Пирогов и Кавказская война

      

     К Пирогову за помощью решили обратиться и горцы Аргунского ущелья.
Услышав о быстродействующем обезболивающем средстве, решили достать его и узнать секреты производства.
      Им предстояло добраться из Итум-Кали в  отправиться из  Салты» (Дагестан) в полевой госпиталь Пирогова.
          Добраться из Итум-Кали (Чечня) в Салты (Дагестан) горными тропами на лошадях напрямую  невозможно.  Надо сказать, что это
сложнейший многодневный конный экспедиционный маршрут протяженностью более 150–180 км через труднопроходимые перевалы Восточного Кавказа.  Чтобы пересечь   Андийский хребет требовалось  преодолеть высоты до 2500–3000 метров. И на это уходило  не менее 5–7 дней интенсивного  движения. Из Итум-Кали тропы ведут на восток через Шаройский район вдоль ущелий рек Шароаргун и Хашелдойэхк. Высокогорное озеро Кезеной-Ам  -граница Чечни и Дагестана Чтобы перейти в Дагестан  одолеть перевал  в районе Ансалты или Харами. Каменистые крутые склоны требуют от всадников уверенной посадки , а от  от лошадей — привычки к горному грунту.
      Спустившись  в Ботлихскую котловину, всадники двинулись  на восток через Ботлихский и Хунзахский районы. Пройдя живописное плато  тропы  спустились  в Гунибский район к  Салтинской теснине.

        «С самого начала моего врачебного поприща я принял за  правило: не скрывать ни моих заблуждений, ни моих неудач. И я доказал это, обнародовав все мои ошибки и неудачи»" писаал Н.Пирогов в своих воспоминаниях о Кавказской войне.

     Николай Иванович  Пирогов(1810-1881) -  русский хирург-практик, известный
ученый,  основоположник военно-полевой хирургии. Он написал огромное количество  о статей и монографий. Ему пришлось принять участие в четырех войнах. Кавказская война не стала исключением.
     Он проводил опыты даже над самим собой, а не только над животными,  больными и здоровыми людьми. 
   Николай Иванович  разработал «снаряд для вдыхания эфирных
паров», состоящий  из каучуковой полумаски, оканчивающейся жестяной воронкой, ремней для фиксации маски на лице, медной трубки с выдыхательным клапаном, вдыхательного клапана, трубки с отверстием для вдыхания атмосферного воздуха, фляжки для эфира.
     «Способ Пирогова» — именно так называли прямокишечный наркоз, который по праву является открытием Николая Ивановича. Для введения эфира в прямую кишку использовался клизопомп с полым поршнем.
    "В первых своих трудах, кроме экспериментальной части, Пироговым приводятся данные по применению наркоза у 50 больных, и уже первые клинические наблюдения показали исключительную ценность паров эфира для безболезненного проведения операций".
    Летом 1847 года Пирогов по собственному желанию отправляется из Петербурга в сопровождении врача-ассистента П.Ю. Неммерта и старшего фельдшера И. Калашникова на Кавказскую линию фронта. Главная цель поездки - испытание «возможности приложения эфирных паров к производству операций на поле сражения». Более того, , кроме того Николай Иванович считал своей обязанностью обучить врачей Кавказского корпуса технике эфирования и показать усовершенствования и способы производства хирургических операций, осмотреть военные госпиталя и поспособствовать улучшению в них лечебной помощи.
     Путь к лагерю следовал из Ставрополя через Моздок, Кизляр, Пятигорск.
 Аул Салты (Гунибский район Дагестана) попал под удар за год до того, , когда  "здесь расположился отряд хирурга. В те годы в Салтах проживало всего 800 семей. Защитники села проявили высочайшую отвагу,«они надеялись только на свою храбрость и неустрашимость» (из записки русского солдата).
Ежедневно аул подвергался штурму, госпиталь Пирогова находился в углублении скалы, в это место было невозможно прямое попадание пуль. У доктора с собой имелось 30 приборов для подачи наркоза собственно- ручного изобретения и 32 кг наркотического вещества.
     Первый же опыт эфирования у раненных оказался обнадеживающим. Более двух месяцев Н.И. Пирогов работал в Салтах и о своем бесценном опыте работы в
военно-полевых условиях подробно изложил в «Отчете о путешествии по Кавказу». Нельзя не подчеркнуть особых трудностей, которые хирургу-новатору пришлось
преодолеть. В сделанном из веток и соломы шалаше, на сооруженном из камней столе, стоя на коленях, Пирогов оперировал.
Не только солдаты  и офицеры, но и  врачи были  против неизвестного им  средства. Предстояло  обучить военных медиков  технике обезболивания и снабдить их аппаратурой, но самое главное- научно доказать отсутствие вредного влияния эфирования на исходы операции. Для пропаганды нового метода  Пирогов прибегнул к демонстрации наркоза на самом себе и и своих ассистентах. Если не находилось отдельное место для  проведения операций, доктор он начинал хирургическое лечение в присутствии раненых. Солдаты с неприязнью вдыхали пары неизвестной жидкости. Поняв, что  не чувствуют боль в ходе операции,  убеждались в его болеутоляющем действии. Невольные свидетели оказывались.
  Пирогова  волновал вопрос "вредности эфира  для раненных". В своем военном отчете хирург отметил, что из всех операций, выполненных с помощью эфирования, только в двух случаях, и "... без уверенности, смерть наступила из-за действия эфирных паров. Вскоре  на пперевязочных пунктах утихли стоны раненых и прекратились страшные мучения оперируемых. Раненные  стали просить об операции под наркозом.
     Вмешательством была ампутация. Только при простых переломах применялась другие методы, именно поэтому с большим интересом хирург относился к методам
лечения местных лекарей. Они фиксировали переломы шкурой барана или войлоком, укрепляемым кашей и палочками. Вывихи и переломы вправляли поглаживанием и медленной тягой, на поврежденную часть конечности накладывали войлочно-крахмальную повязку и  фиксировали к деревянным палочкам, обходясь без иммобилизации ближайших к перелому суставов. Эта так называемая абиссинская повязка не вызывала туго-подвижности суставов поврежденной конечности. Вероятно, именно это поспособствовало Пирогову впервые использовать неподвижную крахмальную повязку для фиксации переломов конечностей в своей хирургической практике. Также горские лекари применяли тампонады с турундами, смоченными мазями на масляной основе, вставляли обрезок маленького рога на выходе части раны для оттока отделяемого. Однако, исходы, как ампутаций,так и консервативного лечения часто были чрезвычайно плохими. Учитывая эти обстоятельства, Николай Иванович, как опытный и творческий хирург, пришел на Кавказе к заключению о необходимости «сберегательного лечения». Этот метод включал: 1) рассечение ран с целью предотвращения гнойных процессов и удаления костных осколков и инородных тел; 2) наложение неподвижных повязок; 3) производство резекций (ранних и поздних);4) производство поздних ампутаций. Наблюдая случаи тяжелых ранений, Пирогов дал, ставшее классическим,описание клинической картины травматического шока.Оценив состояние общего оцепенения (шока) как опасное, Николай Иванович детально разобрал тактику врача при данной патологии и пришел к выводу о невозможности в данном случае проведения как самой операции, так и обезболивания. При настоятельной рекомендации рассечения ран, возводимой им в правило, Пирогов исходил из своего учения о роли фасций, как образований,определяющих пути распространения гематом и гнойных процессов. Наблюдая на Кавказе раненных, профессор отметил, что «отверстия входа и выхода припухали и в канале скапливался гной, межмышечная клетчатка отекала...и гной пролагал себе путь по различным направлениям»,поэтому нужно было расширение раневого канала, то есть рассечение раневого канала, раны. Это предположение для того времени являлось прогрессивным, но признание оно все же получило не сразу. Во многих странах Европы по прежнему пользовались методом консервативного выжидательного лечения ран. В представлении Пирогова "война — это травматическая эпидемия, и потому, в борьбе с ней эффективны те же методы, которые применяют при эпидемиях — быстрая и хорошо организованная медицинская помощь, которая начинается с сортировки на поле сражения. Идея о сортировке в дальнейшем была принята повсеместно".
         В военном госпитале того периода "было слишком суетно и многолюдно. В соломе и белье гнездились черви, а мухи заполняли помещения — Николай Иванович инстинктивно понимал, что все это инфекция, которой тогда наука еще не знала. «Целые сотни наших раненых лежат вместе,вдыхают воздух госпиталей. Имеют перед глазами одни страдания и смерть своих собратьев. У горцев же раненые лежат отдельно у себя в саклях, дышат свежим воздухом, хорошо питаются, обеспечены индивидуальным уходом».
      Все это послужило толчком для развития первичной сортировки раненых и позволило улучшить результаты восстановления.
     При лечении ран Пирогов широко  применял присыпку из порошком красной окиси ртути, ляпис, хлористые растворы и  йодовую настойку.
     Доктор  не отказывал в помощи и местному населению. Ему приходилось даже роды принимать. Однажды привезли к нему раненного в плечо. Разбитая на мелкие частица  ключица въелась в плоть и началось нагноение.  Поэже, когда сам Пирогов получил ранение в ногу, он обратился в местным, чтобы ему спасли ногу, зная , что они не ампутируют, а лечат. Ногу Пирогову спасли  чеченские лекари.
      Хирургия того времени - хирургия конечностей. Раненные в череп, грудь и живот оставались без хирургической помощи и, как результат, умирали. При ранениях конечностей, особенно тяжелых, сопровождавшихся раздроблением и переломами костей, основным методом была ампутация..
 Испытал Пирогов «эфирование» раненых в полевых условиях и йодную настойку для дезинфекции краев ран.
        Опыт и знания Николая Ивановича Пирогова позволили совершить переворот в русской военно-полевой хирургии и хирургии в целом.
       Николай Иванович официально признавал, что методы горских лекарей превосходят во многом европейскую школу медицины.
народная медицина и военно-полевая хирургия горцев Аргунского ущелья  в XIX веке находилась на поразительно высоком уровне. Нулевая смертность от гангрены, в то время, когда в госпиталях каждый день умирали раненные десятками.
 Народные хирурги-костоправы, хакимы, были потомственными врачами-целителями. Их методы и советы передавались строго в своем кругу врачевателоей (династии лекарей).
       В Европе еще не знали о бактериях, приводящих к сепсису, а у горцев была отработана антисептическая система.  Они никогда не промывали раны сырой водой. Использовали парное молоко, сыворотку,соленный раствор, отвары целебных дезинфицирующих трав  (зверобой, ромашка, подорожник). Глубокие раны наглухо не зашивали, а вставляли турунды масляные. Эти марлевые или холщовые фитили пропитывались особыми мазями и вставлялись в раны, чтобы в них на скапливался гной. использовался курдючный жир, топленное коровье масло.
 К ампутации конечностей тоже не прибегали.
========================

Ханалиев В.Ю., Крайнюков П.Е., Ханалиев Б.В., Бутарева Д.В.
Н.И. ПИРОГОВ НА ТЕАТРЕ КАВКАЗСКОЙ ВОЙНЫ