Продолжим про ШКЛО

Пошли мы после заселения проверять то, ради чего вообще приехали туда. Там два бювета есть. Их по названиям немного различают "старый" и "новый", хоть это и не меняет в корне ничего. Вода в каждом одинаковая, и несносно окружена запахом сероводорода. уж новичку и просто нереально сделать хоть глоток. Я, чертыхаясь вслух, и кляня свою горемычную долю, все же смогла как-то одолеть свои 100гм. Мама тоже, чертыхаясь всяко, выпила свои. Коммунистка-животновод себя насиловать не стала ни на миг. Просто выплеснула эту вонючую пользительную воду и пошла в столовую, чтобы за обедом выпить свой компот, который тоже, кстати, подозрительно подванивал серой, хоть и был совсем свежий.

А я должна вам заметить честно, что уже буквально дней буквально через пять не могла поглотить ни одного из  кусочков любой своей еды, не запивая их водой-вонячкой, как все ее называют, которая уже всегда стояла рядом на столе со мной. И, когда потом в Москве, открывая очередную бутылку с магазинной газированной Нафтусей, я просто вся восторгом заходилась, если она хоть капельку пахла сероводородом.

В санаторий вход открывали каждое утро с 7-00. Входили все абсолютно  свободно, хоть иногда для острастки на входе требовали показывать свои санаторные книжки. Там на главной аллее располагалось два киоска. Один вроде как сувенирный. Главный сувенир - это поильники, чтобы нафтуся легче пилась. Рядом, киоск с печатной продукцией, которая нас интересовала больше всего, поскольку без санаторных книжек в библиотеку санатория даже не записывали совсем. Еще же на улице было главное, что нас интересовало, кроме воды. Там находилась "Столовая". Вот о ней. Отдельная речь. Очень было важно попасть на завтрак в числе примерно первых 30 едоков. Тогда был реальный шанс получить самые вкусные блюда, которых всегда было намного меньше всех остальных.Это и самые вкусные каши, которые быстро кончались, это и сметана на завтрак, 100 гм-18 копеек всего. Потом сметана уже оставалась только по полному стакану. А вещь это. 38 коп, а не 18. Разница. Надо было уметь понимать. Но главное. Первым едокам.Доставались. Оладьи. Этих вообще было меньше всего остального всего. На самом деле это были жареные в масле круглые пончики. Такие восхитительно  вкусные. Что уже в Москве я уговорила маму купить особую чугунную сковородку с углублениями. чтобы и дома их было в чем выпекать.

Есть у меня еще одно небольшое дополнение к написанному. Рядом с Дедами в соседнем доме №7 жила совсем другая семья,  где тоже, конечно, сдавали  все, что могли, но намного меньше, чем у Дедов, у них получалось. Так у хозяев был сын. Звали Васыль. Он тоже помогал по хозяйству родителям. Пас корову, и ходил в ночное с ней. Но больше всего, он любил выжигать рисунки на фанере. Когда мы туда приехали сроком на два месяца. Он вскоре тоже начал что-то выжигать. А когда пришел срок и нам уезжать из Шкло. Он подошел к забору, и мне протянул фанерку. на которой была выжжена Лошадь. В ночном. Для ясности сюжета он густо залил всю фанеру черной краской. Я очень растерялась. И даже немного испугалась.  За два месяца я уже смогла привыкнуть, что там даром не дают буквально ничего. А только продают. И любят, если подороже удается что-нибудь продать.  Поэтому я с тревогой спросила Васыля. - Сколько это стоит? Ведь мне это совсем не нужно было.Он очень покраснел.  И ответил, что это мне в подарок от него.

Та фанерка долго нам служила дома подставкой под горячие кастрюли. А того паренька в Шкло я больше не встречала никогда. Говорили, что он уехал учиться в город. А вредили мы Украине хомяками как раз в наш второй год питья нафтуси.