Вертолёт Ми-2

Через два часа наш старенький ПАЗик затормозил у покосившегося забора старого полевого аэродрома. Сквозь заросли бурьяна и дикой полыни проглядывали контуры чего-то, отдаленно напоминавшего винтокрылую машину.Мы вышли из автобуса. Перед нами стоял советский многоцелевой вертолёт Ми-2, выпущенный где-то в конце 1970-х годов. Зрелище было печальное: краска облупилась, лопасти несущего винта уныло провисли до самой земли, а остекление кабины покрылось густым слоем пыли и трещин.— Мама дорогая... — тихо прошептала Ангелина, крепче прижимаясь к моему плечу. — Марина, ты привезла нас на кладбище металлолома?— Не металлолом, а алмаз неограненный! — азартно возразила Марина Беленькая, любовно поглаживая поржавевший борт вертолета. — Его списали двадцать лет назад, но редуктор и фюзеляж целы! А главное — здесь стоят два турновальных двигателя ГТД-350. Хозяин базы отдает его нам за бесценок, если мы сможем забрать его своим ходом или отбуксировать.Василий Васильевич уже обошел машину кругом, постукивая по обшивке маленьким молоточком, который всегда носил в кармане комбинезона. Он заглянул в отсек трансмиссии и тяжело вздохнул:— Работы тут, Мирон, непочатый край. Главный редуктор ВР-2 сухой, все уплотнения и резиновые манжеты превратились в труху, масло вытекло. Лопасти несущего винта надо снимать и проверять на ультразвуковом дефектоскопе — не дай бог коррозия лонжеронов, тогда в воздухе схлопнемся. А компрессоры двигателей наверняка забиты птичьими гнездами и грязью.— Зато какая геометрия! Какая аэродинамика! — глаза Смекайло-де-Цопфи загорелись фанатичным блеском. Он уже лазил с рулеткой около автомата перекоса. — Коллеги, если мы заменим штатную топливную систему на электронное управление впрыском и переберем свободную турбину, мы увеличим взлетную мощность на пятнадцать процентов! Мирон, готовь сварочный аппарат. Нам придется полностью переваривать подмоторную раму — старая сталь 30ХГСА от сырости пошла раковинами.Я посмотрел на Ангелину. Она перевела взгляд с ржавого Ми-2 на меня, вздохнула, но в её глазах больше не было прежнего категоричного протеста.— Ну что, Токарев, — тихо сказала она, поправляя воротник моего комбинезона. — Похоже, твои руки снова будут по локоть в мазуте. Придется мне научиться варить вам не только вареники, но и настоящий борщ прямо здесь, на аэродроме. Не оставлять же тебя с этими сумасшедшими.Я улыбнулся и крепко прижал её к себе:— С твоим борщом мы этот вертолет за месяц в небо поднимем, Линочка.— Вот это по-нашему! — крикнула Марина, доставая из багажника автобуса ящик с инструментами и неизменную бутылку «Хмельнушки». — Василий Васильевич, командуй парадом! Мирон, снимай капоты двигателей! Смекайло, тащи чертежи трансмиссии! Наш новый винтокрылый адреналин ждет!И под крики пролетавших над Саксаганью птиц, под звон первых гаечных ключей о старый советский алюминий, мы начали новую главу нашей авиационной истории.