А утро только казалось прекрасным...

В то самое утро Светка проснулась очень рано. Это, разумеется, по меркам выходного дня. Всего-то и было одиннадцать часов. Правда, солнце уже вовсю веселилось, рисуя на стенах яркие пятна.
–Ну веселится и бог с ним, –подумала Светка, – у него работа такая, –она зевнула и тут же сморщилась, и стала похожа на сушеную сливу. Голова раскалывалась, что даже чириканье воробья на ветке за окном казалось громом. Сказывался вчерашний корпоратив. Она и выпила –то бокал теплого, противного вина, но почему-то сразу опьянела. И вот теперь…
Светка повернула голову и облегченно вздохнула. Это святое место рядом с ней было пусто. Она вспомнила! Вчера она поссорилась со своим приятелем, с которым жила уже целых два месяца. Нет, безусловно, он не был у неё первым. В тридцать пять — это не очень-то удивительно. Но был очередным. После трех замужеств, она больше не желала связывать себя узами Гименея. Да и зачем? А так… Повстречались, разбежались… Правда Пашка почему-то решил, что он теперь её муж и будет жить тут вечно. При этом он работать откровенно не желал. Случалось, куда-нибудь пристраивался каким-нибудь охранником, но после первого дня работы, как правило, оставался дома, заявляя, что достоин бОльшего и лучшего. А пока…Он будет себя искать. А чего? Светка ведь работает. И просто обязана его поддержать. Ведь он почти муж.
–С голоду ведь не умираем, – заявлял он, почесывая уже явно наметившееся брюшко, – зарплата у тебя хорошая…Хорошая же? –спрашивал и сам же отвечал, –хорошая. Значит, проживём.
И вот теперь он обиделся… А всё потому, что она отказалась брать его на корпоратив. Могла, конечно, и с ним пойти, ибо другие идут и с мужьями, и с женами, и с друзьями. Но, как считала Светка, он не заслужил…
Его не было всю ночь, и Светка была очень рада. Решив для себя, что этот балласт ей больше не нужен, она приготовилась еще поспать. Но голова…Голова никак не хотела успокаиваться.
–Выпью кофе с анальгином, – подумав о целебном сочетании, выручавшем её не раз, она села, осмотрела свои владения и, заметив на столике Пашкин галстук, невесть как затесавшийся сюда, она, прихватив его, отправилась на кухню, решив для себя, что, начиная с этого момента, будет безжалостно уничтожать следы пребывания этого существа в её квартире.
С такими светлыми мыслями Светка двинулась пить кофе. Мимоходом взглянув на себя в зеркало, она даже притормозила, вытаращив глаза. На неё оттуда смотрело совершенно бесполое существо с выпученными глазами, торчащими в разные стороны лохмотьями вместо волос и надутыми губами. Она невольно поднесла руку к губам, существо повторило. И Светка ужаснулась. Это надо же такому случиться! Наверное, зеркало требуется помыть, вон какое чудище изображает. Она даже пальцем провела по стеклу, но палец оказался чистым.
–И это я?!–обалдела Светка. –Как такое могло получиться? Я же была такая нарядная, красивая на корпоративе…Даже все мужчины засыпали комплиментами, – она подумала и вспомнила, как с шефом отплясывала нечто среднее между твистом, гопаком и мазуркой. Светка поежилась, даже не верится… А потом…Что же было потом? А потом она почему-то стала спотыкаться, даже упала на лестнице…И они с Сашкой-айтишником заклеивали клеем порвавшиеся колготки. Светка опять потрогала губы. А с ними-то что? И опять окаянная память стала подсовывать ей цветные картинки. Оказалось, что они в том же кабинете самозабвенно целовались.
–А что было дальше? –Светка содрогнулась. –Не может быть!
Но память тут же сумела разочаровать. Да-да! Она помнила, как открылась дверь, влетел не то вихрь, не то ведьма на метле… Оказавшаяся потом женой этого самого Сашки. И… Вот куда оказывается делась её красота, вот почему её прекрасные волосы висят теперь сосульками.

Светка не то всхлипнула, не то хрюкнула, отмахиваясь от воспоминаний… Голова заболела сильнее, и она продолжила путь. Забросив галстук в ведро, она облегченно вздохнула и, сварив кофе, выпила, закусив таблеткой. Вернувшись в спальню, Светка снова улеглась, дожидаясь счастливого освобождения от боли. Она взяла в руки телефон, решив, что надо отключить, дабы он не помешал видеть сны и дальше. Спешить-то сегодня решительно нЕкуда. Убедившись, что звук отключен, Светка взглянула на экран. Было несколько непринятых вызовов. Один от верной подруги Ирины, не обидевшейся на неё даже тогда, когда Светка увела её жениха. Заявив, что ей не нужен мужчина, которого можно, как быка, увести на веревочке. Впрочем, он и Светке тоже оказался не очень-то и нужен был. Попользовалась, разочаровалась и выбросила, как старые порвавшиеся перчатки. Он, правда, попытался позже вернуться к Ирине, но та не взяла, сказав, что не пользуется чужими поношенными вещами, чем сильно обидела молодого человека. Дружба их оказалась сильнее. Подруги были разными, и, возможно, поэтому притягивались друг к другу. Светка- невысокого роста брюнетка, подвижная, постоянно в поиске приключений. Ирина была значительно выше подруги. Светловолосая, спокойная, всегда уверенная в себе. Обычно она никогда не звонила в такую рань. Это Светка могла трезвонить в любое время, а Ирина –нет. А сегодня… И что могло случиться?
–Ну ладно, –решила Светка, –высплюсь, и потом разберемся, а вот зачем Софочка звонила целых пять раз…Не понимаю.

Софочка была секретаршей директора, поговаривали, что не только секретарила, но и оказывала услуги другого характера и даже имела на него некоторое влияние, а значит имела и определенные виды. Ну и что с того, что у него есть вполне себе симпатичная молодая жена? Её ведь можно и отодвинуть, ведь не дерево же она в конце концов. Софочка считала себя лучше, красивее. Правда, это было лично её мнение. И оно, как она считала, было единственно верным. Ведь она блондинка с гривой явно крашенных волос, а теперь ещё для полной красоты губы надула. К тому же она ногастая, точно молодая кобылка, да ещё и с норовом.

–И зачем я ей понадобилась? Может приревновала к шефу? –Светка заметила, когда они плясали, у Софочки раздувались ноздри, глаза превратились в щелочки, а из ушей шел дым…Или показалось? Хотя…Это не так уж важно. И вообще, какое мне дело до них до всех? Сегодня выходной, а потому просто неприлично меня тревожить. Буду спать, –Светка зевнула. Голова продолжала болеть.
И только она приткнула больной орган к подушке, как раздался звонок в дверь. Светка спрятала голову под подушку, но звонки следовали один за другим, чередуясь со стуками.

Повздыхав, Светка села.
–Что за люди! Не открываю, значит нет дома…, – бурча себе под нос, она двинулась к двери. И тут услышала голос Ирины:
–Да дома она, дома! Случилось, видимо что-то… Да открывайте же, вы ведь полиция!
Не дожидаясь, когда начнут взламывать дверь, Светка её распахнула. За порогом стояли двое мужчин, вылупив на неё глаза. Один из них длинный, худой, с вытянутым, как у лошади лицом и шеей, как у жирафа повел носом, похожим на клюв клеста, точно принюхиваясь. Что уж он собирался унюхать, Светка так и не поняла. Второй был маленький, кругленький, словно воздушный шарик. Светка даже испугалась и чуть прикрыла дверь, вдруг образуется сквозняк, и мужичок улетит. Отвечай потом за него. На шарообразном личике, между пухлыми щеками ловко устроился носик-пуговка. Крошечные глазки его излучали доброту и свет. В нем Светка узнала своего участкового– Тараса Семеновича.
–Ну точно великан и гном, – хихикнула про себя хозяйка, выжидающе и немного испуганно глядя на таких ранних, да ещё незваных гостей, за спинами которых мялась Ирина. Увидев подругу, Светка приободрилась. Всё –таки близкий человек рядом, а значит в обиду не даст.
–Почему не открываете? – рявкнул длинный.
–А я разве обязана кому попало открывать? –резонно заметила Светка.
Лицо длинного стало покрываться пятнами свекольного оттенка.
–Ну-ну, –ласково и даже участливо зажурчал голос участкового, – никто не говорит, что обязаны. Просто произошло некоторое событие, к которому, как говорят, вы можете иметь отношение.
–Интересно, – фыркнула Светка, – к чему такому таинственному я имею отношение, о чем даже сама не знаю.
–Всё вы знаете! –длинный дернул кадыкастой шеей. –Всё! Иначе почему вы такая…, – он споткнулся, подбирая слово,-такая всклокоченная, да испуганная.
–А вы каким были бы, если бы вас подняли ни свет, ни заря, не дав выспаться, –огрызнулась Светка, –да ещё неизвестно кто.
Лицо длинного стало медленно покрываться красивым зеленоватым оттенком, ну точно молодая травка на его щеках пыталась проклюнуться.
–Да как вы смеете?!–взвизгнул он. Участковый сдержанно хихикнул. Похоже, напарник не вызывал у него симпатии, но он вынужден был молчать, ибо начальство всё-таки. –Я представитель власти! – и он трясущимися руками вытянул из кармана красные корочки. –И уже не рань, а полдень!
Светка было открыла рот, чтобы разразиться новой тирадой, но тут вмешалась Ирина.
–Вы разве не видите, что человек только проснулся? Ей надо прийти в себя, а нам всем успокоиться и выпить кофе, – и она подмигнула Светке.
Но та, уже раскочегаренная недовольством, прикрикнула на неё:
–Чего ты кривишься?!
–Ладно-ладно, –вмешался Тарас Семенович, –ведь ничего не случится, если мы все успокоимся и выпьем кофе.
Светке ничего не оставалось, как посторониться. Ирина тут же впихнула её в ванную, приказав привести себя в порядок, и прошла вместе с мужчинами на кухню.
Светка подчинилась. А что делать-то?  В зеркале она опять увидела взлохмаченное существо, нечто промежуточное между бабой ягой и кикиморой и опять подумала, что зеркала надо менять, уж коли они её, такую красавицу, отображают чудовищем. Она взяла полотенце и потерла зеркало. Так, на всякий случай. Но ничего не изменилось.
–Это я?! Я?! Не может быть! –и она принялась приводить себя в порядок. Приняв душ, Светка даже чуть –чуть подкрасилась. Нет, конечно, она не собиралась соблазнять этих, но… пусть знают наших.

Тем временем Ирина сварила кофе и налила в чашечки, достав из шкафа самые лучшие из тонкого золотистого фарфора. На столе уже стояло печенье, варенье, присланное Светке бабушкой, и мед.

Светка вошла и с невозмутимым видом уселась на стул. Глаза длинного стали похожими на совиные, и он закашлялся, поперхнувшись. Тарас Семенович только ухмыльнулся. Его такое превращение не удивило, ведь он не раз видел Светку.
–Ничего себе превращение! – только и сказал длинный, тут же отрекомендовался, – Егор Данилович я. По делам службы у вас.
–Я вас слушаю, – светским тоном объявила Светка.
–Вы знали Бориса Львовича Закусилова?
–Почему знала? – удивилась Светка. –Я и сейчас его знаю. Мой шеф.
–Когда вы его видели последний раз? –Егор Данилович что-то черкнул в блокноте.
–Вчера на корпоративе… Мы с ним танцевали… Все нам хлопали, –Светка даже улыбнулась своим воспоминаниям. И теперь была похожа не на взъерошенного сорванца, а на милую, хрупкую девушку.
А потому голос длинного зазвучал мягче, сочувствующе. Ему даже захотелось погладить её по головке, успокоить, защитить. Он вздохнул, но работу никто не отменял и потому продолжил.
–А что было потом?
–Потом? Потом он пригласил меня в кабинет на чашечку кофе.
–Вы пошли?
–Пошла… Ведь он мой начальник. Тем более, что за нами увязалась Софочка, которой он и приказал сварить кофе.
–Софочка?
-Это секретарша, –встрял участковый, – вы уже с ней беседовали.
–Ах, вот как. А зачем она пошла?
Светка дернула плечиком.
–Наверное, чтобы кофе сварить. Или…, –Светка задумалась, накручивая прядь волос на палец. При этом брови её съехались к переносице.
–Что «или»? – поторопил её Егор Данилович.
–Или хотела оставить шефа себе…
–Это как?
–Да всё просто! Она была с ним… гм… в деликатных отношениях и боялась, что он может перекинуться на кого-нибудь другого, –Светка с удовольствием отхлебнула глоточек кофе, который ей услужливо подставила Ирина, и даже зажмурилась от удовольствия и стала похожа на  ласковую кошечку, –поэтому Софочка сильно разозлилась.
–А как это проявлялось?
–Как? Да стала серо-зеленой, как вы недавно…
Длинный дернулся, а Ирина толкнула подругу, заставляя замолчать.
–И?
–И всё… Софочка принесла кофе, поставила его очень резко. Даже пролила немного. А мне в это время позвонила Ирина,-она кивнула на подругу, –мы с ней пришли. Она меня потеряла и стала звонить, чтобы идти домой.
–Вы ушли?
––Да…Сразу же… Тем более, что Софочка так и стояла у двери. Но… Зря она вздумала ревновать ко мне. Он мне не нужен ни в каком виде. Правда, ей ведь тоже уже с ним ничего не светит…
–Это почему? – в глазах длинного загорелся азартный огонёк.
–Да ведь это всем уже известно. Он положил глаз на нашу новую сотрудницу- молоденькую, пухленькую, совсем ещё девочку Машеньку.
–Вот как? – Егор Данилович разочарованно задышал. –Вы уходили, он был жив?
–Как это? А что случилось-то? Конечно был жив и чувствовал себя прекрасно. Я оглянулась, он стал пить кофе.
–Так-так… ,– длинный постучал пальцами по столу,–а эта ваша Софочка тоже ушла?
–Нет, она оставалась. Только…Она так странно смотрела на шефа…
–Странно?
–Да. Точно хотела испепелить его взглядом.  Да что случилось?! Слова больше не скажу, пока не буду знать, зачем этот допрос.
–Вашего шефа отравили сегодня ночью. Нашла его секретарша вместе с женой, позвонившей ей. Ведь муж так и не пришел домой. Вот они вместе и поднялись в кабинет, а там… И эта Софочка сказала, что это вы с ним оставались.
–Кто-о?! Ну и дрянь… Все волосенки ей повыдергиваю, пусть лучше на глаза не попадается!  Всё понятно, это она его убила…Не захотела терять сладкое место фаворитки и … решила кардинально вопрос, дабы не доставался он никому, – Светка вскочила со стула и забегала по кухне. Длинный и участковый с интересом наблюдали за ней.
–А почему она? – осторожно поинтересовался участковый.
–Да она ревновала к нему всех.  Даже новенькую малышку. Правда, эта Машенька хоть и молоденькая, но фору любому даст, а начальника так сразу и решила взять в оборот. Глазки строила…
–Может, эта новенькая убила?
–Э-э…Нет! –Светка притормозила. –Она пришла к нам недавно…
–И что?
–Ей –то зачем? Шеф сам стал ей внимание уделять…,–резонно заметила Светка,–а вот Софочка… Она ведь от его двери не отходила, если к нему в кабинет заходила женщина. Любая. Подслушивала, вынюхивала… Не-ет! Это точно она. Она не желала никому уступать место при шефе.
–А жена? –Егор Данилович слушал с нарастающим любопытством.
–А что жена? Подумаешь…, –Светка даже фыркнула, – курица домашняя…, –и вдруг она замерла, вытаращив глаза, даже шея вытянулась, как у горланящего петуха, а рот открылся. Она хлопнула себя по лбу, –да ведь и меня тоже она хотела убить. И если бы не Ирина… Ведь Бориска в тот вечер меня пригласил в кабинет, а Софочке велел сварить кофе.
–Так что такого-то?
–Как это что?!–Светка даже подпрыгнула. – Вы бы видели, как она смотрела на меня! Я думала, от меня одни угли останутся … И вот…
–Ну это домыслы всего лишь, – Егор Данилович вдруг заскучал.
–А вы проверьте. Наверняка в её загашниках и яд какой-нибудь найдется.
–Да не было там яда.
–А что?
–Обыкновенные таблетки от давления, которые были добавлены в кофе в большом количестве. Давление резко снизилось и… Да. И были эти таблетки у неё в столе. Но Софья сказала, что это её. Давление иногда поднимается, –Егор Данилович резко поднялся.
–Вот и врёт! Она будет здоровее нас всех вместе взятых, –Светка опять забегала.
–Ладно. Всё проверим. Спасибо за информацию.

После ухода мужчин, подруги переглянулись.
–Ну и дела… Жаль Бориску. Он хоть и Казанова ещё тот, но всё-таки свой, родной, знакомый… Теперь неизвестно, кто будет начальником...Или вовсе закроют нас…, –Светка погрустнела. А это было так не похоже на неё. Но через секунду она уже с удивлением смотрела на Ирину,-а ты как здесь оказалась?
–Меня Софочка подняла. Сказала, что не может до тебя дозвониться. И сообщила, что именно тебя подозревают в убийстве.
--Вот коза!


А тем временем Софочка была весьма довольна собой. Она сделала всё, что смогла и сделала правильно. Комар носа не подточит.
– Теперь Мариночка ( это была жена шефа),–думала она, мысленно восхищаясь своей смелостью и находчивостью,– будет довольна. Ей фирма, а мне деньги и немалые, а в будущем повышение зарплаты.  А выскочка Светка будет сидеть в тюрьме. Надоела уже! Всегда ей всё внимание достаётся… Ещё и плясал с ней. Кабан. Ну и получил своё. Жаль, что этой фифочке ничего не досталось. А так бы… Ну да ладно. А теперь можно и поспать. Ночь насыщенной была, да и утро тоже, – и Софочка отправилась отдыхать. А чего? Заслужила ведь.

Но не тут-то было… Только замелькали разноцветные звездочки, как в дверь позвонили. Распахнув её, Софочка очень удивилась.
–Я ведь всё рассказала…
-Не всё… ,-–заметил Егор Данилович,–вы забыли сказать, зачем всё-таки расправились со своим начальником.
–Я-а…?!–Софочка попятилась и плюхнулась на пуфик, оказавшийся так кстати на пути. –Да вы с ума сошли! Эт-то всё она! Она! Я же вам говорила, что это Светлана Пыжикова. Она злодейка!
–Но вас видели, когда вы подкладывали таблетки в кофе, – решил схитрить Егор Данилович. Он был уверен, что такой способ действует наверняка на людей, совершивших подобное преступление впервые.
–В-видел? Кто? – голос у Софочки вдруг осип.
–Это вы потом узнаете…А пока рассказывайте.
–Но…Но это не я! Правда! Вернее, да я положила таблетки. Но мне сказала так сделать Марина.
–Какая ещё Марина? –на лоб Егора Даниловича набежала тучка.
–Да Марина Петровна! Жена Бориса Львовича.
–А ей зачем?
–Она боялась, что он с ней всё равно разведется. Ведь он такой бабник. И она останется с тем, с чем пришла. С сумочкой.

А дальше было уже совсем скучно и предсказуемо. Арестованные дамочки, быстро утратившие лоск, стали обвинять друг друга… Совсем запутались, обе расплакались. Но… Какое следствие верит слезам?