Пространство мечты

Мечты… они всегда одинаковы: по текстуре они похожи на облако, упавшее с небес, а по факту являются светом давно сгинувшего светила. Они далеки и недостижимы.
***
 Но что, если представить, что настоящая мечта — это не просто абстрактная мысль, а нечто большее, скрытое за той самой линией горизонта, кою видят все каждый день своей жизни?
***
…тогда небо горело ало-сиреневым заревом заката. Обруч звезды медленно уходил вниз, за край земли, обрекая её на темноту ночи. Облака растворялись вместе с остатками былого дня, что еще не успели исчезнуть во мраке. Огромные монолиты многоэтажных домов постепенно зажигались своими желтыми огнями ламп и люстр. Город постепенно затихал.
Я шёл по улице, и в спину дул теплый ветер, гоняя капли пота по коже. Тело просило одного: крепкого сна. Без ослепительных пятен сновидений, а просто с ощущением того, что будний день конечен. К счастью, работа может подождать!
***
Дома меня ждал лишь мрак квартиры и она…деревянная, с облаком матраца, туманом одеяла и подушки на ней. Спина, затекшая после работы, касается мягкости, и кости, кажется, тают. Я не существую. Я – это моя постель и тишина вокруг.
Закрыв глаза, видно только черную занавеску век. Тело, подчиняясь шепоту сна, замирает, постепенно становясь единым со всей Вселенной.
Поток сознания исчез. Но едва я успел закрыть глаза, как произошло нечто неведомое.
Что-то незримое стало тянуть меня в реальность. Раздался голос, как будто по ту сторону мира:
—  Горизонт не ждет…
Глаза медленно открылись. Надо мной потолок: гладкая поверхность из квадратов пенопластовой плитки. Но что-то не так: зрение смещается, по краям и вовсе размывается. Встал. Ступни обжёг холод пола. Но не это меня поразило. А вид за окном: на небе не было звёзд. Да, казалось бы, нормальное явление. Да вот только линия горизонта, не замечаемая прежде, горела ярким пламенем. Тонкая оранжевая линия, отделявшая землю от неба и наоборот.  Отсветы желтого цвета тянулись к небесам, словно стараясь озарить и их, но едва ли касались почти незримых облаков.
Я обомлел. Тело стало камнем. Сердце вдруг бешено застучало: казалось, выскочит и пропадёт бесследно. Зарево как будто было застывшим: не было мерцания или сияния. Просто кто-то с той стороны включил лампу и не собирался выключать. Ноги сами понеслись прочь, на улицу.
***
Снаружи странно холодно, хотя землю укрывала зеленая трава и деревья еще не успели отдаться осеннему сну. Почувствовал где-то внутри приятную легкость, будто гравитация отпустила меня. Прыгнул…и почти коснулся небес!
…Под ногами асфальт искривлялся и рябил, как поверхность воды, превращаясь в гладкий, серебряного цвета, ковёр, ведущий вдаль.
Постепенно, с каждым шагом, многоэтажные коробки домов становились всё мельче и мельче: исчезали окна и двери…а после на их месте образовывались хрустальные цветы хромового цвета. В огненном зареве они переливались всеми цветами радуги. Их лепестки же не были статичны. Они как жидкий металл меняли форму, становясь то спиралями, то розеттами, то вовсе неизведанным узором, чудом геометрии. А стебли, если подойти поближе, и вовсе парили над землей, мерцая бледно-голубым светом. Я был во сне.
Или нет?..
***
Дорога уходила всё дальше и дальше. Всё это время я ощущал, что нахожусь где-то за гранью реальности, как сомнамбула. Но глаза открыты, а мозг пытается осмыслить происходящее, пуская ток к нейронам.
***
Свет не становился ярче, не обнимал меня, не пытался забрать с собой в неизвестность. Он просто был. Как есть воздух, как небо. На котором уже начали проступать бусины звёзд.
…время потеряло свою оболочку: внутри меня царило странное чувство полости. Если раньше, там, в прошлой жизни, я буквально ощущал тиканье незримых часов у себя где-то в грудине, то сейчас этого не было. Лишь ощущение свободы, отдававшее тоской.
Неужели именно это чувство и главенствует во вселенной?
***
Конца зареву нет. Оно пылает и пылает ровным светом, даже не отбрасывая теней. Полотно тишины разрезал шепот, такой далекий и тихий, что расслышать слова удалось со второго раза:
—  Твоя мечта…лежит здесь. На границе двух миров. Тебе не нужна земля, чтобы чувствовать опоры. Не нужно и небо, чтобы летать.
Тут я спросил, сам не зная зачем:
—  А у меня есть мечта?
В ответ лишь молчание. Что это за голос? Не знаю. Может, это уставший разум решил меня проучить? И это всё – его рук дело?
Но прежде чем эта мысль, холодная и успокаивающая, овладела мной, скепсис был разбит кое-чем  невообразимым: земля и небо стали отдаляться друг от друга, словно это были огромные ворота, державшие за собой другое измерение. Вместо привычной тьмы космоса лишь белый свет. Ослепительный свет, как у большого старого пульсара, готовящегося к тому, чтобы окрасить пустоту вокруг во весь спектр алого. Последний свет обреченного.
…однако вскоре белизна отступила, открывая взору то место, о котором я всегда мечтал. Небо здесь было не голубым, а красно-фиолетовым, будто огромная туманность заслонила собой бездну. Вместо звёзд здесь - плавающие оранжевые и голубые фонарики мечт. Оранжевые принадлежат еще живым мечтам, а голубые это лишь отпечаток прошлых.
Земля была как витраж, состоящий из прозрачных стекляшек, отражавших черную бездну. Как только начинаю идти, из ниоткуда появляются другие частички витража и выстраиваются в подобие деревьев, лесов, и даже домов. Все прозрачны. Их единственный житель – пустота. Голос продолжил:
— Это твоя мечта. Быть тем, кого не видят, но знают, что он есть.
—  Божественной сущностью, что ли?
—  Нет. Ведь ты - начало и конец, ведь хотел отступиться от суеты, которая всегда была противна.
—  А как же мой дом? – С удивлением спросил я. 
— Это и есть твой дом. Здесь нет времени и жизни, в том смысле, в котором ты ее понимаешь.
Голос покинул меня, а под ногами образовалась пропасть. Оттуда веяло холодом. Протянул руку, и кажется, не почувствовал пальцев. Космос. В нём горели звезды, сталкивались рукава далеких галактик. Но вместо страха или трепета я чувствовал, что это в порядке вещей, ровно как и чистка зубов. Время…оно было таким же, как та горящая линия горизонта: статичным.
Но при этом мир там, под ногами, жил и умирал. Вселенная сжималась и разжималась как пружина, а цивилизации в ее глубинах пытались постичь всю её красу и величие.
В этом было своё великолепие: жить, ради того, чтобы познать непознаваемое. Объять необъятное, добраться до сердцевины всего сущего, лишь бы наполнить жизнь смыслом. А он прост:
Пока существует время, есть и смысл мечтать.