Нужен

Разговор затянулся. Компания стародавних друзей вспоминала то время когда ещё были живы и Генка Остапенко и Оля Боброва - Лелечка и Володька, ну тот, помнишь фамилию?! Как это - не помнишь? И я не помню... И все замолчали. Вдруг все разом повернулись и смотрят молча. Никто не помнил его фамилию. Как же так, это же Володя. Володька! Наш Володька! Ну, тот, который, улыбался чаще чем говорил. Тот, который один дрался с деревенскими, помнишь? Ну, дракой это не назвать, скорее, избиение... Деревенских тогда было человек дваддцать, а Володька с девушкой... Тот, который как-то сломал лыжу на Эвересте и спускался на одной лыже... Тот, который в -25 отдал своё пальто на вокзале какому-то чудаку из Африки и ехал домой в одном свитере через всю Москву. И прошло всего-то... Сколько? Шестьдесят? Шестьдесят лет, правда? Шестьдесят лет прошло... Катюха Митрофанова должна его помнить! Она же  целовалась с ним на выпускном. Я-я вид-е-ел, хо-хо-хо! И Борька видел. Правда он умер уже... Катюня, Катюш... Ты од... И Катя уже умерла? Десять лет назад?
И из солнечного 1961 года они пешком вернулись назад, по снегу... Дул холодный ветер, задувал за воротник и постепенно приходило осознание того, что сегодня 2026 год, что они сидят вдвоем с Василием Петровичем в его московской квартирке, что все песни своей молодости они уже спели, что коньяк уже весь выпили, что все, абсолютно все их друзья уже умерли, что время пролетело как ветер. И теперь,  обнявшись, они тепло и долго прощаются как в последний раз. Они видятся раз в два-три года в лучшем случае. Ехать очень далеко, да и здоровье уже не то. Сам уже не доедешь, не дойдешь, надо чтобы дети отвозили, а у детей свои семьи, трудности, работа, машина - то глушитель отвалится, то электрика забарахлит. На своей машине один уже не поедешь... Ни вылезти из неё, ни влезть сам уже не сможешь. А если колесо в дороге проколешь? Молодому-то пустяк, тьфу - а ты хоть сиди и помирай в своей "ниве"... К тому же отвезти такого это полдела, ещё надо привезти обратно. А ведь сидеть будем весь день, а ехать обратно на машине из Царицыно в Сергиев Посад часа три. А по пробкам, может, все четыре... А быстрее и не получится. Хотя памперс это спасение, но пока он свежий. Выйти из машины и пройти три шага - полчаса, а зимой вообще безнадега, лучше и не выходить из дома. Да, я и не старый вовсе. Таковым себя ощущаю только когда вспоминаю своих родных и друзей, которых уже нет. А так мне лет пятьдесят не больше, а когда спина не болит, так все тридцать. Ну и что, что морщины... Я просто устал болеть, это трудно - вроде быть, а ничего не делать, совсем. Видишь, чувствуешь, говоришь, а делать ничего не можешь. Только ходить и смотреть - это я делал в тридцать лет, это в сорок, это мы с женой вместе собирали... Но сейчас даже вспоминать трудно. То нога, то спина, то давление, то мочевой пузырь, то голова...Вот болит у человека спина. Это плохо, это тяжело, но все остальное в порядке... А когда у тебя болит все? Возникает стойкое ощущение, что жизнь это боль. И только такие вот поездки к старым друзьям - праздник. Характер портится от осознания своей беспомощности. Трудно к себя такому привыкнуть. Только и делаешь, что сопротивляешься, скандалишь, психуешь, а с природой не очень-то и поспоришь. Сколько отмеряет столько и проживу. Одно вот только меня и терзает - ведь для чего-то я живу? Как это понять? Больной, старый, ворчливый - ну, зачем я такой? Всем легче будет... Ведь и дети меня таким видят, а ведь помнят еще каким я был каких-то двадцать лет назад! Так значит, зачем-то нужен! Я НУЖЕН! Мне нужна борьба - за воду, за хлеб, за что угодно, главное бороться! Без меня никак!  Сынок, а найди-как мою трубку, которую я года два назад положил на стол и с тех самых пор никто её не видел. Самодельная такая, я все хотел её обработать красиво и чтоб узоры по дереву. Надо найти. Надо. Я не курю, но где она, трубка-то? Давай-ка найдем. Да я знаю, что ты занят, знаю. Вот найдем и занимайся своими делами, на здоровье. Я же не против! Но трубка-то была, на столе лежала. А под столом не лежит? Может упала и забыли? А может...


14 августа 2026


Рецензии