Феличита

Трудно жить в средней полосе России, когда ты голая мексиканская собака. Жалкие пучки волос над глазами и на дрожащей жопке не в силах защитить даже от летних плюс двадцати, не говоря уже о зимних минус двадцати. Чёлка, задуманная эволюцией как кокетливая, в сочетании с круглыми выпученными глазами, придаёт зверю вид «Я у мамы дурочка». Вечно сотрясающееся от холода и нервов тщедушное тельце в случайном порядке покрыто бородавками, что тоже не придаёт шарма. Так что же удивляться тому, что замученный и обиженный жизнью зверь скалит зубы-иголки и рычит злобным фальцетом на всех, кто имеет неосторожность приблизится? Ну, кроме хозяйки, конечно. Потому как ни один мужик в здравом уме не заведёт себе такое чудо. А женщинам ничего, нравятся…

Героиню нашей истории звали просто и незатейливо: Фэйт Фэктори Фрида Фюрра, что, безусловно, возводило её родословную аж к инкам, безжалостно уничтоженным Кортесом и К. А вот собачки остались. Поскольку ни один человек не в состоянии постоянно выговаривать сложносочиненную кличку, пестрящую буквами «Ф», хозяйка незатейливо переименовала собачку. В исполнении Ларисы Альфонсовны мексиканская собака была с итальянским акцентом: Феличита. В зависимости от настроения, обращение к собаке приобретало то лёгкую нежность: «Феличе», то забайкальскую суровость: «Чита». Примерно поровну, потому как характер у этого недоразумения был совсем не ангельским.

И аппетит, кстати, тоже. Питалась Феличе исключительно специально разработанным для таких, как она, кормом, где сбалансированные элементы слипались от витаминов и минералов, в названии фигурировали такие ингредиенты, которых и Великие Князья не слышали, а стоимость вынуждала владелицу частенько переходить на макароны с куриными сосисками, чтобы только её маленькой собачушечке кушалось в радость.

Трудно жить в средней полосе России, но ещё труднее пережить акклиматизацию при перелёте на Черноморское побережье. Да ещё и странные люди запрещают провоз таких страшных зверей в самолёте. Поэтому, когда Лариса Альфонсовна решила отдохнуть от праведных бухгалтерских трудов, она столкнулась с практически не разрешимой проблемой: Феличиту, её счастье, надо было с кем-то оставить. Родители обитали во Владивостоке, трое бывших мужей категорически отказывались иметь дело не только с Феличе, но и с самой Ларисой Альфонсовной. У соседей дома жили кошки, внушительных размеров собаки и даже пираньи, что не сулило субтильной мексиканке ничего хорошего. Поэтому выбор пал на айтишника с работы, аутичного вида молодого человека. Они с собачкой даже были чем-то похожи: то ли чёлкой, то ли кривыми зубами, то ли телосложением.

Возражения айтишника в расчёт не принимались: уж прошедшая трёх не самых плохоньких мужей Лариса Альфонсовна умела давить авторитетом. И ранним утром Феличита обнаружила себя в незнакомом месте, пахнущем роллами, пиццей, пивом, складированным в корзине грязным бельём и незнакомым мужчиной. Подушечка для сна полностью отсутствовала, а к ней самой тянулись длинные тонкие пальцы айтишника, которые псина, не растерявшая удали древнемексиканских предков, тут же грызанула. Сама ужаснувшись от произошедшего, Феличе взвизгнула, гнусным голосом зарычала и оставила на ламинате прихожей кучу довольно приличного для такого тщедушного создания размера.

Айтишник обиженно вскрикнул и засунул пострадавшую конечность в рот, испуганно уставившись на агрессора. Феличе попыталась тут же вылизать осквернённую чужим прикосновением чёлку, но это оказалось за границами физиологических возможностей. Задумавшись на секунду, собака, брякнув костями, плюхнулась об пол и решительно начала вылизывать волосатую жопку.

Айтишник сбегал на кухню, тщательно обеззаразил место укуса, вылив на него половину банки перекиси водорода, и на подгибающихся ногах снова вышел в прихожую. Феличита решительно вскочила на защиту единственного своего, что было в этой квартире, а именно – кучи на полу. Айтишник вытянул руки и помахал ими перед собой, недвусмысленно показывая, что на кучу он не претендует. Собака не поверила и зарычала, срываясь на тонкое потявкивание. Испуганный спец по


стеночке пробрался в кабинет и тщательно закрыл за собой дверь – во избежание.

Вернувшаяся через неделю, загорелая и благодушная, Лариса Альфонсовна без звонка распахнула дверь, которую айтишник постоянно забывал закрыть на замок, и с удивлением уставилась на семь неаппетитно выглядевших кучек, украшающих собой прихожую. Из кабинета доносилось низкое урчание – что-то среднее между удовлетворённостью обедом великана и жажды крови вампиров. Лариса Альфонсовна, старательно обходя кучки, приоткрыла дверь в кабинет и с душевным трепетом заглянула в полумрак.

На некогда рабочем столе айтишника стояла огромная коробка с пиццей, которую в текущий момент пожирали с двух сторон человек и собака. То самое урчание, кстати, издавал именно человек. Феличе тоже урчала, но гораздо тише и выше. Время от времени айтишник запускал руку в огромный пакет с кормом, доставал несколько подушечек, кидал собаке, а несколько штук забрасывал себе в рот.

- Совместное питание, о! – гордо заметил айтишник и поднял палец вверх.
- Ууууу-ыыыыы, - подтвердила Феличе.

Глядя на россыпь пустых пивных бутылок и отсутствие признаков мисочки для воды, Лариса Альфонсовна догадывалась, что пила собака тоже не совсем то, что нужно было. Из кабинета несло псиной, перегаром и где-то испортившейся едой. Смешиваясь с запахами из прихожей, это приобретало абсолютно отвратительную вонь.

- О-о-о! – широко открыв глаза, прошептала Лариса Альфонсовна.

Айтишник поднял удивлённые глаза:
- Что, уже? В смысле, хорошо отдохнули, уважаемая Лариса? – поинтересовался он.

Владелица лучшей в мире голой мексиканской собаки не нашла, что ответить на такой внезапный вопрос. Поэтому молча засунула в сумку пакет с кормом, подхватила под мышку вяло отбивающуюся Феличе и вылетела из сумасшедшей квартиры.

Дома собачка быстро пришла в себя, снова высоко задрав голову при виде родного лотка-туалета. И жизнь пошла своим чередом. Только Феличита не пропускала ни одной пиццы, а любой гость-мужчина подвергался тщательному обнюхиванию. Обнаружив, что это не знакомый айтишник, собачка аккуратно гадила гостю в обувь, выражая презрительное к нему отношение.

А айтишник частенько под пиво покупал собачьи подушечки – очень уж они ему по душе пришлись. А, вытирая пол в прихожей от следов присутствия Феличиты, придумал новую игру, где задачей было убирать за собакой кучки. И даже реализовал проект. И неплохо заработал. Собака, конечно же, была голой мексиканской. И после каждой кучки брякалась на пол и тщательно вылизывала волосатую жопку. Такими вот немыслимыми путями бродит Феличита-Счастье.