Глава 12

Вера охотно кивнула и продолжила диалог, уже уловив сочувствие и понимание императора:
-   Хорошо, Николай Павлович, здесь речь идет о целом комплексе, который имеется в арсенале англичан, этого странного для нас островного народа, тут вы совершенно правы. Это подозрительность ко всем на свете и недоверие, лицемерие и чрезмерная чванливость из-за их якобы высоко-породности, но чаще всего ими же присвоенной, когда свои высокие титулы они получали в результате пиратских набегов на чужие страны. Их казна и музеи наполнены тем, что они завоевывали или отнимали у других народов…А в моем конкретном случае речь шла об элементарной зависти, как материнской зависти матери Ника к красивой и порядочной русской невестке, она мне открыто предъявляла такие претензии, можете себе представить.
А его разнузданные приятели, пытавшиеся доказать Нику мою мнимую супружескую неверность, делали на меня унизительные ставки, после чего он меня сослал в ссылку в поместье к маме. Это варварское отношение, которого я никак не ожидала встретить в этой, казалось бы, цивилизованной монархии. Я бы никогда не вышла замуж за Ника, зная об этом, как бы я его искренне не любила.
А русских англичане не любят из-за той же зависти, из-за наших просторов и нашего природного богатства, из-за того, что мы более красивый и статный, здоровый и сильный духом народ, что мы уже всем в Европе давно доказали. И это их очень сильно раздражает и злит, они не хотят с этим мириться и вновь покушаются за наши земли, им никогда не принадлежавшие, варварство и пиратство в их крови до сих пор...

Император с одобрительной улыбкой на лице сказал Вере:
- Любезная Вера Сергеевна, вы всё так чётко и понятно представили, что вас после вашего супружества с Петром Вавиловым можно бы смело назначать в МИД ответственной за отношения с этими непонятными мне до сих пор британцами. А после вашего супружества с Николаем Воробьевым вы наверняка справитесь и с работой Адмиралтейства, - и они все вместе дружно рассмеялись над его шуткой.

Вера выговорилась сполна, успокоилась, и они вскоре мило попрощались с императором, который поцеловал Вере руку… Эта доверительная беседа с императором действительно успокоила Веру, которая реально завелась, увидев Ника на балу, она была настроена очень решительно. Коля потом уже после бала дома успокоил Веру, ведь у неё не было прямых доказательств, она в разговоре с этим омерзительным Ником была в запальчивости, хотя и у Николая руки чесались, как бы не придушить этого урода.

И Вера никак не могла припомнить, как же её угораздило 18 лет назад влюбиться в Ника, воистину, любовь зла… а она в молодости была такая глупая. Зато теперь с поддержкой любимого Коли чувствовала себя спокойной:

-   Это судьба так распорядилась, чтобы попасть в силки Стюарта, чтобы потом быть освобожденной вами, и встретить тебя, влюбленного в меня Коленьку, как же я теперь счастлива... - и Вера крепко прижалась к груди Николая уже в их супружеской постели…

Спустя примерно 3 года с той бурной встречи со Стюартом, на очередном императорском балу в Зимнем дворце к Вере и Николаю подошел Александр Горчаков, уже бывший министр МИДа, ушедший в отставку сразу после смерти императора Николая I. И он вручил Вере частное письмо, которое ему было передано его старым другом, послом России в Англии.

Его доставил в посольство нотариус-душеприказчик Ника Стюарта, умершегося за 3 мес. до этого в результате самоубийства сразу после смерти его матери и полного разорения. Письмо было адресовано Вере, и она его вскрыла тут же при Горчакове и Николае.

Нетвердым почерком Ник приносил Вере искренние извинения за малодушие и предательство их взаимной любви, когда он пошел на поводу у его завистливых друзей и матери, настроивших его против любимой жены и разрушивших их брак. А самое большое малодушие он реально допустил в Индии, когда пошел на поводу у Ост-Индийской компании и действительно по указке её руководства угрожал Петру Вавилову, а потом он же не воспрепятствовал его отравлению…

А в самом конце Стюарт написал, что не может это своё позорное малодушие пережить… Вера пересказала Горчакову и Николаю содержание письма, горько вздохнула и с чувством произнесла:

- Это единственный мужской поступок, на который он отважился, но мне не стало легче от его признания в сопричастности к гнусному убийству Петра, только самая гнусная нация способна на такие мерзости…

Экс-министр Горчаков согласился и тут же откланялся, а Вера тихо заплакала, вспомнив погибшего мужа Петра… Незавидная судьба её 1го мужа никак не трогала Веру, он сам сделал свой жизненный выбор, выбор малодушного и непорядочного человека…

С момента счастливого бракосочетания Веры и Николая минуло долгие 20 лет…

Много событий уместилось в эти годы. Европейская ситуация в это время была наводнена важными событиями после Крымской войны 1853 - 1856 гг., когда столкнулись интересы России и европейской коалиции, вставшей на защиту Турции не без умысла.

Итоги войны значительно повлияли как на внешнюю политику Российской империи, так и на её внутренние реформы. Император Николай I, известный как усмиритель Европы за жестокие подавления волнений в Польше и революции в Венгрии, был потрясен жестким поражением России в Крыму и отравился в приступе отчаяния в феврале 1855г.
 
В том же феврале на престол взошел 37-летний император Александр II,названный Освободителем в дальнейшем за амнистию декабристам и за отмену крепостного права. К моменту коронации император был уже женат 14 лет на моложавой немецкой принцессе Марии Гессен-Дармштадской, нареченной в православии Марией Александровной…

Император был вынужден по инерции подписать в Париже мирный договор с европейскими странами в 1856 г. По нему Россия теряла право иметь флот в Черном море, и это право было восстановлено только через долгие 15 лет. Но император стал расширять владения империи на Ближнем и Дальнем востоке, когда были завоеваны и присоединены как Туркестан, так и другие среднеазиатские ханства и эмираты.

А в 1867 г. Александр II, здраво оценивая практическую невозможность удержания Аляски с Алеутскими островами из-за нападок агрессивной Британии, выгодно продал их Америке. Это была его личная стратегия на улучшение отношений с Америкой в пику воинствующей Европе, и привычно агрессивной интриганке Британии. Именно в эту стратегию императора оказался активно вовлечен морской офицер Николай Воробьев, добившийся резкого скачка в карьере не только, как отчаянный капитан парусного брига, но и как отличный штабной морской стратег.

Российское морское ведомство по персональному заданию императора при участии Николая Воробьева тщательно изучило итоги морских сражений того периода и пришло к выводу о срочном переоснащении броненосного флота империи, используя передовой опыт американцев. Ушлые американцы обшивали деревянные корпуса своих бронированных мониторов не толстыми и дорогими плитами, как это привычно делали в Англии и Франции, а пакетом из 35-мм бронированных листов.

К тому же Россия в то время просто не способна была отливать такие толстые бронированные плиты. Такой подход с листовой бронированной обшивкой позволял значительно снизить расходы и главное сроки постройки бронированных судов типа канонерок, что было остро необходимо и стратегически очень важно для России.

Император поручил контр-адмиралу корабельно-инженерного корпуса Лескову, полковнику Воробьеву и ряду инженеров выехать в Америку, изучить технологию и закупить чертежи с лицензией на производство. В делегацию специалистов по предложению Николая включили и его жену Веру с её блестящим знанием английского языка. Император лично принял доклад группы по возвращению из США через 4 мес., он был настолько доволен их результатами, что присвоил звание адмирала Лескову и назначил его главой Генштаба МВФ, а Николая Воробьева он назначил его замом в звании контр-адмирала.

А красавица Вера Сергеевна Вавилова-Воробьева была приближена к императорскому двору и возглавила женский совет под патронажем самой императрицы Марии Александровны… Эти исторические нюансы в значительной степени сказались на семейной жизни супругов Воробьевых за прошедшие 20 лет…  Близнецы Слава и Олег превратились вполне ожидаемо в молодых рослых под стать отцу морских офицеров, они блестяще окончили морскую академию, и к 25 годам оба в чинах лейтенантов занимались вопросами строительства российского бронированного флота.

(Продолжение следует)