Четыре мушкетёра - часть 22

СЦЕНА 20

(Парк недалеко от Лувра, прогуливается д’Артаньян, навстречу ему идёт Цезарь де Вандом)

ВАНДОМ

Господин лейтенант! Простите, что я заставил вас ждать!

Д’АРТАНЬЯН

Вы нисколько не опоздали, просто я явился раньше, чтобы не заставить ждать вас, господин герцог. Ожидать – это обязанность нижестоящих. Однажды наш Король как-то высказался с негодованием: «Мне чуть-было не пришлось ожидать!» И в этой фразе содержится абсолютно всё.

ВАНДОМ

Но я не Король и никогда им не стану.

Д’АРТАНЬЯН

Вы стали бы им, если бы ваш августейший батюшка успел оформить нужные бумаги в Ватикане. И это было бы славно!

ВАНДОМ

Он не успел, потому что ему помешали.

Д’АРТАНЬЯН

Быть может именно это его намерение и привело к трагическому концу. Но я злоупотребляю вашим временем, простите. Я должен отчитаться о выполнении вашего поручения. 

ВАНДОМ

Вы живы, и это лучший отчёт! Вас не арестовали, и это замечательно! Не было никаких скандалов и никаких сообщений о таинственных событяих, стычках, арестов. Это всё, что мне следовало знать. Но, конечно, меня интересуют подробности.

Д’АРТАНЬЯН

Я должен лишь сожалеть, что невольно лишил Вашу Светлость романтического приключения. Всё что вам угрожало, то объятия весьма интересной дамы. Не могу поручиться, что она красива, но что-то мне подсказывает, что она достаточно молода, красива, в меру темпераментна и, во всяком случае, если приняла меня за вас, то это доказывает, что к вам она весьма чувствительно благожелательна и запредельно снисходительна к вашим даже не очень решительно высказанным просьбам. Иными словами, я получил всё, что было обещано вам в письме, и из этого не произошло никаких затруднений ни до этих событий, ни после них.

ВАНДОМ

Стало быть, вы допускаете, что этой дамой была герцогиня де Шеврёз, и что письмо было подлинным?

Д’АРТАНЬЯН

Ни в коем случае. Ответ на оба ваших вопроса отрицательный. Эта дама была весьма похожа по комплекции на герцогиню, она всеми силами старалась убедить меня, что она – герцогиня де Шеврёз, она использовала подлинный парфюм герцогини и просила называть её Марией. При этом она говорила лишь шопотом, да и по другим признакам она… Тысяча чертей, я не так хорошо знаком с герцогиней, чтобы знать, как бы она повела себя в подобной ситуации, но я достаточно близко и часто видел её, чтобы быть уверенным в том, что это была не она, хотя в комнате было темно, хоть глаз выколи!

ВАНДОМ

И письмо было подделкой?

Д’АРТАНЬЯН

Я объяснил это Вашей Светлости при нашем предыдущем разговоре и настаиваю на своём выводе.

ВАНДОМ

Что с письмом?

Д’АРТАНЬЯН

Прежде всего прочего дама потребовала у меня это письмо. Думаю, она его уничтожила.

ВАНДОМ

Как она убедилась, что это было именно то письмо?

Д’АРТАНЬЯН

Думаю, аромат бумаги не оставил никаих сомнений в этом. Да и можно ли было помыслить, что мужчина, явившийся по требованию этого письма на свидание, не вернёт его той, от чьего имени оно было отправлено? Это было бы низостью.

ВАНДОМ

Конечно. А она вас не узнала?

Д’АРТАНЬЯН

Мы разговаривали шоптом. Думаю, дама приняла меня за вас, монсеньор.

ВАНДОМ

Хорошо. Но имеются ли у вас какие-либо подзрения в отношении того, кто была та дама?

Д’АРТАНЬЯН

Я полагаю, что эта дама по знатности стоит несколько ниже Вашего Высочества, но не слишком н иже. Какая-нибудь баронесса или виконтесса, вбившая себе в голову, что она должна родить внука Генриха IV.

ВАНДОМ

Тайно? Какой же в этом смысл?

Д’АРТАНЬЯН

У женщин свои причуды. И чем меньше думаешь об их источнике и смысле, тем проще жить.

ВАНДОМ

С этим я соглашусь. Итак, я избежал внебрачной связи с какой-то баронессой или виконтессой?

Д’АРТАНЬЯН

Может быть и с графиней или маркизой, откуда мне знать? Но едва ли выше этого.

ВАНДОМ

Вы меня очень сильно выручили, господин лейтенант. Я не забыл о своём обещании, я ваш должник и я знаю, как отблагодарить вас.

Д’АРТАНЬЯН

Не затрудняйтесь с этим, Ваша Светлость. Само по себе это приключение вполне вознаградило меня.

ВАНДОМ

Возражений не приемлю, отговаривать не дам.

Д’АРТАНЬЯН

Кто я такой, чтобы указывать принцу крови? Коль скоро вам угодно похлопотать о каком-то лейтенанте мушкетёров…

ВАНДОМ

Угодно, угодно! Если по каким-то причинам мне не удастся это быстро, не сомневайтесь, я от своего не отступлюсь! Если вы не позднее чем через год не станете графом, я подарю вам одно из своих имений, дающее на это право!

Д’АРТАНЬЯН

Лучше не стоит, Ваша Светлость. Это сложно будет объяснить.

ВАНДОМ

Одна из немногих привелегий сына Короля состоит в том, что он не обязан объяснять никому ни своих действий, ни мотивации этих действий. Я ваш друг и ваш должник, лейтенант. До встречи!

Д’АРТАНЬЯН

Всего доброго, монсеньор.

(Вандом уходит, д’Артаньян один)

Д’АРТАНЬЯН

 Знали бы вы, Ваша Светлость, что за дама явилась на эту тайную встречу! О таком приключении Шарль де Батц де Кастельмор д’Артаньян и помыслить не мог! Подумать только! И ведь я не узнал бы её если бы не обдумал всё заранее и не пришёл к определённым выводам. А когда она вскрикнула… Не узнать этот голос, такой знакомый, невоможно. Итак, она решилась. Совершенно оставленная супругом, когда вся страна с нетерпением ждёт от неё… М-да-с. Как же она объяснит ему? Ну уж это точно не моё дело! Вот так Шарль д’Артаньян, вот так каналья! Ведь этак я могу…

(Оглядывается кругом, говорит шёпотом)

Тс-с-с-с-с. Этак я могу основать новую династию…

(Громко)

Тысяча чертей! Судьбе шепнём: «Merci beaucoup»!

(Хохочет)


СЦЕНА 21

(Приёмная Королевы Анны. Королева и Ришельё)

РИШЕЛЬЁ

Ваше Величество, я в восторге от того, что Господь благословил ваш брак и надеюсь, что родившийся младенец окажется мальчиком. Моления об этой милости будут проводиться регулярно во всех храмах, посвящённых вашей покровительнице, Деве Марии.

АННА

Ваше Преосвященство, я боюсь… Король… Ведь он…

РИШЕЛЬЁ

Вашему Величеству совершенно нечего опасаться. Разве что вы можете опасаться несколько затянувшейся беременности, недели, этак на две или три. Но это пустяки!

АННА

Я знаю, и всё же…

РИШЕЛЬЁ

Вы выпьете содержимое этого флакона утром пятого сентября либо вечером четвёртого сентября. Ребёнок родится пятого сентября днём или ближе к вечеру. Это питьё не повредит ни ему, ни вам. Оно лишь слегка поторопит его. Вы же знаете своего супруга. Он слишком верит в числа и знаки, и неплохо умеет считать, во всяком случае, срок в девять месяцев он подсчитает безошибочно. Если дитя родится 5 сентября, ни днём раньше, и ни днём позже, у Короля не возникнет никаких сомнений. Ведь я правильно истолковал ваши страхи? Вы опасаетесь затяжной беременности, не так ли?

АННА

Ваше Преосвященство, благодарю вас.

РИШЕЛЬЁ

Вы можете быть совершенно уверены в том, что это питьё не повредит вашему здоровью, я даю вам на это своё слово. Слово кардинала Ришельё.

АННА

Я верила вам и без подобных заверений. Вы снова спасаете меня.

РИШЕЛЬЁ

Ни в коем случае! Я ровным счётом ничего не сделал и не делаю, я только лишь принёс вам укрепляющее лекарство, которое понадобится вам, чтобы подкрепить ваши силы накануне родов. Ничего другого я не говорил и не делал. А теперь позвольте откланяться.

АННА

Дайте мне вашу руку, герцог!

РИШЕЛЬЁ

(Преклоняет одно колено и галантно целует руку Королевы)

Ваше Величество, заверяю вас, что я преклоняюсь перед вами и всегда буду рад служить Королю и вам, — галантно произнёс прелат, после чего вышел, оставив Королеву в состоянии недоумения и восхищения.

АННА

Какой человек! И как я его не понимала всё это время! Впрочем, всё хорошо. Теперь, надеюсь, всё будет отлично. Я не должна потерять этого ребёнка! Никаких танцев, прыжков, никакого бега! Господи, подари мне этого ребёнка! И пусть  это будет мальчик!