Князь

       В безлюдном селе и лиса — князь.
 

       Когда последний человек ушёл из села, лиса пришла на третий день.
Она вошла через огород — калитка болталась на одном гвозде. Потрогала лапой дверь сарая — открыто. Залезла. Нашла куриные перья и давние яйца, уже тухлые, но съедобные для той, кто давно не ела досыта. Съела. Легла на солому. Подняла уши, прислушалась. Тихо. Никого.

       На второй день она обошла дома. В одном нашла мёртвого барана, который не успели зарезать, — он сам издох, пока хозяева собирались. Она ела его три дня и отъела бока. В другом доме на полке стояло масло, видно кошка слизала,  лиса все пронюхала, все посмотрела, и поняла: здесь будет можно расположится. В третьем доме она нашла  горшок с остатками супа,  холод, который шёл от печки, давно его остудил. Она не раздумывая его съела.

       На пятый день она вышла на середину улицы. Был день. Лиса обычно не ходила днём по открытым местам, так учили её предки.  Но на этой улице не было собак, не было людей, и лиса спокойно вышла, и  села. Почесала лапой за ухом. Посмотрела на дома — окна тёмные, дворы пустые, заборы покосившиеся.

       Потом пришёл волк.

       Он не вошёл через огород. Он вышел на дорогу сверху, со склона, и шёл по ней как по своей. Лиса увидела его издалека — и не успела. Не убежать, нет — не успела понять, что нужно убегать.

       Она так привыкла быть здесь первой, что на мгновение приняла его за временного жильца, такого же случайного, как и она.  Но ноги решили раньше головы. Она нырнула под забор, прижалась к земле и не дышала.

       Волк прошёл мимо. Не остановился, не повернул головы. Но лиса знала: он видел. И знала: он вернётся. И село будет его.