Камелия и Александр Николаевич

Драматический радиоспектакль с оркестровой партитурой: камерные струнные, виолончельные тремоло, гобойные реплики, торжественные духовые паузы и театральные ударные акценты, Русская сценическая речь с отчетливой дикцией, чередование мужского и женского актерских голосов, комедийное напряжение, намеренно мелодраматические каденции, звуковая атмосфера старинного салона и плавные музыкальные перебивки, Эротика только намеком, без графических сексуальных описаний


[Intro]
[Сценическая ремарка]
Старинный салон. Тяжелые шторы. Вдали настраивается оркестр.

[Scene 1]
Ирина Владимировна:
Я Ирина Владимировна, Камелия!
Это про вас Ваня мне рассказывал.

Александр Николаевич:
Начинает цитировать Лермонтова…

[Poem]
Как небеса, твой взор блистает
Эмалью голубой,
Как поцелуй, звучит и тает
Твой голос молодой.

[Scene 2]
Ирина Владимировна:
Александр Николаевич, посмотрите сюда —
я сегодня без лишних церемоний.

Александр Николаевич:
Какая вы смелая, Ирина Владимировна!
И чулочки у вас замечательные.

Ирина Владимировна:
Вам можно, Александр Николаевич.

Александр Николаевич:
Не Сашенька, а Александр Николаевич!

Ирина Владимировна:
Тогда начните с нежности —
и не торопитесь.

[Interlude]
Струны взлетают, кларнет комично покашливает.

[Scene 3]
Александр Николаевич:
Мой язык — к вашим услугам…
в пределах приличий и театральной цензуры.

Ирина Владимировна:
Ой, хорошо-то как, Сашенька!
А-а-а… занавес, кажется, слишком близко.

[Poem]
Она была прекрасна, как мечта
Ребенка под светилом южных стран;
Кто объяснит, что значит красота:
Грудь полная, иль стройный, гибкий стан,
Или большие очи?

[Scene 4]
Ирина Владимировна:
Теперь — стихи, Александр Николаевич.
И никаких поспешных признаний.

Александр Николаевич:
Взгляни, как мой спокоен взор,
Хотя звезда судьбы моей
Померкнула с давнишних пор.

Ирина Владимировна:
Смешно вы сердитесь.

Александр Николаевич:
Смеялась надо мною ты,
И я презреньем отвечал.

[Climax]
Ирина Владимировна:
Довольно прелюдий, полковник.
Сделайте шаг — но галантно.

Александр Николаевич:
Так точно, Камелия.
Сначала поклон, затем приглашение.

Ирина Владимировна:
Вот теперь — можно.

[Outro]
[Сценическая ремарка]
Оркестр разражается чрезмерно торжественным вальсом.
Занавес опускается раньше, чем зритель успевает понять происходящее.

Александр Николаевич:
Я не могу любить другой.

Ирина Владимировна:
А я не могу выйти на бис —
у меня совершенно нету сил.

[Finale]
Скрипки затихают. Одинокий гобой ставит точку.