История одного визита рассказ, 2026 г..

Как-то раз вечером таксист Аркадий Петрович сидел за столом и наслаждался сладкой сахарной булочкой. Она манила не только своим великолепным вкусом, но и ароматным запахом, который доносился, кажется, даже до Платона — преданного пса Аркадия Петровича. В то время как Аркадий разделывался с булкой, он вдруг почувствовал, как что-то мягкое трётся об его ногу. Увидев перед собой Платона, Аркадий поморщился, прикрикнул на него и продолжил трапезничать дальше. Но именно в тот момент, когда он в очередной раз вкусил сладкое лакомство, ему показалось, будто в нижнем переднем зубе слева чего-то не хватает. Поначалу Аркадий не придал этому значения, продолжив смотреть ролик из VK Видео. Однако ощущение неудобства становилось всё сильнее, а вместе с ним нарастала и тревога.

Расправившись с последними остатками булки, Аркадий пошёл чистить зубы. И только оказавшись у раковины и посмотрев внимательно в зеркало, таксист обнаружил, что в том самом месте, в нижнем переднем зубе, отсутствует... сам зуб! Вместо целого ровного белого зуба теперь была видна лишь маленькая часть белой пломбы, из которой пробивалось что-то чёрное.

Ещё минут пять Аркадий не мог поверить своим глазам и разглядывал оставшийся осколок, затем с мрачными мыслями вернулся в свою комнату. На экране телевизора мелькал образ Перепечко из сериала «Кадетство», однако происходящее на экране мало интересовало парня. Он был очень опечален и расстроен. Вспомнил, как две недели назад вернулся из большого путешествия, полный впечатлений и морально уставший от посещения Эрмитажа и соборов.

«Это мне точно в наказание за мои сомнения», — думал он, вспомнив, какие смешанные чувства испытал, когда заходил в собор, потому что вёл далеко не религиозный образ жизни, а пошёл туда лишь потому, что так хотела родня, а отказывать им было бы неудобно.

«Надо быть ближе к Нему, наверное», — продолжали скакать мысли, — «и ещё я так невовремя заболел! Этот стафилококк подкрался в самый неожиданный момент! Что вот теперь делать?».

Организм Аркадия действительно познакомился недавно со стафилококком через полотенце, когда он отдыхал в Петербурге. Поскольку в квартире там проживал не он один, а ещё муж с женой, они-то и стали источником заражения для молодого человека и его брата, который, на удивление Аркадия, быстро пошёл на поправку. Сам же таксист вторую неделю не мог полностью одолеть симптомы ОРВИ. Казалось, схватка была ожесточённой: стафилококк нанёс первый удар по горлу прямо перед отъездом из культурной столицы, когда Аркадий и остальные члены семьи сидели на вокзале и ждали прибытия поезда. После того как Аркадий вместе с мамой оказался в купе, он почувствовал, что болезнь стала наносить сокрушительный удар по организму: сначала подключила чих, потом насморк, а затем, в тот момент, когда в вагоне включили кондиционер, он время от времени ощущал одышку, и ему казалось, словно он на последнем издыхании. Но, как оказалось, это были напрасные опасения, поскольку организм не собирался так просто сдаваться врагу и подключил тяжёлую артиллерию в виде температуры 39, которая хоть и не сразу, но снизилась уже дома. Это вовсе не означало, что враг повержен. Именно поэтому на следующий день к борьбе присоединился кашель, пытавшийся освободить организм от оккупировавшей его территорию вязкой противной зелёной мокроты. Война организма с оккупантами затянулась на неделю, и это показалось слишком долгим сроком для родных Аркадия, поэтому в борьбу помимо ингаляторов и спреев включился антибиотик. Его Аркадий пил уже неделю, однако кашель не спешил покидать его. И тут ещё это неожиданное происшествие с зубом, свалившееся на голову словно метеорит...

Аркадий понимал, что в тех условиях, в которых он находится сейчас, ехать к стоматологу категорически нельзя! Ведь сами посудите: может случиться что угодно. Он может внезапно закашлять, а если ещё сделают укол (хотя этот зуб уже лечили ранее, поэтому нерв убит, но всё же разные случаи бывают), может, не дай бог, задохнуться, и пиши тогда пропало!

Мысля таким образом, Аркадий решил отложить визит к врачу-рвачу до лучших времён, пока не убедится, что стафилококк полностью побеждён и ему больше ничего не угрожает.

Однако полностью выбросить мысль об отколовшемся зубе Аркадию не удавалось: он то и дело заглядывал в зеркало, внимательно рассматривая осколок, пытаясь убедиться, не опух ли он, как пять лет назад, когда точно из-за такого же зуба он заработал флюс. Из-за повышенной на тот момент температуры Аркадию казалось, что ему осталось недолго, и он даже планировал писать завещание, если бы не грамотный хирург, который, кажется, удалил этот треклятый полуразрушенный зуб. Аркаша не хотел повторения такой участи, а потому берег отколовшийся осколок, словно бриллиант, доставшийся в наследство от бабушки Дины: с этого момента он не ел на сторону, где располагался злосчастный осколок; когда чистил зубы, пропускал именно эти два нижних передних зуба; полоскал рот содовым раствором несколько раз в день. Порой он так переусердствовал с этими мерами, что товарищам казалось, будто он помешался на этом зубе, но сказать ему об этом не решался даже его лучший друг Антон.

Хотя говорить было необязательно. Аркадий и сам прекрасно понимал, что такая зацикленность на одной проблеме — совсем не норма. Она сродни ипохондрии, а он ведь не такой, и вообще, у него много работы, надо клиентов развозить, а проблема решится сама собой. Придя к таким умозаключениям, парень почувствовал, как на душе сразу стало легче, и вскоре тревожные мысли уступили место бытовым. Так прошла почти неделя, пока не наступило утро понедельника.

В понедельник утром Аркадий вдруг почувствовал сильную сухость губ и дискомфорт около нижнего переднего зуба, словно что-то режет щёку или она опухает. Парень моментально подбежал к шкафу, быстро оделся в первое, что попалось под руку, и так стремительно выбежал из подъезда, что соседки перекрестились, подумав, не случился ли пожар. Аркадий не обращал в этот момент никакого внимания на бабушек, которые с испугом и недоумением смотрели на него, а судорожно открыл дверь машины, завёл её и поехал в сторону ближайшей поликлиники.

К счастью, никаких пробок или препятствий на пути он не встретил, а потому доехал до поликлиники довольно быстро и, выйдя из машины, буквально помчался к зданию больницы, сбив по дороге дедушку с собакой.
Оказавшись в здании, он направился к лифту, затем поднялся на второй этаж. На втором этаже столпилась очередь, словно в Эрмитаж, и это обстоятельство вызвало у Аркадия досаду, удивление и небольшое раздражение: «И что они все сегодня столпились тут, будто стоматолог один на весь город?!».
При этом, стоя в очереди, парень вдруг почувствовал, что кто-то трётся о его ногу. Это ему показалось странным, однако он не успел подумать о том, кто бы это мог так странно заигрывать с ним, потому что дверь кабинета распахнулась, и блондинка на вид лет двадцати пяти пригласила его внутрь. Кое-как протиснувшись через толпу, Аркадий оказался в просторном помещении, при входе в которое в глаза бросалось стоматологическое кресло фиолетового цвета. Аркадий, не раздумывая, тут же сел в него.

— Доктор, посмотрите, пожалуйста, что там! — попросил он, усаживаясь в кресло и пытаясь показать на осколок.
— Сейчас подойду, — пообещала доктор и подошла к раковине, начав мыть руки. — Вы один пришли?
— Ну... да, — помедлил с ответом Аркадий, немного удивлённый столь неожиданным вопросом.
— Странно, я думала, с питомцем, — задумчиво проговорила девушка, вытираясь полотенцем. — Ладно, подождите немного, сейчас разберёмся, что у вас случилось. Как ваша фамилия?
— Колпиков, — ответил Аркадий.
— Ожидайте, — с этими словами стоматолог удалилась из кабинета.

А Колпиков в это время стал ощущать, как сердце, словно тысяча гигантских молотков по гвоздям, стучит и готово выпрыгнуть в любую минуту. Он попытался быстро включить смарт-часы, но они не работали, потому что вчера Аркадий забыл их зарядить. Потом он почувствовал резкую сухость во рту, сильную жажду, сделал глоток воды, но чуть не захлебнулся, и вспомнил про кашель, который, как ему показалось, резко вернулся и усилился.
«А вдруг я сейчас раскашляюсь и не смогу остановиться? Что врач со мной будет делать? Да и жарко тут как-то стало...».

Подумав об этом, Колпиков устремил взгляд в окно, которое было немного приоткрыто. Было видно, как с улицы до кабинета доносится лёгкий ветер, отчего Аркадию показалось, что возвращается одышка.
«Кажись, у меня температура, — подумал он. — Нет, в такой обстановке нельзя лечить зубы! Надо рвать отсюда когти!».

Решив сбежать в последний момент, Аркадий вскочил со стула, сделал неловкий шаг, споткнулся о собственную сумку и упал прямо на стол к суровой медсестре регистратуры. Падая, он инстинктивно схватился за первое, что попалось под руку, и вырвал вместе с проводом её рабочий телефон.
Наступила мёртвая тишина. Все смотрели на него. И тут регистраторша строгим и удивлённым голосом сказала:
— Мужчина, чего же Вы так разволновались? Доктор сегодня принимает до трёх. У вас хомячок?

Колпиков не успел ещё сообразить, что именно произошло, медленно поднимаясь с пола. Оказывается, он по ошибке попал в ветеринарную клинику.
Он медленно поднялся, отряхивая колени. Никакой боли, никакой угрозы удушья. Только звенящая глупость ситуации.

— Я... я, кажется, этажом ошибся, — пролепетал Аркадий и, пятясь задом, выскользнул из этого царства кошачьего корма и капельниц для морских свинок.

На улице он глубоко вдохнул воздух, закашлялся остаточным ОРВИ, но даже этот кашель показался ему музыкой. Он посмотрел на своё отражение в витрине. Взъерошенный, потный, с безумными глазами человек, который чуть не попал в травмпункт из-за дурацкого страха!

А через неделю, когда Аркадий Петрович наконец дошёл до настоящей стоматологии, врач за пять минут подшлифовал ему зуб совершенно бесплатно.
— Ну вот и всё, Аркадий Петрович. Не злоупотребляйте больше сладким, нагрузку сильную не делайте, ешьте по кусочкам! Можете зайти в кассу, оплатить лечение.

Стоя у кассы и протягивая купюру, Аркадий Петрович осознал страшное: две недели жизни он потратил не на борьбу со стафилококком и неминуемой смертью, как ему тогда показалось. Он репетировал панику перед событием, которое решилось за минуту и по стоимости равнялось двум поездкам по его тарифу.
Он понял, что пока придумываешь сценарии своего трагического финала, жизнь берёт с тебя плату как за обычный утренний визит — мелочью из кармана.