Горькая доля инородца в Советской Украине

В детстве я часто ездил с отцом в Днепропетровск из Ленинграда. То у него командировка, то отпуск. Останавливались мы на квартире дедушки и бабушки перед тем, как отправиться на дачу. Во время таких остановок в городе меня пускали на весь день гулять в огромный двор сталинского дома. Этот двор с двух сторон окружал сам дом, с третьей стороны были гаражи и стенка вдоль заводских железнодорожных путей, а с четвёртой стороны начинался другой такой же двор.

Из окон кухонь с двух сторон за детьми бдительно присматривали мамы и бабушки. Впрочем, это не мешало детишкам совершать дерзкие вылазки «за железку», к отвалам шлака, где можно было раздобыть зелёные, синие и чёрные блестящие камушки, а то и гудрон.

В ту пору мне было лет пять, когда во дворе появился «король». Бывают такие мальчики и девочки, которые жить не могут, не верховодя другими. И если такой лидер один, то все тихо и мирно «играют в свиту короля». И вот этот, назовём его Василь, в один из дней объявил, что теперь этот двор – его королевство и он милостиво принимает своих подданных. При вступлении в королевство надо было сказать: кто ты - русский или украинец. Принимали всех, пока не подошла моя очередь. На национальный вопрос я гордо ответил «Метис!»

Тут надо сделать небольшую ремарку. В то время детишки засматривались кино про индейцев. В этих фильмах, снятых в ГДР с югославом в главной роли, индейцы были отличными парнями, а всё, что с ними связано, было однозначно хорошим. Метис — ребёнок от папы-индейца и мамы-бледнолицей или от папы-бледнолицего и мамы-индианки. Это в кино. А так-то, как любознательный мальчик, я знал, что метисы — это дети от родителей разных национальностей или рас. А поскольку мой папа украинец, а мама русская, то я, понятное дело, метис.
Многие знания — многие печали. «Король» не был сведущ в тонкостях антропологии и высокомерно заявил:
- Я – король русских и украинцев! Мне всякие метисы не нужны!
Я был шокирован. Меня отвергли? Я был разозлён. Меня отвергли! Конечно, я понимал, что это всего лишь игра, никакой он не король. Но тем сильнее была обида. Меня не пустили в игру! Когда этот узурпатор надменно повернулся ко мне спиной, горячая кровь метисов ударила мне в голову. Я поднял с пыльной земли то, что попалось под руку (по-моему, это была иссохшая кость свиного ребрышка), и метнул это в спину тирана!
Девочки ахнули:
-  Как это коварно — бросить в спину кость нашему королю!
Но там, где правит подлость, нет места благородству. Увы, сразить монарха мне не удалось: моё национальное восстание было изначально обречено. «Король» развернулся и навис надо мной с высоты двух моих ростов. Отвесив мне подзатыльник, он с позором изгнал меня с детской площадки.

С младых ногтей я прочувствовал горькую участь изгоя национального государства и мыкался по его задворкам. Благо крыши гаражей ещё оставались свободными от тирании.

На моё счастье, вскоре мы уехали на дачу, и я заел обиду свежими ягодами и фруктами. С тех пор национальный вопрос меня особо не волновал, пока не пришла «Гласность». Но это уже совсем другая история.