6. Прыжок в тридцать лет

Яркий свет ударил в глаза неожиданно, все залило белым. Егор зажмурился и закрыл лицо левой  рукой, а правая все так же оставалась вытянутой в поисках руки Азова.

-Рефлексуешь. - услышал Егор голос Штольмана, и ощутил, как тот перехватил его руку.- Это ненадолго. Твой мозг скоро справится с этим.

Егор убрал от лица руку и открыл глаза. Штольман держал его за правую руку, как поводырь. Чуть по отдаль мерно вышагивал Азов, ждал, когда Егор придет в себя.

Следовало осмотреться. Огромный купол накрывал, казалось, площадь с футбольное поле, и опирался на пояс из множества глухих арок над колоннами. Никаких дверей или проходов. Все трое человек находились в центре зала.

-Где мы сейчас?

-А, что ты чувствуешь? - спросил Штольман, отпустив руку Егора.

-Чувствую, что были в другом месте. Но, потом, как Василич в ладоши хлопнул... И вот, сейчас чувство такое...

-Мы переместились в пространстве.  - объяснил Штольман.

-Как это возможно? Мы стояли на одно месте!

Штольман с какой-то скрытой радостью начал объяснять:

-Квантовая физика! Теория струн! Слышал такое?

-Где-то на фоне... - пожал плечами Егор.

-Каждое  измерение имеет свою частоту и диапазон, на манер радио… - пояснил Густавович. - Такая вот теория.

-Измерение?

-Да, целые миры, как в русской матрешке.

-Мы, значит, в другом измерении?

-Нет, пока это теория, и другие измерения для нас недостижимы, но новое представление о мире позволяет совершать в нашем измерении мгновенные перемещения! Был там, одно мгновение и ты уже тут!

-Навигаторы в "Дюне" также перемешались! - вспомнил Егор. - Перемещение без движения! Пряность нужно употреблять?

-Нет. Пряности не нужны. - ответил  Азов.

-А, если вдруг, ошибочка выйдет? Жутковато застрять где-то в стене или в полу.

-Не промахнешся! - уверенный голос Азова успокаивал.

 - У каждого места в пространстве, считай своя нотная партитура. Вернешься в исходную точку. - пояснил Штольман. - В отличии от Филадельфийского эксперимента мы используем иной принцип.

-И где мы сейчас?

-Мы в Посаде стрелецкого полка охраны Кремля. - продолжил Азов. -  Мы переместились из палаты Иллюзиона в Потешную палату. В Потешной упражняемся в стрельбе, фехтовании и верховой езде.

-Забавно, парадов нет, а на конях упражняемся.

-Живые кони ныне по лугам скачут, травку щиплют. Верховая езда у нас на машинах двуногих.

-Василич, давай по-порядку. Слишком много сразу на мою голову.

-Хорошо, что тебе объяснить?

- Меня Иллюзион интересует.  Тот белый шар, что над головой висел, это что такое? На лампу не похоже. Это он и есть, да?

Азов поморщился, но начал рассказ:

-Еще в прошлом веке, на Аляске, наши заклятые партнеры создали ХААРП, комплекс излучателей для воздействия на ионосферу Земли. Его называли то климатическим оружием, то тектоническим.

-Большая микроволновка. - шутливо добавил Штольман. - Однако, жарить небо - не единственное назначение установки. И почему мы об этом знаем?

Густавович демонстративно повернулся к Азову.

-Мы такую построили на тридцать лет раньше, чем американцы, в Нижегородской области, поэтому прекрасно знали, на что способны такие установки. Называлась она Сура. Такая традиция русская, оружие называть поэтично.

-Музыкальный инструмент, с чарующими звуками. - объяснил Густавович, - Учитывая, что рассвет кибернетики пришёлся на шестидесятые года, становится понятным какое есть еще свойство данного инструмента. Сура - это как волшебная дудочка.

-Дудочка для крысолова... Управление сознанием? - предположил Егор.

-Почти. - ответил Азов, и на его лице стали заметны потуги подобрать слова для объяснения.

- Тут я поясню. - вызвался помочь Штольман, - Сознание человека способно наложить на реальность собственную фантазию. Творческие личности могут погружаться в такое состояние настолько, что буквально видят глазами реальность, изменённую ими же.

-Глюки, то есть?

-Да, галлюцинации. Их можно вызвать наркотическими веществами, а, можно и радиоволной. Представь, есть группа людей, связанных некоторым, скажем так - образом. Сейчас не важно, что за образ, главное - объединяющий. Достаточно  подвергнуть таких людей воздействию радиоволны определенной частоты, и мы получим цветную революцию! Вот такое оружие! В конце прошлого века и в начале нынешнего за чередой революций стоял именно ХААРП.

-А, мы, что ж?

-А, мы - отстали! - ответил Азов, - Из-за развала Союза. Тридцать лет назад мы смогли догнать наших партнеров. Благо дело, не все объекты были распилены на металлолом. Да и Андрей Борисович подсобил, как все наладить, да включить, и Тьма западная от звуков нашей Суры отступила. Потерянное наследство наших отцов спасло Россию от беды, когда у нас не нашлось еще одного такого героя, как ты, Егор.

-А, что я сделал?

Егор вертел головой: то на Штольмана смотрел, то  к Азову оборачивался,и обратно, стараясь уловить каждый  их жест и мимику.

-Ты ничего не помнишь? - спросил Штольман.

-Был взрыв. Это последнее, что я помню. - Егор задумался, силясь вспомнить момент, когда он чувствовал падение и видел свое отражение в окуляре коптера.

-Кортеж Приемника Первого. - произнес он свою догадку.

-Да-да, кортеж. - кивнул головой Азов, - Наша группа работала над сопровождением кортежа Приемника Первого лица. Люда сошлось - не сосчитать. Все ликуют, шум, гам! Из толпы приветствующих выпрыгнул человек, прямо на "Аурус". Тут ты его соколом и перехватил. Безумный прыжок с моста. За тем - взрыв.

Егор отпрянул. Прямо перед ним расцвел цветок взрыва. После яркой вспышки движение разлетающихся частиц замедлилось так, что можно было рассмотреть каждую.

-Как это... Получается? Голограмма? Вы тоже это видите? -спросил Егор взволнованно и удивленно.

-Видим только мы втроем. - спокойно ответил Азов, мимо которого пролетали осколки. - И это не голограмма. Мы говорим о твоем подвиге сейчас, мы думаем втроем об одном и том же, радиоволна усиливает воспоминание.

Из огня и дыма вынырнула массивная радиаторная решетка "Ауруса", а за ней выплыл и сам автомобиль, с отметинами осколков  на стекле и крыше салона.

-Вот так работает Иллюзион! - заключил свои объяснения Азов.

Объемное изображение  двигалось на Егора, но не имело четких границ, от чего казалось, взрыв произошел здесь и сейчас, прямо в огромном белом зале.

Штольман приблизился к Егору вплотную, приобнял его за плечо и указал рукой вперед, в пустоту, а его голос зазвучал тихо: - Волей случая ты был пристегнут стропом. -Строп уцелел. И, как бы это не звучало, уцелела часть тебя.

Егор вздрогнул от развернувшейся перед ним ужасной картины. Под арочным сводом моста на стропе медленно вращалась обезображенная верхняя часть человеческого тела с головой в балаклаве.

-Это я? - произнес сдавленно Егор. - Но… у меня нет об этом памяти.

-За то, есть моя память. - ответил Азов.

-Иллюзион читает твои мысли?

-Нет. Но, Густавович рассказал тебе, что было с тобой, ты это услышал, твое сознание под воздействием радиоволны и предыдущих воспоминаний, создает воспоминание о том, что ты не мог видеть.

Азов встал рядом и взмахнул рукой, словно откинул невидимую штору:

-А, теперь момент. “Аурус” Приемника, ты и прыгун.

Перед Егором возник представительский седан, а в воздухе над "Аурусом"  зависли два человека. Стоп-кадр.

- Тебя не смутило в тот момент, что человек без разбега, выпрыгнул из толпы, перелетел почти десяток метров, чтобы точно упасть на машину?

-Коптер. Я увидел коптер. Коптеры были запрещены во время проезда.  - вспомнил Егор. - Я увидел коптер, потом уже летящего к машине человека... В тот момент мне стало ясно, что коптер наводит человека из толпы. Тут он и выпрыгнул. Я не знал, что он прыгнет, думал, что он пробьется сквозь толпу и кинется на капот. Поэтому я ослабил строп, чтобы спрыгнуть с моста и не переломать ноги. За тем я думал отстегнуться от стропа и перехватить Прыгуна!

- Ты действовал на опережение. Поразительное самообладание! Благодаря стропу тебя и нашли вовремя.

-Вовремя? Меня же разорвало!

Далее последовала нарезка из множества роликов, судя по всему, с камер спецназовцев, медиков и камер внешнего наблюдения. Егор не моргая глазами, застыл, как каменная статуя, и смотрел, как снимали со стропа под мостом его обезображенное тело, грузили в машину скорой помощи, упаковав в черный мешок.

-И… это тоже не мои воспоминания!

-Сейчас Иллюзион использует хроникальные видео, отправляя тебе в дополнительный кибернетический мозг. Вот это уже не воспоминания.

-Меня выходит, спасли… - произнёс Егор, как завороженный.

- При взрыве диверсанта часть его плоти, скажем так, буквально сварилась с твоей, и началась регенерация! - пояснил Штольман.

Новая сцена развернулась в пространстве перед людьми. Операционный стол, люди в белых хирургических комбинезонах, защитных очках и респираторах, склонились над телом Егора. Один из них указывал коллегам на отрастающую плоть по границе разрыва туловища.

-На тот момент ни кто в России не  располагал знаниями о том, с чем столкнулись. Было два варианта твоей судьбы. Первый вариант - останки твои уничтожить, сжечь буквально, потому что никто не знал, во что ты превратишься. К тому же, регенерация плоти  требовала питания. Чем питать - было неизвестно.  Плоть диверсанта, что к тебе приварилась,  пожирала твою человеческую плоть! К этому моменту я уже работал в России. Институт Склифосовского. Ты уже знаешь, я бежал из Европы. И не с пустыми руками. Искусственная кожа. И вот тебя привезли ко мне.

-История, и правда, повторяется! - многозначительно произнес Азов, - При Иване III - пушки, спустя века -  технологии “упразднения человеческой вольности и обращение оного в персону подобную автомату”.

-В Европе нас называли кукольниками. После спецоперации в Украине было немало фронтовиков, которые хотели вернуть себе  прежний облик. Работой я был обеспечен. К тому же ленинцы предложили мне сотрудничество.

-Кто такие ленинцы?

Между людьми возник гроб со стеклянной крышкой. Покойник внутри был легко узнаваем.

-Сотрудники института, у которых есть постоянный пациент - вождь мирового пролетариата! - Объявил Штольман, указывая на гроб так, словно представлял живого человека, - Узнав о том, что я владею технологией искусственной кожи, или как ныне принято говорить, макож, машинная кожа,  они предложили, простите грубую аналогию, но таков термин, "перетянуть" вождя.

-Это как диван что ли?

-В прямом смысле слова. У меня на руках твои останки, при этом живые. Вот мы и помогли друг другу.

-Как Владимир Ильич выглядит?

-Как живой! Ленинцы по моей просьбе  взяли тебя под опеку и поместили на тридцать лет в стеклянный ларец. С Ильичем у вас одна прописка.

Возникший вместо гроба Ильича "стеклянный ларец" являл собой прозрачную сферу без видимых опор,  заполненную какой-то прозрачной жидкостью. Егор долго рассматривал останки своего тела за толщей стекла.

-Я думал, в буквальном смысле лед...

-Нет, кристаллы льда разрушают клетки. Это специальный гель.

-Но, Вы не…. Челмаш. - Егор обернулся к Штольману.

-Да, не челмаш.  Для продления жизни в обычном теле в России есть технологии. Кстати, твои родители живы и здравствуют. Ведут активный образ жизни, а еще каких-то тридцать лет назад столетние люди были чудом.

Егор задумчиво обернулся к Азову.

-А, мой брат?

-Твой брат жив и здравствует. Главный архитектор ВОРУМа. - ответил Азов.

-ВОРУМ… Звучит как-то…

-Восточный Рукав Москвы! - объяснил Азов.

-Что сказали моим родственникам?

-Егор, - серьёзным тоном обратился Штольман, - Посуди сам... Что им должны были сообщить? Ты не жив, но еще не мертв. Их нужно приготовить.

-То есть, вы меня официально похоронили?

-Случившееся с тобой в подробностях не подлежало разглашению. К тому же Густавович не мог ничего обещать.

-Но я-то, живой! - воскликнул Егор и сделал шаг назад от Штольмана и Азова. -Я - живой!

-Сейчас живой! - тихо, но серьезно произнес Штольман. - Мы сообщим твоим близким. Их надо подготовить.

-Что такое Голем, Василич? Ты сказал, что я - Голем.

-Густавович знает больше.