Изнанка криминальные сводки

Короче, уже полгода пишу книгу. Выложу вам первую главу, больше не позволяют юридические особенности условий издательств. Книга понравится любителям "Ночного дозора", хотя у меня, скоее, про личность человека, чем про саму вселенную. Когда издательство меня в очередной раз пошлет нафиг, выложу сразу всю книгу. Но я, по-любому, буду публиковать этот роман в бумажном варианте, если "Астрель" и "Эксмо" откажут, тогда за свои деньги, в "Геликоне" издамся, так что если есть желание, потом выложу ссылку, где это можно заказать. Постараюсь установить максимально щадящую цену. Кстати, если есть художники, которым нравится мое творчество, пишите в личку. Пошаманим над обложкой. :)



ИЗНАНКА: КРИМИНАЛЬНЫЕ СВОДКИ

Часть 1

1. Саша

Каждый человек когда-нибудь мечтал о спрятанном волшебном мире, который на самом деле существует вокруг нас, просто его никто не замечает. Однажды в его открытую форточку влетит сова с письмом из Хогвартса или, пройдя через сумрак, возникнет из ниоткуда светлый маг Ночного Дозора. На крайний случай, мечтатель даже окажется и вовсе просто человеком, но будет привлечен для какого-нибудь особо важного задания, которое должен выполнить именно обыкновенный, лишенный способностей человек. Заметив его старания, маги и дальше будут обращаться к герою, так как он показал себя, как незаурядная личность. Много вариантов может представить себе разбушевавшееся сознание во время духовного подъема, после очередной прочитанной книги.
Но сидеть на корточках в заброшенном цеху, укрывшись за стеной, ожидая своей неминуемой печальной участи… это уже слишком!
По телу, снизу вверх, пробежалась волна мурашек, ее мощь нарастала по мере приближения к голове. Саша расслабился, перестал думать о чем-либо. Те, кто его ищет, пытались просканировать помещение. Крошечные обрывки знаний, которые он успел собрать о НИХ за прошедшую неделю, теперь были единственной ниточкой, которая удерживала парня от падения в неизвестность. Преследователей было всего двое, всерьез Сашу не воспринимали, и все же это были хорошо подготовленные сотрудники службы безопасности. Они не выдавали себя звуками шагов и не произнесли ни единого слова в течении всей полуторачасовой погони. Иногда ему даже казалось, что опасность миновала, но тут же нахлынувшая волна холодной дрожи сигнализировала о том, что СБшники подошли на расстояние меньше пятидесяти метров.
Парень в очередной раз проверил, что пистолет все еще находится в руке, которую Саша, как и все остальное тело, давно не чувствовал из-за состояния неподвижности. ОСА... что она может сделать ИМ? Пожалуй, только рассмешить и тем самым дать ему еще несколько секунд драгоценного времени. Если у него и был шанс спастись, необходимо использовать его как можно скорее.
Саша специально забрался в здание заброшенного завода, надеясь затеряться среди развалин. В школьные годы он часто лазал здесь, правда, обстановка немного изменилась, да и СБшники пользовались отнюдь не визуальными ориентирами, и все же, сам факт того, что парень чувствовал себя увереннее в знакомых местах, вселял надежду.
Подкравшись к оконной раме, он выглянул наружу. Пожарной лестницы, конечно, не было, единственная обвалилась еще тогда, в детстве, и все-таки, способ спуститься с третьего этажа был. От водосточной трубы, которая, разумеется, так же отсутствовала, остались кое-где торчащие из бетона ржавые крепежи, а там, где они обвалились, очень удобно располагались оконные проемы нижних этажей. Одна проблема, третий этаж жилого дома и третий этаж завода — совершенно разные вещи. Метров двадцать пять, если не тридцать, отделяло его от усеянной строительным мусором площадки. Если повезет, Саша упадет на козырек подвального помещения, который смягчит удар. Но и в этой ситуации растяжения точно не избежать. Рука дотянулась до ближайшего прута. Аккуратно перенеся вес на него, парень тут же почувствовал, как абразивная поверхность раздирает кожу. Поскорее найдя такую же опору для ноги, он повис на стене. Теперь назад дороги нет. А впрочем, направление в эту сторону Саша отрезал себе уже давно. Много лет назад. Произошло это… сейчас даже и не вспомнишь. Наверное в тот момент, когда детство кончилось.
Ошибки накапливались одна за одной, исправлять их не хотелось. Казалось, что еще куча времени впереди, и ошибки — это часть обучения. Парень все куда-то шел, надеясь, что однажды найдет свое место в мире. Увы! Жизнь пошла не по плану.
После школы юный Александр Орлов, идя на поводу у родителей, выбрал тот институт, который посоветовали они. Очередное модное направление. По тридцать человек на одно место, а конкурс как всегда выиграют братья с ближнего востока.
– Не пройду я, – сопротивлялся Саша из последних сил.
– Хотя бы подай документы, – настаивала мама, – место ведь хорошее, и недалеко от дома. А если что, мы оплатим твое обучение.
То, что деньги обретут в итоге своих новых хозяев в виде алчных директоров ВУЗа, сомневаться не приходилось. И юноша отправился по указанному адресу. Разумеется, конкурс он проиграл и, конечно, родители заплатили за обучение. Пять выкинутых на помойку лет жизни! И ладно бы только это... После института Саша столкнулся с тем, что выпускников, окончивших ВУЗ по модной специальности, огромное количество, и рабочих мест на всех попросту не хватает. Вяло помотавшись по собеседованиям с месяцок, в итоге он попал туда же, куда и многие такие вот пролетевшие – на один из гигантских складов маркетплейса. Там всегда требовалось свежее молодое «мясо». Но юноша не унывал. Он познакомился с нужными людьми, и уже через пару недель был переведен в отдел контроля качества. Помогли институтские связи, один из высших чинов оказался отцом девушки с параллельного курса. Саша несколько раз пересекался с ней в период учебы, и однажды даже подсобил со шпаргалками по матану. Девушка периодически приходила навестить отца на работу, где они и встретились. Узнав ситуацию парня и посетовав на то, что она и сама не может найти работу по профессии, Вероника под конец беседы попросила у него телефонный номер.
– Если все получится, то завтра тебе должны позвонить. Будь на связи, – сказала она таинственным голосом и, улыбнувшись, пошла в сторону автомобильной парковки, соблазнительно покачивая бедрами. Свой номер девушка оставить, разумеется, забыла.
На следующий день действительно позвонили с предложением о переводе. Работа в отделе контроля качества поначалу показалась интересной, и свет надежды на счастливое будущее снова забрезжил в Сашиной голове. Перспективы карьерного роста у офисников были куда как более реальными, чем у рабов муравейника. Вечером (точнее почти уже ночью), идя с работы, он, не замечая боли в ногах, представлял себя в шикарном костюме, посреди собственного офиса. Александр Григорьевич – а что, звучит солидно!
Реальность разбила зеркала едва выставленных образов одним ударом. Деловой мир оказался совершенно не таким, каким его себе представлял юноша. Особенно удручали люди, живущие в этом мире. Ценность сотрудника, хотя бы на одну ступеньку забравшегося выше рядового, определялась не положительными качествами вроде острого ума или умения координировать рабочий процесс. Корпорации требовались хищники, причем, не благородные львы, у которых кроме чувства голода имеются потребности посложнее, а самые настоящие акулы — хладнокровные безжалостные одиночки, готовые напасть даже на своего ближайшего родственника, если тот встанет у них на пути. По большому счету, от Саши требовался даже вовсе не сам контроль качества выполняемых сотрудниками работ, а нечто невербальное, необъяснимое словами. Как выразился один из менеджеров: «Долби их проверками, чтобы работали! Придирайся даже к мельчайшим косякам, а если таковых не найдется, то придумай сам, в чем именно виноват этот жук, который, разумеется, тоже косячит, как и все, просто хорошо это скрывает». Непосредственный же Сашин начальник осуществлял вышеупомянутую долбежку уже по отношению к своему подчиненному. Она действительно не зависела от качества выполняемых обязанностей. Абсурд! И в этом мире они живут?
Не выдержав эмоциональных перегрузок, парень уволился по собственному желанию уже через неделю. Пораженные этим поступком девчонки из отдела найма шептались вслед:
– Такая удача! Ну с чего вдруг он решил уйти? Что-то тут нечисто. По-любому это папа Ярика надавил, – предположила блондинка с пышным каре.
– А что, Зашкальников вместо Саши теперь будет? – удивленно вытаращилась на нее рыжая напарница с серебристым пробором.
– Ага, у меня документы на подписание со вчерашнего вечера, вот здесь, – блондинка небрежным движением указала на ближайший ящик стола. – Жалко парня, такой милашка… Я бы его в оборот взяла, со временем.
– А по мне, он странный. Всю неделю на полчаса задерживался, чувак сортировал какие-то старые документы, от пре-едше-ственника, видимо, – протянула рыжая сложное слово. – Нахрена выполнять чужую работу вообще!
– Марусь, ты че? Чел создавал актив! Все мужики так делают поначалу. Типа чтобы боссу понравиться.
Окончания разговора, подслушанного ненароком, Саша дожидаться не стал. Автомат пискнул, возвещая о том, что кофе готов и, помахав ошарашенным девушкам, не замечавшим его до сих пор, юноша направился к выходу. Хотелось поскорее покинуть угнетающее место.
Через час-полтора оказавшись на улице, Саша понял, что и этого недостаточно. Заводской район напоминал о работе, нужно было удалиться от него как можно дальше, чтобы зуд, свербящий мозг, стал хоть чуточку слабее. В идеале, надо было оказаться в абсолютно другом месте. Может быть, переехать в Екатеринбург – промелькнула внезапная мысль в голове, и тут же улетучилась. Странная боль, непохожая ни на что, испытываемое ранее, медленно, но неумолимо завладевала им, заставляя мысли путаться.
Он сам не заметил, как пешком дошел до метро, а это километров восемь, между прочим! Метро напоминало о бесконечном курсировании между работой и домом, и Саша направил свои стопы дальше. Куда? Куда глаза глядят. Странное жжение в мозгу нарастало. На несколько мгновений вернув себе трезвость мышления, он помассировал специальные точки в ушных раковинах, иногда это помогало от боли, но зуд не унимался. Переутомление – констатировал юноша, все идя и идя по уже незнакомым ему дворам.
Внезапно среди девятиэтажек, прямо в середине двора, там, где должна быть детская площадка или какие-нибудь гаражи, оказалось самое настоящее озеро! Вот бы жить в таком месте: вышел из парадной в одних трусах и, разбежавшись, прыгаешь с головой в воду! Жаль, что октябрь, иначе он так бы и поступил прямо сейчас. Вода лечит. Быть может,   вода даже способна помочь унять грызущую его голову боль...
– Смотри ка, до чего наркоманы докатились! – делая ударение на букве «о» в слове «наркоман», обратилась местная бабка к своей соседке. Сидя на скамейке, одной из тех, что окружали озеро, они с осуждением уставились на «чужого» парня, быстро стягивающего с себя одежду. Оставшись в одних трусах, тот без промедлений зашагал к воде.
– Совсем совесть потеряли, наркотики в воде прятать! – невпопад вторила ей собеседница. – А если эта химия в озеро попадет? Здесь же дети летом купаются!
Тем временем, юноша оказался в воде уже по пояс. Замерев на несколько секунд, он резко окунулся с головой.
– Батюшки, утонет же! Зови на помощь! – испуганно прогнусавила первая бабка.
– Кого звать-то, сама не видишь? Двор пустой, люди ужинают давно, может, и спят вовсе. А я со своим артритом полчаса почитай до ближайшей квартиры идти буду.
И вдруг, по невероятному стечению обстоятельств, во двор влетела, сияя мигалками, машина скорой помощи!
– Сюда! Сюда! Человек тонет! – что есть мочи, прохрипела своими дряхлыми связками первая бабка. Санитары, появившиеся из машины, сначала не поняли, куда указывает старушка, но внезапно озеро всколыхнулось, и над его поверхностью показалась голова, чтобы тот час же исчезнуть.
Сотрудники Скорой Помощи проявили потрясающую расторопность. Парня они вытащили из воды менее, чем за две минуты, а уже через пять минут тот, без сознания, был передислоцирован на носилках в машину скорой помощи. Взревев мотором, машина завыла на весь двор сиреной и умчалась прочь.
– А как же тот, за кем они изначально ехали? – смущенно пробормотала вторая бабка. – Там ведь кто-то из наших возможно помирает!
– Если б помирал, приехала бы Реанимация, а это – Скорая Помощь! – подняла кверху палец первая бабка. – Наверняка опять Ванька из второй парадной нажрался и на жену с кулаками пошел!
– Тогда бы и полиция приехала…
– Ванькина жена добрая, она не станет выдавать кормильца семьи иродам этим. Отлежится балбес ночку в вытрезвителе, и прямо оттуда на работу поедет. Почитай, не впервой.
Тем временем, пациент в машине скорой помощи открыл глаза. Мир не хотел обретать резкие очертания, но всепожирающий зуд немного унялся. Саша еще никогда не оказывался в подобной ситуации, поэтому лежал неподвижно, ничем не выдавая своего пробуждения. Санитары, не обращая на него внимания, переговаривались между собой о чем-то странном:
– Уже третий за неделю! И опять х*й знает где! Зае*ало по бомжатникам кататься. Я че, гончая на охоте? Все, завтра лично к Борисычу подойду. Типа, увольняюсь. По-любому проканает. Переведет меня куда-нибудь подальше, может, даже из этого е*аного города повезет свалить.
– А если он реально тебя уволит? Питер, конечно, не Москва, но желающих на место и у нас полно. Даже курьером, как мы, каждый второй хочет стать. Ты же видел списки.
– Меня? Уволит? Не смеши мои тапочки, мы с Борисычем одну шл*ху т*ахали, из одной бутылки пили, он меня не бросит.
– Ну да, ну да. Своих не сдаем, семейные ценности и все такое… Влас, ты что, опять вместо шефа агитационные брошюры писал? Это же чушь полная! Наши своих же в первую очередь сливают.
– Да знаю я, не мороси. Нет худа без добра. Этот пиз*юк, – понизил голос, указывая в сторону Саши, санитар, – Особо ценный экземпляр. Я думаю, из него батарейку даже можно сделать. Видел, как его зуд пронимает? Значит, маны до*уя! Борисыч оценит. Может, даже премию получим.
– Или этот пиз*юк на твое же место и встанет, после увольнения, – усмехнулся его оппонент.
– По*уй! Веришь? Вот реально — по*уй! Я, б*ять, от этой работы уже сдохнуть хочу. На*ер мне такая работа не сдалась. Помнишь буйного, на той неделе?
– Того, который притворялся, что ничего не умеет?
– Ага, раз*бал половину северного офиса, двоих покалечил. Его из подвала до вечера выкуривали. Еле уга*дошили.
– Ну, этот вроде тихо лежит.
– Это он пока тихо лежит, так что давай молиться о том, чтобы этот персонаж спал до самой конторы. Вколи-ка ему еще своей ху*ни.
Два расплывчатых силуэта зашевелились, и Саша закрыл глаза. В руку впился едва ощутимый комарик. Осуществив задуманное, санитары отдалились и, как ни в чем не бывало, продолжили беседу. Однако разобрать подробностей парень уже не мог, так как сознание медленно, но неуклонно тащило его во тьму.
Очнулся Саша, как ни странно, в относительно хорошем самочувствии. Зуда практически не было, лишь только яркий свет лампы настойчиво требовал открыть глаза. То, что он находится не в больнице, было понятно сразу. Кто же кладет своих пациентов прямо на холодный пол, возле мусорного ведра? Саша попробовал пошевелиться — ни одна из частей тела не отзывалась адской болью. Неспешным движением парень занял сидячее положение. Его взгляду предстала небольшая комната, вроде тех, в которых обычно находится бухгалтерия: стол, вплотную приставленный к книжному шкафу, со шкафа свисает повидавшая виды лампа, абсолютно ненужная при наличии яркой потолочной подсветки, окно, заставленное пластиковыми папками почти доверху. В комнате находился один единственный человек. Это был мужчина в очках, на вид лет тридцати пяти. Заметив шевеление, он оторвался от компьютера и с любопытством посмотрел на Сашу.
– Ну что, Ныряльщик, поздравляю тебя с новым рекордом «Изнанки»! – торжественно произнес он.
– Каким? – прохрипел Саша (все-же, купание в холодном озере оставило свой след).
– Самое быстрое получение позывного, с момента пробуждения.
– Пробуждения? – разговор санитаров парень помнил смутно, но что-то в нем подобное тоже упоминалось. Он, Саша, зачем-то нужен этим людям, и это как-то связано с зудом в голове. – Вы из полиции? – предположил он.
– Ты что, головой об камень ударился, когда нырял, а, Ныряльщик? Разве я похож на полицейского?
– Н-нет…
– Тогда не задавай тупых вопросов. Мне поручили ввести тебя в курс дела. Поднимайся,  и идем со мной. Расскажу по дороге. Хотя, для начала умойся что ли, у тебя на правой щеке трава болтается, – указал очкарик в сторону умывальника, расположенного в углу.
Нерешительно подойдя к раковине, Саша завис на несколько мгновений.
– Тут нет мыла… и зеркала, – пробормотал он.
– А ты на ощупь. Давай, не тормози, у меня еще полно дел!
Вяло повозив руками по лицу, Саша выключил воду. Маленькая струйка все еще текла из крана, несмотря на плотно зафиксированную ручку. Он попытался прижать ее еще раз, но тщетно.
– Эй, мне долго ждать еще, Ныряльщик?
– Но…
– Пошли, – в голосе очкарика промелькнули нотки раздражения, и, решив не доводить этого и без того нервного человека, Саша поторопился к выходу. – Времени у нас немного, так что слушай внимательно, – сразу же заговорил его спутник, стоило им покинуть кабинет. – Ты находишься на территории закрытого акционерного общества «Изнанка», это новый его филиал, так что не обращай внимания на ведущийся повсюду ремонт. Скоро это место преобразится! Тебе повезло и не повезло одновременно родиться одним из тех, кто иначе смотрит на этот провонявший мир. Людей читаешь, как открытую книгу? Можешь влиять на их поступки, манипулировать сознанием? Угадал? Твои старания тут ни при чем! Это нам дано от рождения. Очень удобная способность, особенно для городского жителя. Но знаешь, Ныряльщик, за все приходится платить. Скорей всего, сегодня ты пытался воздействовать на большой кусок реальности, подчинить своей воле сразу сотню человек…
– Неправда! Не хотел я ничего, – перебил его Саша. – Я никогда никого вообще не пытался подчинять или манипулировать!
– Пытался, – отмахнулся очкарик, – Просто сам не понял этого. Многие не понимают, пока не нагадят так, что даже окружающим становится ясно, кто всему виной. Но до этого доходит редко. Зуд их уничтожает раньше, чем охотники на ведьм. Часы на твоей руке, – указал он на серебряный браслет, который Саша до сих пор не замечал, да и как тут заметишь, если часы абсолютно ничего не весили, – поглощают избыток маны. У тебя, наверно, очень сильно болела голова незадолго до того, как ты попал сюда, так вот, ее отсутствие сейчас – целиком и полностью заслуга часов!
– Вообще-то, голова все еще немного болит, – вставил Саша.
– Странно… Прибор должен поглощать даже малейшие излишки, параметры допуска устанавливаются автоматически. Будет случай побывать в лаборатории, пообщайся на эту тему с учеными. Нам сюда, – они спустились по лестнице в самый низ. Очкарик открыл толстую металлическую дверь. Из проема запахло подвалом, а еще, Саша услышал звуки, похожие на рычание собак, только глуше и утробней, как будто собаки были размером с лошадь. В нерешительности остановившись, парень с опаской посмотрел в полумрак. – Не бойся, Ныряльщик, они в клетках. Собственно, рази этого мы сюда и пришли. Поверь, это важно. Лучше заранее знать, во что превращаемся МЫ, если снять часы, – мужчина поднял с пола пластмассовую палку и, размахнувшись, врезал ей по стене. Раздался хруст, и бледное зеленоватое мерцание  химического фонаря осветило пространство. Впрочем, оказавшись внутри подвала, Саша понял, что света этого хватает лишь на то, чтобы разглядеть его спутника и совсем небольшой клочок помещения. Монстры оставались где-то там, в кромешном мраке. – Электричеством мы здесь не пользуемся, оборотни поглощают любые виды энергии напрямую, перерабатывая их в ману прямо через нервную систему. По этой причине я заранее вытащил из твоего кармана телефон, не бойся, он в моем офисе лежит, верну после экскурсии. Твою ж мать! – отшатнулся человек, когда из темноты внезапно в его сторону метнулась гигантская, усеянная грязными кровавыми наростами, рука. Голубые огоньки глаз блеснули чуть выше, примерно на уровне двух метров. Они смотрели из-за металлической решетки с толстыми прутьями прямо на Сашу. Яростный рык загремел совсем рядом. Почему-то он исходил не со стороны монстра, а откуда-то слева, наверное, там прятался еще один, и юноша, не зная, куда бежать, просто замер на месте, в ужасе глядя на расплывчатые силуэты твари. Зубы (обычные, человеческие) блеснули несколько раз, ОНО что-то тихо шептало, наверное, слова проклятия, ведь ОНО раньше было человеком и, наверное, не до конца утратило разум, что пугало еще больше.
– Во… – услышал Саша тихий шепот, едва различимый за чудовищным рыком второго монстра, - Ы… – закончило ОНО странное заклинание. – Во! – окончательно сдав позиции, разум перестал подчиняться, и парень бросился бежать в сторону дверного проема.
Когда сердце немного успокоилось, он уселся на ступеньки лестницы. Взгляд зафиксировал цифру 15 слева от двери. Пятнадцатый этаж? Он не помнил, как преодолел это расстояние. Снизу послышался оклик:
– Ныряльщик, погоди! Заблудишься! – запыхаясь, поднимался очкарик пролетами пятью ниже. – Слушай, больше так не делай, – сказал он, наконец, догнав Сашу. – Я тебе не нянька, попадешься на глаза службе безопасности, арестуют. Сам потом делай, что хочешь.
По большому счету, его спутник оказался не таким уж и плохим человеком. Звали его Ветер. Ветер работал уже четвертые сутки к ряду, без перерыва на сон, и бесконечно устал от того, что начальство загружало его чужими обязанностями. Сашей должны были заниматься другие люди, но все они сейчас были на задании и пришлось обходиться тем, что есть.
– А чем в основном занимается «Изнанка»? – осмелев, начал задавать вопросы Саша. Обсуждать тварей из подвала ему не хотелось. Главное — не снимать часы, понял он, и все будет хорошо.
– Да всем подряд, жилищно-коммунальные работы, научные исследования в области генетики и молекулярной химии, туристический бизнес… – начал перечислять Ветер.
– Это — разные виды прикрытия для магического мира? – догадался Саша. Его слова странным образом повлияли на нового знакомого.  Внезапно очкарик остановился и хмуро уставился на парня.
– Магия, – прочеканил он, – это зло. Ты еще не понял? Впрочем, в каком-то смысле ты прав, мы решаем вопросы в этой области. Отлавливаем оборотней, ищем способ очистить планету от паранормальной дряни, которой расплодилось за последние годы немерено и инструктируем таких салаг, как ты, дабы они не пошли по кривой дорожке. Иногда даже приходится тратить ману, но в основном это прерогатива службы безопасности. Их часы установлены на 95 процентов сдерживания. Бедняги живут с постоянным зудом в голове, поэтому не удивляйся их неприветливости, когда доведется встретиться.
– Значит, я не буду стрелять фаерболами и двигать предметы силой мысли? – изобразил улыбку Саша.
– Ныряльщик, не беси меня. Я тебе уже сказал, эта тема – опасная. Вся информация находится под грифом «секретно», чтобы такие любопытные как ты случайно не натворили бед на нашу голову. Не вздумай ляпнуть подобное кому-нибудь из приближенных, сразу окажешься в кабинете допросов, а оттуда я даже не знаю, куда тебя отправят, и знать не хочу.
За следующие несколько дней Сашу инструктировали несколько человек, его швыряли от сотрудника к сотруднику, как мяч по футбольному полю. Все они были бледные, измученные работой и не особо хотели возиться с парнем, поэтому Саша часто оставался предоставлен сам себе. Он бродил по коридорам, пытаясь запомнить план здания. Офис «Изнанки», кстати, оказался недалеко от его дома, всего в трех станциях метро. Он даже помнил об этом месте из новостных сводок. И кому взбрело в голову построить высотку посреди промышленного района?
Несколько раз Саша пытался поднять тему о том, какую роль ему приготовила корпорация, но инструктора на это лишь отмахивались, советуя найти себе работу в другом месте.
– Подпишешь неразглашение, и свободен, – констатировал полный лысеющий дядька, принявший эстафету на третий день. – На чем это я там остановился… Ах, да, черные точки. Если твое тело вдруг начнет покрываться такими штуками, – указал он на фотографию, – вколи себе под лопатку два кубика из емкости номер 26…
В итоге Саша осознал, что, покинув через пару дней здание «Изнанки», он, скорей всего, навсегда окажется отрезан от даже не успевших открыться перспектив и новых знаний об удивительном мире магии. Его как всегда отбракует невзлюбившая Сашу судьба, которая вечно его пинает из угла в угол. Но он не позволит этому случиться. В своей сумке Саша каждый день проносил через пост охраны то небрежно брошенные на журнальный столик газеты, то документы, вытащенные из мусорного ведра, то и вовсе непонятные, возможно, как-то связанные с магией предметы, которые ему удалось стащить у не слишком внимательных инструкторов. Однажды он даже попытался пронести флешку, но вовремя одумался. А вдруг там установлен датчик, на который сработает выходная рамка? Подумав немного, Саша спрятал флешку между первым и вторым этажом, в стенной дырке лестничного пролета.
И все же, этого было недостаточно. Он вел себя как ворона, таскающая в гнездо все, что блестит. Как узнать что-то действительно стоящее?Что-то, от чего можно будет и дальше отталкиваться — надежный фундамент. Фундамент или, быть может… подвал? Волна мурашек пробежалась по телу при мысли об ужасных тварях, запертых там. Но ведь они в клетках, а на столах в том же подвале лежит куча интересного, наверное, там проводят опыты над оборотнями, пытаются раскрыть причины их безумия. Надо обязательно пробраться туда и все внимательно изучить.
На четвертый день парня вверили под ответственность совсем молодой девчонки, работавшей на втором этаже. Как Саша понял, она являлась кем-то вроде консьержки. Это было очень удобно, уровень наплевательского отношения к его персоне похоже достиг максимума и, когда эта пигалица в очередной раз уткнулась в телефон, переписываясь с кем-то, парень тихонечко направился к лестничному пролету.
Любопытство и страх раздирали его на части, когда Саша спускался вниз. Старая железная дверь была закрыта, но трехзначный код он прекрасно помнил. Лязгнул затвор, и парень на несколько мгновений замер. Здесь нет электричества, значит, и камеры видео наблюдения отсутствуют, но кто-то мог услышать громкий звук, находясь на первом этаже. На этот раз пронесло. Отыскав химический фонарь, Саша аккуратно прикрыл за собой дверь.
Тишина. Ни рычания, ни скрежета когтей о бетонный пол. Может быть, оборотней перевезли в другое место? Он неуверенно сделал шаг, затем еще один. Саша медленно шел, пока вдруг не врезался во что-то металлическое. С ужасом он осознал, что это — прутья клетки, но никто не бросился на него из темноты. Набравшись смелости, он просунул руку с фонарем внутрь. На полу лежал тощий полуголый человек. Его голубые остекленевшие глаза смотрели в потолок. Узник не шевелился.
– Умер он, – прохрипел кто-то совсем рядом, заставив Сашу подпрыгнуть от неожиданности. Рука с фонарем застряла в прутьях клетки, и парень упал на пол, стиснув зубы от боли. – Тебя как зовут, новичок? – спросил незнакомец. Выглядел он примерно так же, как и первый бедолага. Одна кожа, да кости.
– С-саша. А г-где об-боротни? – наконец, осмелился подать голос парень.
– Оборотни? – усмехнулся пленник, и тут же закашлялся. Несколько секунд он пытался что-то произнести, и Саша терпеливо ждал. – Нет никаких оборотней, есть только мы с тобой. Хотя, наверное, когда эти гады обкалывают нас наркотой, чтобы вселять ужас в ничего не понимающих только что пробудившихся новичков, мы и правда становмся похожи на нечто ужасное, но с этим уж ничего не поделаешь… Слушай, у тебя найдется попить? Воды, или чего-нибудь другого, – так вот что за заклинание произносил тот оборотень, он просил воды — догадался Саша! Во-ы… это во-ды!
– К сожалению, у меня ничего нет, – промямлил он.
– Тогда возьми ту большую колбу, она вроде чистая, и налей из-под крана. Раковина слева от тебя.
Выполнив просьбу, Саша поставил емксть возле самого края клетки и отошел на несколько шагов.
– Боюсь, что мне не хватит сил до нее дотянуться, – грустно улыбнулся ненастоящий оборотень. – Ноги не слушаются. Пододвинь поближе, будь другом.
Несколько мгновений поколебавшись, парень все же выполнил просьбу. Дрожащими руками узник схватил колбу и начал с упоением поглощать мутноватую жидкость. Только теперь Саша понял, что вся интеллигентность узника была лишь жалкими остатками человеческой личности. Во взгляде пленника блестел звериный огонь. Закончив пить, он отпустил колбу и та, звякая, покатилась прочь.
– Спасибо, – голос человека за решеткой приобрел живые нотки.
– За что Вас тут держат? – спросил Саша.
– За использование магии, разумеется. Тебе что, не рассказывали на инструктаже?
– Магия опасна и превращает людей в оборотней — так они говорили, кажется.
– В оборотней нас превращает их поганое вранье и их же наркотики! Что касается, магии… – на несколько мгновений узник задумался. – Зуд – ужасная штука, но только тогда, когда мана накапливается в тебе через меру. Если ее тратить, никакой головной боли не будет. Одного только этого знания уже достаточно, чтобы попасть сюда. «Изнанке» не выгодно иметь конкурентов. Представь, во что бы превратился мир, если такие, как мы, овладели бы магией. Никто не стал бы слушаться приказов шайки охочих до власти уродцев. Так что лучше уходи отсюда, пока не увидели и забудь то, о чем мы только что говорили. Живи, как обычный человек, не повторяй моих ошибок.
Саша подумал, что он и правда находится в подвале уже слишком долго.
– Я еще вернусь к Вам, – пообещал парень и быстро покинул помещение, не забыв предварительно спрятать использованный химический фонарь под письменный стол, предварительно замотав его в тряпку, чтоб не светил почем зря.
Зря он переживал, никто даже не заметил получасового отсутствия новичка. Прошло еще не менее десяти минут, прежде, чем девчонка оторвалась от телефона.
– Ныряльщик, будь другом, кофе мне принеси, а? Латте, без сахара, – скорее приказала, чем попросила она, и парень направился к автомату.
Недельный инструктаж подходил к концу. Единственное, что более-менее удалось выяснить из официальных источников — это структуру ЗАО. «Изнанка» делилась на три крупных сегмента: управленческий, научный и, располагаясь особняком ото всех, была еще служба безопасности. Первые два оказались недоступны обывателю, туда попадали лишь проверенные люди, в СБ же брали в основном бывших военных или сотрудников полиции. Чуть ниже по служебной вертикали располагались маленькие отделы, подчиненные управлению ЗАО напрямую, типа курьерской службы, айтишников и так далее. Туда попасть можно, но платили до смешного мало. Да и работа их не особо отличалась от своих аналогов в человеческом мире. «Изнанка» плотно окружила себя завесой из запретов и секретных допусков, поэтому Саша быстро смирился с мыслью, что официальным путем он вряд ли узнает о магии больше. Следовательно, оставался второй вариант — рискованный, расспросить обо всем у человека в подвале.
Вернуться к узнику удалось лишь через два дня. Это был финальный день инструктажа. Очередной представитель компании оставил Сашу дожидаться возле двери, намекнув на то, что придется посидеть, ведь начальство будет в лучшем случае через час. Ныряльщик подпишет необходимые бумаги и сможет, наконец, проваливать на все четыре стороны. Воспользовавшись этим, Саша устремился к лестнице сразу же, как только инструктор ушел.
В подвале ничего не изменилось, как будто за прошедшие дни никто его не посещал. Даже использованный фонарь лежал все там же, под столом. Сашино присутствие осталось нераскрытым.
– Скажи мне, парень, – закончив пить воду из лабораторной колбы, обратился узник к нему. – Ты совсем идиот? Я же сказал, больше не приходи сюда. Ты не понимаешь той опасности, которая тебе грозит.
– Но я не могу, зная, как Вы тут страдаете, жить с этой мыслью! – возмутился парень.
– И что ты сделаешь, перебьешь весь персонал «Изнанки»?
– Я вытащу Вас отсюда!
– Глупостей только не говори. Даже если бы ты осуществил сей безумный план, я все равно умру через неделю. Мое тело настолько истерзано химией, что желудок даже еду не переваривает. Позавчера я поймал крысу и пытался ее съесть. Тщетно, пища выходит обратно. Даже вода уже не помогает от жажды. Уходи.
– Тогда хотя бы расскажите мне все об «Изнанке», и однажды я изменю порядок вещей, я соберу людей, мы поднимем восстание…
– Вас перебьют, как тараканов, глупец! Служба безопасности — бывшие военные, профессионалы своего дела. Они участвовали в спецоперациях еще до того, как попали сюда. Посмотри на меня, по-твоему, я похож на идиота? И все же, я здесь. Мы пытались, все пытаются, но самый разумный способ – спрятаться и не отсвечивать. Ты всю жизнь прожил без магии, справишься и дальше. Лучше даже не начинай. В этом «Изнанка» не врет. Магия как наркотик, она манит нас в свои теплые объятия. Рано или поздно, ты не сможешь остановиться, если начнешь ее использовать.
– Но мне нет места в мире людей! Я это всегда чувствовал. Человеческий мир отвратителен!
– Как и наш мир. Просто ты еще не понял. Вскоре ты почувствуешь, как похожа структура «Изнанки» на известные тебе человеческие организации. Однако, везде можно если не жить, то хотя бы существовать…
– Существование бывает разным, – прервал их разговор третий голос. Саша испуганно обернулся. В дверном проеме стоял Ветер. – Жаль. Очень жаль… – пробормотал он себе под нос. – Ты мне понравился, Ныряльщик. Я бы не хотел тебе этой участи, но выбора у меня нет. Я вызову службу безопасности и сообщу им о нарушении режима… через две минуты. Столько времени стоит моя доброта. Так что проваливай отсюда поскорее, тебе хватит времени, чтобы покинуть здание. И на вот, – он бросил Саше что-то черное, блестящее. Это оказался травматический пистолет. – Если попадешь в голову в упор, это их немного задержит.
– А вас не обвинят в предательстве? – с сомнением посмотрел на пистолет Саша.
– Скажу, что ты меня обезоружил. Неожиданно подкрался со спины. За это ты уже мне будешь должен, разумеется. Я сам назову цену при случае. А теперь проваливай! – гаркнул Ветер, брезгливо поморщившись. Это отрезвило парня, он быстрым шагом направился к лестнице. Мысль о том, что пистолет, спрятанный в сумку, наверняка запищит при проходе через рамку метало-детектора, посетила его слишком поздно, но о чудо, охранника на посту не оказалось! Саша ускорил темп. Надо было убираться отсюда. Только куда? Где его не найдут сотрудники службы безопасности? Образ заброшенного завода сам собой всплыл в голове. Отличное место, чтобы затеряться. А оттуда можно будет уже двинуть в другой район города, он как раз недавно получил от старого друга приглашение зайти в гости, строил тот со своей командой энтузиастов какой-то новый арт-объект, или типа того… Разговор был не по телефону, узнать о нем нереально. Там можно будет отсидеться. А дальше поглядим.
Саша побежал трусцой в нужную сторону, по дороге выуживая из детских воспоминаний способы проникновения на обнесенную забором территорию заброшки.

***

Ну почему всякие ЧП происходят именно под конец смены? Боец, облаченный в стандартную экипировку сотрудника СБ ЗАО «Изнанка», сверился с устройством на руке. От «гражданских» часов изделие сотрудников службы безопасности отличалось возможностью регулировать поглощение маны, и сейчас цифры показывали девяносто два процента. Беглец оказался на редкость смышленым, о чем умалчивалось в докладе дежурного, он умел прятаться от поисковых вибраций, которыми СБшники сканировали помещение заброшенного завода. Неужели ему снова придется опустить значение до 90, или, не дай бог,  85 процентов? Тогда преступника вне всяких сомнений станет видно, но это уже желтый спектр поглощения, для которого требуется разрешение сверху. Опять придется строчить рапорт с объяснениями, а это — лишний час, оторванный от положенного сна.
Может быть, его напарнику повезло больше, и он уже обнаружил мальчишку? Не хотелось  пользоваться рацией, она выдаст местоположение бойца, и все придется начинать по-новой. Напарник был где-то там, с противоположной стороны здания. По большому счету, для захвата одного человека на территории с несколькими выходами требуется минимум три сотрудника, еще один должен вести наблюдение снаружи, но дежурный уверял, что они и вдвоем прекрасно справятся. Неужели опытным бойцам не под силу поймать одного хилого мальчишку? Так то оно так, конечно, но…
Раздался громкий звон чего-то тяжелого, упавшего на металлический лист. Метнувшись к окну, Тополь увидел, как маленькая фигурка, словно червяк извиваясь, пытается слезть с подвального козырька, на который беглец, видимо, и свалился только что.
– Твою же душу! – чертыхнулся он. – Ладога Тополю! Он внизу, с торца, бежит в северном направлении, к забору, – в двух словах изложил он ситуацию напарнику.
– Вижу, – ответила рация. – Провел нас, засранец, как салаг.
– Не наша вина, – парировал Тополь. – По регламенту нас должно быть трое.
– Так в рапорте и укажем, мол, не вышло сообразить на троих, пацан оказался непьющим, – загоготал Ладога.
– Отставить, – оборвал его ведущий, – Слушай мою команду, спускайся за ним, я в это время подгоню машину со стороны улицы. Будем зажимать в клещи. Использовать только шоковые боеприпасы.
– Тополь Ладоге, принял. Собственно, я уже на полпути. Ты бы поторопился, а то ведь реально уйдет, – из рации слышалось немного сбитое дыхание. Напарник бежал по лестнице. Ухмыльнувшись, Тополь выкрутил тумблер на часах (все равно рано или поздно пришлось бы это сделать), цифры  тут же окрасились в желтый цвет. 85 процентов. Голову кольнуло, словно иглой. Разбежавшись, боец прыгнул в оконный проем. Секунд пять он летел стремглав вниз, после чего падение неожиданно замедлилось, и бетон подошвы берцев встретили едва ощутимым толчком.
– База Тополю, – переключился боец на общий канал связи. – Запрос на отслеживание Ныряльщика по камерам видео наблюдения.
– Проблемы? – сухо осведомился дежурный.
– Он умеет прятаться, – так же коротко подтвердил Тополь.
– Коля, я тебя четвертый год знаю. От тебя так просто не уходят. Что случилось? – перешел на доверительный тон дежурный.
– Все в порядке, просто дай мне этот чертов допуск к навигации, я все равно уже на 85-ти процентах.
– Ого. Ну, раз такое дело, – несколько секунд в эфире царила тишина. – База Тополю, в допуске отказано. Извини, Коля. Не в этот раз. Давайте уж как-нибудь своими силами там. Все камеры сейчас работают по поиску сектантов, сервера и так перегружены.
– Принял тебя, База. Конец связи, – перепрыгнув одним махом двухметровый забор, Тополь изучил обстановку. Плохо. Это была действующая часть завода, эмонации людей глушили образ беглеца. Впрочем, он и не собирался никого искать. Идти по следу отныне — забота Ладоги. Не замедляя темп, Тополь  устремился к машине. Рано или поздно, мальчишка захочет покинуть пределы завода, и тогда умение прятаться ему не поможет. Все будет решать скорость.
Прыгнув за руль старенького «Ниссан Альмера», Тополь позволил себе немного перевести дух. Магия магией, а стопы горели от бега так, будто их окунули в кипяток. Когда тратишь ману напрямую, через тело, не задумываешься о последствиях. Он интуитивно снизил болевой порог на время преследования, и теперь пожинал плоды своих трудов. Скоро еще и мышцы начнут болеть от переизбытка молочной кислоты. Давно Тополь не работал в поле, потерял форму. Сказывался двухмесячный отпуск по болезни.
Сунув руку в бардачок, он достал покрытую пылью «люстру». Несколько секунд покрутив ее в руках, боец запихнул проблесковый маячок обратно. Только лишнее внимание привлекать будет, да и не собирается же он устраивать погоню по всему городу. Так, заезд метров на сто.
– Ну, где же ты… – осторожно сканируя окрестности своим внутренним чутьем, Тополь пытался отыскать нотки волнения, страха или спешки в окружавших его людях. Тщетно. Прошло больше десяти минут. Беглец как сквозь землю провалился! Стоп. А что, если… Внезапная мысль тревожно засвербила у него в голове. Ныряльщик явно хорошо знал эти места. Что, если он воспользовался подземным коллектором, чтобы выбраться за пределы завода? Земля тут глинистая, плотная, ее слои могли экранировать поисковые вибрации.
– Тополь Ладоге, цель не наблюдаю, – словно подтверждая догадку ведущего, сообщил напарник по рации.
– Ищи спуски под землю: вентиляционные шахты, люки, открытые подвалы, прием.
– Думаешь, наш зайчик спрятался в норку?
– Скорее, пытается прорыть себе сквозной тоннель.
– Это вряд ли. Завод государственный, тут повсюду сигнализация. Незамеченным не пролезет.
– Ты делай то, что я сказал. Если мы его упустим, переложить ответственность на завод не получится. Как принял меня, Ладога?
– Принял хорошо. Искать под землей, – вздохнула рация.
Тополь достал все из того-же бардачка  тряпку в намерении протереть лобовое стекло. Серая пыль разлетелась во все стороны, заставив бойца закашляться. С чертыханиями закрыв проклятый ящик, мужчина пообещал себе потратить лишний час после смены, дабы провести уборку в машине. Отпуск — черт бы его побрал! Он ненавидел отпуска. Возвращаешься никакущий, ведешь себя, как новобранец, не способный отличить камбуз от плинтуса, все валится из рук!
За прошедшие два месяца многое изменилось как в его ведомстве, так и на просторах преступного мира. Появилась какая-то секта, на первый взгляд вроде безобидная. Поначалу разведка и вовсе приняла их за обычных людей. Поклоняются фанатики своему странному богу, и пусть поклоняются. Да, богу жестокому. Лично он, Тополь, надрал бы задницу их лидеру за принесение в жертву несчастных животных, но их и так рано или поздно поймает полиция. К делам «Изнанки» сектанты не имели отношения. Вот только… Странное дело, фанатики любили собираться в зонах пониженной ноо-активности, что не свойственно обычным людям. Люди наоборот — предпочитают обходить такие места стороной. Как будто сектантов аккуратно вел тот, кто хорошо разбирается в колебаниях ноосферы.
Стали копать. И докопались. Рядом со всеми местами сбора мелькал один и тот же научник «Изнанки». Его хотели тут же поймать и допросить, но хитрый гад каким-то образом заранее узнал о засаде и скрылся. С тех пор сектанты вели себя осторожнее. Как вдруг, недели две назад, один из них под видом недавно пробудившегося проник в здание корпорации. Пару дней для отвода глаз он делал вид, что ничего не понимает, а на утро третьего каким-то чудом проник в оружейку СБ и устроил настоящую резню. Сектанта удалось ликвидировать только через полчаса. С тех пор на фанатиков объявлена охота. Странно, что Ныряльщика тут же не записали в их ряды. Этот почему-то начальству нужен был живым.
– Тополь Ладоге! – разорвала эфир рация. – Цель обнаружил! Видишь трехэтажное красное здание?
– Ладога Тополю, вижу, – заведя мотор, боец тут же вдавил педаль газа. Машина надрывно ухнула, неохотно, рывками, устремившись в указанную сторону. – Ты его взял?
– Тут такое дело… – замялся Ладога. – Наш подопечный обрел себе новых друзей.
– Ментам что ли нажаловался?
– Хуже, намного хуже. Хотя, начальству это скорее понравится. Ты лучше иди сюда, своими глазами все увидишь. Только будь осторожен.
– Я всегда осторожен, – резко затормозив, Тополь выскочил из машины. Он уже знал дорогу. Картина, которую выдал ему скан помещения, ой как не понравилась ведущему. Десять человек с эманациями ненависти преградили путь его напарнику.
Тополь сунул ФСБшную корочку под нос молодому охраннику на входе и, не дожидаясь его реакции, быстро зашагал вглубь повидавшего виды здания. Обшарпанные стены, почти отсутствующее освещение — бомжи какие-то. У них и в туалете нет раковины, наверняка. В таком здании даже не жалко войнушку устроить — оправдывал себя боец, настраиваясь на предстоящие события.
Напарник обнаружился на втором этаже. Ладога стоял возле двери, ведущей в коридор. Его огромные брови сморщились в одну монобровь, так всегда происходило, когда тот думал, выглядело это и комично и жутковато одновременно, словно и не боец службы безопасности, а террорист под препаратами. При виде Тополя он позволил себе немного расслабиться.
– Рассказывай, – предложил ведущий.
– А ты что, еще не понял? Коля, это ведь сектанты! Парень вылез прямо посреди ритуальной комнаты! Там у них труба в полу, вроде как для того, чтобы кровь приносимых в жертву животных стекала. Скорей всего, они приняли Ныряльщика за одного из нас, скрутили его и держат в кладовке. Но сути дела это не меняет. Десять человек нам с тобой не осилить.
– Почему сразу не сказал? Я бы вызвал подкрепление.
– А вдруг у них многоканальная прослушка — спугнем!
– Логично, – согласился Тополь. – Что у них по вооружению?
– Судя по вибрациям, на семерых обычные часы, оставшиеся трое носят наши, модернизированные. Модель точно тебе не скажу, но желтый уровень поглощения они точно могут активировать. Красный — вряд ли, он только на первой партии вручную включался, а ее давно утилизировали. Насчет огнестрельного оружия не скажу, сам понимаешь, визуальный осмотр  мне не удалось осуществить. Есть парочка заряженных под завязку маной предметов, сделанных наспех, бить будут сильно, но не прицельно, да и заряд у каждого всего один. Ты хочешь провести операцию нашими силами? Советую еще раз подумать! Я понимаю, мы не салаги, и если ты прикажешь, я пойду…
– И в кого ты такой болтливый? – улыбнулся Тополь. – Успокойся. Я не собираюсь кидать тебя в огонь. Слушай, вот как мы поступим…

***

Саша в очередной раз сделал над собой усилие, но занемевшие руки никак не хотели слушаться. Связавшие его люди (видимо, еще какие-то сотрудники «Изнанки») не особо заботились о последствиях своих действий. Его перемотали так, что даже дышать было непросто.
Каково же было его удивление, когда парень, отодвинув сточный люк и выбравшись из канализации, обнаружил, что его уже ждут! Как они догадались, что Саша вылезет именно здесь? Это был всеми забытый коллектор-дублер, по которому они с друзьями лазали в далеком детстве. Впрочем, неважно. Теперь уже все было неважно! Связанный по рукам и ногам, вскоре он отправится на допрос, после которого… Нет! Еще не все потеряно! Стиснув зубы, парень еще раз дернулся, и о чудо, кажется путы немного ослабли! Что-то тихонько хрустнуло. Скорей всего, это был бетон, из которого торчала труба, служащая креплением для веревок. Еще рывок! Раздался хруст иного толка, похоже, он вывихнул себе большой палец, потому что один из витков веревки послушно соскользнул с руки. Саша даже порадовался, что та занемела, ему хватало боли в боку, начавшейся после не слишком удачного падения на подвальный козырек. Дальше дело оставалось за малым. Высвободив одну руку, он ослабил веревку на груди, после чего вытащил и другую руку.
Освободившись окончательно, парень не стал тут же ломиться наружу. Нужно было подождать, пока циркуляция крови восстановится. К тому же, его пленители все еще находились за дверью. Поискав в полумраке кладовки хоть что-нибудь, напоминающее оружие (пистолет у него, разумеется, отобрали), Саша обнаружил небольшую гантелю, килограмма два на вид. Гравировка давно уже стерлась, но парень видел такие у двоюродной сестры, когда они с родителями приезжали на лето в Крым. Тогда он смеялся про себя, ну разве это вес? Теперь же беглец, пленник, находящийся на краю пропасти, маг с дурацким позывным Ныряльщик прикидывал, хватит ли ему сил, чтобы проломить этой гантелей череп. Как быстро иногда меняется взгляд на вещи…
За дверью что-то громко ухнуло. В ответ ударила автоматная очередь. Саша никогда не слышал вживую, как звучит очередь из автомата Калашникова, но был уверен, что это именно она. От грохота заложило уши. Каждый «ба-бах» отдавал звонким эхом в голове. К счастью, стрельба продолжалась недолго. Бахнул и тут же затих второй ствол, а затем и третий, как будто тот, кто обезвреживал Сашиных пленителей, играл в компьютерную стрелялку, где противники выскакивают на тебя по очереди. Поняв, что лучше момента не представится, Саша приоткрыл дверь. Трое из десяти захватчиков находились в этой комнате. Остальные, видимо, заняли свои позиции снаружи, посреди главного зала. Все внимание его пленителей было устремлено в сторону выхода. Дождавшись очередного грохота выстрелов, Саша под прикрытием этого звука добрался до окна. Второй этаж – фигня вопрос, прыгать ему не впервой даже за сегодняшний день. Только бы задвижки не скрипели, когда беглец будет их открывать. Однако, ситуация оказалась еще хуже, чем предполагал парень. Окно оказалось намертво вмурованным в раму, наверное, последний раз его открывали в прошлом веке. Времени на раздумья не было. Замотав кисть в рукав, Саша покрепче обхватил гантелю и со всего размаху выбил стекло. То осыпалось лишь наполовину, но времени освобождать раму от осколков не было. Надеясь, что посадка будет не слишком жесткой, парень вскочил на подоконник и, продравшись через остатки окна,  сиганул вниз.

***

– Кто там? – послышался за дверью сиплый голос. Тополь, который вот уже минуту тарабанил по двери, изобразил крайнюю степень возмущения:
– Это ваш сосед снизу! Что за шум вы у себя устроили? У меня с потолка побелка уже вся осыпалась! Я буду жаловаться! – то, что они находятся в нежилом доме, сейчас было неважно. Вряд ли сектант успеет сообразить, что к чему. Этот прием всегда работает, сколько бы раз его ни показывали в ментовских сериалах. Замок лязгнул, осторожно приоткрылась дверь. Схватив фанатика за кадык, Тополь резким движением отправил его на пол коридора. По дороге бедняга приложился головой о дверной косяк и надолго потерял ориентацию. Пробежавшись прямо по его телу, боец на ходу одним точным выстрелом из пистолета снял страхующего его сектанта. Тот успел выпустить в потолок короткую очередь, после чего события завертелись. Тополь бросил внутрь светошумовую гранату пониженного действия, скорей, не для того, чтобы ослепить врагов, а привлечь к себе максимальное внимание. По задумке бойцу не требовалось штурмовать коридор, он лишь отвлекал на себя противника, в то время, как Ладога, занявший позицию в соседнем здании, планомерно одного за другим  ликвидировал сектантов через оконные проемы. Рано или поздно, противник поймет, в чем дело. И тут два варианта: либо они попытаются скрыться через подземный ход, либо будут штурмовать коридор, а в коридоре этом метр с холкой, вдвоем не протиснуться, тут-то он их и посчитает. Хотя тех, троих, с улучшенными часами, надо брать живыми. Они могут рассказать много интересного на допросе.
Тополь бросил еще одну гранату в проем, и лишь только после этого позволил себе сменить магазин. Он старался постоянно перемещаться, чтобы у сектантов создавалось впечатление многочисленности сотрудников СБ, обложивших их со всех сторон. То же самое делал Ладога. Троица, способная использовать магию, пока что себя ничем не выдавала, да и оставшиеся их сошки поубавили пыл. Ничего хорошего в этом не было: подкрепление, которое Тополь вызвал после начала атаки, прибудет на место не ранее, чем через пять минут, а за пять минут произойти может ой как многое! Например, затаившиеся сектанты соберутся с мыслями и придумают, быть может, не слишком хитроумный, но все-таки план. Их все еще оставалось пятеро, точнее, четверо с половиной, раненный в левый бок гаденыш каким-то чудом успел уползти с линии огня. Тополю очень не хотелось прибегать к крайней мере. В его разгрузке находился полный боекомплект всех этих смертоносных штук, заряженных энергией чужого, потустороннего мира. Сколько лет он работает в «Изнанке», а до сих пор не смог переучить себя на использование всех этих магических приблуд, да и вредно это. Каждое использование силы отражается на психике, а она для бывшего военного — как храм для верующего человека. Вот и обходился до сих пор лишь самой банальной, почти животной магией: усилить мышцы там, ускорить реакцию и все такое. Обычно этого хватало.
– Спецура, поговорим? – предложили из-за стены.
– О бабах? С удовольствием! Тебе какие нравятся? – охотно согласился Тополь.
– Рыжие, спортивного телосложения. И чтоб обязательно с пирсингом, пунктик у меня на этот счет, – внезапно поддержал тему разговора сектант.
– Есть у нас такая, правда, насчет пирсинга не знаю, я с ней на пляже не загорал, но ради хорошего человека может и проколоть себе что-нибудь.
– По-твоему, я — хороший человек? – расхохотался фанатик. – Хороший человек — мертвый человек! – торжественно произнес он.
– Ну, почему же, если сложишь оружие и выйдешь с поднятыми руками, гарантирую, что не убью. Слово тебе даю!
– Слово безопасника противнику режима — все равно, что комариный писк рядом с работающим генератором. Впрочем, не надейся, сдаваться мы не собираемся в любом случае. Наш милостивый бог принимает под свое лоно после смерти всех, кто боролся до конца, восхваляя его имя!
– Тогда к чему этот треп?
– Да просто интересно было узнать напоследок, есть ли среди вас, ублюдков хладнокровных, хотя бы один, кто поймет – нет пути назад! Вам не остановить то, что давно уже началось. Мальчик начал понимать! Он найдет серебряный ключ, он откроет дверь, которую вот уже двадцать лет держат на замке твои хозяева. И мир обагрится кровью! – с этими словами сектант вышел в коридор. Руки он держал перед собой, и Тополь четко различил полоску белой кожи, не тронутую загаром, на его запястье. Часов на руке не было! Бушующие потоки маны молниями сверкали по всему контуру его тела. Сектант должен был испытывать адскую боль, но лицо его сохраняло грустную улыбку. Тополь рефлекторно нажал на спуск, и его собеседник молча повалился на пол с пулей в сердце, улыбка при этом никуда не исчезла. Из его кармана вывалился и покатился по полу прозрачный шарик, в который тут же начала стекаться мана, покидающая безжизненное тело. Тополь слишком поздно осознал, что это за артефакт. Он что есть силы прыгнул как можно дальше, продолжая падение перекатом. Не успеть, никак ему не спастись от неминуемой гибели – расчетливо констатировал разум. И мир превратился в бесконечное ослепительное сияние, а затем пришла темнота.

***

Миновав несколько кварталов, Саша позволил себе перевести дыхание. Надо было вызвать такси, но кто же остановится при виде такого оборванца? Руки черные, одежда вся в пыли, наверняка и лицо выглядит не лучше. Тем более, что придется голосовать, телефон юноша успешно потерял где-то во время погони. Он поискал глазами заведения общепита и почти сразу нашел. Пожелтевшая от времени табличка гласила «бистро 24». Чуть ниже маркером зачем-то добавлили размашистым почерком слово «ресторан». Не долго думая, Саша направился к открытой двери.
На ресторан заведение походило разве что размером помещения, а в остальном — обычная шаверма.
– Мне, пожалуйста, две самсы, – сделал заказ парень чисто для того, чтобы оправдать свое посещение туалета. Во внутреннем кармане куртки все еще оставалось четыре тысячи – нормально, решил он, пересчитав деньги.
– Самсы нет, только хачапури. Попробуйте нашу шаверму! – добродушно улыбнулся круглощекий индус за стойкой. Он словно не замечал внешнего вида гостя.
– Долго ждать?
– Две минуты.
– Хорошо, тогда мне с собой, – Саша положил в пластиковое блюдечко три сотни и уже направился, было, в сторону уборной, когда его взгляд зацепился за экран телевизора. Знакомое здание, то, откуда он только что сбежал, было окутано дымом. Корреспондент, стоя недалеко от пожарной машины, что-то быстро говорил, периодически оглядываясь на бушующую вакханалию. Звук на телике был выкручен почти до нуля, разобрать он ничего так и не смог. Наверное, это хорошо. Хаос стирает следы. У Саши появилось еще несколько минут драгоценного времени.
Войдя в туалет, парень остолбенел. Из зеркала на него смотрел совершенно другой человек. Причиной тому были даже не грязь и ссадины. Все дело во взгляде — понял Саша, он стал холодным, бездушным, как у немигающего окуляра камеры видеонаблюдения. Даже эмоций удивления при виде себя на лице не отобразилось.
– Ну, здравствуй, Ныряльщик, – кивнул сам себе Саша и начал умываться.
Через пять минут он уже не выглядел, как шахтер после смены: были удалены пятна с лица, рук и одежды, завернут внутрь порванный рукав куртки, и теперь парень походил на самого обычного городского бомжа. С удовлетворением закрыв кран, он вышел из уборной.
– В лаваше, с собой! – посмотрел на него шавермастер. Саша забрал сверток, подошел к выходу, аккуратно изучил обстановку. Вроде никого подозрительного. И тут ему пришла идея.
– Не могли бы Вы мне вызвать такси? Я телефон дома забыл, – попросил Саша у как ему показалось находящегося в хорошем расположении духа сотрудника бистро-ресторана. Людей в заведении все равно особо не было, лишь два мужика с солидными пузиками в углу ели свои двойные в лаваше, о чем-то по-деловому переговариваясь. Шавермастер помялся немного, но все же согласился выполнить просьбу.
В ожидании такси Саша продолжил смотреть затянувшийся репортаж. Журналист подобрался слишком близко к зданию, активность его вещания еще сильней ускорилась. Он даже умудрялся параллельно переругиваться с полицейскими, норовящими вытурить наглого представителя СМИ за пределы огражденной территории.
Из дверей вывозили на каталках тела, покрытые черным блестящим полиэтиленом. Саша отметил, что на трупы его психика реагирует равнодушно. Может быть, она не видит связи между ним, стоящим у прилавка, и теми событиями, что бушевали в здании недавно?
– Белый Солярис, номер 231. Ожидание 2 минуты, – выдернул шавермастер Сашу из размышлений.
– Спасибо, - еще раз поблагодарил парень, направившись к выходу.
Уже сидя в такси, он вдруг подумал, а как такое вообще возможно? Произошла перестрелка посреди города, наверняка будет собрано полно улик, выяснят личности подозреваемых. И что, ЗАО «Изнанка» просто так сольет сотрудников? Они наверняка владеют секретной информацией. Что-то тут нечисто. По-любому у корпорации есть каналы связи с государственными структурами, с полицией – так уж точно. А это значит, что ЗАО «Изнанка» может иметь доступ к городским камерам видео наблюдения. Почему тогда он до сих пор на свободе? С помощью камер сейчас можно вычислить кого угодно! Может быть, не успели, помешала бюрократическая волокита? Или он, Саша, был недостаточно важной персоной? Будем надеяться, что так оно и есть. Вот только рано или поздно корпорация вспомнит про него. Сашу обязательно будут искать, ведь он узнал правду и может рассказать ее кому-нибудь. Вечно прятаться по подвалам – вариант так себе. Как там говорил великий военачальник? Лучший способ обороны – это нападение? Надо, чтобы все узнали правду об оборотнях, и тогда «Изнанка» сама оставит в покое юношу. Он, Саша, выведет на чистую воду этот запылившийся мирок! Главное — найти союзников, у «Изнанки» не может не быть врагов. А еще, нужны деньги, только в сказке подполье может существовать без финансовой поддержки. Что уж там, у него и на собственное-то проживание оставалось совсем чуть-чуть, тысяч тридцать от силы, и лежат они там, куда сейчас нельзя — в его квартире.
Саша посмотрел в окно: серый промозглый вечер, вяло освещаемый старыми желтыми фонарями, хотел поскорее закончиться. Ему было тошно посещать этот город осенью, вечер появлялся неожиданно, в спешке, и так же стремительно куда-то пропадал уже через несколько часов, догоняемый суровой ночной пеленой. Нужно обязательно будет сегодня поспать, сон приводит мысли в порядок. Но до этого ему предстояло еще многое сделать.
– Вот здесь поверните, попросил он водителя, увидев знакомый микрорайон. – Во двор заезжать не надо. Ага. Тут остановите.
Рассчитавшись, Саша зашагал в сторону массива девятиэтажек, но, стоило ему исчезнуть из поля видимости водителя, как парень резко повернул в сторону. На всякий случай конечную точку маршрута он указал в полукилометре от места, куда на самом деле хотел попасть.
Минут через пять четырехэтажное здание времен еще наверно царской России выглянуло из-за поворота. Саша ускорил шаг. Дверь открыли не сразу, пришлось еще какое-то время стучать в зарешеченное окно первого этажа, чтобы из недр квартиры вышел кто-то из Петиной команды (всех он в лицо не знал).
– Петр Нептунович на объекте? – спросил Саша у худощавого рыжего мужчины с жиденькой бородкой, когда тот открыл дверь. Петя был татарином, для них назвать человека в честь какого-нибудь бога – обычное дело. Странно, что сам Петя носил обычное русское имя, а может, он скрывал настоящее, представляясь всем, как Петр, чтоб солиднее звучало, а на самом деле Сашин друг был каким-нибудь Плутоном или Прометеем. За десять лет знакомства он ни разу почему-то не поинтересовался на этот счет.
– За метизами поехал. Через полчаса должен быть. Можете подождать на кухне. Вы по поводу аренды третьего зала? – осведомился рыжий.
– Нет, я так, посмотреть, – огорчил его Саша. Мгновенно потеряв интерес к гостю, мужчина зашагал куда-то вглубь квартиры, откуда раздавались негромкие постукивания и скрипы. Арт-объект находился на той стадии строительства, когда все старое уже разобрали и даже притащили новое, но внезапно вспомнили, что для установки мебели нужно место, и теперь пытались поплотнее спрессовать накопившийся мусор в одну кучу. Саша преодолел завалы. Он уселся на хлипкое компьютерное кресло и стал ждать.
Наконец, дверь открылась. Кто-то шумно запыхтел в коридоре, снимая куртку. По-деловому заглянув на кухню (все ли на месте, все ли работают), Петя удивленно замер.
– Какие люди! – спустя мгновение раскинул руки он. Друг был из тех людей, которые любят при встрече обниматься и похлопывать по спине. – Пришел все-таки! – Покорно повиснув на солидных телесах дородного Пети, Саша выждал для приличия пять секунд.
– Ну все, – аккуратно отстранившись, он серьезно посмотрел на друга. – Я к тебе по делу.
Через пять минут они уже сидели за столом, попивая пуэр из маленьких фарфоровых чашечек. Саша рассказал другу о событиях прошедшей недели, дополняя их своими догадками. Петя слушал, кое-где уточняя, верно ли он понял услышанное. Взгляд его был поначалу любопытным, но ближе к концу рассказа друг посерьезнел, особенно в тот момент, когда Саша поведал ему о своих планах.
– Допустим, ты не под наркотой, – задумчиво произнес он. – Хотя я бы не опускал такой возможности. Вполне вероятно, что все эти дни тебя втайне пичкали какой-то галлюциногенной, а может, даже седативной дрянью. Это бы многое объяснило, и магию в том числе. И все же, допустим. Для чистоты эксперимента мы должны иметь четкие версии событий. В случае, если все, что ты описал, происходило на самом деле, мы имеем организацию с развязанными руками, которая творит что хочет и которая вознамерилась тебя поймать. Не важно даже, магическая она или нет. Главное то, что «Изнанка» не скупиться на методы решения вопросов. Ты хочешь бороться, – больше утвердительно, чем вопросительно посмотрел Петя на гостя, но Саша все равно кивнул, подтверждая слова друга. – Ты молодец, конечно, один против всех и так далее, – продолжил Петя. – Вот только, эгоист ты — парень.
– В смысле, эгоист? Я не только ради себя стараюсь! – возразил Саша. – Уверен, что «Изнанка» многих угнетает, просто я пока их не нашел. Но обязательно найду!
– А о родителях своих ты подумал? О сестрах? О бабушке? Думаешь, «Изнанке» сложно будет их найти и использовать, как предмет шантажа?
– Черт, нет… – внезапное осознание разом погасило внутренний огонь в Сашиной голове. – Дай телефон, хотя бы маме позвоню.
– Не надо никому звонить, – выставил свою широченную ладонь вперед Петя. – Или ты собираешься здесь спрятать всех своих родственников? Давай исходить из реальных вариантов. Может быть, если ты не будешь отсвечивать, корпорация и забьет на тебя. В конце концов, не думаю, что правда об оборотнях – такая уж действительно секретная штука. Уверен, половина «Изнанки» знает о ней. Тут есть что-то еще. Мне кажется, они видят в тебе опасность по какому-то другому признаку. Все эти постоянно меняющиеся инструктора, рекомендации не лезть в дела «Изнанки» – тебя изначально старались держать как можно дальше от всего, что связано с магическим миром.
– Санитары, которые меня везли, помнишь? Они сказали, что я — особо ценный экземпляр, что я могу стать батарейкой. Сколько ни пытался выяснить, так и не понял, что это такое.
– Опять же, попробуем рассуждать логически, – Петя потянулся к чайнику и налил себе еще пуэра. – Батарейка – это то, что хранит заряд. А что у нас является энергией в магическом мире? Правильно — мана. Просто у тебя дохрена этой самой маны. Но вот что странно, ты ничего не говорил о полезном использовании маны. Часы, мол, ее просто сдерживают, и все. Не испаряется же она? Если твой организм вырабатывает что-то, от него периодически приходится избавляться, и на это у нас обычно есть ж*па, х*й, легкие и потовые железы. Через что конкретно выходит мана, сейчас не важно. Эту дырку затыкают часы. Скорей всего, они являются накопителем, либо штекером от невидимого кабеля, присоединенного к тому же накопителю. А вдруг ты найдешь способ выдернуть штекер из гнезда? Тогда «Изнанка» потеряет ценный ресурс!
– Выдернуть штекер несложно. Достаточно просто снять часы, – грустно улыбнулся Саша. – Я уже пытался. Никакого замка на них нет. Вот только… больно. Очень больно.
– Так ты же можешь вытащить его из одной розетки и вставить в другую! Этого они и боятся! Сашка, если ты действительно собрался искать противников «Изнанки», ты должен  заранее знать себе цену, чтобы при случае выставить требования. Иначе никто не защитит твою семью, если она тебе, конечно, дорога. Знаешь, что я думаю. Прежде, чем знакомиться с новыми представителями этой сомнительной тусовки, ты должен побольше узнать о себе, в идеале — научиться пользоваться магией. Ты уже умеешь что-нибудь?
– Нет. Забыл? Часы ее блокируют подчистую.
– Во-первых, не подчистую, голова у тебя все-таки иногда побаливает, а во-вторых, ты же мне сам рассказал, что умеешь чувствовать слежку? Я вот, например, такими навыками не обладаю! Знаешь, каким образом мы с тобой поступим… Есть у меня один знакомый электронщик, он с приборами на «ты» общается. Пусть он посмотрит твои часы. Быть может, получится их подкорректировать, чтобы можно было пользоваться частью маны. Есть же у СБшников «Изнанки» такая приблуда? Технология-то явно обычная, человеческая.
– Пусть посмотрит, – согласился Саша. – Только чтоб он ничего не испортил, без часов я вряд ли долго протяну.
– Кстати, а на том оборотне в подвале часы были?
– Нет.
– Понятно. Значит, к летальному исходу их отсутствие если и приводит, то не сразу. Это хорошая новость.
– Я уже начал сомневаться в твоем электронщике. Он точно хороший мастер? – нахмурился Саша.
– Все будет нормально. Он даже с твоей руки их снимать скорей всего не будет. Для начала надо изучить прошивку, это процесс долгий, утомительный, и результат будет известен далеко не сразу, – это Сашу успокоило. Он даже вспомнил про шаверму, оставленную в кармане куртки. Поднявшись, парень сходил за ужином.
– Срок годности шавермы после приготовления — десять минут, – наставительно произнес Петя. Не обращая на него внимания, Саша впился зубами в промокший лаваш.
– Слушай, можно у тебя пожить какое-то время? – спросил он, прожевав солидный кусок.
– Мог бы и не спрашивать. Оставайся, конечно. Будешь охранять объект. У нас даже вайфай есть.
– Только мне нечем к нему подключаться. Телефон выронил, пока убегал от СБшников. И деньги дома остались, в сундуке, на комоде. Сходишь за ними, ладно? Я тебе ключи дам. Можешь себе половину забрать, за еду и проживание. Там тридцатка где-то.
– Потом отдашь, – махнул рукой Петя. – Я к тебе домой не пойду. Не хватало еще, чтобы твои новые друзья меня в тот подвал засунули! А телефон я тебе свой старый дам, там и симка есть, пополнить только надо.
Затем они перешли на обычные, человеческие темы. Друзья проговорили еще полчаса, после чего на кухню зашел рыжий. Петя, вздохнув, извинился и сказал, что пора ему заняться своими непосредственными обязанностями. Он ушел, оставив Сашу наедине со своими мыслями.
Одинокая капля ударилась в оконное стекло. Наверное, она тоже была отщепенкой, как юный несостоявшийся маг с нелепым позывным. Капля спасалась от дождя, следующего по пятам. Она надеялась найти лучшее место в этом мире: стать частью реки или хотя бы захудалого болотца. Интересно, Саша так же будет раздавлен стеклом, как эта капля, разбит на мелкие кусочки, которые испарятся бесследно поутру? Или незримые хозяева Вселенной позволят ему еще немного потрепыхаться, насладиться хотя бы горьким вкусом этой погони? В отличие от Саши, капля не могла решать, что ей делать, но насколько существенное влияние вообще может оказывать способность принимать решения одного единственного человека, когда большинство проголосовало против? В любом случае, сдаваться было уже поздно, да и глупо как-то. Наверное, это — тот самый момент в жизни, когда ты, миновав извилистые лесные тропы, выходишь на большую дорогу. Ты там будешь не один. Многие попытаются согнать тебя. Кого-то придется пропустить, сбросить скорость, а кто-то будет тебя преследовать постоянно, то догоняя, то теряясь за поворотом. Это — настоящий путь, такой, какой есть. К нему невозможно привыкнуть, по нему можно лишь идти. Идти до тех пор, пока не достигнешь своей цели или не улетишь в кювет, но, черт возьми, идти!
Саша не заметил, как сначала начал упираться локтями о стол, опускаясь все ниже и ниже. Щека послушно легла на рукав кофты. Парень прикрыл глаза — свет стал невыносимо ярким. Через минуту он уже мирно спал.