Выход в свет!

Официальное приглашение от администрации Кривого Рога пришло как гром среди ясного неба. Наш модернизированный Ан-2 с кастомным электронным впрыском Смекайло-де-Цопфи утвердили в качестве хедлайнера на грядущем городском фестивале малой авиации. До события оставалась всего неделя, и наш тихий гараж превратился в настоящий улей.— Так, авиация, отставить панику! — Марина Беленькая расхаживала перед строем, заложив руки за спину, словно генерал перед решающим наступлением. — Мы больше не партизаны. На нас будут смотреть тысячи людей, пресса и то самое руководство полиции, с которым мы мирно утрясли бумаги. Наша задача — показать класс. Мирон, на тебе внешний вид фюзеляжа. Полируй обшивку так, чтобы в ней солнце отражалось как в зеркале!— Будет сделано, Марина Никифоровна, — отозвался я, перехватывая шлифовальную машинку. — Засверкает лучше нового.— Смекайло, что по телеметрии? — Марина повернулась к нашему инженеру.Смекайло-де-Цопфи, обложившись распечатками графиков, взволнованно поправил очки:— Я заново перенастроил углы опережения зажигания для демонстрационного режима. На малых высотах двигатель будет выдавать максимальную приемистость. Но главное — я запрограммировал систему дымопуска! При включении тумблера «Шоу» из выхлопного коллектора пойдет плотный, абсолютно экологически чистый белый шлейф. Это визуализирует траекторию полета для зрителей!Василий Васильевич, сидевший на стремянке у капота, уважительно покачал головой:— Ну, Кулибин, ну дает! Белый шлейф на «Кукурузнике» — это мы красиво по небу распишемся. Я со своей стороны всю механику крыла проверил, тросы натянуты как струны на гитаре. Самолет к пилотажу готов.Главным сюрпризом стала Ангелина Викторовна. После своего триумфального полета на Яке она больше не ворчала о речке. Напротив, ее прагматизм и хладнокровие стали спасением для команды в предпраздничной суматохе. Она взяла на себя всю логистику шоу.— Так, горячие головы, — спокойно прервала обсуждение Ангелина, сверяясь со своим блокнотом. — Разрешение от службы единой системы организации воздушного движения я получила. Пожарная машина и скорая на аэродроме согласованы. Буклеты с историей восстановления нашего Ан-2 отпечатаны. Пока вы будете крутить пируэты в небе, я на земле организую презентацию нашей команды. Марина, не забудь надеть парадную летную куртку.Марина лишь восхищенно покачала головой и подмигнула подруге:— Вот это я понимаю — надежный тыл! Без тебя нас бы за эту неделю трижды дисквалифицировали.День авиашоу выдался ветреным, но ясным. На старом грунтовом аэродроме на окраине Кривого Рога собрались сотни горожан. В небе кружили спортивные Яки и легкие Сессны, но все ждали наш обновленный Ан-2.Когда Василий Васильевич запустил двигатель, толпа притихла. Вместо привычного старого грохота над полем разнесся мощный, породистый, ровный гул модернизированного мотора. За штурвалом сидел дед, на месте второго пилота — сияющая Марина.Ан-2 разбежался резво, словно скинул тонну веса, и круто ушел в набор высоты. На пятистах метрах Василий Васильевич заложил вираж, и в этот момент Смекайло с земли дистанционно активировал тумблер. Из-под фюзеляжа потянулся густой, идеально белый шлейф, рисуя в синем небе Кривбасса огромную плавную дугу. На выходе из виража самолет сделал приветственное покачивание крыльями — гордо, легально и невероятно красиво.Толпа на земле буквально взорвалась аплодисментами. Дети прыгали от радости, а пресса непрерывно щелкала затворами камер.Ангелина стояла рядом со мной у палатки нашей команды, раздавая буклеты, и на ее лице играла тихая, гордая улыбка. Она посмотрела вверх, на белую полосу в небе, затем на меня и тихо сказала:— А ведь красиво летят, Мирон. Наша Марина всё-таки была права — иногда адреналин стоит того, чтобы подняться выше облаков.Когда «Громовержец» мягко коснулся полосы и подрулил к перрону, команду окружили репортеры и зрители. Марина, сойдя по трапу, первым делом вытащила вперед смущенного Смекайло-де-Цопфи и обняла за плечи Ангелину:— Вот они, настоящие герои! Один подарил самолету новое сердце, а вторая — подарила нам законные крылья!Вечером в гараже, под привычный стук кружек с «Хмельнушкой», мы праздновали уже не просто частную победу, а настоящее признание. И глядя на диплом лауреатов авиашоу, висящий на стене рядом с инструментами, каждый из нас понимал: эта сказка только начинается.