Четыре мушкетёра - часть 15

СЦЕНА 6

(Приёмная Королевы Анны.  Предварительно постучав, входит Ришельё. С ним Леон Бутийе де Шавиньи, барон де ла Грев и д’Антиб)

РИШЕЛЬЁ

Ваше Величество, в присутствии этих двух господ, государственных секретарей и членов королевского совета, которым ваш августейший супруг поручил засвидетельствовать, что мои слова исходят от него и полностью соответствуют распоряжению Его Величества, я уполномочен вам от имени Короля предложить условия примирения.

АННА

Вот как? С каких это пор семейные вопросы решаются с помощью такого представительного посольства? Я уже смирилась с тем, что Король не слишком часто удостаивает меня своими визитами, вследствие чего мне остаётся лишь недоумевать, для чего было жениться на мне, если все его интересы ко мне как к супруге исчерпываются теми немногими визитами, которые служат лишь для того, чтобы высказать недовольство мной!

РИШЕЛЬЁ

(Задумчиво)

В самом деле… Для чего было Его Величеству жениться на вас? Может быть стоит спросить его об этом? Для чего женятся Короли? Ах, да! Королевству нужен наследник. Но ведь, позвольте… Хм… А если ожидание не оправдано, как поступают в этом случае некоторые монархи? Хороший вопрос!

АННА

(Испуганно)

Я надеюсь, Ваше Преосвященство, что вы пришли для того, чтобы дать мне добрый совет о том, как мне следует вести себя, чтобы Король почаще хотел бы осчастливить меня своим визитом.

РИШЕЛЬЁ

Именно с этим мы и пришли к вам, Ваше Величество, — ответил кардинал. — Его Величество весьма недоволен вашей перепиской с недружественными странами, но он очень хотел бы помириться с вами и простить вас, для чего предлагает вам выслушать его условия примирения.

АННА

(С показным высокомерием)

Условия?! Так я осуждена и должна вымаливать прощение?!

РИШЕЛЬЁ

(Подчёркнуто мягко)

Заметьте, Ваше Величество, что не я об этом сказал, но если вы сами охарактеризовали ситуацию таким образом, я не смею спорить с вами.

АННА

(Миролюбиво)
Я выслушаю то, что велел передать вам мой супруг, хотя я предпочла бы услышать всё это из его уст.

РИШЕЛЬЁ

Ваш супруг, Его Величество Король Людовик XIII велел мне передать вам, что он готов забыть всё и простить вас при условии, что вы признаете свою вину и пообещаете выполнять в дальнейшем те необременительные ограничения, которые Его Величеству угодно наложить на вашу переписку.

АННА

Итак, мне не остаётся выбора! Король утверждает, что я виновна, и мне лишь остаётся признать это. Что ж, в таком случае я признаю, ведь я на алтаре поклялась ни в чём не перечить своему супругу, когда выходила за него замуж. Правда, я не предполагала, что мне не позволено будет иметь подруг и общаться с роднёй. Но я признаю, что виновна в том, что имею подруг и переписывалась с братом.

РИШЕЛЬЁ

Я сказал, что следует во всём сознаться и во всём повиниться, Ваше Величество. Это требование Короля. Вы же не сознались во всём, что Королю уже и без того известно. Его Величеству известно, что вы переписывались с вашими братьями, которые ведут войну с Его Величеством.  Быть может, вы сообщали им ничего не значащую, на ваш взгляд, информацию, но всё то, что может знать Королева, является чрезвычайно важной информацией для врагов Франции и Короля. Во время войны вам попросту не следовало переписываться с руководством враждующих с нами государств, вне зависимости от родственных с ними отношений. Выходя замуж за Короля Франции, принцесса Испанская стала Королевой Французской, ваши подданные здесь, во Франции, ваш повелитель здесь, во Франции, и ваш долг как подданной и как супруги, и как Королевы состоит в том, чтобы руководствоваться исключительно интересами Франции во всех ваших действиях, которые могут вследствие или вопреки вашему желанию нанести ущерб Франции или дать преимущество стране, находящейся с Францией в военном конфликте.

АННА

Попросите удалиться всех, кроме вас, Ваше Святейшество, чтобы мы могли поговорить обо всех обстоятельствах более детально.

(Шавиньи и д’Антиб уходят)

СЦЕНА 7

(Там же, кардинал и Королева)

РИШЕЛЬЁ

Говорите, Ваше Величество. Я весь внимание.

АННА

Сначала вы, Ваше Преосвященство, скажите мне всё, что хотели бы сказать, я выслушаю вас со вниманием, обещаю.

РИШЕЛЬЁ

Ваше Величество, ваш супруг, Король Людовик XIII уполномочил меня получить от вас письменное обещание в том, что вы впредь не будете писать за границу, сообщая какие бы то ни было сведения и высказывая какие бы то ни было просьбы. Подобные действия он будет впредь рассматривать не только как действия, направленные на подрыв политического суверенитета Франции, но и как прямое непослушание, то есть бунт против его королевской власти. Вам уже не удастся отговориться тем, что вы не представляли, что подобные письма могут нанести какой-либо ущерб королевству.

АННА

Это всё?

РИШЕЛЬЁ

Не полагаясь полностью на ваше обещание, Его Величество намерен принять меры для того, чтобы сделать невозможным любую переписку между вами и какими-либо иностранными гражданами без того, чтобы он знал содержание этого письма и одобрил его отправку. Однако добрый совет Его Величества состоит в том, чтобы вы вовсе отказались от подобной переписки. Зная о том, что вы использовали шифр для некоторых писем, Его Величество не настаивает на том, чтобы вы выдали ему ключи от этого шифра, однако, предупреждает, что в случае, если вами будет написано хотя бы одно самое короткое шифрованное письмо, пусть даже в одну строчку, он вернётся к этому вопросу и потребует предъявить ему шифры, имеющиеся у вас, для того, чтобы прочесть не только это письмо, от появления которого я вас настоятельно предостерегаю, но также и те письма, которые в настоящее время не прочитаны, но имеются в виде копий, а некоторые в виде подлинных экземпляров. Его Величество полностью полагается на ваше слово о том, что содержание этих писем вполне невинное, но делает предупреждение о том, что в случае вашего непослушания будет вынужден проверить, так ли это, используя самые решительные методы.

АННА

Шифры эти потеряны. Они были придуманы мной и Марией де Шеврёз только лишь для того, чтобы наши маленькие женские тайны не стали вдруг достоянием нескромных мужчин. Поверьте, господин кардинал, в зашифрованных письмах нет ничего предосудительного, но есть многое из того, что Король ни при каких обстоятельствах не хотел бы прочитать, поскольку это оскорбило бы его природную скромность в отношении тех маленьких женских тайн, которые отличают женскую природу, её физиологию, если хотите. Так что я счастлива, что Король не прочитает этих писем и его скромность не пострадает, но сожалею, что не смогу доказать свои слова, передав эти шифры какой-нибудь скромной женщине, которая могла бы прочесть эти письма и полностью подтвердить мои слова.

РИШЕЛЬЁ

Я вам полностью верю, Ваше Величество. Приказ относительно запрета шифрованной переписки исходит от Короля, и я не могу его отменить или изменить. Поэтому в случае нарушения этого приказа Король велит действовать так, как обещает в своём предупреждении, и я думаю, что он найдёт людей, которые решат проблему потерянных шифров.

АННА

Вы мне угрожаете, Ваше Преосвященство?

РИШЕЛЬЁ

Я разъясняю вам суть приказа Короля.

АННА

(Устало)

Почему вы меня преследуете, Ваше Преосвященство? Вы хотите добиться от меня того, чего вам никогда не удастся получить? В этом всё дело?

РИШЕЛЬЁ

Об этом я тоже хотел бы с вами поговорить, Ваше Величество. Я знаю, что кто-то пустил слух, что я добиваюсь вашей особой благосклонности. Этот слух стал известен Королю.

АННА

Разве я могу закрыть все рты? Разве я несу ответственность за домыслы, которые родятся в разгорячённых головах?

РИШЕЛЬЁ

Могу ли я понимать ваши слова таким образом, что эти слухи исходят не от вас?

АННА

(Гневно)

Как вы могли допустить, что я могу распространять о самой себе столь гадкие сплетни?

РИШЕЛЬЁ

Они могли распространится не напрямую от вас, но по вашему снисходительному соизволению.

АННА

(С усмешкой)

Вы хотите сказать, что я могу намекнуть какой-то из своих фрейлин, что мне угодно было бы, чтобы доброе моё имя трепали злые языки?

РИШЕЛЬЁ

Вы могли бы простить кому-то слишком болтливому подобную нескромность, быть может?

АННА

Достаточно! Я не могла изобрести подобной сплетни про себя, и не могла бы пустить её в свет. И если кто-то из тех, кто называет себя моим другом, и кого я считала до сих пор своим другом, распускает подобные сплетни, он мне более не друг, кем бы он ни был.

РИШЕЛЬЁ

Другого ответа я и не ожидал, Ваше Величество. Простите мне мой вопрос, но я был вынужден задать его, поскольку эти слухи дошли до меня через людей достаточно разумных и достаточно осведомлённых, чтобы я мог их игнорировать. Я не стану называть имён, но это люди весьма уважаемые, такие, как, например, Патрокль, или, отец Коссен, или, скажем, Ларошфуко. Я не называю имён этих людей, я говорю лишь, что те, кто повторяют эти слухи, вызывают не меньше уважения и доверия, чем перечисленные персоны.

АННА

(Со вздохом)

Вы убиваете меня. Было время, когда я и сама подумала бы, что вы добиваетесь именно этого, но я ни за что не позволила бы этой тайне выйти куда-то дальше моих подозрений и сомнений.

РИШЕЛЬЁ

Могу ли я также быть уверенным, что вы никогда не жаловались Его Величеству на меня? Я имею в виду не только указанные обвинения.

АННА

Ах, Ваше Преосвященство! Разве можно не замечать, что вы меня преследуете? Я не удивляюсь тем слухам, о которых вы говорите, поскольку ведь уже любой самой последней горничной в Лувре очевидно, что вы за что-то мстите мне, изыскиваете повод меня за что-то наказать, настраиваете против меня Короля. Я живу в атмосфере постоянного контроля, подозрений, упрёков, я ощущаю слежку за собой на каждом шагу! Думала ли я, испанская принцесса, что судьба Королевы Франции столь незавидная? Что у меня не будет свободы выбирать друзей, подруг, общаться с родными и милыми мне людьми хотя бы с помощью писем?  Могу ли я быть счастлива в таком аду? Мне кажется, что Королева Франции – самая бесправная женщина в Лувре, а, быть может, и во всей Франции.

РИШЕЛЬЁ

Ваше Величество, позвольте заверить вас, что это далеко не так, и очень далеко от истинного положения вещей. Вы – самое значительное лицо в Королевстве после Короля, но в ваших силах стать даже ещё более значительным лицом, и вы это знаете.

АННА

Вы говорите о рождении наследника. Мне уже, по-видимому, не дождаться этого счастья. Господь отвернулся от меня, как, впрочем, и Король.

РИШЕЛЬЁ

Если Король отвернулся от вас, тогда Господь здесь уже не при чём, поскольку вы – не Дева Мария, а так долго и тщетно ожидаемый Дофин всё-таки не Иисус Христос, — возразил кардинал. — Едва ли разумно надеяться на чудо беспорочного зачатия, так что было бы лучше ограничиться желанием зачатия порочного, если позволено будет мне применить этот термин. Впрочем, кто дерзнёт назвать порочной связь Королевы с Королём для рождения Дофина? Небеса одобрили это брак, и небо ждёт от вас того же, чего ждут все граждане Франции. Как бы ни были полезны молитвы с просьбой к Господу о рождении Дофина, эти молитвы необходимо подкрепить естественным путём, выполняя Господний завет «Полдитесь и размножайтесь».

АННА

И вы о том же, и опять об этом. Его Величество не удостаивает меня галантными визитами уже очень давно. Кроме того, даже в тех случаях, когда подобные визиты происходят, результата чаще всего нет никакого.

РИШЕЛЬЁ

Думали ли вы когда-нибудь, Ваше Величество, о том, какие события почти неминуемо ожидают Францию в самые ближайшие времена в том случае, если наследник не появится в ближайшие два года? Впрочем, мы можем не иметь и этих двух лет. Полтора года, нет, год. Ровно год. Вот сколько я могу дать вам на то, чтобы, наконец, решить эту проблему.

АННА

Вы, Ваше Преосвященство, дерзаете устанавливать мне сроки в том вопросе, в котором лишь Господь, как вы и сами знаете, всевластен, и никто иной?

РИШЕЛЬЁ

Послушайте, Ваше Величество! Мы, я и Король, создаём новый тип государства, мы создаём ту Францию, которой предстоит стать великой на века. Она будет самым блистательным государством Европы, а Париж по праву будет считаться столицей мира. Неужели вы не видите, что без решительной руки, управляющей всем государством, Франция обречена быть разорванной на куски? Ваш покойный свёкр, Король Генрих IV, великий Король Генрих IV, который всю свою жизнь был вынужден наблюдать, как различные принцы, великие и малые, принцы крови и принцы иностранные, герцоги и кардиналы, создавая недолговечные союзы, расшатывали и расхищали страну? Эти союзы распадались не только вследствие собственных поражений, но гораздо чаще и по причине собственных побед, поскольку временно объединившиеся стяжатели столь же легко объединялись против общего врага, как и легко разъединялись в попытках урвать себе кусок пожирнее, довели государство до состояния полного развала, нищеты, и почти безвластия. Разве можно смириться с ситуацией, когда Королю приходится с боем входить в собственную столицу? Или с ситуацией, когда эту самую столицу приходится брать длительной осадой? Эти ужасные, но никогда не прекращающиеся гражданские войны, религиозные распри, бунты провинций, подковёрные игры и интриги всех и каждого, всё это привело к тому, что Король был вынужден занимать деньги у своих придворных на самые неотложные нужды! Что такое стало королевская власть? Одна лишь видимость! А что такое государство без сильной королевской власти? Ничто! Вы хотели бы для Франции судьбы мелкой раздробленности, как какая-нибудь Германия, где каждый курфюрст мнит себя Королём, а на деле это разорившиеся дворяне, имеющие клочок земли и шайку разбойников, готовых промышлять грабежом под их предводительством? Страна, где только старшему сыну доставалось хотя бы то немногое, что ещё сохранилось в семье, а младшие сыновья должны были пойти в аббаты или в наёмники чтобы прокормить себя? Разве такая Франция нам нужна? И что будет с королевством в том случае, если ваш августейший супруг отойдёт в мир иной, не оставив после себя сына, Дофина? Вы и сами знаете. Наследником престола считается Месье, нынешний официальный Дофин, Гастон Орлеанский. Он трусливо сбежал за границу и затевает оттуда многочисленные интриги для того, чтобы расшатать власть своего брата и Короля, в надежде, что тот умрёт как можно скорее, освободив для него трон! Если бы я верил, что вы надеетесь выйти за него замуж после смерти вашего супруга…

АННА

(В испуге)

Нет! Нет! Никогда! Это предложение преступно, подобное предположение безумно, а сама мысль об этом мне отвратительна!

РИШЕЛЬЁ

Я знаю, Ваше Величество. Я мог бы сомневаться в ваших словах раньше, но я, поверьте мне, верю вам. Но за Его Величество я не поручусь. Быть может, он подозревает вас в этом намерении, и, быть может, по этой причине он не желает видеться с вами?

АННА

Боже, какая ерунда! Какая глупость? Разве может такое быть?

РИШЕЛЬЁ

Смотрите, что получается из всего этого. Король вынужден подозревать вас в таком намерении по той причине, что вы не принесли ему наследника. И по этой же самой причине он не посещает вас и не прилагает никаких усилий, чтобы наследник родился от вас, Ваше Величество. К чему это неминуемо должно привести?

АННА

Ах, мне никогда не предстоит стать матерью!

РИШЕЛЬЁ

Вам следует стать матерью будущего Короля. Вам надлежит сделать всё даже вопреки желанию Короля для того, чтобы наследник появился. Только в этом случае этот замкнутый порочный круг будет разорван. Вы должны родить сына, а лучше – двух сыновей, одного за другим. Младший будет запасным. Но Дофин должен быть один, и это должен быть ваш сын, Ваше Величество!

АННА

Да разве я сама не хочу того же самого?

РИШЕЛЬЁ

Ваше Величество, времени нет! Король болен, сильно болен. Благодарение Богу он ещё жив, но мы не можем надеяться на то, что Господь пошлёт ему ещё долгие годы. Сколько ему осталось, никто не знает, но если Господь даст ему ещё лет шесть-семь, это будет величайшая его милость.

АННА

Шесть-семь? Вы так думаете?

РИШЕЛЬЁ

Я это знаю, Ваше Величество. И я также знаю, что мне не предстоит его пережить. Я уйду раньше. С кем же вы останетесь, Ваше Величество? С Гастоном, с вашей свекровью Марией Медичи, а также с бастардами вашего свёкра, этими узаконенными принцами?! Все они будут тянуть на себя корону Франции, и вам не удержать её! Вас выбросят в монастырь в лучшем случае! А в худшем…

АННА

Вы говорите ужасные вещи, монсеньор!

РИШЕЛЬЁ

Припомните, что сталось с Генрихом III? Что стало с Генрихом IV? Клеманы и Равальяки не перевелись ещё во Франции! Да и не только в ней. Припомните хотя бы Бекингема! Ничто не может остановить нож фанатика, направленный на царственную особу, если эта особа сама не позаботится о своей безопасности, получив поддержку наиболее важных знатных персон и защитив себя сильной ротой телохранителей при каждом парадном выезде! А всё это даётся лишь одним! Власть должна быть бесспорно легитимной. Никто не должен сомневаться в праве монарха на тот трон, который он занимает. Говоря «никто», я не имею в виду фанатиков, а имею в виду тех лиц, которые хотя бы на что-то влияют в государстве. Вся знать должна преклониться перед несомненным правом Короля миловать и казнить любого, кто ему не покоряется. Лишь тогда эта власть чего-нибудь стоит. Оставьте трон Франции без сына Короля, и вы оставите Францию погружённой в длительные и кровопролитные гражданские войны. Наследник трона должен быть один. Это – главный принцип стабильности. Один и только один, несомненный, всеми признанный. А для этого требуется, чтобы это был сын Короля, мальчик, и очень желательно, чтобы он успел уже достаточно повзрослеть к тому времени, когда бремя власти свалится на него. Но даже если он и не достигнет зрелости к этому трагическому событию, хотя бы уже само его существование меняет очень многое. Если Король умирает, а Королева рожает сына не позднее, чем через девять месяцев после его смерти, то это сын считается сыном Короля и трон достаётся ему. Такое возможно. Но только в том случае, если у Королевы есть мощная поддержка в лице, например, первого министра. Сильного, авторитетного, держащего все бразды правления в своих руках. Такого, как я. Но мне не суждено пережить вашего супруга. Здоровье моё ещё хуже, чем у него. Мы – два стареющих мужчины, которые держат всю власть в своих руках, можем уйти из жизни одновременно, или с небольшим перерывом, один за другим, но я полагаю, что буду первым. Поэтому вы должны родить наследника раньше, чем через девять месяцев после смерти Короля. Значительно раньше. Как можно раньше. И у вас уже осталось очень мало времени. Поэтому я не сказал «желательно», я сказал «вам следует», «вам надлежит». Никаких сомнений. Наследник должен появиться не позднее, чем через год. Большего срока я вам не даю, поскольку большего срока вам не даст судьба.

АННА

Но как же это исполнить?

РИШЕЛЬЁ

Как вы знаете, для этого есть два пути. Тот путь, который вам указывает долг и небеса должен сработать. Но если он не сработает, вам остаётся другой путь. Вы подозревали меня, что я намереваюсь способствовать вам в решении этой проблемы.

АННА

Я этого не говорила.

РИШЕЛЬЁ

Прежде всего, об этом говорят в Лувре, и уже совсем не важно, откуда возникли эти возмутительные слухи. Я не смогу помочь вам решить эту проблему, если не буду полностью очищен от подобных подозрений. Вы нуждаетесь в моей помощи и в моей дружбе, но для этого сначала вы должны мне помощь очиститься от этого подозрения. Ведь если Король будет подозревать меня в этих намерениях, он ни за что не доверит мне наблюдать за вами.

АННА

Боже! Что вы такое говорите!

РИШЕЛЬЁ

Я говорю вам то, что вам надлежит знать. Ведь вы прекрасно знаете, что в том случае, когда умирает Король, а его вдовствующая Королева объявляет о своей беременности, за ней устанавливается столь строгий надзор, что в том случае, если она не является беременной, у неё не будет никакой возможности сделать так, чтобы это её заявление впоследствии подтвердилось! Если Король не оставил своего семени в Королеве до своей смерти, никому не удастся это сделать, поскольку контроль будет чрезвычайно серьёзным. И прежде всего, разумеется, об этом позаботится брат Короля, которому надлежит наследовать корону в том случае, если беременность окажется ложной. Таким образом, Королева будет окружена строжайшим контролем, я бы сказал жесточайшим контролем.

АННА

Я понимаю необходимость таких мер.

РИШЕЛЬЁ

Но если Король посетит Королеву, после чего она объявит о своей беременности, не произойдёт ли то же самое?

АННА

Вы говорите о том, что…

РИШЕЛЬЁ

Я говорю о том, что своей властью я берусь организовать так, что Король не позднее чем в течение трёх, нет двух ближайших месяцев нанесёт вам галантный визит. Вам же надлежит приложить все усилия для того, чтобы этот визит возымел желаемые для всех последствия. Но если этих желаемых всеми последствий не произойдёт, то, по крайней мере, произойдёт такая встреча, после которой у Короля не будет оснований для сомнений в отцовстве будущего ребёнка, тогда, как мне думается, эти события можно и должно инициировать при содействии другого лица, достойного этой чести, которое никак не сможет впоследствии проговориться о таковой помощи, оказанной им.

АННА

Вы говорите ужасные вещи, кардинал.

РИШЕЛЬЁ

Ужасные вещи произойдут, если Король умрёт бездетным. Я говорю сейчас о реальных вещах и о том, что надлежит сделать вам во благо Франции. А теперь подумайте о том, кто бы смог сделать четыре исключительно важных дела в этом предприятии. Во-первых, кто может сделать так, чтобы Король нанёс вам галантный визит в ближайшие два месяца, при том, что он в настоящее время совершенно к этому не расположен, и делит своё расположение между бывшей фавориткой мадемуазель де Отфор и входящей в силу фавориткой мадемуазель де Лафайетт?

АННА

Мне кажется это невозможным.

РИШЕЛЬЁ

Я берусь сделать так, что Король положит свою подушку рядом с вашей. Кто другой сможет это устроить? Это было моё «во-первых». Во-вторых, кто сможет устроить так, что нужное лицо будет иметь возможность встретиться с вами на тот срок, который необходим для решения проблемы в том случае, если действия Его Величества не возымеют успеха?

АННА

Такого человека не существует.

РИШЕЛЬЁ

И, наконец, в-третьих, кто сможет изъять этого человека и поместить туда, где он уже не сможет проговориться никому о той миссии, которую он выполнил?

АННА

Полагаю, что это сможете сделать только вы, Ваше Преосвященство.

РИШЕЛЬЁ

И ещё примите к сведению, что этот человек, на которого может быть возложена столь ответственная миссия, не должен быть человеком случайным. Этот человек, по моему разумению, должен иметь право на то, чтобы зачать будущего Короля Франции. Извините, Ваше Величество, что я называю вещи своими именами. Это должен быть принц крови. Сын вашего свёкра, Короля Генриха IV. Старший его сын.

АННА

Но его старший сын – Людовик XIII.

РИШЕЛЬЁ

О, как вы ошибаетесь, Ваше Величество! Я говорю о старшем сыне. Но не обязательно рождённым в браке. Однако, обязательно рождённом именно от Генриха IV.

АННА

Боже, как это всё ужасно!

РИШЕЛЬЁ

Вы бы иначе к этому относились, если бы знали о том, что ваша свекровь, Королева-мать Мария Медичи в своё время совершила именно то действие, о котором вы отозвались как о чём-то ужасном. Вы можете мне поверить, поскольку я знаю об этом из первых рук. Я полагаю, что вы осведомлены о том, в каких отношениях я состоял некоторое время с вашей свекровью, Королевой Марией? В самых наилучших. В таких, когда подобные вещи не скрывают, поскольку между людьми в таких отношениях уже ничего не остаётся скрытого.

Королева от этих слов почти пребывала в предобморочном состоянии.


РИШЕЛЬЁ

Послушайте, Ваше Величество. Ваш супруг не является сыном Короля Генриха IV. Он об этом не знает и никогда не узнает, дай Бог. Но в вашей власти, в вашей и только в вашей, сделать так, чтобы ваш сын был внуком Короля Генриха IV. В этом случае справедливость восторжествует. Формально он будет сыном Людовика XIII и на этом основании будет иметь все права на трон Франции, а на деле он будет сыном старшего сына Короля Генриха IV, которого наш добрый покойный Король Генрих IV намеревался узаконить и которому он намеревался оставить трон и корону Франции. Вы лишь восстановите справедливость, и вам для этого не потребуется затевать интриги и делать переворот. Корона будет возвращена в семью великого Короля Генриха IV. Все преклонятся перед вами, не зная об этом подвиге. Вся Франция, и я – первый среди всех будет восхвалять вас за рождение столь долгожданного Дофина. В этот день я с трепетом поцелую вашу руку, руку новой Королевы-матери.

АННА

Вы можете поцеловать её прямо сейчас.

(Протягивает кардиналу правую руку)

РИШЕЛЬЁ

Я пока ещё не достоин этого.

(Почтительно преклоняет колени перед Королевой).

АННА

Что же я должна делать?

РИШЕЛЬЁ

Подписать покаянную бумагу, которую я составлю, чтобы успокоить Короля. Кроме того, развеять всякие сомнения Короля в том подозрении, что я претендовал на ваше особое внимание и покушался на вашу честь, дабы я не лишился его доверия.

АННА

Это будет сделано!

РИШЕЛЬЁ

Также, прошу вас, Ваше Величество, проявляйте постоянное недовольство мной, жалуйтесь Королю на чрезмерную опеку с моей стороны, убедите его в том, что вы не чувствуете себя свободной в присутствии многочисленных шпионов, которыми я вас окружил. Только в таком случае Король доверит мне охранять вашу честь и невинность после того события, которое могло бы стать причиной наследника престола. Я же со своей стороны при выполнении вами этих условий обещаю, что менее чем через два месяца Король удостоит вас своим визитом.

АННА

Вы обещаете мне это?

РИШЕЛЬЁ

Я сделаю это даже в том случае, если мне для этого потребуется сжечь свой дворец Пале Кардиналь дотла. Кроме того, я дам вам испанское вино, от которого даже такой ханжа, как Его Величество, придёт в романтическое расположение духа и пожелает вспомнить о своих супружеских правах. Если даже он не довершит дела, он заснёт счастливым сном младенца, а наутро не сможет в точности быть уверенным, выполнил ли он свой супружеский долг до конца, или, как обычно, пренебрёг им. Этого будет достаточно для того, чтобы он признал наследника своим. Осталное будет зависеть от вас. Так не забудьте же при каждом удобном случае сетовать на излишнюю опеку с моей стороны.

(Кланяется Королеве и удалиляется)

АННА

Какой человек! Боже, какой человек! А если и вправда… Нет, нет! Или, может быть… Ужасно! Но какой человек! Как я плохо знала его!