Объект номер 17. Глава 5

Друзья наспех перекусили бутербродами с соком. Алина, продолжая тихо сокрушаться о своём неподъёмном рюкзаке, отошла за деревья и переодела джинсы, сменив их на короткие шорты, затем переложила часть вещей к Денису — тот великодушно нашёл для них свободное отделение и безропотно согласился утяжелить свой рюкзак ее книгами и косметикой.
Маша, собрав растрёпанные волосы в тугой хвост, достала тушь и маленькое зеркальце, но, немного подумав и покопавшись в рюкзаке, вытащила пачку влажных салфеток и, тяжело вздохнув, попросту стёрла с лица все остатки косметики.  Алина, напротив, деловито и старательно подправила стрелки на глазах и накрасила губы помадой поярче, будто готовилась не к марш-броску, а к выходу на сцену. Маша лишь молча пожала плечами, решив не лезть с советами. Да и Маша заметила, что подруга с ней почти не разговаривает и даже словно избегает. Это казалось очень странным. Маша периодически прокручивала в голове их разговоры перед походом, гадая, что она могла сказать не так, или сделать. Алина никогда не отличалась подобной скрытностью и, как правило, всегда высказывала претензии вслух. За это Маша ее всегда очень ценила. Но сейчас словно какая-то тень вдруг встала между ними.
Маша перевела взгляд на Дениса, он увлеченно рассматривал карту местности, простую бумажную, и поглядывал на солнце, слегка щурясь. Он совершенно не замечал ее взгляда и был погружен в свои мысли. Сейчас он был словно в своей стихии, как солдат на поле боя, собран и уверен. Такой мужественный и красивый. Маша ощущала себя рядом с ним глупой маленькой девочкой. И ее снова кольнула мысль, что она пытается взобраться на недосягаемую для нее высоту.
Маша расстроенно отвернулась, и заметила, что сидящий неподалёку Илья уже вовсю распивает вино прямо из бутылки.
Он поймал ее взгляд и усмехнулся.
- Могу поделиться.
- Я не пью, - нахмурилась Маша.
- Ну и зря, глядишь поживее стала бы, - сказал он с издёвкой и отхлебнул вина. - А то унылая, недовольная вечно, прям как моя бывшая...
Маша не ответила, а резко оглянулась, надеясь, что Денис это не слышал, и мысленно проклиная Илью. Но Денис не смотрел в их сторону, он стоял, о чем-то тихо беседуя с Максимом, и застегивал рюкзак, собираясь в дорогу.

Посидев ещё пару минут, ребята снова двинулись в путь. Дорога, словно змея, ускользала всё глубже в чащу, петляя между деревьями. Небо вновь недовольно нахмурилось и разразилось противным, мелким дождём. Закутавшись в дождевики, они побрели дальше, ёжась от порывов холодного ветра и стараясь не скользить на мокрых кочках.

Алина, шедшая теперь почти вплотную к Денису, то и дело касалась его руки, притворно спотыкаясь на ровном месте. Он тут же заботливо подхватывал её под локоть, одаривая тёплой, немного обеспокоенной улыбкой. Маша шла позади и наблюдала эту картину с немой болью и горечью, которые поднимались откуда-то из солнечного сплетения и сжимали горло. Она прекрасно понимала, что происходит, и от этого понимания становилось невыносимо. Сердце наполнялось свинцовой тяжестью. Алина была её лучшей подругой — они прошли вместе огонь и воду: были неразлучны с первого класса, вместе поступили в институт, делились самыми сокровенными секретами. И сейчас Маша просто не верила своим глазам, чувствуя, как  всё рушится — все годы дружбы, всё их общее прошлое.

— Эй, Маша, что нос повесила? — Максим внезапно возник рядом с камерой, весело улыбаясь, хотя его взгляд был чуть настороженным. — Делись эмоциями! Сейчас не время грустить.

— Убери, — она мягко, но настойчиво отодвинула рукой объектив. — Не грущу я. Устала просто.

— Давай рюкзак, — вдруг сказал он совершенно серьёзно, убрав камеру в чехол.

— Не надо, Макс, тебе же самому тяжело, — запротестовала Маша, покачав головой и взглянув на его массивный рюкзак.

— Намекаешь, что я слабак? — с притворной обидой протянул он, но глаза его смеялись. — Я вообще-то в зал хожу. Иногда. Знаю, что незаметно, но это пока.

Маша, взглянув на него, чуть улыбнулась — впервые за долгое время — и нехотя отдала рюкзак. Он подхватил его одной рукой, будто пушинку, хотя Маша видела, как напряглись его плечи — вес давался ему с трудом. Но он упрямо сохранял бравый вид.

Она шла рядом, снедаемая неловкостью и смутным удивлением. Она была знакома с Максимом довольно поверхностно, пересекаясь лишь в универе, да изредка в общем чате. Но оказывается, под маской беспечного шутника, вечно зацикленного на своих блогах и лайках, таилось что-то ещё — что-то тёплое, непоказное.

Маша снова покосилась на Алину и Дениса, которые уже ушли далеко вперёд и даже не оглядывались, увлечённо о чём-то беседуя. Внутри Маши закипала злость — горькая, отрезвляющая, — и вдруг в голове вспыхнула неожиданная идея.

— Макс, а можно я камеру твою одолжу, ненадолго? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Максим, чуть помедлив, кивнул и, сняв с шеи гаджет, и, чуть улыбнувшись , протянул ей.

— Держи. Но лови момент! Этот ролик должен стать хитом, сорвать кучу лайков.

Маша взяла камеру и, захлёстываемая волной внутреннего кипения, решительно направилась к Денису и Алине. Догнав друзей, она встала прямо перед ними на тропе, преградив путь, и направила на них объектив, усиленно пытаясь придать себе беззаботный, игривый вид.

— Скажите что-нибудь для влога, — её голос чуть дрожал и прозвучал, как ей самой показалось, жалко и глупо, отчего расстройство только усилилось.

Алина посмотрела на неё широко распахнутыми глазами, с самым невинным видом.

— Ох, всё просто чудесно! Воздух опьяняющий, компания восхитительная! — Она демонстративно обняла Дениса за плечи, прижавшись к нему. — Правда, Ден?

Денис улыбнулся, но как-то натянуто.

— Точно, всё отлично. Только погода капризничает. А с чего вдруг ты решила примерить роль оператора? Подсиживаешь Макса?

Маша заметила, что в его взгляде  промелькнуло недовольство, или даже раздражение. Но может ей показалось...

— А что, я тебя не устраиваю в этой роли? — она резко выключила камеру и опустила руку.

— Я ничего такого не говорил, — нахмурился Денис.

Алина с плохо скрываемым удовольствием наблюдала за её лицом.

— Нам лучше поторопиться, — сухо сказал Денис. — А не топтаться на месте.

— Ладно, не буду вам мешать.

Маша с обидой убрала камеру и быстрым шагом вернулась к Максиму, с горечью сожалея, что вообще подошла к Денису. «Зачем только я это сделала, идиотка… выставила себя полной дурой», — мысленно сокрушалась она, глядя на спины парочки, идущей впереди.

— Он тебе нравится, да? — вдруг спросил Максим негромко.

Маша поймала его пристальный взгляд и ощутила, как жар приливает к щекам.

— С чего ты взял? Глупости. И сейчас я не хочу об этом говорить, — пробормотала она, отводя глаза.

— Прости, не хотел задеть. У меня дурацкая привычка озвучивать очевидное, — в уголках его губ мелькнула грустная, понимающая улыбка.
Маша совсем не знала, что ответить на это. Неужели ее чувства были так заметны для окружающих? Должно быть, она выглядит, как влюблённая идиотка, и это уже не получалось скрывать. Просто ужас.

— Эй, запечатлей меня, красотка! — вдруг закричал Илья откуда-то сбоку.

Маша обернулась и испуганно замерла. Илья умудрился вскарабкаться на хрупкое, явно не рассчитанное на его вес деревце, сжимая в одной руке уже откупоренную бутылку вина. Он покачнулся на тонкой ветке, едва не потеряв равновесие.

— Илья, ты же в стельку! Упадёшь! — крикнула она, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

— Илья, слезай, дурак! — закричал Максим и, скинув на землю оба рюкзака, бросился к нему на помощь.
Маша ринулась за ним.
— Спускайся, идиот! — буркнул Денис, медленно подходя ближе.
Алина осталась стоять на тропинке и недовольно закатывала глаза, глядя на эту картину.
— Да я трезвее вас всех вместе взятых! — провозгласил Илья заплетающимся языком, покачнулся в последний раз и пулей сиганул вниз, с треском ломая ветви в полёте.
Маша в ужасе вскрикнула.
Максим подбежал первым, склонился, с тревогой оглядывая Илью, который пытался подняться на ноги, путаясь в колючем кустарнике. Ветки и сучки оставили на его руках багровые, набухающие кровью отметины. Но на вид он казался целым, по крайней мере кажется ничего себе не сломал. Маша облегчённо выдохнула.

Денис, ворча что-то себе под нос, порылся в рюкзаке и достал бинт и перекись и протянул Илье.

— Держи, алкаш.
Илья сперва попытался отмахнуться, но затем взял бинты и нехотя обработал раны, чуть морщась и шипя ругательства себе под нос.
Ребята помогли ему подняться, отряхивая листья и кусочки коры с его одежды.

— Ты не снимала? — с лёгкой досадой спросил Максим, взглянув на выключенную камеру в руках Маши.

Маша помотала головой, чуть нахмурившись.

— Нет, конечно, Макс, ты что?

— Жаль, упустили контент, — вздохнул он.

Маша совсем не могла понять такого, и, честно говоря, не хотела.

— Ладно, держи свою камеру. Оператор из меня никудышный. — Она протянула гаджет обратно. Максим бережно взял камеру и водрузил её обратно в чехол.

— Но согласись, если бы он сломал себе шею, контент получился бы невесёлый, — хмуро добавила Маша, сильно надеясь, что он согласится.

— Конечно, я же не кретин, чтобы такому контенту радоваться, — усмехнулся Максим и посмотрел на неё немного удивлённо.

Маша ощутила облегчение от его слов.