Амбигус. книга первая

18+

Информация не рекомендуется к просмотру/ прочтению лицам, не достигшим возраста 18 лет или с нежными и ранимыми психикой, мироощущением, мировоззрением.
Мнение читателя может не совпадать с мнением автора или его героев, или с общепринятыми позициями, и это нормально. Это не обязывает вас принимать суждения автора и его героев, и не навязывает их вам.
Вы в любое время, начиная с этих строк, можете прекратить чтение книги и никогда больше ее не открывать. Только вы решаете, что вы делаете и как вы применяете те информационные потоки, которые вы запускаете в себя.
Если вы верующий, ортодокс, и не принимаете никаких иных взглядов, кроме официальной позиции церкви (какой бы она ни была), не читайте эту книгу.
Книга не имеет терапевтических эффектов, не представляет собой инструкций, рекомендаций или иных предложений повторить или испробовать то, что описано в ней. Никогда. Ни при каких обстоятельствах не повторяйте путь героев этой книги.
Данная книга содержит в себе сцены насилия, неосознанного приёма различных веществ, алкоголя и курения. А также возможны случаи использования ненормативной лексики в речи героев книги. Все это лишь часть образа героев для полноценности сюжета. Дополнительно – чрезмерное употребление алкоголя и сигарет вредно для вашего здоровья (я лично считаю, что любое количество, не только чрезмерное), как и любых других материалов и продуктов, вызывающих спутанность сознания.
Все персонажи и описываемые в книге события являются вымышленными. Любое совпадение с реальными людьми или событиями, является случайностью.
Данная книга ни к чему не побуждает, предназначена для развлекательных целей и не имеет своей целью оскорбление чьих-либо чувств, верований, жизненных позиций или иных представлений об основополагающих категориях мировоззрения.
Если вы продолжаете читать книгу, вы несете полную личную ответственность за свои действия как сейчас, так и после того, как прочитаете ее всю или ее часть.

С уважением, автор ;
Где-то здесь должен быть знак С в кружочке, как в настоящих книгах.


Быть добру, радости, счастью и прочим проявлениям любви )))

О чем эта книга.
Все не то, чем кажется.
Многие из нас смотрят на облака, и видят образы или даже отчетливые формы. Правда, когда показывают их другим людям, те вдруг видят совершенно иное.
Эта книга может быть историей о внутреннем духовном мире, который проявляется во всех внешних аспектах.
Это, конечно, сказка. Не быль. Фантастика, фэнтези, мистический роман.
При этом также и история о большом и малом, веселом и добром, преодолении и важности каждого элемента событий в самой Жизни.
Смысл всего в продолжении движения. Ибо жизнь неистребима. Такой ее задумал сам Творец.
В вымышленной истории, которая предлагается к прочтению, есть много разного, чего мы в жизни не замечаем, ведомого и неведомого, непроявленного и вещественного.
Очень хочется, чтобы она была в моменте прочтения для каждого своей, но непременно приносящей благо.
Благо разумного действия и воздержания, воодушевления, здравомыслия, энергии, радости, красоты мысли читающего и веры в то, что сначала все будет хорошо, а потом – еще лучше!
Мысли материальны.
Быть добру!

ТОМ 1 – Низложение

1

На улице было совсем тихо, в отдалении слышались только звуки проезжающих машин, и легкий шум потрепываемых летним ветром деревьев…
Вестборн Парк Роад освещали огни фонарей, глубокая ночь была в самом разгаре, и тихую городскую идиллию нарушало только бормотание одинокого пешехода, временами выходившего в своей зигзагообразной походке на проезжую часть.
Это был человек лет 37-40, с чуть проглядывающей сквозь черные волосы сединой, европеоидным видом, голубыми глазами и правильными чертами лица, в хороших джинсах, замшевых черных туфлях и голубой рубашке, все от Бриони. В правой руке его виднелся бумажный пакет с высовывающимся из него горлышком бутылки.
«Все понятно», - подумал Амбигус, стоя на крыше дома на углу Вестборн Парк Роад и Сент Лакс Роад, - «пьян, идет скорее всего домой, ну а может и к любовнице, или просто идет, и даже не соображает куда. Наверное, нужно его проводить, мало ли чего может случиться ночью с этим алкоголиком в одежде, которая стоит столько, сколько не каждый житель Лондона за месяц зарабатывает. И вообще, нужно посмотреть кто это такой, что у него на уме и как он собирается жить дальше».
Тут Амбигус слегка сконцентрировался, чтобы услышать, что мужчина бормочет себе под нос.
- Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались… Ик…
«И что это значит. И язык какой-то непонятный. Стоп. Да это же русский. И угораздило его именно здесь со своей бутылкой пойти. Точно нужно присмотреть».
Амбигус снова сконцентрировался и отчетливо увидел его жену (прямо скажем она его не впечатлила – губы надуты какой-то дрянью, в грудь тоже что-то вставлено инородное), и троих детей (в них вставлено не было ничего, а судя по картинкам, демонстрирующим их поведение, вставить в них мозги тоже забыли при изготовлении).
Амбигус задумался – а стоит ли его провожать. Богат. Пьян. В семье все в порядке. Либо Бог позволит ему дойти до пункта назначения, либо он нарвется на приключения, которые будет помнить долго. Если устройство для запоминания не отформатируют окончательно.
Наверное, стоит. Все равны перед НИМ, а у этого еще к тому же трое детей.
И тут неторопливые рассуждения существа на крыше прервал резкий, ужасный и оглушающий в этой ночной тишине звук.
Пока пешеход переходил перекресток с Сент Лакс Роад оттуда вдруг появился черный Порш Кайен, готовый задавить держателя бутылки с непонятным содержимым, визгливо используя последние возможности тормоза и шин, оставляющих на асфальте очень четкий след.
Амбигус увидел расширенные зрачки водителя через лобовое стекло, страх и непонимание в его глазах, и услышал как строчит словно пулемет его сердце, повернул голову, посмотрел на русского пешехода… Картина абсолютно противоположная. Он даже не повернулся к источнику звука, хотя машина была уже в двух метрах от него, и хотел уже сделать новый шаг, как…
«СТОП!», - воскликнул Амбигус. И остановил время.
Вернее, он остановил время только для машины. Нельзя остановить время в принципе. Это не тот механизм, который был подвластен наблюдателю с крыши. Но механизм автомобиля он вполне мог подчинить себе. Вместе с пространством, которое его окружало.
Дальше, если смотреть глазами обычного человека, ну или как это любят делать в голливудских фильмах, переключая  виды с камеры на камеру, происходило следующее.
Машина внезапно замерла. Да, именно замерла. Не остановилась. Потому что если бы она так резко остановилась, то по всем законам физики ее задняя часть начала бы давить на переднюю, металл стал бы корежиться, как бы превращаясь в гармошку, ну, и естественно, водитель в мгновение ока стал бы пристально рассматривать носом или другой частью лица логотип автомобиля на руле, причем возможно неоднократно – если подушка безопасности отказалась бы срабатывать. То есть шваркнулся бы он лицом о руль прилично, от столкновения с невидимой стеной.
Всего этого не произошло.
Машина замерла. Водитель в ней всеми силами руками уперся в руль, вдавливая себя в кресло, словно отстраняясь от пешехода, одной ногой до пола продолжал нажимать на педаль тормоза, и все более расширяющимися зрачками наблюдал за тем, как пешеход в паре метров от бампера его машины спокойно переходил дорогу, даже не обращая внимание на то, что происходит вокруг.
Такая вот немая сцена длилась ровно четыре секунды, и как только пешеход вышел из опасной зоны, возобновился визг колес, и автомобиль пронесло еще метров двадцать до полной остановки. Водитель мгновенно отстегнул ремень безопасности, пулей вылетел из машины, выбежал в центр перекрестка и чуть присев от испуга и упершись руками в колени выпалил из себя:
- Тваааю мать!!!
Нельзя сказать что Амбигус, услышав фразу на том же языке, на котором бормотал состоятельный алкоголик минутой ранее, был шокирован. Но с учетом того, что это была Англия, он впечатлился.
«Наверное, атмосфера туманного альбиона способствует размножению русских почкованием», - подумал он. И стал продолжать наблюдать за ситуацией.
- Эй, мужик, ты живой?! – крикнул водитель Порше.
Пешеход остановился, повернулся назад, и с удивлением посмотрев на полуприсевшего земляка в самом центре проезжей части перекрестка ответил:
- Я то живой. Ик. А ты чего, срать на дороге собрался?
Водитель выпрямился и уверенной, быстрой походкой направился к пешеходу. Он был высоким, светловолосым и худощавым мужчиной лет 30-35, в строгом сером костюме, белой водолазкой под пиджаком.
Подойдя к пешеходу, он обошел его вокруг и немного наклонившись, взглянул в его глаза. Уж не знаю, что там он хотел увидеть, но выглядело это просто потрясающе. Они были словно два полюса – один блондин, высокий, сухопарый и в строгой одежде, второй – немного ниже среднего роста, крепкий и накаченный с ярко выраженной мускулатурой брюнет в одежде свободного стиля, да еще и с бутылкой в руке.
- Мужик, а как это так получилось то, а? Я же тебя должен был сбить…
- Меньше пей за рулем, галлюцинаций не будет, - услышал он в ответ от развернувшегося и направившегося по прежней слегка зигзагообразной траектории пешехода.
Водитель хмыкнул, вернулся в машину, громко и резко вдохнул, продолжительно, сжав губы трубочкой, выдохнул, завел двигатель и поехал дальше.
Больше ночью ничего интересного Амбигус не видел. Не увидел он и как потемнело улыбнувшееся лицо спасенного им человека.
Прошло несколько мужчин и женщин, проехало несколько десятков машин, одна пара, состоящая из молодых парня и девушки, завернув за угол, судя по звукам, долго целовалась, но потом почему то парень получил ударом колена в пах и любовная идиллия прекратилась.
Вот так и наступило утро. Как ни странно, оно не было хмурым. Небо было чистым и безоблачным, солнце обещало ласкать и согревать весь освещаемый им мир…
К дому, на крыше которого уже откровенно полулежал Амбигус, подъехал седан Ровер, из которого вышли двое – пожилые мужчина и женщина. При этом, даже взглянув на них впервые можно было понять, что это муж и жена.
- Дорогой, я думаю, что нам после этой поездки больше делать нечего у твоих родителей в Бирмингеме. Мне уже 37 лет, а твоя мама все еще учит меня, как нужно готовить для ее сына. Она, наверное, думает, что ты совсем ничего не кушаешь. Только интересно, откуда же у тебя этот рюкзак, который ты всегда носишь спереди, и не снимаешь даже на ночь.
- Знаешь, Мэри… Как бы это тебе покорректнее сказать, - начал отвечать мужчина, открывая багажник автомобиля, и доставая из него чемодан, - дело в том, что моя мама прекрасно знает как человек из бедной семьи, что очень часто получается так, что человек опухает от голода, особенно если некоторые его окружающие дают ему овсяную кашу на воде утром и всякую траву в течение остального дня. Ну, а что касается рюкзака… Здесь все дело в том, что у тебя нет ничего ни спереди, ни сзади, поэтому мне приходится компенсировать отсутствие выпуклостей на теле твоем. Мы же, как это, единое целое. В моей половине есть выпуклости, ну а в твоей – только впуклости.
Женщина обернулась к мужу, который позади нее шел и нес чемодан к двери, и очень резко влепила ему пощечину правой рукой. Мужчина был настолько тучным, что от удара ладонью этой хрупкой женщины он только слегка повернул лицо, после чего со спокойным видом проследовал к двери, открыл ее, пропустил женщину, как полагается джентльмену вперед себя и только после этого зашел внутрь и закрыл за собой дверь.
Кстати, о привычке джентльмена пропускать женщину вперед себя.
Амбигус помнил почти все свое существование, каждый его миг. А существовал по людским меркам он давно. Как ему говорили старшие товарищи - около двух сотен тысяч лет. Но это не точно, потому что иногда проявлялись воспоминания, которые были для него новыми. Наставники, когда он с ними об этом беседовали, нервно переглядывались и меняли тему. Но сейчас это было неважно.
 Как ему подсказывали имеющиеся воспоминания – в древности мужчина первой впускал в помещение женщину или прирученное животное (была это пещера или дворец – неважно) не потому что был джентльменом, а потому что на них он проверял – есть ли внутри опасность. Если нет – можно заходить.
Наверное, это не слишком соотносилось с понятием мужественности и смелости, поэтому мужчины, а умнейшие из них представьте себе не евреи, а англичане, придумали этому обоснование, и назвали его этикетом. Ну, или признаками, своеобразными элементами стиля настоящего джентльмена.
- Гарри, все в порядке, все на месте, спасибо Архангелу Михаилу! Нужно обязательно в воскресенье сходить в церковь и благодарить Бога и его Архангелов за то, что наш дом в целости и сохранности, как я и просила.
Услышав из уст хозяйки дома благодарность в адрес своих боссов, Амбигус посчитал свою работу выполненной, встал во весь рост, поднял голову, закрыл глаза, вдохнул и начал подниматься вверх…
Где его, признаться, ждал большой сюрприз.

2

В то время, как ночью Амбигус можно сказать скучно и однообразно провел время в Лондоне, сравнительно недалеко от Москвы, на заброшенном кладбище, происходили совсем не столь веселые события. И погода была, честно стоит признаться, мерзкая – сначала лил дождь. Затем он немного успокоился, но моросить не перестал. Вокруг повсюду были лужи и грязь, сквозь которые проглядывали пучки зеленой травы. Кладбище находилось в одном из лесов недалеко от города Клин, где некоторое время жил и творил сам композитор Чайковский.
Ветра не было. Сильный смешанный лес, в котором встречались разные породы деревьев, хорошо защищал место последнего упокоения.
На кладбище все могилы были уже давно покосившимися, и само по себе оно было заброшенным. Об этом свидетельствовали полное отсутствие к нему цивилизованных дорог. Были только две протоптанные от ближайших трасс тропинок. Видимо кто-то еще ходил навестить предков. Ну, или сатанисты, колдуны и темные эльфы были постоянными посетителями этого места. Практически все могилки были или сильно покосившимися, либо прекратили свое существование, сравнявшись с землей. И ни о какой ограде конечно и речи быть не могло. О том, что это место когда то было кладбищем, напоминали десятка два полугнилых православных крестов, холмы от развалившихся памятников, смешанных с землей, и непонятная энергетика спокойствия и тревоги одновременно. Такая энергетика, наверное, присутствует на каждом месте захоронения большого количества тел, в которых когда то были души, или души которых не захотели уходить…
- Как ты думаешь, зачем они это делают? – спросил Аристотель.
- Я думаю, что так они самовыражаются. Должен ведь кто-то служить и темным силам, - таков был ответ Ганнибала.
- Но ведь ты понимаешь, что это совсем не служение тьме. Служение тьме – полное и абсолютное подчинение живых, борьба за их души, склонение к пороку, падению в бездну. Служение тьме не может выражаться в поклонении мертвым. Поклонение мертвым – исключительная человеческая глупость.
- Я, конечно, мог в части твоих утверждений поспорить с тобой. Но сегодня ты прав. Да и ленив я сегодня, чтобы переубеждать тебя. А по поводу человеческой глупости… Нет, люди не глупы. Просто у некоторых из них отсутствует мозг. Хотя нет, там есть мозжечок, для координации движений.
- Согласен и я с тобой сегодня. Вечер компромиссов какой-то. При этом я могу понять египтян и мексиканцев, которые хранят свои пирамиды – это один из источников их дохода, их хлеб, ведь туристы едут в эти страны на отдых, посещают эти памятники гипертрофированного нарциссизма, гордыни человеческой. Но я не понимаю этих русских, которые до сих пор на центральном месте их территории держат труп человека, олицетворяющего ушедшую и осуждаемую ими эпоху. Вряд ли они надеются, что из-за мавзолея Ленина какой-нибудь американец Джо с женой, или англичанин Лэсли поедут на Красную площадь посмотреть на усыпальницу вождя мирового пролетариата.
- Видишь ли, мой друг. Россия – необычная страна. И люди в ней тоже. Мне иногда кажется, что этот народ был создан первым. И на нем, как на первом ребенке, отрабатывались навыки воспитания, лечения болезней, ухода за ним. Когда толком родители еще не знают что делать с ребенком. Поэтому первый ребенок получается, как правило, самым сильным. Если это мужчина, он должен становиться главой рода – потому что он прошел больше испытаний, ему не было предоставлено столько защиты, как другим. Но в этом есть и минусы. Потому что последующие дети получаются лучше – родители уже владеют необходимыми навыками воспитания и защиты, приобретенные в ходе воспитания первого. Так что не нужно их осуждать. Они как первопредки – такие же таинственные и сильные, но беспечные и непосредственные люди.
- Вот слушаю я тебя, Ганнибал, и удивляюсь. Почему тебя темнота то к рукам прибрала. Вроде и мысли правильные. Правда ты защищаешь их отчасти потому, что твоя душа 14 раз жила именно на территории России. А по поводу того какой ребенок получается лучше – большой вопрос.
Этот неторопливый диалог прервал крик ребенка, пронзивший ночную тишину…
В то время, как два интеллектуала из пограничных миров обсуждали суть человеческую и идолопоклонство, на кладбище происходило следующее.
Группа людей помятого вида в черных балахонах с большими капюшонами разлила на одной из могил бензин и подожгла его.
И если бы в этот момент кто-то из нас вознесся верх, то увидел бы, что это был знак Люцифера, пятиконечная звезда, перевернутая вниз, причем сделанная по всем правилам – основная конечная вершина смотрела на юг, а две нижние – на север.
У одного из почитателей темного культа на руках был сверток с чем-то двигающимся. Как несложно догадаться, это был именно тот ребенок, чей крик услышали Аристотель и Ганнибал.
А кричать он начал оттого, что, судя по всему, руководитель этой шайки (у него единственного на балахоне был вышит уже упомянутый знак темного лорда) легким движением ритуального клинка сделал надрез на груди.
- Ну что, Ганнибал. Я думаю, ребенок не должен становиться жертвой этих убогих существ.
- Согласен. Его душа еще чиста и мои боссы будут не в восторге от того, что эти придурки решили лишить их возможности втянуть ее в порок и забрать себе.
- Обоснование у нас с тобой разное. Но цель одна. Предлагаю повеселиться.
- Как?
- Ну, я сейчас громогласно заявлю, что я из ваших, ну тех, кому они сюда жертву пришли приносить, а ты шлепни кого-нибудь поленом по голове, вон, видишь, обломки крестов валяются. Я думаю, они сразу наделают в штаны. И ребенка спасем, и хорошо время проведем.
- Ага. А как же это ты крест мне предлагаешь использовать. Священный артефакт для тебя же.
- Во-первых, не крест, а обломки его. А во-вторых, для благого дела, во спасение невинной жизни.
И в этот момент Аристотель сосредоточился и заявил голосом тихим, но металлическим и ужасным. Проникающим внутрь. До самого желудка людского, вызывая ощущение страха и ужаса.
- Я здесь, червяки. Зачем пришли в место покоя?! Кто разрешил нарушить мою тишину!?
При этом, конечно же, и Аристотель, и Ганнибал оставались невидимыми для человеческих глаз. А учитывая темное время суток, обстановку, и погодные условия слова действовали на людей поистине устрашающе. Они все замерли. В их душах поселился страх…
Ганнибал при этом взял двух людей за шиворот, и стукнул их головами друг о друга. Затем поднял два обломка могильного креста и швырнул их в других двух одетых в черные балахоны. Естественно, все четверо испытуемых на прочность упали. Двое просто от столкновения своих хрупких черепов, а следующая партия еще и отлетела от ударившихся о них кусках дерева.
- Ганнибал, ты чего, - тихо прошептал Аристотель, - план был другой, мы не можем пачками людей крошить.
- Считай что это эксцесс исполнителя. Если что, так и скажешь своим боссам. Вали все на меня.
Аристотель снова стал серьезен и еще более страшным и проникающим вглубь голосом начал вещать.
- Если хотите жить, смертные, покиньте это место.
Все присутствующие тут же кто пустился наутек, а кто, кланяясь во все стороны начал пятиться назад, видимо опасаясь за свою дешевую шкуру.
Но двое остались на месте. Это был главный организатор мероприятия, с вышивкой на балахоне, и второй – держащий ребенка.
- А тебе, держащий жертву, говорю – не нужна мне такая жертва, эта душа чиста и уйдет не во тьму, а возвысится к свету.
Аристотель явно входил в роль, и, сделав небольшую паузу, продолжил.
- Хочешь, могу твою душу забрать.
- Нет! – писклявым голосом нервно ответил человек.
- Тогда ты должен сделать, что я скажу, - Аристотель судорожно придумывал, что должен сделать этот носитель писклявого голоса.
- Да, мой господин, я все сделаю как, скажешь, только оставь мне мою душу!
- Телефон есть?
- Да, конечно, айфон последней модели.
Ганнибал, слушая этот диалог настолько изменил свое лицо, что его челюсть оказалась ну практически на уровне ключиц.
- Не нужен мне твой айфон. Разрешаю оставить его себе. Как и душу.
- Спасибо, мой господин!!!
- Позвонишь по телефону 911, назовешь свои координаты и дождешься пока приедет скорая помощь, отдашь им ребенка, и можешь жить дальше. Если совесть позволит.
Тут Ганнибал был вынужден вмешаться, тихим шепотом сказав Аристотелю: «Вообще-то тут Россия, 2015 год по местному календарю, здесь нет службы спасения 911, тут номер скорой – 03, полиции – 02, пожарные – 01. Газовая служба, насколько я помню – 04. Но если с сотового, то как-то по-другому набирается».
«А газовая служба то нам зачем?», - спросил так же шепотом Аристотель.
В это время человек с ребенком в руке застыл и не понимал, что ему делать. Конечно, он не слышал процесс информирования о порядке вызова в России врачей и полицейских.
«Ну, так, вдруг газовая труба где рядом, а тут костер. Это же Россия. Тут корпорация «Природный ресурс» достояние нации. Это как деньги для евреев. Овсянка для англичан. Листы коки для колумбийцев».
«Что за страна», - ответил Аристотель, - везде права и свободы, жизнь человека, культура и сами люди достояние нации, а здесь какая-то корпорация, да еще и торгующая вонючим сырьем». Но при этом вновь стал серьезным и уже слышимым голосом продолжил.
- Позвонишь 03. Вызовешь медиков и отдашь ребенка.
Немного помедлив, добавил.
- И 04 позвони. Вдруг труба рядом. Газовая. «Природный ресурс» спонсор многих наших дел.
- Да, да, да господин… - залепетал человек в капюшоне.
- Вали отсюда!!!! – Аристотель так постарался, что от его возгласа возник воздушный вихрь, сорвавший с объекта его слов капюшон.
Как ни странно сатанист оказался чернокожим.
Ганнибал снова удивился, и, подойдя поближе, рассматривая мелкого пухлого человечка с белыми и очень большими от страха глазницами, произнес: «Ого, негр».
Аристотель сощурил глаза и ответил: «Не негр, а африканец, куда подевались твои манеры…».
Ганнибал распрямился, уставился на Аристотеля и, уперев кулаки в бока, произнес: «Ну, меня так всегда учили – есть белые, европеоиды, а есть негры, негроидная раса».
Аристотель схватился за голову руками, словно пытаясь вырвать со своей нематериальной головы кусок шевелюры, и сказал: «Вот ты необразованный варвар. Он африканец. Понимаешь, люди, которые живут или чьи предки жили в африке – это африканцы».
«Что за чушь!» - воскликнул Ганнибал, - «И что, русские живущие в европейской части континента вдруг стали европейцами??? Да у тебя интеллект на уровне моллюска. Нет, тот еще ползает правильно и не говорит ерунду. У тебя на уровне одноклеточного организма».
Пока между пограничными духами шла неслышимая перепалка, человек африканской внешности поднялся и, прижав к себе ребенка, побежал прочь.
- Да я смотрю вы шутники. И как это духи света и тьмы работают вместе. Никогда раньше такого не встречал.
Это были слова человека с нашивкой на балахоне, который, судя по всему, ничего не испугался.
- Это он нам, Ганнибал? – Аристотель был явно удивлен.
- Вам. Я все слышу. Не вижу, но слышу. Кто вы?
- Если слышишь, но не видишь, тебе к окулисту или психиатру. Или к обоим, чтобы глаза протер и мозги вправил. – Ганнибал любил давать советы.
- Мы пограничные духи. Наше дело – соблюдать равновесие. А ты его хотел нарушить. – Аристотель начинал нервничать, ему не нравилось, что кто-то из людей может их слышать.
- Ааааа, таможня. Ну-ну. Равновесие, дихотомия добра и зла… - Человек встал, отряхнулся и пошел со словами: «В таком случае вы меня не тронете, у вас нет таких полномочий».
Два духа понимали, что он прав и без особых обстоятельств они не могли на него воздействовать, так как общую ситуацию уже предотвратили.
Естественно, оба были этим фактом расстроены.
Но…
В этот момент, человек в накидке, делая шаг, зацепился носком сапога за валун, торчащий из земли и плашмя лицом вниз шлепнулся на землю.
- На все воля Бога, все сущее ему видимо, и каждый получает по заслугам. – Аристотель явно был рад таким развитием событий.
- Жаль, я так хотел ему пинка дать. Но не пришлось. – Сожалел Ганнибал.
Человек поднялся, сплюнул попавшую в рот грязь с травой и пошел со злым выражением лица прочь.
- Видимо, неслабый колдун, раз нас услышал.
- У нас, Аристотель, терпеть не могут таких экземпляров. Нам нужны души, а не жертвы. Нам нужна власть порока. Власть над жизнью. Свобода. Хаос. А они все портят. Их придумали и создали в недрах какой-то церкви. Напомни мне как-нибудь, я расскажу тебе как это произошло.
- Давай-ка взглянем, что за могилу они выбрали.
- Давай, мой светлый друг.
Они оба подошли и склонились над надгробьем, на котором виднелась надпись на русском языке «ХОИРА».
- Интересное имя для девушки. Необычное. У русских я такого не встречал.
- Прочитай наоборот. – Ганнибал явно нервничал.
- Ариох. Хм. Теперь мужское имя.
- Вас там в светлых слоях учат истории вообще?! Ариох – сильнейший воин ангелов Хаоса, демонов по-вашему! Даже сильнейшие из ангелов Порядка не могут без страха биться с ним.
- Архангел Михаил сможет, он и не такое делал. Слушай, а что это имя делает здесь? И расскажи мне, что там за история?
- Пойдем, нам еще два объекта проверить. По пути расскажу. А это все в отчете надо указать.
- В каком еще отчете? – Аристотель недоумевал.
- И откуда ты такой несмышленый и неинформированный. Недавно ввели новое правило, и у вас и у нас, после каждого дежурства – отчет.
- И что же я в нем напишу?!! Что пострадало 4 человека? Да меня же наказать могут!
- Я все возьму на себя, не переживай, мне еще может за издевательство над этими подонками премию дадут.
- А что такое премия?
- Ну, я образно. Это наши изобрели, для людей. Им за работу платят деньги. И вот каждый год им придумали давать годовую премию, еще один месячный дополнительный оклад, где-то это называется бонус. Это порабощает душу. Алчность человека заставляет его весь следующий год терпеть своих начальников самодуров, чтобы ее получить, эту премию. И они боятся уволиться, чтобы не потерять эти деньги. Хотя бывает рядом работа, где он нужнее, и заработать мог как минимум не меньше, но с почетом и уважением.
- Понятно. Очередная фикция.
- Да. Кстати, фикция – тоже дело рук наших.

3.

Пока Ганнибал с Аристотелем продолжали свою победную поступь на грешной земле, Амбигус вполне себе спокойно поднялся на небеса, где должен был встретиться со своими старыми друзьями и наставниками. Конечно же, они, как и Амбигус, были ангелами.
Но на привычном месте он их не заметил. Зато увидел неподалеку Архангелов Михаила и Иеремиила, которые, судя по содроганию небес, и яркой жестикуляции о чем-то очень напряженно спорили.
Архангел Михаил был для Амбигуса наставником, причем единственным кто учил его абсолютно всему – мудрости, терпению, милосердию, и, конечно же, воинскому делу. Ведь он был единственным, кто осмелился бросить вызов Люциферу и повергнуть его во тьму.
По крайней мере так гласила легенда. Никто не искал правды. На небесах нет твиттера и живого журнала, где каждое прилично читающее и пишущее существо  может своими комментариями извратить и оплевать написанное, даже если написано было от души и является правдой.
Амбигус не хотел приближаться, он чувствовал, что каким-то образом это связано с ним. Конечно, страха не было, но Иеремиил был загадкой для всех. Толкователь Божьих знаков. Больше о нем не было известно Амбигусу ничего. А ведь Архангел – это всегда обладание какой-то особой силой. Той, что недоступна большинству ангелов.
Он посмотрел в их сторону, и понял, что они прекратили свой спор и ждут его, обратив на него свои взоры. Он не стал заставлять себя ждать.
- Здравствуй, Амбигус. Я надеюсь все хорошо у тебя. – Архангел Михаил всегда был очень учтив, он всегда контролировал себя наилучшим образом, даже странно было, что еще секунду назад он разговаривал на повышенных тонах.
- Еще слюнявчик ему одень, Михаил. Ты же уже понял, что он натворил. – Иеремиил явно негодовал.
- Успокойся, нам нужно понять, что произошло, как он пришел к этой мысли. Амбигус, друг, расскажи нам, зачем ты спас человека сегодня ночью. У тебя же была совсем другая задача.
Тут Амбигус понял, в чем дело. Мгновенно. Спасать человеческие жизни, конечно, было делом благородным. Когда она находилась под угрозой из-за проделок демонов, или когда молитва человека была искренней.
В этот же раз не было ни темной силы, ни молитвы. Амбигус просто пожалел человека и автоматически сохранил ему жизнь, вмешавшись в Бытие… А это было серьезным нарушением правил, нарушением Порядка. И если принять на веру, что все происходит по замыслу и воле Бога, то Амбигус нарушил Его планы, Его волю…
Однажды он услышал, что ангела за такую провинность наказали очень жестоко. Его отправили в Бездну. И никто больше его не видел.
- Да. Я спас человека. Почему? Да потому что милость и сострадание это то, чему мы учим людей. А как мы можем их учить быть такими не просто на словах, но и в действиях, если сами только и делаем, что проповеди читаем? Людям нужна помощь. Им нужны чудеса! Только так мы снова сможем вернуть им веру и дать правильное направление пути. Никому не нужны слова. Всем нужны результаты, понимаете…
Амбигус выпалил это, не до конца понимая, зачем он все это говорит. Но он решил, что если ему суждено пасть в Бездну, то произойти это должно обязательно с музыкой. Вокруг них начали собираться собратья. Они перешептывались. Судя по выражениям их лиц, они знали, в чем дело.
- Ты несмышленыш! Мало того, что ты нарушил Его замысел, так ты еще и учить нас будешь! Ты не знаешь, что ты сделал и кого ты спас. Ты живешь в этом мире какое-то мгновение и не видишь дальше собственного носа. И не пытаешься этого сделать. Ты забыл про предназначение. Про Порядок. За такой проступок наказание – Бездна. Если мы не придумаем тебе более страшного наказания, - выпалил Иеремиил.
Амбигус удивленно смотрел на него. Его удивила его последняя фраза. Про более страшное наказание. Он не знал, что могло быть страшнее Бездны…
Архангел Михаил отстранил Иеремиила от Амбигуса, положил последнему руки на плечи, по-отечески сжал их и произнес мягким и теплым голосом следующее.
- Амбигус. Наше предназначение – хранить, что дал Бог. Тот порядок, который был им создан. А порядок устроен так, что человек сам решает, кем ему быть и что делать. Мы наблюдатели. И хранители. Мы вмешиваемся, когда человек творит молитву. Не когда он бездушно повторяет заученные фразы из непонятно кем написанной книги. А творит. То есть понимает, какие он говорит слова, открывает свое сердце, разум, прощает своих врагов, и просит прощения у тех, кому причинил боль. Мы помогаем такому человеку. В этом наше милосердие. Мы вмешиваемся, когда жизнь человека портят демоны. Они считают, что свободны в своих действиях, и могут вмешиваться во все сферы жизни, в том числе в человеческие. Они несут человеку боль. Иногда через наслаждение. Порочное наслаждение. Но мы видим, как при этом страдает душа. И если душа просит о помощи, а человек пытается сопротивляться этой заразе, и страдает, мы помогаем. В этом наше сострадание. Но мы не нарушаем порядок. Мы не идем против правил, установленных Им. В этом наша сила и предназначение. Мы, конечно, тоже имеем свободу воли. Но наша свобода воли выражается в выборе служения Ему и его правилам. Сохранения его трона. Его творений, его частичек… Сегодня ты сделал большую ошибку. И братья ждут решения, которое мы должны принять. Приготовься.
- К чему, Михаил? – спросил Амбигус.
- К тому, что мне не удастся тебя отстоять.
И Михаил с Иеремиилом удалились в Зал, где обычно собирались все высшие ангелы для обсуждения важных вопросов.
- Пойдем, Амбигус, вместе помолчим, - сказал один из ангелов и по-братски приобнял его, выводя из толпы.
- Мы понимаем тебя, Амбигус. И поддерживаем тебя, - один за другим говорили собравшиеся.
Он был благодарен им за поддержку, но сейчас ему было не по себе, его взгляд был отсутствующим, а силы куда-то испарились…
В это время в Зале уже вовсю шло обсуждение ситуации с Амбигусом.
- Вот скажи, Михаил, как твой подопечный мог такое устроить, ты ведь учил его основам служения. Ты наверняка рассказывал ему, что делать можно, а что нельзя, - Гавриил смотрел на Михаила с вопрошением на лице.
- Михаил, мне кажется, здесь вопрос простой. Жуткий проступок. Мы помним, чем это у ангелов заканчивается. Потом он начнет вершить судьбы. А потом возомнит себя творцом… Этот случай должен иметь последствия, - Рафаил, судя по всему поддерживал Гавриила.
- В Бездну его нужно отправлять, не сопротивляйся, Михаил, - Иеремиил был непреклонен.
Все смотрели на Михаила и ждали. Все понимали, что сложно принять такое решение. И еще сложнее бороться против него.
- Я не искал простых путей с самого своего сотворения. Вы знаете об этом. Я не дрогнул. Люди говорят, что мое имя означает «Кто Как Бог». Это не так. Вы знаете, что я всегда руководствовался принципом «Никто как Бог». Никто, слышите! И вы тоже! Ни вы, ни я, ни кто-либо другой не может вершить судьбы. Будь то судьбы человека или ангела! Или даже мельчайшей букашки. Только Бог. Он каждому дал предназначение. И смерть каждому написал сам. Как и жизнь. И нигде… Нигде! Нигде не сказано, что смерть могут приносить ангелы… Вот скажи ты, Гавриил, сколько ты убил людей? Молчишь… Ни одного. И не сможешь. Или ты, Рафаил, излечивающий раны и болезни? Что, тоже молчишь… А я знаю в отличие от вас что это такое. И я помню каждого. Потому что каждый – частица Бога, его повторение в этом мире тверди. И уничтожая его частички, я чувствовал, как я отрываю частицу себя. Да, мы несколько раз отправляли за подобное ангелов в Бездну. Ангелов – потому что знаем, чем это заканчивается. Потому что ангелу нет оправдания. Его создал Бог, поручив соблюдать свой порядок, и кому как не ангелу знать, что последствия нарушения порядка катастрофичны. Но вот что я вам напомню, братья. Амбигус – не просто ангел. Он не является таким по своей истиной природе. Бог не создавал его как ангела. Он вообще его не создавал. Он один из нас. Но он имеет и иную сущность. А судить такого, и обречь его на Бездну может только Бог. Наказание должно быть. Но я не могу рассуждать как вы. И если вы скажете, что он должен идти в Бездну, то…
- Хватит. Михаил, я всегда уважал тебя. Ты самый пылкий и смелый из нас. Твое выступление словно настрой воинов перед битвой. Мы были с тобой с самого начала. И я согласен со всем, что ты сказал. Поэтому мы перенесем решение по Амбигусу. Мы не должны поддаваться эмоциям или стереотипам. Мы должны быть мудрыми. И беречь каждого воина.
Все молчали. И слушали. Сначала Михаила. И обычно Михаила никто не мог остановить. Никто кроме него. Это был Метатрон.
Он был первым. Он, как и Михаил, был верховным ангелом при Боге. Он был воплощением мудрости. И силы. Но дальше заговорил другой.
- Есть более интересная тема для разговора. Все помнят нашего друга Ариоха? Вижу по настороженным лицам, что все помнят. Так вот. Мне тут рассказали, что пограничник, из наших, обнаружил весьма любознательную вещицу. Он понятное дело не знает, что она означает, но я побывал на месте и расскажу вам кое-что интересное. На одном из мест упокоений тел есть надгробие. Написано на нем «ХОИРА». Зная любовь наших врагов к обратному прочтению, мы получаем имя Ариоха. Я понаблюдал за этим местом. Увидел несколько колдунов, демонов и прочей нечисти. А затем пожаловал и сам Ариох. Со своими генералами. У них был тайный совет. На котором обсуждался план направления удара по нашим силам. Собственно. Ничего нового. Война между нами и демонами началась и продолжается по сей день. Но до этого времени она шла в сумеречной зоне. В переходе света и тьмы. А теперь они хотят напасть на нас через мир людей. Это прямо скажем новый подход к стратегии. Мы не можем закрыть свои проходы, так как тогда не сможем поддерживать Божий порядок и помогать людям. То есть либо мы приносим их в жертву, либо ждем удара с нескольких сторон.
- Спасибо, Аратрон. Ты как всегда следишь за всем, что происходит в военных действиях противника, - поблагодарил Метатрон.
- Мы по большому счету не можем вмешиваться в порядок, установленный Богом. Сейчас не можем вмешиваться, пока доподлинно не известно, что он затеял. Но потом может оказаться поздно. Поэтому я предлагаю вернуть Амбигуса на землю, поближе к месту сбора генералов Ариоха, как наживку. Они почувствуют ангела на земле. Они всегда чувствуют нас. Ариох обязательно захочет показать нам свою силу и причинить нам боль, уничтожив ангела на земле. Да, он будет наживкой. Если он погибнет, у нас будет повод вмешаться в установленный порядок. Если уцелеет – слава ему и почет. Одновременно это будет наказанием. Никто из нас не пожелал бы оказаться на земле в бренном теле, осознавая конечность своего земного пути, подвергаемый страхам, искушениям и греху. И что самое страшное, даже душа ангела, если она находится в теле человека, должна после гибели тела предстать перед судом. А мало ли может произойти…
- Твой разум как всегда холоден, Кассиэль. Так и порешим. Возражений не будет?
Все оглянулись на Михаила. Он стоял, закрыв глаза. Широко расставив ноги, немного накренившись вперед и опираясь на свой меч двумя руками. Он молчал… Он понимал, что это будет жестокое наказание. Но Бездна казалась ему еще страшнее.
Когда все разошлись, Михаил заговорил сам с собой.
- Наживкой он будет. Сказочники. Неисповедимы пути твои, Господи. Ставлю золотой на то, что Амбигус в человеческом теле помрет раньше, чем Ариох встретит его.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...