Тёмная башня

Стройка началась с возведения тёмной башни, нависающей на её окраине за самым котлованом. Наскоро сколоченное деревянное строение должно было известить всех, начиная от главного инженера и заканчивая вороньё, что скоро здесь появится очередное бетонное чудо, коробка в девять этажей, внутри которой зажгутся лампады и будут орать христианские младенцы, поедаемые заживо евреями-строителями (хотя где вы видели хоть одного еврея-строителя). Потом к этому прибавится гул паркующихся автомобилей, пьяные песни какого-нибудь Цоя или Летова, исполняемые непременно под расстроенную гитару. Везде насрут и всё поломают. А ракета, та, что установят во дворе, чтобы малыши могли почувствовать себя немного космонавтами, превратится в общественный туалет, в котором по весне найдут околевшего бомжа, обретшего свою Вальхаллу. 

А пока, есть лишь тёмная башня на краю. И все перед ней равны. 

Экскаваторщик перестарался, вырыл не на один ковш, а на три. И теперь присев в задумчивости, можно услышать гул, как из преисподней. Но никто не жалуется. 

Стройка только согласовывается. Участок обносят непроглядным забором. На ворота приколачивают паспорт объекта. Техника заезжает. Появляются вагоны-бытовки. А сверху смотрит Господь и улыбается. "Одобрено",- говорит Господь. И стройка начинается. В котлован спускают живого барана, его держат двое. Потом подходит третий и громогласно читая молитву, вскрывает горло тотемному животному. Теперь заживём. 

"Теперь заживём!"- орут хором строители. 
"Похуй",- отвечает усталый главный инженер.

Вечером первого дня готовится праздничный плов. Водка. Наспех порезанные овощи. Тепло рабочих тел. Из чьей-то каски сделана пепельница. Захмелевший народ уже не боится ни бога, ни чёрта.

В тёмной башне заседает прораб Василич, у него слабый желудок и баранина ему противопоказана. Бытие первого настоящего рабочего дня подходит к концу. Галдеж вокруг импровизированного стола переходит в словесную перепалку. В ход идут ножи и арматура. Новый дом хочет ещё крови. Котлован уже впитал баранье приношение и просит добавки. Человека. Ему нужен человек. Но никто не хочет быть им. 

Небо играет желваки, группируя надвигающиеся грозовые тучи. Василич, понимает что ему всё ещё нехорошо, пытается нащупать хоть какое-то подобие бумаги и не находит. Он воет, как раненный зверь. И, как будто испугавшись этого нечеловеческого воя, бойня у котлована прекращается. 

Все решают объединиться против зверя. Его вой противоречит всем ГОСТам и СНиПам. Осатаневшие рабочие вооружаются ещё сильнее. Теперь у каждого в руках по два орудия. В воздухе сладостно пахнет молитвами на разных языках. Из тёмной башни снова взвыл зверь. 

Ровно в полночь, башня была окружена и состоялось её сожжение. Не стали рисковать идти в рукопашную. Зверь выл и метался взаперти. Но адский костёр не давал ему спастись. Когда запах обугленной человеческой плоти перестал щекотать носы, все разошлись по бытовкам. 

Жаль только завтра придётся строить новую темную башню. Без неё никуда. Надо будет спросить чертежи у прораба Васильича, который куда-то запропастился в самый разгар веселья.