Объект номер 17. Глава 25

Максим быстро догнал Машу, и они вместе бросились обратно в темноту коридора — навстречу оглушительному вою сирены. Красные аварийные лампы ритмично вспыхивали под потолком, заливая стены зловещим, пульсирующим светом, и от этого бежать было ещё страшнее — мир вокруг превратился в дёрганый, разорванный на вспышки кошмар. Металлический голос из громкоговорителей продолжал вести обратный отсчёт, и каждое слово отдавалось в висках тяжёлым, набатным гулом.

«Только бы успеть. Только бы успеть», — лихорадочно билась в голове Маши единственная мысль.

Они бежали что есть сил. Подошвы скользили по гладкому бетону, дыхание сбивалось, в боку кололо, но они не сбавляли темпа. Время стремительно уходило, утекало сквозь пальцы, как песок.

Ворвавшись в рубку, Маша бросилась к настенным панелям, лихорадочно шаря глазами по бесчисленным кнопкам, тумблерам и индикаторам. Их было слишком много — целое море непонятных символов и надписей, и она в панике не могла найти нужную. Сердце колотилось где-то в горле, в глазах всё плыло.

— Вот, эта! — вдруг воскликнул Максим и решительно надавил на крупную красную кнопку, расположенную чуть в стороне от остальных, под прозрачным защитным колпачком. На ней мелким, едва различимым шрифтом было выгравировано: «Самоуничтожение».

Но ничего не произошло. Отсчёт не прекратился.

Маша бросилась к мониторам и на одном из них увидела всплывшее системное окошко с холодной, безжалостной надписью: «Самоуничтожение активировано. Введите пароль отмены». Курсор равнодушно мигал, ожидая ввода.

— О нет, — прошептала она, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Маша, надо уходить. Здесь всё сейчас взлетит на воздух, — мрачно сказал Максим, и в его взгляде читалась настоящая, глубокая боль.

Маша молча подошла к карте эвакуации на стене и отчаянным,  взглядом принялась искать комнату девочки. Её палец скользил по схеме, выискивая знакомые очертания.

- Он похоже заблокировал несколько отсеков, - мрачно сказал Максим, глядя на монитор. - продумал так, чтобы никто не мог добраться до рубки, но выход остался открыт для нас.
- Как это отключить? - с ужасом спросила Маша, отчаянно вглядываясь в карту.
Максим что-то нажал на клавиатуре, и тяжело вздохнул.
- Не знаю, не получается, все зависло, даже экран не реагирует. Надо уходить, Маш, времени совсем нет.


— Надо спасти её, — упрямо прошептала Маша и вдруг нашла: вот она, маленькая квадратная комната с пометкой, совсем недалеко — нужно лишь свернуть в соседний коридор и дойти до самого конца.

Голос из громкоговорителя бесстрастно известил, что до самоуничтожения осталось шесть минут.

Максим быстро подошёл к Маше, бросил короткий взгляд на карту, затем посмотрел ей прямо в глаза — серьёзно, твёрдо, без тени сомнения.

— Давай так: я выведу девочку, а ты беги к выходу. — Он увидел её протестующий, полный отчаяния взгляд и добавил жёстче: — Только не спорь, Маша. На это точно нет времени.

— Но Максим...

— Уходи.

Они вышли из рубки. Максим на мгновение взял её за руку и сжал ее ладонь, крепко, ободряюще, — а затем мягко, но настойчиво подтолкнул в сторону спасительного выхода.

— Маша, всё будет хорошо. Я выведу её. Жди нас там, — сказал он на удивление ровным, спокойным голосом и, прежде чем она успела хоть что-то ответить, ринулся в глубину тёмного, пульсирующего красным светом коридора.

Маша секунду помедлила в нерешительности. Сделала один неуверенный шаг в сторону спасительного выхода, чувствуя, как инстинкт самосохранения кричит внутри. А затем — бросилась вслед за Максимом.

Голос из громкоговорителя оповещал:

— До самоуничтожения осталось пять минут.

Инстинкт самосохранения убеждал Машу повернуть и со всех ног мчаться к аварийному люку, к свету, к жизни. Но она упрямо бежала вперёд, в темноту, потому что не могла иначе.

В темноте коридора, свернув за угол, она едва не столкнулась с Максимом, который уже вёл за руку насмерть перепуганную, заплаканную Алнару. Девочка не могла бежать быстро — её ножки заплетались от страха, — поэтому Максим подхватил её на руки и, бросив на Машу короткий, неодобрительный взгляд, побежал вперёд.

По пути Маша споткнулась о выступающий порог и упала, больно ударившись коленом о бетонный пол. Максим, не останавливаясь, на бегу подал ей руку и рывком поднял, ускоряя бег и крепко прижимая к себе всхлипывающую девочку.

— Иван! И другие люди... Мы должны помочь им! Может как-то сломать двери? — на бегу крикнула Маша, оглядываясь назад, в темноту, где остались десятки запертых камер.

— Мы не успеем, нужно бежать, — горько, с болью в голосе сказал Максим.

— Но...

— Маш, мы не сможем их спасти, — в его голосе прозвучала такая глубокая, безысходная горечь, что Маша замолчала.

Она понимала его правоту. Но внутри у неё всё сжималось от этого страшного, невыносимого осознания.

— Быстрее, бежим! — он снова потянул её за руку.

Они добрались до выхода, когда до взрыва оставалось четыре минуты. Главное было успеть подняться по старой, проржавевшей лестнице, ведущей к люку.

Максим полез первым, чтобы открыть тяжёлую крышку. Маша подсаживала девочку, которая вся дрожала от страха и с трудом цеплялась крошечными пальчиками за холодные, скользкие ступеньки.

— Чёрт! — Максим с силой надавил руками на крышку, но та не поддалась. — Плотно сидит! Кто-то закрыл её снаружи!

— Ты думаешь, Денис? — спросила Маша с ужасом.

— Я не знаю. Но надо ломать.

Они снова спустились вниз. Максим лихорадочно огляделся и, заметив в углу какой-то ржавый металлический прут, схватил его и ринулся наверх. Алнара с тихим плачем прижималась к Маше, уткнувшись лицом в её куртку.

— Мы сейчас умрём, да? — всхлипнула девочка.

— Нет, нет, что ты. Всё хорошо. Мы обязательно выберемся, — утешала Маша, гладя её по голове и едва сдерживая собственные слёзы.

Наконец Максим при помощи импровизированного лома смог взломать крышку люка. С душераздирающим скрежетом она поддалась, и в тёмный провал хлынул ослепительный солнечный свет. Он распахнул её настежь и вылез наружу, а затем быстро помог выбраться сначала Алнаре, а потом и Маше.

Они успели отбежать всего на несколько десятков метров от люка и рухнули на землю, в высокую траву. Максим накрыл их обеих своими руками, прижимая к земле и закрывая собой.

Раздался оглушительный, чудовищный взрыв. Земля содрогнулась, воздух наполнился жутким треском ломающегося бетона и металла. Несколько деревьев по округе с корнем повалилось, не выдержав ударной волны, и чудом не задев их. Всё вокруг засыпало комьями земли, мелкими осколками железа и бетонной крошкой.

Лаборатория, подземный бункер, все его тайны и ужасы — всё в одно мгновение превратилось в прах.