Восхождение. Том 4. Часть 30

- Ты уже думала, чем займёшься, когда всё это закончится? - Спрашивал Ягонруту Нерен, последние месяцы видевший перед собой не смелую суровую воительницу, с которой повстречался много месяцев назад, а растерянную женщину, не знавшую, что ей делать дальше.
- Стараюсь не думать об этом, - печально отвечала бывшая командир. - Не хочу возвращаться в войска - мне по горло уже все эти марши и сражения. Но я больше ничего и не умею. Может, если Рандар всё же воссядет на трон, он сделает меня главным наставником столичных стражников. Жить буду сыто, довольно, да и спокойней будет.
- Мне казалось, ты не любительница высоких стен и каменных брусчаток.
- Может, теперь понравится, - с прежней обречённостью в голосе отвечала Ягонрута.
- А я всё-таки в какое-нибудь мелкое поселение переберусь - надоели мне все эти города! - Улыбаясь, говорил Нерен, желая вдохнуть в воительницу хоть капли вдохновения. - Конечно, не особо мне нравилось находится в плену у разбойников и воинов, готовых меня убить, но за это время я почувствовал… Знаешь, есть во всём это что-то чарующее: холмы, поля, мелкие деревушки, скотоводство - мирная жизнь, какой в городе нет.
- А вместе с тем голод, болезни, разбойники и прочие прелести жизни, которые каждый день выкашивает по сотне поселений, - заметила Ягонрута.
- А город могут осадить, в городе толпы ворья и бедняков, в городе всякий тухлый кусок мяса стоит в трижды дороже. Поверь - пока не поживёшь в городе, не начнёшь любить простую жизнь в каком-нибудь захолустье. Тем более, в селении ты сам несёшь за себя ответственность, а в городе, стоит купцу заболеть, а засухе погубить пару полей, так все сразу с ума сходят. Не - в городе я и дня больше не проживу!
- А ты много умеешь, чтобы лишь на собственные руки надеяться? - Усмехнулась воительница. - Плотник и каменщик из тебя, конечно, хороший, но вот в шитье, судя по твоей одежде, ты вообще ничего не смыслишь! В селении ты зависишь от соседей даже больше, чем в городе.
- Зато в мелком поселение ты всех знаешь! - Пожал плечами Нерен. - Всех соседей и их детей. Я говорил об этом с мужиками из лагеря - тут полно тех, кто раньше жил в мелких селениях. У кого все померли, у кого деревню сожгли - мало, у кого здесь остался дом. Так что глядишь, кто-нибудь пойдёт со мной, чтобы построит новый дом. Начнём возводить дома, засеивать поля - лет так через десять сможем прокормить целых десять человек!
Ягонрута вновь посмеялась - её лицо вновь озарила мягкая улыбка.
- Значит, успел же тут со всеми познакомится? - Спросила Ягонрута.
- А как иначе? Это ты у нас на советах, собраниях, в засадах - деловая. А мы тут днями и ночами тухнем. Сруби дерево, отнеси, сними кору, отнеси, отработай - с ума можно сойти. Вот так постепенно и познакомился с ребятами. Они неплохие, правда пошлят много, а молодняк ругается так, что у меня самого уши вянут. Но я вас как-нибудь познакомлю.
- Думаю, не стоит.
- Как хочешь, - пожал плечами Нерен. - В любом случае, я с ними уже это обсуждал - кто что будет делать, когда всё закончится. Так что возможность обзавестись собственной деревней все выше. Может, когда построим пару десятков домой, а тебе надоест город, переберёшься к нам.
- Неплохой план, - качала головой воительница, заметив, что уже трижды неотрывно смотрела на Нерена, но стоило ему лишь повернутся, как Ягонрута переводила взгляд в сторону. - Главное, чтобы мы выжили и пережили окончание войны.
- Ну мы пережили атаку войск князя Домура, пережили плен, несколько нападения на караваны и форты, даже умудрились пережить стычку с троллями. Уверен, следующие несколько месяцев мы тоже переживём. А дальше, когда этот… Правитель Духарта явится сюда со своими войсками, пусть армии разбираются без нас. Мы давно заслужили долгожданный отдых!
В воздухе повисла тишина. Ягонрута и Нерен смотрели на уходящий за горизонт Варнир, оставлявший после себя золотые и нежно алые следы.
- Ладно, - наконец, произнёс плотник, когда листья рунки стали отдавать гадостной горечью, - пошли на ужин. Мне обещали сытное рагу с мясом: если нам опять подпадут переваренные овощи, я выиграю в споре пять дангов!
- Что ж, ради такой награды я смогу перетерпеть эту тошнотворную безвкусную гадость. - Направившись за плотником вниз с холма, задорно говорила Ягонрута. - Выигрышь поделим поровну!
- Ещё чего, - усмехнулся Нерен. - Мне ещё с портным расплачиваться. Или ты хочешь, чтобы я по всему лагерь расхаживал в дырявой одежде.
- Я бы на это посмотрела.

***

В течение следующих двух месяцев отряд Гунреда будет совершать различные диверсии по всему западному уделу Наргилоса. Разграбление караванов, захват фортов, уничтожение застав воителей, нападения на поселения, переодевания и попытки под личиной странников выяснить у местных жителей направления воинов, засады в лесах и на холмах. Не счесть, сколько битв и сражений пережил отряд диверсантов, скольких они убили и скольких потеряли, скольких стражников и селян запугали и скольких разбойников и мелких преступников присоединили к своему войску. 
Защитник западного удела - барон Вамен рвал на себе волосы от гнева, срывал голос, крича на подчинённых, которые никак не могли выйти на след разбойников. День за днём в распоряжении барона Вамена оставалось всё меньше воинов, и всё больше жалоб о расхищении и разрушении приходило  от землевладельцев. Если диверсанты продолжат разорять земли западного удела, у барона Вамена не останется ничего иного, кроме как просить помощи у чересчур занятого князя Домура. Иначе, мятежники во главе с Равиром без труда вновь вторгнуться в его земли и на этот раз пройдутся кровавым маршем по всему уделу.
Ягонрута оставалась верна своему слову до конца: она служила в боевой группе пехотинцев, в боевом отряде лучников, пару раз в боевых формированиях верховых, однако она за два месяца она ни разу не взяла на себя обязанности офицера. Она исполняла чужие приказы, перекладывая ответственности за жертв на плечи командиров, отгоняя от себя любую мысль о том, что взрослые люди обязаны брать ответственность за все свои действия.
Лагерь диверсантов Гунред нёс потери, но с должным усердием выполнял все порученные задавание. Караваны были разбиты и захвачены, воины на заставах перебиты, форты захвачены и отчищены - в них в скором времени должны будут закрепиться войска князя Равира. А благодаря той панике, что была посеяна среди селян в сожжённых и разорённых поселениях, воины и стражники будут гоняться за разбойниками, а не пытаться пробиться во вражеский Духарт.   
Гунред, да и все его товарищи прекрасно понимали - они были пушечным мясом., расходным материалом, который навлёк на себя гнев вельмож и защитников Наргилоса. И всё это было для того, чтобы враги княжества могли вторгнутся в родные земли и, разбойничая в селениях, убивая людей, свергнуть узурпатора Домура, освободить Наргилос и присвоить всю славу и почёт себе. Ни о Гунред, ни о его отважных воинах никто никогда не узнает - все их жертвы и потери затеряются, растворятся, словно их никогда и не было.
Тем не менее, Гунред был готов пойти на эти жертвы - такова была судьба потерянных, бесцельных, лишних людей этого мира. Таким, как он, разбойникам, ренегатам, ворам, убийцам, не суждено было стать героями легенд, уступая это место князьям, баронам, генералам и наследникам. Такова была судьба всякого, кто решил однажды обмануть свою судьбу. И с этой мыслью главарь диверсантов свыкся. Главным для него теперь было одно: освободить Наргилос от гнёта узурпатора, предателей, воров, убийц и прочих лиходеев, в борьбе с которыми погибло немало его друзей, соратников и единомышленников.

Глава 14

Войско генерала, истинного наследника княжества Наргилос Рандара находилось в бегах: информация, полученная от градоправителей, была истинной - мятежников преследовала боевой полк узурпатора, а кроме того в скором времени к ним присоединится целая боевая бригада из столичных земель, а также войска восточного удела. Дела у воинов Рандара складывались скверно: несколько тысяч воинов охотились на них, а подкрепление прибудет очень нескоро.
Впрочем, одна хорошая весть всё же вселила в сердце истинного наследника надежду на скорый перевес сил в его пользу: в селениях восточного удела Наргилоса говорили, что устроили войска князя в деревнях и городах на севере княжества - в тех местах, где люди приняли или поклялись в верности лже-наследнику, как Рандара назвали в столице Наргилоса. Множество казней, сражения на улицах города, сожжение казарм, всюду лужи крови и бесчестье воинов, творивших всё, что они пожелают в захваченных поселениях. На этом фоне, обещания Рандара о скором свержении узурпатора и возвращение мирных времён в Наргилос выглядели куда выигрышнее, нежели суровые наказания представителей Домура. 
Если надежды Рандара оправдаются, оставшиеся в живых люди северного удела Наргилоса, оставшиеся без торговых путей, без припасов, без стражников, окружённые разбойниками и трупами собственных соседей, убитых войсками князя, поднимут мятеж. Или же большая часть из них присоединится к восстанию истинного наследника Наргилоса, увеличив его войско. Или же, в крайней случае, большая часть из них обратится к разбойничеству, что так же создаст множество проблем как барону Нолиду - защитнику северного удела, так и узурпатору. Как бы там не было, потеряв множество людей, из-за страха или желания перемен присоединившихся к Рандару, истинный наследник добился больших результатов, не приложив к ним и пальца. Пожар недовольств и недоверия к узурпатору распространится от севера на весь Наргилос, что позволит Рандару с меньшими потерями и вопросами легитимности занять долгожданный трон.
Впрочем, пока об этом было рано мечтать. Сейчас, находясь в сердце восточного удела Наргилоса, войска истинного наследника посещали деревни и города, призывая людей вернуть себе контроль над княжеством и добиться справедливого суда для всех тех, кто десятилетиями разорял Наргилос.
Здесь доверия к гостям было на куда более высоком уровне, и всё из-за войска разбойников, что последние года терроризировал земли барона Данрега - защитника востока. Однако же, громкие слова, щедрые обещания и творящийся вокруг хаос и ужас побуждали людей прислушиваться к глашатаем Рандара. Как никак, в такие мрачные времена каждому хотелось верить, что в скором времени наступят прежние спокойные и сытые времена. А поскольку ни Домур, ни король, что допустили гражданскую войну в Вундрате, не смогли бы справится с тем валом проблем, что сами создавали, все надежды легли на плечи Рандара. Последние месяцы именно о нём сужали богатые купцы, высокопоставленные офицеры, властные вельможи - если столько людей обсуждали личность юного Рандара, быть может, от простого льда сковали истину. А истина эта, по мнению того же простого льда, заключалась в том, что этот юноша - действительно был истинным наследником княжеского трона.
Как бы то не было на самом деле, люди были рады встречать тех, кто давал им надежду на светлое будущее. Потому многие поселения, делясь с войсками продовольствием и различными ресурсами, всё же вставали на сторону Рандара. Хотя были и те, что наотрез отказывались принимать у себя последователь лже-наследника. Они вне всяких сомнений выдали бы место положение мятежников, а потому Рандару с войсками следовало срочно ретироваться из тех земель, не позволяя войскам узурпатора выследить себя.
Конечно, численный перевес был на стороне истинного наследника княжества, потому мятежники могли дать честный бой преследователям и разбить неприятеля. Вот только сражались они не с разбойниками, не с отрывными стражниками или растерянными, плохо обученными воинами - навыки показывали, что противник Рандара был опасен. Из боевой дивизии, посланной задержать неприятеля в лесу, вернулась едва ли одна боевая группа - в той сечи выжило лишь пять десятков человек при том, что на стороне мятежников был фактор неожиданности и ночная мгла. Теперь Рандар будет рисковать оставлять части своего позади лишь в самых крайних ситуациях: раскидываться воинами, когда перед тобой лежит целой княжество - слишком опрометчивый шаг.
Впрочем, судьба вновь улыбнулась юному генералу: проведя в восточном уделе три недели, дождавшись наступления месяца Тёплых ветром, Рандар получил сообщение от неизвестного перепачканного, потрёпанного мальчугана, вышедшего к мятежному войску в сумерках, когда те отходили ко сну, разбив лагерь посреди леса.
По словам мальчишки, о местоположении войска донесли селяне из близлежащих поселений, который находились в хороших отношениях с разбойничьей группировкой. Мальчуган передал письмо одному из капитанов пехоты, который встретил посыльного на подходе к лагерю, и тут же ретировался, прикрыв лицо капюшоном и скрывшись в ночной чаще. Сам же капитан, разумеется, отнёс депешу в главной шатёр лагеря мятежников - прямиком к адресату письма.
Мигом прочитав письмо, заполненное кривыми, пляшущими крючками и палочками, еле разобрав смысл текста, лишённого знаком препинания, Рандар передал депешу одному из своих командиров, сцепил руки за спиной и медленным шагом направился по шатру, задумчиво смотря себе под ноги.
- Смахивает на ловушку, - с опасением высказал свои подозрения командир пехоты. - Войско Наргилоса хочет заманить нас. Не стоит идти на эту встречу.
- Я тоже так подумал, но ведь в письме указаны наши точные цели, - поднял взгляд наследник княжеского трона. - Эту стратегию мы разрабатывали ещё в Умрате, на совете с вельможами. Узурпатор и его войска не смогли бы завладеть этой информацией.
- Только если среди князей и их баронов нет предателей и осведомителей узурпатора.
- Адресант - главарь местной разбойничьей банды: его стараниями был убит один из местных командиров, перебита целая дивизия и ещё с десяток боевых формирований. Если бы мы смогли присоединить его лагерь к нашему войску, мы могли получить неплохое прибавление после битвы с преследователями.
- Риск того не стоит, - качал головой командир. - Пусть разбойники продолжают разорять восточный удел - нам только на руку. Легче будет убедить местных встать на нашу сторону.
Рандар застыл на месте, почёсывая подбородок и обдумывая слова командира, в то же время, будто бы ему было это подвластно, стремясь разглядеть  последствия своего решения.
Наконец, через непродолжительное время, наследник Наргилоса прервал тишину, заговорив уверенным тоном так, словно ему удалось обвести всех вокруг пальца:
- Никто ведь точно не знает, как я выгляжу, так?! И не обязательно отправлять всё войско на встречу.
Командир смотрел на генерала с сомнением, не согласный с идеей Рандара уже в зародыше.