Богатырь

Алина сидела в коридоре больницы возле УЗИ-кабинета и крепко сжимала руку мужа. Она молча смотрела в пустую стену напротив, а лицо ее на первый взгляд казалось бесстрастным. Однако, присмотревшись, становились заметны подрагивающие желваки сжатых челюстей и хаотичный стук туфелек по кафельному полу, выдающие тревожное ожидание.

Алина была хрупкого телосложения и невысокого роста, что вкупе с аккуратными чертами лица наводило окружающих на мысль о том, что перед ними подросток. Вот и сейчас, сидя рядом с маскулинным мужем, чей рост совсем немного недотягивал до двух метров, она выглядела как дочурка с отцом. На деле же Алине недавно исполнилось двадцать четыре, и с Асланом - так звали супруга - они были ровесниками.

Дверь кабинета приоткрылась, заставив обоих синхронно вздрогнуть. Алина даже привстала с металлической скамейки. В прорези показалось лицо медсестры:

— Магомедова тут?
— Да! Я… здесь, - отозвалась девушка, не узнавая собственного голоса.
— Доктор уже заканчивает осмотр. Ждите, вас вызовут следующей.

Не дожидаясь ответа, медсестра закрыла дверь. Супруги облегченно выдохнули. Алина медленно опустилась на место, а Аслан приобнял ее за плечи.

В коридоре под высоким потолком гудели люминесцентные лампы, заливая все вокруг мертвенно-бледным светом. Выцветшие плакаты на стенах призывали ежегодно проходить флюорографию и чаще мыть руки, а надпись «Соблюдайте тишину» выглядела особенно иронично - тишины вокруг не было и в помине.

Мимо сновали люди: пожилая женщина с перевязанной головой медленно брела, держась за стену; старик в мятых пижамных штанах катил перед собой капельницу, и колесики ее жалобно скрипели; молодой парень рассеянно ходил по коридору в поисках нужного кабинета - вертел головой по сторонам и по-черепашьи вытягивал шею. Где-то совсем рядом надрывался младенец, и его молодая мать, покачивая коляску, устало шикала. Хлопали двери кабинетов, медсестры с кипами бумаг деловито перебегали из кабинета в кабинет, а санитарка в тесном халате лениво возила шваброй по линолеуму.

В этой равнодушной, почти механической суете Алина с Асланом выделялись от остальных. В них было что-то особенное. Быть может, та нежность и красноречивые взгляды, которыми они время от времени беззвучно обменивались.

Накрыв мясистой кистью холодные руки жены, Аслан сказал на ухо что-то ободряющее и банальное. В ответ Алина лишь молча облокотила голову на плечо супруга и закрыла глаза.

Они познакомились два года назад на дне рождения общего знакомого. Этот знакомый, будучи однокурсником Алины и другом Аслана, стал тем самым мостиком, который соединил две, казалось бы, несовместимые вселенные. Алина тогда была студенткой медицинского университета, а Аслан работал учителем физкультуры в школе.

Вечеринка в честь дня рождения проходила в популярном заведении города - с танцами и весельем. Разноцветные лучи прожекторов разрезали воздух, басы сотрясали стены, а разгоряченные гости ритмично двигались в такт электронной музыке.

Аслан заметил ее почти сразу - тоненькую бледную брюнетку, сидящую за столиком с подругой и что-то весело с ней обсуждающую. Он изучал ее со стороны, невольно любуясь по-кошачьи выразительными карими глазами и ямочками на щеках. Делал он это, как ему казалось, незаметно. Вот только подойти к девушке он не решался.
Удивительное дело: Аслан - тяжеловесный исполин с бородой-лопатой и многократный призер международных соревнований по вольной борьбе, - за свою спортивную карьеру никогда не боялся ни одного соперника. А тут робел перед миниатюрной девушкой, как школьник.

Мучительно пытаясь найти предлог для знакомства, он весь вечер угрюмо простоял у барной стойки, сжимая стакан с каким-то напитком и поглядывал на девушку. Перебороть себя оказалось намного трудней, чем бороть противников на татами.
В тот самый миг, когда он мысленно принял поражение, Алина сделала первый шаг сама.

Подойдя к нему, она запрокинула голову вверх, чтобы заглянуть в лицо, и с улыбкой перекричала шум:

— Признайтесь честно: вы маньяк? Моей жизни угрожает опасность?

На лице Аслана отразилась такая растерянность и беспомощность, что девушка звонко рассмеялась.

— Вы просто весь вечер сверлите меня взглядом, вот и решила на всякий случай уточнить.

Наконец и Аслан расплылся в смущенной улыбке. К нему вернулось самообладание и дар речи.

В тот вечер он вызвался проводить ее домой. Они медленно прошлись по опустевшим улочкам города, оживленно обсуждая одну тему за другой. Аслан тогда поймал себя на мысли, что ему невероятно легко и интересно с ней говорить: он не старался подбирать нужные слова и выдавать себя за кого-то другого, как это обычно бывало с другими девушками. Он просто был собой и видел, такую же искренность в Алине.

Так и познакомились. Прощаясь, они обменялись номерами, а всего через год Аслан привез ее в родное село, и там, на высоте двух тысяч метров, в окружении древних скал и облаков, сделал ей предложение. Протянул раскрытую коробочку с кольцом, которая в его руках казалась спичечным коробком, и услышал заветное «да».

Детей у них за год семейной жизни еще не было, но эта тема все чаще мелькала в разговорах. Поначалу они были шутливыми, но постепенно юмор в них уступил место трепетному и немного взволнованному ожиданию.

Особенно после того, как однажды Аслан, вешая на стену новый телевизор, с рациональной серьезностью отметил:

— Немного выше следует повесить, чтобы ребенок не достал…

Так пока еще абстрактный человек стал напрямую влиять на жизнь вполне реальных.

— Магомедова! - голос медсестры вырвал Алину из задумчивости.

Она вздрогнула, будто ее ударило током. Аслан помог ей встать. Он ничего не сказал, только сжал ладонь, выдохнул и, глядя в лицо, кивнул. Она зашла в кабинет.

Внутри было полутемно - окна были зашторены, и только от монитора компьютера исходил белый свет. Он мягко подсвечивал лицо пожилого доктора с выразительными усами - тот сидел за столом, и звонко щелкал по клавиатуре. Это был грузный мужчина в темно-синей хирургической форме с добрыми, чуть насмешливыми глазами.

Завидев Алину, он указал в сторону ширмы:
— Проходите, располагайтесь.

За ширмой располагалась кушетка, накрытая зеленой клеенкой, а рядом находился крупный аппарат УЗИ - с монитором и датчиком на длинном, похожем на шланг проводом.

Видя, что Алина в нерешительности застыла у кушетки и рассеянно смотрит перед собой, медсестра вмешалась:
— Девушка, ложитесь на спину, приспустите резинку джинсов и оголите живот.

Алина сделала, как было сказано. Лежа на кушетке, она уставилась в потолок и мысленно принялась считать до десяти, чтобы унять волнение.

Доктор тем временем отстранился от компьютера и, не вставая с кресла, подкатил его к кушетке. Двигался он неторопливо, по-хозяйски. Далее достал бутылку с гелем и выдавил немного на живот Алины. От холодного прикосновения жидкости она глубоко вдохнула и почувствовала, как кожа рук покрылась мурашками.

— Так-тааак… - задумчиво пробормотал врач, медленно водя датчиком по животу и щурясь на монитор аппарата. — Ну ка, что тут у наас…

Алина закрыла глаза, чувствуя, как бешено колотится сердце в груди.
— Ага. А вот и он.
Девушка задержала дыхание.
— Надо же, какой большой, - хмыкнул доктор и надавил датчиком ниже. - Богатырь, право слово. Удивляюсь, как вы с ним до сих пор так спокойно ходите.

Алина не проронила ни слова. Она ощущала как все внутри нее сжимается в комок.
— Лучше с ним не затягивать, - доктор оторвал датчик от тела и покатил свое кресло обратно к столу с компьютером. — Вытритесь салфеткой и можно вставать. Я сейчас распечатаю ваше заключение.

Алина привстала и потянулась за салфеткой. Голова кружилась, а пальцы рук побледнели. Доктор между тем звонко щелкал клавиатурой и продолжал:
— Восемь с половиной миллиметров - это много. Боюсь что сам он не выйдет. Придется дробить.

Принтер сначала с натугой зашумел, а затем выплюнул бумагу с текстом. Доктор ловко выхватил его и размашисто расписался.

— Вот, передайте это урологу. Ничего страшного, милочка, не беспокойтесь вы так, - мочекаменная болезнь - это очень распространенное заболевание. Не вы первая, как говорится, не вы и последняя. Просто ваш камешек из почки попал в просвет мочеточника, оттого и дискомфорт, и боли. Вот раздробят его и будете жить как прежде.

Алина дрожащей рукой взяла протянутое заключение. По ее щеке скатилась горячая слеза…