часть маршрута от Байконура сидеть пришлось на боковых скамейках. Никаких пассажирских кресел! В Новосибирске вышли учёные академического городка. Мы остались вдвоём, я  и заводской «особист» Колька Лихачёв, мой телохранитель. Командир воздушного судна снабдил матрасами, дальнейший путь протекал в горизонтальном положении. Подмосковный аэродром «Чкаловский» встретил моросящим дождиком. Через два часа сидели в приёмной главного космического конструктора с видом на кремлёвскую башню. После доклада о проделанной работе нам вручили билеты на поезд. Почему в это купе? Проверка? Провокация? Хорошо, что молчали и в разговор не вступали. Но, послушать было интересно. Особист Колька так и не обмолвился ни единым словом».
Жена Галя, сверкая аппетитными ляжками, примеряла крепдешиновое платье бежевых тонов под карие глаза, вертясь и так, и сяк перед маленьким зеркалом в четверть человеческого роста.
- Лёша, ты, где его купил?
- В ГУМе. Рядом с управлением.
- Долго в очереди стоял?
- Какая очередь! Я же при сопровождении, Колька ксиву показал, и вопрос враз решился.
- А чулки, трусы, бюстгальтер, зачем взял? А здесь что? Юбки, блузки, носки. Ты что, всё в охапку, не рассматривая? Наугад?
- Женский отдел сорок шестого размера. Что под руку попалось, то и взял. Времени было в обрез.
- Мелкая сеточка, чёрные. Польша. Зачем три комплекта? А здесь, бирка, Венгрия. Платье венгерское? Круто! У нас такое барахло не пошьют. Мы шагаем в космос, туда можно и голым, зачем заморачиваться, если всё можно купить в соцлагере. Молодец! Угодил, так угодил. Дала не зря, и, ещё дам. Заслужил! Надо чаще давать, от этого и семья крепчает. Жена чаще даёт, муж никуда не уйдёт! Пословица? Муж есть кладезь бесплатной профилактики жэ-кэ-та и косметики. Экономия в семейном бюджете! Сейчас приду, только лицо умою от твоих витаминов. Интересно, сколько же литров вылилось на мою мордаху? В жэ-кэ-та не меньше.
Алексей терпеливо ждал, когда подруга жизни, скорее, командирша от школьной парты всё примерит. Первые поцелуи случились в пятнадцать лет, год смерти Сталина, между двумя сёлами среди кукурузных початков. Там же, через год в стоге пшеничной соломы первый раз лежали, в чём мать родила. Совать, не совали, но целовали всё, что попадало в несовершеннолетние губы. Поженились, только восемнадцать стукнуло. И сразу рванули в Киев изучать радиоэлектронику в политехе. Помогли друзья-партизаны школьного учителя рисования Ивана Ивановича Коробко. Недавно в селе открыли памятник брату, пионеру-герою Васе Коробко.
- Ты почему насмехаешься?
- Да нет, всё нормально. Ты тут про жэ-кэ-та говорила. Ходили в кино, на Байконуре показывали комедию «Джентльмены удачи». Каждый раз, когда смотрю, как у Савелия Крамарова пена изо рта …
- Ладно тебе! Не дразнись! Подумаешь, первый раз решила проглотить твои витамины, такая же картина. Испугалась, думала, всё, задохнусь. Было это, кажется, в десятом классе, на сеновале где хлев, у нас, дома, внизу свинка хрюкала, свой выводок кормила.
«Хорошо, что носки не меряет, так до вечера затянется, скоро пора на футбол собираться. В голове крутился разговор двух пассажиров нижних полок. Так и не познакомились, - Алексей ждал удобного момента, чтобы начать свой необычный рассказ, - только не это! Сколько можно, сил больше нет».
Как только зашли в купе, Алексей завалился спать. Разбудили голоса попутчиков. Под стук колёс больше не хотелось, да разве уснёшь, когда слышишь такие разговоры. 
- Я тебе так скажу, Владимир Ильич, непонятный бардак творится в нашем государстве, - лёжа на верхней полке, Алексей вспомнил фильм «Семнадцать мгновений весны», эпизод в купе, где главный герой «дипломат» Штирлиц беседует с офицером из высших чинов рейха. Капитан Колька Лихачёв спал над головой того самого Владимира Ильича.
- И в чём такой факт проявляется? – наливая очередную порцию грузинского «самтреста» под закуску финской салями, красной икры и марокканского лимона, поинтересовался тот самый Владимир Ильич.
- Почему в моём родном центральном Черноземье нищета! Это сегодня вопрос из вопросов, – неизвестный доселе оратор поднял рюмку с коньяком, начал говорить громко, в надежде, что лежавшие на верхних полках купе услышат и присоединятся к разговору, благо выпить и закусить хватит на всех, - а что в Прибалтике? Живут припеваючи! Не хуже, чем в европейских столицах. Вы бывали в Таллинне, Риге, Вильнюсе? Правда, в Белоруссии чуть похуже. Особый многоуровневый статус на Украине. Территории Западной Украины присоединил Сталин. Пять областей! Зачем? Такой же вопрос и к Эстонии, Латвии, Литве. Чтобы потом отдавать им всё честно нажитое и заработанное? Последнее отдать, а самим погрузиться в подвал? Ради чего? Не надо было их присоединять, с ними ещё хлебнём горя.
- Давай, за Россию!
- Хорошо сидим. Коньяк грузинский. Жаль, Черчилль пил армянский коньяк.
- Виктор Васильевич, с этими территориями понятно, особенно Львов и Волынь, у них свои тёрки с поляками.
- Так и я о том же. Пусть бы и дальше Стёпка Бандера колошматил этих пшеков. Жаль, тема, закрытая под грифом.
Через стук колёс пробивалось приятное чавканье сидельцев нижних мест, запах финской салями и грузинского коньяка с лимоном постепенно заполнял четвёртое купе шестого вагона.
«Наверное, какие-нибудь снабженцы, - подумал Алексей, - с такими деятелями в разговор лучше не ввязываться, себе дороже. Интересно, их так потянуло на такой разговор по работе, или наболело? А может они провокаторы? Билеты ведь не мы покупали! Нам их купили! Точно! И Колька лежит, не шелохнётся, как снайпер, в засаде. А может спит. Кто его знает».
- Теперь Донбасс! Снабжение городов и посёлков идёт выше мирового уровня! Рядом Липецк, Курск, Воронеж и Белгород зябнут в нищете. А шахтёры жируют! Этот исторический свободолюбивый сброд из разных территорий нашей матушки России и не только, в восемнадцатом году организовали свою республику, Криворожско-Донецкую, свобода, равенство и братство. Тогда Ленину и, особенно Сталину, такой поворот событий не понравился. Наши вожди пытались из Малороссии создать буферное государство, но помешали поляки. И, слушай внимательно, при образовании Союза Советских социалистических республик они с лёгкой руки, не задумываясь, определяют этих протестантов в состав Украинской Советской социалистической республики, а в придачу и екатерино-потёмкинские земли. Сделали такой маленький рай на небольшом кусочке земли, даже искусственную национальность им придумали «украинец». Украинизация началась, 1925 год. Эти два деятеля лишили миллионы людей русской идентичности. Ох! Хлебнём горюшка! Хлебнём!
- Да ладно, тебе, Виктор Васильевич, живут «как у Христа за пазухой» и «в ус не дуют». Пусть радуются доброте русской души. Давай ещё по одной!
«По ходу дела рюмки хрустальные, звон без длительной паузы, как из оркестровой ямы после завершающего взмаха дирижёрской палочки, - Алексей не знал чем заняться, во рту слюна только прибавлялась, хотелось, есть, - не иначе, как элита. И какой смысл разговора? Должен быть завершающий аккорд».
- К чему этот разговор веду, - в купе зашёл проводник, в подстаканниках два чая, буквально секунды и дело сделано, - а вот к чему. В Российской Советской Федеративной социалистической республике появились экономически образованные люди, которые считают, что первым делом необходимо все союзные республики пустить в свободное плавание. Нет смысла больше их кормить! Хватить сидеть на шее русского народа! Все природные богатства во благо населения нашей новой страны, как будет называться, не суть дела. Благодаря русским пожили хорошо, теперь создавайте свои государства и самостоятельно в кооперации с нами улучшайте благосостояние своего народа.
- Лихо ты загнул! Как в масонском ордене!
- Полный отказ от коммунистических идеалов. Жить в союзе с американцами, обоюдно делить общие ресурсы пополам. И, никакого тебе идеологического и военного противостояния.
- Эти твои экономисты предлагают заняться рыночной экономикой? Забыть о главных идеалах социализма, том же социальном равенстве.
- А где ты видишь это социальное равенство? Его не было изначально. Фикция!
«Так вот оно что! Похоже, в скором будущем произойдёт государственный переворот, - в полусонном состоянии начал, так и не успев закончить, размышлял, радиоэлектроник Тополёв, стук колёс окончательно сморил, а когда проснулся, нижние полки пустовали, Колька спал в том же положении. В голове крутилась песня «мой адрес не дом и не улица, мой адрес Советский Союз». Вот именно, Советский Союз».
- Не знаю, какого мнения ты, но я с американцами никаких дел иметь не собираюсь, «красиво на бумаге, да забыли про овраги», - ещё с сирийской командировки Алексей знал ненавистное мнение своей жены к израильским евреям и американцам, - разденут до нитки! И не подавятся! Не зря ведь в наших кинотеатрах с утра до вечера крутят фильмы про индейцев. Где теперь эти индейцы? Про отравленные одеяла для индейцев соседи по купе ничего не говорили? Сирию помнишь, командировочку нашу? Что сказал бежавший профессор истории Фельдман? Подкинут нам какую-нибудь халявную еду и, будем потом поколениями расхлёбывать. Плавали, знаем!
- Может ты и права, я про американцев. Давай собираться, пойдём смотреть детский футбол и новую площадь Героям Сталинградской битвы. Смотри в окно, братик Иштван повёл детей на стадион.
- Как тебе эта девочка Саша?
- Командирша!
- Разве это плохо? Я тоже командирша. Ты мне давно так сказал.
- Мне тёплой воды оставь.
- И когда переедем из коммуналки в новую квартиру?
Вприсядку над тазиком Галя подмывала промежности, рядом на стуле новые московские подарки юбка, блузка, трусики, бюстгальтер и колготки. Сегодня получила все радости жизни, потёрла, покричала в удовольствие, проглотила, помазала, плюс одёжки. Настоящее семейное женское счастье.
Стадион «Юность» пребывал в праздничном настроении, музыка гремела на «всю ивановскую», постепенно заполнялись трибуны, зрителей ожидалось небывалое количество.
- Девочки! Смотрите! Наша Лизка Бенеш идёт со своим ухажёром, - две подружки, одноклассницы венгерские еврейки Людка Рекун и Ленка Коробейник, как всегда, первыми замечали то, на что другие никакого внимания никогда не обратят, - похоже, еврей! А как иначе? Вот тебе и тихоня.
- В тихом омуте черти водятся.
- Да ладно тебе!
- А мальчик красивый, стройный. Интересно, кто его родители?
- Смотрите, к нам идут! Неужели, представит своего ухажёра в наше обозрение?
- Это её попутчик! Да мы все тут попутчики!
- Пока не поженимся! Ха-ха-ха!
К трибунам вышел Давид Маркович Макатёр. После разговора с Рыней и Мироном настроение, какое бы то ни было, полностью отсутствовало.
- Что грустишь, Давид Маркович?
- Понимаешь, Иштван Петрович, картина есть у художника Перова «Три охотника». А в моём случае два еврея наехали на третьего. Что я детям скажу?
Директор школы полностью владел ситуацией, с ним тоже провели беседу не где-нибудь, а в горкоме партии, смысл простой «не должна победить еврейская команда, не по-людски». Как говорят в народе «камень с плеч» свалился сам по себе, уже поговорили с Макатёром.
«Теперь пусть сам решает, вмешиваться не буду, - про себя подумал, венгерский еврей Иштван Петрович Тополёв, - эти два еврея Рыня и Мирон ещё те фрукты. Посмотрим, чем всё закончится».
Над стадионом гремел футбольный марш Матвея Блантера. Команды «Знамя» и «Вымпел» дружно выбегали на свой первый в жизни финал.




Глава пятнадцатая «Выбор»
Свисток судьи Оношко дал старт первому в жизни каждого из юных футболистов финалу за звание чемпиона четвёртой коммунальной конторы Деснянского района города Чернигова. «Жэковский» руководитель  Громыхайло сидел внизу центральной трибуны и пристально слушал речи болельщиков на предмет оскорбления венгерских евреев. В годы Великой Отечественной войны на этом месте располагались конюшни полка мадьярских гусар. Да, натворили делов, больше жгли дома, убивали мало исключительно да по случаю. Организовывая детский футбольный турнир «Кожаный мяч» Георгий Валентинович никак не ожидал такого политизированного спектакля с национальным еврейским окрасом.
«Второй день давят и давят, а началось всё с полуфинала, - еврей хабаровских корней Макатёр нашёл себе место в сторонке, ближе к детям второй русской школы, - наверное, так и должно было случиться».
- Давид, пойми ты нас, не должны побеждать евреи, неважно какие, венгерские или русские, - Мирон не мог сдержать себя, готов был разорвать физрука Макатёра на части, - я и Михалыч такие же евреи как и ты. Мы давим на тебя, но ещё сильнее давит нас «ум, честь и совесть нашей эпохи». Сам понимаешь, о чём я говорю.
- Тебе не надо говорить детям о сдаче игры, будет неправильно, супротив спортивного принципа, - вмешался в разговор директор детской спортивной школы Рыня, Леонид Михайлович Рынский, - достаточно не выделять сильные стороны команды Курбакова. Давид, ты же школьный учитель физкультуры, сам понимаешь, возникла та ситуация, когда учить детей хорошо не надо, по той причине, что кому-то это не нравится, хорошо, что партийным деятелям, а не из-за бугра. Обойдись общими простыми высказываниями, без модного сегодня слова «мотивация». Договорились?
- Да что уж там, говорите прямо, - Давид Маркович развёл плечи, посмотрел в глаза своим оппонентам, сказал без прикрас, - будет катастрофа. Футбольная победа венгерских евреев, пусть и пацанов, на месте бывших гусарских конюшен мадьярского полка в год тридцатилетия нашей общей победы над европейским нацизмом настоящая бомба не только для Чернигова, но и для всего Советского Союза. Правильно я понимаю «линию партии»? Венгры, они же мадьяры были на стороне Гитлера, здесь жгли дома и убивали людей. Понимаю!
- Мы надеемся на твоё благоразумие, Давид Маркович.
- Хорошо. Я и сам не ожидал, что зайдём в финал. Не надо было слушать дядю Гену. Зачем провели жеребьёвку. Так сейчас в финале играла «Комета».
«Надо же! Курбаков поставил Чебурашку играть персонально против Вити Клименко. Да, небось коллективно прочухали, Витёк картинно упадёт, не докажешь, судья назначит штрафной, Шпрот биатлонист, бьёт без промаха. Одно слово, дети. Неплохо справляется этот малой Кузя, все мячи перехватывает. Витька никак не может отлепиться от этого мандарина. Рыжий, он и есть рыжий!  Не удивлюсь, если станет классным футболистом, цепкий, выносливый, скорость есть, росточку маловато. Первые шаги. Какое доверие оказал Вовка рыжему Кузе. Олег Кузнецов! Звучит. Дай Бог, чтобы всё сложилось. Лет так через семь, если «Десна» возродится, хорошая молодёжь подрастает, наделают шуму в местном футбольном мире «мама не горюй». Сюда бы Сапронова и Рудого, из Прилук вратаря Умена и рыжих близнецов Причиненко. Хорошие вратари есть, в избытке, центрфорварда нет, что Сиворакша, что Цукор, как говорят знатоки футбола, «деревянные», наш Яроцкий велосипедист, ему не до футбола, как и остальным, включая Тополёва. Неплохо играет переднего центрального вместо Видца, Цукор выключен из игры полностью, - мысли Давида Марковича переключились на игру, - молодец Шпрот, так держать. Нравится мне Петрик, с Булкой сыгрались классно, тут же на подпевках интеллигент Андрей Матийко, жаль, Кураксин выпадает, Коля Клименко с ним бодается. Для нас вся игра в отбой, может, повезёт, не зря тренировали дальние удары. Где Коля Бондарь? Все отбойные мячи забирает «бульдог» Булах. Для детей шестого класса весь футбол не что иное как отбой, подальше мяч от своих ворот, никакой игры в пас. Широкан просто лев, ловит и отбивает, пока держит «сухарь». Первый тайм без голов, и, то, хорошо. Эх!!! Как рванули давать указания Мирон, Рыня и Курбак! Танька сидит на трибуне с детьми, ей тоже «досталось на орехи», не дай Бог, кто-нибудь начнёт еврейские кричалки «бей жидов, спасай Россию» или «если в кране нет воды, значит, выпили жиды», Громыхайло сразу громыхнёт поражение. Никакая ка-пэ-эс-эс не поможет! С этим Жоркой не забалуешь. А вот и партийные босы приехали. Что будет? Что будет? Как говорят в Одессе «слипый казав, побачымо». И мы посмотрим, со стороны».
Сегодня праздник у людей, как у Пахоменко «сегодня будут танцы», стадион под завязку, «яблоку негде упасть», все пришли, и стар и млад. Руководство четвёртого «ЖЭКа» постаралось на славу, собрали людей, желающих оказалось значительное большинство. Ранняя весна дала возможность провести посевную до двадцатого апреля. На трибунах нашли друг друга однополчане, войну закончили, ещё и тридцати не было, пришли семьями. Детский футбол смотрят не все, больше в разговорах и воспоминаниях. После торжественного награждения юных футболистов все взрослые и дети пойдут пешком два километра, как на первомайской демонстрации, открывать новую городскую площадь Героям Сталинградской битвы, впереди с орденами и медалями двадцать участников той страшной переломной битвы, среди них учитель рисования, черчения и трудов еврейской «девятки» сержант запаса Коломиец Григорий Семёнович.
- Давид Маркович! Давид Маркович! Здравствуйте!
Учитель Макатёр не мог поверить своим глазам, внизу с детской коляской стояли и махали красными флажками парень с девушкой, или, девушка с парнем, неважно, одним словом, молодая семья.
- С праздником! В коляске наш малыш Давид! Родился 23 февраля, будет два месяца. А это мой муж Осип Фридман!
Девушка старалась докричаться к пятому трибунному ряду, в перерыве детского футбольного матча гремела, точнее, хрипела плохо записанная на бобине доселе незнакомая в женском исполнении песня «дни и ночи у мартеновских печей не смыкала наша Родина очей», песня, на то и песня, никто в суть слов не вникал.
«Не могу вспомнить! Знакомое лицо. Неужели Лидка Сенеш? Точно, она, - физрук с облегчением вздохнул и приветственно помахал рукой, - по физкультуре одни пятёрки. Лет пять, а то и меньше, как выпустилась, точно не помню. Отец и мать, венгерские евреи, учёные в агрономии, сельскохозяйственный научно-исследовательский институт напротив Любечьской. Всё сходится. Значит, парень вернулся из армии, поженились и вот, результат в детской коляске. Молодец, девочка, сложилось всё хорошо для тебя! А сколько было переживаний, нервов».
- Иштван, а где Давид Маркович? Кто даст указания? Никого рядом с детьми, совсем одни. Футболисты-евреи химиков пропали, никого нет. Братья Клименко командуют. Капитанят!
- Лёша, и не спрашивай! Видишь, партийное начальство приехало. Меня в горком партии вызывали, химиков по-особому нагрели «на пушечный выстрел» от команды венгерских евреев, с Макатёром беседу провели Мирон и Рыня. Не должны венгерские евреи победить в финале. Ты знаешь, что в годы войны на этом месте было?
- И мне интересно! Иштван, как моё новое платье?
- Галя, не мешай! Так что было?
- Конюшни венгерских гусар!
- Да ты что!!!
- Теперь здесь стадион.
- А детям сказали?
- Что сказали?
- Всю эту круговерть.
- Зачем? Пусть играют. У нас есть, кому постоять за правду, всем рулит Громыхайло, с ним спорить никто не будет, даже сам Уманец.
На правом крыле десятирядной трибуны набирал свои обороты аккордеон, рядом сидящие под кассетник запорожского производства «Весна-306» разучивали новую, только что хрипевшую на весь стадион песню. Еврейка венгерских корней Ленка Авраменко и компания разносили спешно написанные тексты на клочках бумаги, от таких душещипательных слов первыми уронили слезу фронтовики, за что следовало выпить, но слово дали, сдержались. Придавая песне статус военного марша, слово взял аккордеон.
День Победы, как он был от нас далёк,
Как в костре потухшем таял уголёк.
Были вёрсты, обгорелые, в пыли, -
Этот день мы приближали, как могли.
Припев буквально околдовал всех, аккордеонист понял суть мотива и, не переставая, повторял раз десять, чем вогнал в полный ступор всех фронтовиков, «слёзы лились рекой», каждый норовил открыть бутылку, кто «Столичной», кто «Русской», кто «Московской», самогон по таким праздникам традиционно не употребляли. Слово дали, надо держать!
Этот День Победы порохом пропах.
Это праздник с сединою на висках.
Это радость со слезами на глазах.
День Победы! День Победы! День Победы!
Каждый смотрел в свой оборванный с наспех неразборчиво написанными химическим карандашом словами, листочек и орал во всю глотку, песня зашла по самые гланды, пока спешно писали второй куплет, аккордеонист Федька Мажуга завернул сначала, по второму кругу. Громыхнуло, так громыхнуло!
Сам Громыхайло, почуяв неладное продолжение, сидел и ждал, не подавая никакого виду «сдержат слово, или, начнут пить за Победу, песня под стать празднику. Что-то я на радио не слышал. Ладно, песня красивая, пусть поют. Под неё можно и на Сталинградскую площадь идти. А там, в ресторане «Сиверский» пусть пьют за всё, за что пожелают. По домам развезём. Интересно, а кто придумал эту песню? Слова за душу берут, по-настоящему».
- Мужики, это что? Какие конюшни? Какие гусары? Песня классная!
- Галя, помолчи, тут может начаться такое действо, детей много, а милиции меньше, чем партийного начальства. Нажрутся! Точно нажрутся! Лёша, ты что-нибудь понимаешь?
- Иштван, всё будет хорошо! Видишь, Жора сидит и не дёргается. Я тут из командировки возвращался. Не буду пересказывать всю беседу, услышал одну интересную фразу о том, что «наши фронтовики начнут пить, их дети продолжат пить, а внуки страну пропьют». Они сказали круче, просрут. Ты как на такую перспективу смотришь?
- С такой песней никто и никогда нашу страну не пропьёт! И не просрёт! Смотрите, как народ поёт, давайте припев, подпоём, - Галя приподнялась со своего места и повернулась лицом к трибунам, все пели припев, стоя, - никто не пьёт водку, все поют! Зря переживаете. Второй куплет раздали.
Дни и ночи у мартеновских печей
Не смыкала наша Родина очей.
Дни и ночи битву трудную вели –
Этот день мы приближали, как могли.
Выйдя из раздевалки, юные футболисты не могли понять такой буйной песенной радости на трибунах. Какой день победы? До праздника три недели. Спецы детского футбола Рыня, Мирон, Курбак и городское партийное начальство смотрели на происходящие события удивлёнными на выкате глазами, как после только что закончившейся попойки, остановились, стали вслушиваться в песенные слова, «лишь бы не Высоцкий», думал каждый про себя. Трибуны хором пели припев!
- Иштван, на днях я эту песню слышал в Алма-Ате, - не успев закончить фразу, Алексей неожиданно для себя рядом с аккордеонистом увидел заводского особиста Кольку Лихачёва «так вот, откуда ветер дует, привёз всё-таки кассету», - видишь, рядом с аккордеонистом сидит парень, это он привёз кассету с песней.
- Он кто?
- Наш заводской особист, Колька Лихачёв, мой телохранитель в командировках.
- Если фронтовики напьются здесь, на стадионе, не дай Бог, устроят драку, у партийного начальства будет с кого спросить. Рисковый парень, твой особист телохранитель, в его конторе могут не понять. Уволят. Это в лучшем случае. Скорее, «посадют».
О какой победе пел стадион, еврейской или русской, Давид Маркович не вникал, весь в себе, молча, смотрел вслед уходящей в сторону правых трибун молодой семье Фридман «надо же, назвали мальчика Давидом, если так, значит в благодарность, тогда я, поступил правильно, по совести».
- Добрый вечер! Давид Маркович, помните меня?
- Как же я могу забыть хорошую ученицу, - физрук Макатёр радостно улыбнулся, - Лида Сенеш. Насколько помню, ходила в секцию спортивных танцев Дворца химиков.
- Сразу легче стало, боялась, что забыли. Проблема возникла, сестра двоюродная прислала, может, подскажете, как быть.
  - Говори проблему.
Идя на встречу с учителем, Лида много раз проговаривала, вслух и про себя, что будет говорить, как начнёт, а тут, в самый ответственный момент, как отрезало, всё забыла. Давид Маркович не торопил «пусть соберётся с мыслями, видать засело крепко».
- С моим партнёром по танцам решили пожениться. После армии.
- Так в чём проблема? Его не берут в армию? Оформим в два счёта.
- Берут. Я вот о чём. Первое. Меня пугает рождение больных детей, уродцев. Если в русской семье воспринимается как обычное явление, то в еврейской семье недопустимо иметь больных детей, не кто не хочет «человеческую домашнюю собачку», семья как бы становится изгоями. Что делать?
- И второе.
- Ходила в библиотеку, читала книги о взаимоотношении мужчины и женщины при зачатии. Ничего непонятно!
Напряжение с Давида Марковича сошло мгновенно, на этот раз не придётся заниматься зачатием, какого по счёту, здорового еврейского ребёнка. Ответы появились сразу, долго думать не пришлось.
- Давай про книжки. Если ни разу не вступали в половые отношения, то и не надо, до свадьбы терпите, потом с наслаждением будете вспоминать дни преданности друг другу в разлуке. У русских есть хорошая пословица «терпение и труд, всё перетрут».
- Читаешь книгу как в тумане. Что тереть? Как тереть?
- Тогда слушай. Как у мужчины, так и у женщины, значение имеют кровеносные сосуды и нервные окончания. Если есть баланс в здоровье тех и других, человек хорошо слышит, речь разборчивая, мозги в норме, иногда появляются музыканты, певцы, учёные, значит, среди них нет слабослышащих и глухих, нет заикающихся, немых, нет и умственно отсталых в развитии. От здорового развития сосудов и нервов напрямую зависит семейная половая жизнь. Например, у женщины всё наверху, по анатомии, тогда прилив и отлив крови делается в один момент, о таких женщинах говорят «слаба на передок», так как эти самые нервные окончания и кровеносные сосуды ей покоя не дают. Надо постоянно тереть. Кровь гонять туда-сюда. Есть и другой момент, наверху «глухо как в танке», всё в глубине. Ищите негра!
- Это как?
- Ладно, проехали.
- А! Поняла! Ха-ха-ха! Даже смешно стало.
- Теперь о главном действии при тёрке. Тебе надо самой будет определить, где возникают приятные ощущения и, под это дело, подставляться. По сосудам нервные окончания пригонят кровь и отпустят обратно. Главное в семейной жизни оргазм жены, об этом помни всегда.
- В книжке такое не пишут, не читала.
- Что касается рождения детей. Всё зависит от здоровья мужа, точнее, требуемого количества фолиевой кислоты в организме.
- Где её взять?
- Надо кушать мясо, желательно говядину и, орехи. Спиртные напитки, особенно пиво, надо минимум на полгода до зачатия забыть. И тогда всё будет хорошо. Армейское меню предполагает ежесуточно двести пятьдесят в граммах, мяса, в основном говядина. Орехи высылай посылкой, они также продаются в «чепке», так солдаты называют местное кафе. Для солдата главное здоровое питание.
- Интересно.
- Как только придёт из армии, никакой водки, пива и коньяка, сразу под венец на трезвую голову и в постель. Что делать дальше, я тебе рассказал. Успокойся, сама кушай больше молочные продукты.
- Про негра как?
- Есть косвенные признаки мужского здоровья. По ладони определяется длина, по носу примерная толщина. Если во второй половине ночи кровь приливает вниз и торчит, значит, сосуды хорошие. Кал должен быть тёмный, моча светлая, желательно белого цвета «чистая как слеза». Женская любовь должна быть всегда, тогда несколько раз можно получить удовольствие. Если нет женской любви, а есть сильная любовь со стороны мужчины, возникает опасность быстрого слива семенной жидкости и, тогда, сама понимаешь, будешь слушать грустные песни о любви, по радио. Что главное в семейной жизни?
- Оргазм жены, это я поняла.
Не счесть, в который раз стадион пел новую песню, у аккордеониста Мажуги вот-вот отвалятся пальцы, особист Колька Лихачёв подначивал друга играть, другого аккордеониста не было, послали за безногим фронтовиком-гармонистом. Юные футболисты гоняли мяч от ворот до ворот, не вникая в суть песенных слов, для них было настоящим удовольствием играть в таком невероятном шуме трибун.   
Здравствуй, мама, возвратились мы не все…
Босиком бы пробежаться по росе!
Пол-Европы, прошагали, пол-Земли, -
Этот день мы приближали, как могли.
За воротами Гены Широкана безногий фронтовик-гармонист подбирал новый, доселе неизвестный мотив песни, его внучки в тельняшках и бескозырках бегали вокруг дедушки и махали синими платочками. Аккордеонист Мажуга, с трудом нажимая клавиши, ждал передачи музыкального поста.
Давид Маркович сделал свой выбор не в пользу детского футбола. Вдалеке молодая семейная пара с детской коляской приближалась к Палацу пионеров.




Глава шестнадцатая «Финал»
Икарусы сновали туда-сюда, с высоты птичьего полёта казалось, что все черниговские улицы обратились песчаными реками. Жёлтые венгерские автобусы заполонили не только город евреев и военных пенсионеров, вся страна компостировала талоны в комфортабельных для советского человека салонах. Особой популярностью пользовалась модель «папа-мама» с резиновым соединителем между двумя частями единого целого.
Неподдельный интерес жителей к происходящим на новом стадионе «Юность» событиям вызывал не только из окон и балконов ближайших «хрущёвок», не остались в стороне водители «жёлторотых», специально притормаживая хоть краем глаза увидеть, а заодно, и услышать антураж противостояния двух детских футбольных команд. Незнакомая песня гремела на всю округу, пассажиры тщетно пытались определить её происхождение, на мосту и возле Палаца пионеров набирающие скорость автобусы не давали такой возможности, все подпевали  «этот День Победы», другие слова запомнить никто так и не смог, зато мелодия легла в самую душу.
Появление первых автобусов с надписью «Будапешт» было воспринято «в штыки». Их забрасывали камнями, палками и, даже куриными яйцами, пытались «коктейлем Молотова», негодяев вовремя арестовали. Как в Одессе ненавистны румыны, так в Чернигове мадьяры. Потомки якобы Аттилы, венгерские солдаты в годы Великой Отечественной войны не чурались мародёрствовать и сжигать дома, за пределы города выходить боялись, там их ждали меткие ружья местных подпольщиков. 
Из поколения в поколение передаётся тот ужас, что творили здесь эти трусливые гитлеровские прихвостни, державшие свои конюшни именно на месте расположения стадиона «Юность». Здание в три этажа детской спортивной школы строили эти самые венгерские вояки, там располагался штаб гусарского полка. В большом лекционном зале сегодня спортивный зал для занятий волейболом, баскетболом и футболом. Под ним, зал оперативных совещаний преобразился в малый спортивный зал борцов, боксёров и тяжёлоатлетов.
К изумлению Рыни, Мирона и Курбака шесть партийных деятелей городского масштаба наперебой решили провести политическую накачку футболистов шестого спортивного класса второй русской школы. Вместо разбора игровых ситуаций первого тайма детям преподнесли какую-то непонятную историю о гусарских конюшнях.
- Вы должны победить! Надо дать бой этим венгерским прихвостням, - немного выждав паузу, партийный лидер заулыбался, вспомнив, что перед ним дети, - какие будут вопросы?
- Так мы играем с венгерскими евреями, - трясущаяся детская речь маленького Чебурашки заставила вздрогнуть всех, здесь присутствующих детей и взрослых, - их убивали в первую очередь эти самые гусары. Нам какая разница, с кем играть, просто забить не можем, не везёт. Подскажите.
- Это кто? Убрать с поля немедленно, - шёпотом от руководителя горкома партии указание получил Курбаков, - эта рыжая шавка будем мне тут указывать.
Никто не решился переть напролом против зятя самого Уманца, не дай Бог, ещё пожалуется и, тогда руководитель Черниговской области Николай Васильевич Уманец сделает свои выводы. Все помнят его, года три как, решение разогнать футбольную команду «Десна» Чернигов.
- Крокодил Гена замени Чебурашку.
- Курбаков! Это что за мультики?
- Виноват! Кашпур Геннадий выходит на поле вместо Кузнецова Олега.
- Так-то лучше.
Давид Маркович от неожиданности на радостях слегка вскрикнул, чуть не вскочил, осмотрелся по сторонам, не видел ли кто и, успокоился. Судья Оношко свистнул начало второго тайма, за Витей Клименко, вместо Чебурашки бегал толстяк Крокодил Гена, он же, как и Кузя, пятиклассник Кашпур Геннадий. Увидев такое начало «жидовские бомбилы» воспаряли духом, появился шанс, капитан команды Коля Клименко напомнил слова Давида Марковича «больше двигаться, прессинг на их половине поля», самостоятельно провели перестроение, Шпрот взял персонально Петрика. Переднего центрального защитника играл Игорь Охрименко.
«Что же случилось? Не может такого быть, чтобы Курбаков сделал такую замену, - про себя размышлял физрук Макатёр, - странно. Если рыжий мандарин получил травму, то почему Кашпур? А кого выпускать?  Такой же пятиклассник Бояра тихоход, технарь «на носовом платке», Богомаз то ли вратарь, то ли защитник, непонятно, Проша вратарь, Коля Бережной хромает, играть не может. Есть шанс! Молодцы, перестроились. А вот и Кузя присел рядом с Танькой, весь в слезах. Надо послушать. Сяду ближе».
- Пришли дяди и стали рассказывать про какие-то конюшни, гусар, ничего не понятно.
- Олег, не распускай нюни, скажи нормально, - физручка Меркова постепенно наполнялась бешенством, - говори. Возьми мой носовой платок, вытри сопли.
- Спасибо. Так вот, тот дядя в светлом костюме попросил задать ему вопросы.
- И ты задал ему вопрос?
- Да.
- И что спросил? Интересно мне знать, - не унималась Татьяна.
- Сказал ему, что зачем нам про венгерские конюшни, нам про игру надо, подскажите, что делать. Как гол забить?
- И… - вопрос застыл где-то далеко, Танька сидела, открыв рот и, не могла поверить, что её малой Кузя набрался смелости говорить с руководителем города, мужем средней дочери самого Уманца.
- А потом я сказал, что мне говорил дедушка о том, как эти самые гусары в первую очередь убивали венгерских евреев, а мы играем с детьми … - молодая учительница физкультуры не дала договорить, всё поняла и от восторга за своего ученика захлопала в ладоши, по-матерински обняла и поцеловала в рыжую завихроватую макушку.
- Орёл!!!
- Этот дядя и сказал тренеру, чтобы меня срочно убрали с поля.
«Так вот оно что! Надо же «интересно девки пляшут», не ожидал, - продолжал размышлять Давид Маркович, - посмотрим. С одной стороны, жалко мальчонку, за смелость пострадал. С другой стороны, будет знать, как «лезть поперёд батьки в пекло». Для него обидно будет, если команда проиграет. Лично для меня понятно, кто реально будет виновен в поражении «знаменосцев». Только вслух об этом никто не скажет. Странно, что никто из тренеров не заступился за мальчика».
Рыня и Мирон не находили себе места, из-за этих партийцев так и не поговорили с детьми, опытные детские тренеры понимали возникшую ситуацию, ведь физическое состояние намного лучше у лыжников, биатлонистов, гребцов и велосипедистов, чем у юных футболистов Курбакова. В детском футболе побеждает всегда тот, кто сильнее физически, в команде «Вымпел» нет ни одного мальчика из футбольной секции, все футбольные дворовые. Ближе к середине второго тайма Курбакову стало понятно, что команда явно подсела в физике, его подопечные потеряли скорость передвижения, передний центральный защитник Толя Свириденко с трудом справляется с велосипедистом Яроцким, всё подчищает «бульдог» Булах.
Никто не обращал внимания, кроме Курбакова и Макатёра на тот факт, что Витя Клименко своими постоянными рывками полностью измотал своего визави Кашпура. Первый раз за всю игру Витёк получил мяч и сразу полез напролом в сторону штрафной площадки, вдруг кто-нибудь нечаянно с ним столкнётся и, тогда, одним ударом Шпрота может решиться судьба всего матча. На этот раз не повезло, Олег Кураксин исправил ситуацию, в подкате чисто выбил мяч за пределы поля. До финального свистка оставалось десять минут.
Более получаса в три аккордеона, баяна и гармошки при сопровождении пионерского бубна гремела новая, никому доселе неизвестная песня. Зашла, так зашла! Как ни странно, за трибуной на берегу Стрижня рыбаки не жаловались, клёв шёл «мама не горюй», невольно сами стали подпевать припев, только его и запомнили, на большее не смогли, «горючка» закончилась. При таком клёве в магазин на «пять углов» бежать никто не решался. Оставалась только одна радость, стратегический продукт махорка от Моршанской табачной фабрики. Местные коты сидели в ожидании угощения мелкими пескарями, а если повезёт, то плотвой и окунцами.
Охрипшие от громкого пения, первыми встрепенулись фронтовики.
- Так кто играет? За кого болеем? Где наши?
- Вася, смотри на форму, видишь, пацаны в бело-синей форме нашей черниговской команды «Десна».
- Нет, это не наши футболисты.
- Борька, почему не наши футболисты?
- Как бывший пастух коней мадьярских гусар, наши футболисты красно-белые. Эти, сине-белые, венгерские евреи. Болеем за красно-белую команду.
- За «Спартак»? Никогда в жизни!
- Как название команды? Не орать же нам «Жиды, вперёд! Жиды, вперёд!» или «Давай, жиды! Давай, жиды!»
- Кажется, «Вымпел».
- Вымпел, вперёд! Вымпел, вперёд! Вымпел, вперёд!
Городские партийные работники с каждой секундой приближения окончания пока нулевого детского футбольного матча начинали приходить в ужасное состояние непонимания сути скандирования в поддержку команды «Вымпел», сами того не сознавая, что люди болели не за венгерских евреев, а за футбольную форму родной черниговской команды «Десна» против ненавистного московского клуба «Спартак».
Как будто почуяв приближение бури солнечного дня, стадион вдруг затих под выпускающие остатки воздуха меха аккордеонов, баяна и гармошки. Бубен пару раз издал глухой подвальный звук, булавы барабанщика повисли в воздухе, как и его слегка открытая послюнявленная челюсть.
- Рядом! Рядом! Держись рядом! Прижимай к бровке! Повторяй движения за мячом! На его финты не реагируй! Спиной к воротам! Вполоборота к бровке! Рядом! Рядом!
Пронзительный голос детского тренера Курбакова заполнил пустующее голосовое пространство детского стадиона. Кое-кто из гостей сразу и не врубились, куда попали, то ли на детский футбольный матч, то ли на дрессировку собак, хотя многие из детства помнят, как лет тридцать тому на этом месте венгерские гусары выкрикивали своим лошадям до боли знакомые слова типа «рядом». Выполняя кричащие указания тренера «бульдог», как его прозвали за вытянутую вперёд слегка отвисшую нижнюю челюсть, Саша Булах старался, как мог не пустить к своим воротам самого вредного своими симуляциями и притворствами игрока из команды соперников. 
К исходу матча Витёк Клименко, почуяв полную свободу отсутствия опеки, «вошёл в раж». Толстяк Крокодил Гена с трудом передвигал ноги, никак не успевал за строптивым то ли лыжником, то ли гребцом, то ли велосипедистом, главное, не футболистом,  дыхалка не давала возможности преследовать левого полузащитника «жидовских бомбил». Пятиклассник Гена Кашпур всеми фибрами своей маленькой души с большим сердцем про себя проклинал матерной бранью, партийного боса, а заодно и своего лучшего друга Олега Кузнецова, за то, что тот встрял в разговор и теперь ему приходится отдуваться за всех. 
Противоборство рядом с трибунами «бульдога» Саши Булаха с Витей Клименко больше напоминало эндшпиль шахматной партии, где король и ферзь пытаются поставить мат одинокому королю противника, а для этого ферзь должен повторять направления движений короля противника, чтобы загнать его на крайнюю горизонталь или вертикаль.
Казалось бы, второй заход Витька на фол сорвался. Но, как часто бывает, мяч отскочил и, лучший защитник областного детского футбола Саша Булах пытается отбить в аут. Рикошетом, от падающего Вити Клименко на слегка зеленоватый по краю поля газон, отскакивает к велосипедисту Вовке Яроцкому. Тот на всех парах принялся «крутить педали», помчался к воротам. Переднему защитнику «знаменосцев» Толе Свириденко на последнем издыхании ничего не оставалось, как сбивать строптивого форварда сразу за линией своей штрафной площадки в надежде, что вратарь Вадик Ткаченко в очередной раз спасёт команду. Пенальти? Судья Оношко, не раздумывая, указывает «на точку».
- Только один удар! Одно касание! Никаких добиваний!
Услышав крайние слова судьи Оношко, люди во все глаза уставились на коричневато-зелёную поляну с красно-бело-синими просветами от футбольной формы. Такое не всегда увидишь на взрослом футбольном матче. Юные футболисты нехотя побрели к центру поля, навстречу им уверенной походкой шёл биатлонист, Дима Тополёв, прозвище Шпрот, штатный, назначенный Давидом Марковичем, исполнитель стандартных положений.
- Этот как? Забьёт? Кто такой? Еврей? Может, промажет. Или вратарь возьмёт, - ёрзал, не находя себе места на узкой трибунной скамейке главный городской партийный начальник.
- Нет, он русский, фамилия Тополёв. Да вот же, недалеко от нас его родители радиоэлектроники, - Леонид Михайлович Рынский нехотя ответил, кто-кто, а он понимал, что этот парень точно забьёт, - отец в белой рубашке. Рядом с ним его названый брат Иштван, директор школы венгерских евреев, красивая женщина в новомодном крепдешиновом платье, привстала, волнуется, и, есть мама того мальчика, что идёт бить пенальти.
«Идёт, как по лыжне катит, приближаясь к огневому рубежу. Биатлонист! И не скажешь, что тринадцать лет. Интересно, что творится в его сознании? Наверняка, пульс зашкаливает, под сотню, не меньше, - физрук Макатёр, сам того не ведая, сидел с высочайшим пульсом своего сердцебиения, - спокойно, Дима. Ты сможешь. Да, что ни говори, детский футбол сильно отличается от взрослого, больше похож на отбой «бей – беги», никакой тебе комбинации. Кто кого перебегает, тот и победит. Догадались ведь сами надёжно прикрыть Славку Петренко и, связка «Булка – Петрик» забуксовала, «приказала долго жить». Детей надо правильно учить, в любом деле, хоть в футболе, хоть в лыжах, хоть за токарным станком и, тогда успех придёт. Что-то народ замолчал, не поёт свою, только что разученную новую песню «День Победы, как он был от нас далёк», красивая песня. Орали так, что игру и не посмотрели. А было на что посмотреть! Белобрысый Цукор раз пять, не меньше, попадал то в штангу, то в перекладину, один раз даже в крестовину. Широкан молодец, держал удар! Если сейчас Ткаченко не возьмёт пенальти, то наш шутогон Гена точно возьмёт приз лучшего вратаря. Из других вряд ли кому дадут приз лучшего игрока на позиции, лучший бомбардир известен, это Витька Рудой, сидит рядом с дядей Геной. Давай, Шпрот! Не подведи».
Взяв из рук судьи Оношко мяч, ставить «на точку» не торопился, посмотрел, где Вадик, во дворе множество, раз приходилось пробивать пенальти, иногда мимо ворот, иногда вратарь отбивал. На дворовой площадке ворота гандбольные, а здесь настоящие, футбольные. Слышно было, как Вадику объясняли правила пробития пенальти и где должен стоять вратарь, исключительно все движения только по линии и, ни шагу вперёд.
Наступила людская тишина, даже Вовка Буков перестал орать кричалки, похоже, зря «судью на мыло!», судья обиделся и назначил пенальти.
- Деда! Это как «только один удар»? Первый раз такое вижу, - пытался докопаться до правды внук фронтовик Петра Васильевича Шульги.
- Время на секундомере судьи закончилось, по правилам эпизод надо доигрывать. Здесь не хоккей, где точное время, игра идет, и время тикает, игра остановилась и, стрелки стоят.
- А я когда пойду футболом заниматься?
- Туда берут с пятого класса. На следующий год может и возьмут. Твоего дядю Костю, своего младшего сына, я отдал десять лет тому назад к тренеру Рынскому Леониду Михайловичу, видишь, дядя седой стоит, сгорбленный. Переживает за «красную команду», у белых нет из футбольной секции. Костя играет за команду «Суднобудивнык» города Николаев.
Отец и мать Димы Тополёва привстали в полный рост, смотрели, не моргая, как их сын установил мяч на одиннадцатиметровую отметку, сделал семь шагов назад, пятый пенальти за весь турнир и, все зашли в цель, этот, как в биатлоне, решающий, попадаешь, победа в кармане, никто не догонит.
Свисток судьи дал право нанести только один удар по мячу, если от вратаря, штанги или перекладины отлетает, добивать нельзя. С первым шагом приближения к мячу стадион взорвался громогласным припевом под аккордеоны, баян и бубен, безногий фронтовик-гармонист и его две маленькие внучки в тельняшках и бескозырках, махая синими платочками, были «всё внимание» на их ворота, за которыми они сидели, в ожидании, будет гол или не будет.
Этот День Победы порохом пропах.
Это праздник с сединою на висках.
Это радость со слезами на глазах.
День Победы! День Победы! День Победы!




Глава семнадцатая «Сталинград»
Детские футбольные команды по шестнадцать человек стояли одной шеренгой лицом к ещё поющим трибунам. Как и планировалось заранее, награждение финалистов проводил глава города. Стройные красивые девушки в форменной одежде по цветовой гамме ближе к стюардессам «Аэрофлота» перед собой держали подносы с наградами для юных футболистов. Рядом партийные руководители города и района, чуть в стороне начальник четвёртой жилищной конторы Георгий Громыхайло. Диктор стадиона приступил к своим обязанностям.
- Победителем детского футбольного турнира «Кожаный мяч» четвёртого «жэка» объявляется команда «Вымпел»!
Бурные аплодисменты с криками «Десна»! «Десна»! «Десна»! заглушил «туш», музыкальное произведение фанфарного типа для поздравлений и награждений. Его написал лауреат Сталинской премии второй степени, профессор Московской консерватории, уроженец Красноярска Николай Павлович Иванов-Радкевич, время звучания всего восемнадцать секунд. Само слово «туш» французского происхождения означает «клавиша, прикосновение».
«Команда нашей школы победитель? Не может быть! Наша команда «жидовских бомбил»? Кто бы мог подумать! Столько случайностей произошло в нашу пользу. Жеребьёвка дяди Гены, штрафные удары Шпрота, да и сегодня этот партиец влез с этими гусарскими конюшнями. Неужели Бог есть? Взять хотя бы пенальти на последних секундах финального матча. Повезло! Дима Тополёв молодец! Шпрот – биатлонист! Это какую надо иметь выдержку, чтобы не дёрнуться от такого шумового сопровождения, - вдали от всей суеты, в одиночестве сидя на трибуне, размышлял еврей хабаровского розлива физрук Давид Маркович Макатёр, неожиданно для всех детских футбольных специалистов победителем турнира стала его команда венгерских евреев «Вымпел», - нервы. В такой обстановке не каждый сможет так филигранно, скорее, наугад, пробить пенальти. Первый раз вижу, чтобы кто-то бил прямо по центру, под перекладину, вратарь Вадик Ткаченко так ничего и не понял, даже с места не двинулся, всё гадал, куда прыгать, а мяч просвистал над головой в самый раз под опорную ногу. Молодец, Шпрот! Хвалю. Когда мяч, как рыба, затрепыхался в сетке ворот, трибуны перестали петь припев и стали скандировать «Десна»! «Десна»! «Десна»! как сейчас под «туш». На трибунах мало кто и знает, что в этой форме играют дети венгерских евреев. Больше понравились белые футболки, синие трусы и гетры, как у черниговской, расформированной Уманцем команды «Десна», заодно, формы киевского «Динамо». Действительно, все болели против красно-белой формы, в своём представлении московский «Спартак». Удар с подъёма со всей дури. Зарядил, так зарядил. Терпели, и, вот она, победа. Хотя, как знать, если бы не этот партийный босс, да и вопрос от Чебурашки, ничего такого и не было. Могли занять второе место, нормально, тоже почётом пользуется. Прыгнули выше головы. Мы первые! Молодцы. Настоящее торжество венгерского футбола. Получается так. Как радуется Иштван. Радуются родители Димы Тополёва. Партийцы улыбаются, им сказочно понравилась организация мероприятия руководством ЖЭКа, искренне жмут руки Громыхайло, понимают, что с Георгием Валентиновичем спорить бесполезно, за правду он точно «глотку перегрызёт». Всё прошло отлично. Как же я забыл! Сегодня 20 апреля, день рождения Адольфа Гитлера и, мы, в нашем городе, просто в пику этой сволочи, проводим такие мероприятия на пути к празднованию Дня Великой Победы над этой европейской нацистской нечистью. Действительно «получи фашист гранату»! Сегодня откроем площадь в честь Героев Сталинградской битвы, это и будет настоящий подарок Адольфу Гитлеру, напоминание всем, что русские никогда не сдаются. В нашей стране все русские! И татары, и буряты, и евреи, и узбеки, да все народности, национальности и народы. Мы все, живущие в Советском Союзе, объединены одним словом, и так считают все в мире, это слово «русские». Когда говорят «русские идут», значит, ребята, вы нагадили».
Второе место и медали серебристого цвета получили юные футболисты второй русской школы «Знамя», третье в упорной борьбе вчера выиграла команда «оранжевых дьяволов» двадцать второй русской школы «Комета».
Лучшим вратарём всё жэковское футбольное жюри по праву признали Широкана Гену из команды «Вымпел». Почётное звание «Лучший защитник» единогласно, волевым решением главы города, отдали Чебурашке, он же рыжий Кузя, самому младшему из всех участников пятикласснику Кузнецову Олегу, команда «Знамя». Без конкурентов «Лучший полузащитник» - Сапронов Сергей «Комета». Заслужил, так заслужил. Всегда улыбающийся «Булка» взял приз «Лучший нападающий» - Буглак Валентин «Знамя». Бесспорно с двенадцатью голами «Лучший бомбардир» - Рудой Виктор, команда «Космос».
- Детский футбольный турнир «Кожаный мяч» в четвёртом «ЖЭКе» завершён. Гимн Союза Советских социалистических республик!
Трудно определить, кто проявил инициативу, но три аккордеона, баян и бубен, а за воротами подхватил безногий фронтовик-гармонист, заиграли государственный Гимн по тексту из варианта 1943 года, автором которого тогда был Сергей Михалков совместно с военным журналистом Георгием Эль-Регистаном (Габриэль Аркадьевич Уреклян). На трибунах стадиона все дружно встали и поначалу скромно запели.
Союз нерушимый республик свободных
Сплотила навеки Великая Русь.
Да здравствует созданный волей народов
  Единый, могучий Советский Союз!
Припев уже орали во всё горло, с улыбкой и слезами на глазах, с гордостью за необъятную Родину, каждый, размахивая по сторонам руками, старался быть дирижёром, единым целым, властелином своей страны.
Славься, Отечество наше свободное,
Дружбы народов надёжный оплот!
Знамя советское, знамя народное
Пусть от победы к победе ведёт!
Для перебивки музыканты ещё раз сыграли «туш» с плавным переходом на песни времён Великой Отечественной войны без новой песни, её оставили на потом, объединить и развеять скуку. 
Стадион гудел как пчелиный улей, все разговаривали, пытаясь перекричать друг друга, доказать свою правоту. Все были под впечатлением проведённого мероприятия, искренне подходили и благодарили начальника четвёртой жилищной конторы Георгия Громыхайло и, трудно себе представить, как будут люди благодарить его там, на новой площади.
Объявления стадионного диктора никто не слушал, все и так знали, что предстоит идти пешком примерно два километра открывать новую городскую площадь «Героев Сталинградской битвы». Двадцать участников той героической битвы от рядового до майора с орденами и медалями на военных кителях стояли в готовности возле Палаца пионеров, чтобы возглавить патриотическое движение по улицам Попудренко, площади «Пять Углов», Красноармейской, Свердлова, сержанта Павлова с пересечением улицы Рокоссовского, и зайти на открытую пока официально безымянную песочно-каменисто-глинистую площадку.
Руководство четвёртого «ЖЭКа» собрали примерно тысячи две с половиной своих жильцов разного возраста, от младенцев в колясках до ровесников умершего в прошлом году Маршала Победы.
Безопасное движение пешей колонны под непрерывное исполнение новой победной песни обеспечивали «гаишники». Обе стороны дорог олицетворяли только частные одноэтажные дома, почти из каждого двора доносились то ли лай собак, то ли собачье подвывание понравившейся музыки.
Здравствуй, мама, возвратились мы не все…
Босиком бы пробежаться по росе!
Пол-Европы, прошагали, пол-Земли, -
Этот день мы приближали, как могли.
Безногого фронтовика с гармошкой посадили на крышу горбатого запорожца, благо там закреплён решётчатый багажник, ехавшего бесшумной скоростью пешеходов внутри колонны, рядом шли, растягивая меха аккордеонисты, баянисты и гармонисты, позади всей колонны подогнали пионерский духовой оркестр.
Шедшие в такой патриотической колонне могли только предполагать, что неделю как Черниговский ликёроводочный завод работал в режиме военного времени, в три смены. Под «Сталинград» неограниченно везли пустую стеклянную тару. Грузовики мчались из Киева, Сум, Гомеля и Брянска для выпуска водки «Столичная», «Русская», «Экстра» и «Московская». Ради такого праздника пришлось пожертвовать количеством всеми любимой фирменной горькой настойкой «Черниговская».
Торжественное мероприятие начинали точно в срок и по расписанию.
- Митинг, посвящённый образованию площади «Героев Сталинградской битвы» объявляется открытым!
Оркестр военной комендатуры Черниговского гарнизона сыграл Гимн Советского Союза.
Пятиминутную поздравительную речь толкнул руководитель области Николай Васильевич Уманец, отец которого погиб в Сталинградской битве 19 ноября 1942 года.
Пламенное выступление от ветеранов-сталинградцев произнёс учитель рисования, трудов и черчения украинско-еврейской школы № 9 сержант запаса Коломиец Григорий Семёнович.
Небольшой концерт начинал бард местного театра музыкальной комедии берущей за душу песней, слова которой бросали в дрожь, никто так и не смог вспомнить, кто есть автор такого бессмертного произведения.
Здесь раньше – вставала земля на дыбы,
А нынче – гранитные плиты.
Здесь нет ни одной персональной судьбы –
Все судьбы в единую слиты.
На сооружённой временной из еловых досок сцене стоял мужик лет под сорок с гитарой и пел, рядом как президиум митинга открытия площади Уманец и другие партийные руководители области и города, с ними сержант запаса Коломиец. Как и все зрители, так и руководители не задумывались, кто сочинил песню, каждый про себя решил, он придумал, всем понравилась.
А в Вечном огне видишь вспыхнувший танк,
Горящие русские хаты,
Горящий Смоленск и горящий рейхстаг,
Горящее сердце солдата.
Завершался небольшой концерт  выступлением девочки шестого класса. Никто не поверил, девочка высокая, мол, переодели артистку театра в школьницу и отправили на сцену читать стихотворение.
- Выступает ученица шестого класса второй школы Блинова Александра. Стихотворение Константина Симонова «Жди меня».
Стройная красивая девочка в коричневой школьной форме и белом фартуке с большими, заплетёнными в косички голубыми бантами поднялась на дощатый настил в пять ступенек, и, направила отрепетированный в последние дни с этого места взгляд на букву «Р» магазинной надписи «Сиверский». Начальные строчки её бархатистого голоса заставил всех молчать.
Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Жёлтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придёт,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждёт.
Первыми пустили слезу вдовы, те, кто потерял своих мужей на войне, вернувшиеся с войны фронтовики нежно обняли рядом сидящих жён, как будто это стихотворение, написанное в страшные дни июля сорок первого года, предназначено для каждого из них.
Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души…
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.
А девочка читала громко, почти навзрыд, с поднятыми немного вверх руками, всем казалось, что она выпускает в небо невидимых белых журавлей. Медицинская бригада скорой помощи не на шутку напряглась, лишь бы только успела дочитать. Стоящие внизу настила люди восторгались игрой артистки, они и подумать не могли, что эта девочка не артистка местного театра, она шестиклассница, ведь так им стихотворение никто и никогда не читал.
Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: - Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, -
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.