Навин I роман в трёх частях

Литература, использованная, в качестве исторического материала автором романа:
Ветхий Завет: «Книга Иисуса Навина»
«Библейская археология» И.Г. Троицкий
Закон Божий в редакции протоиерея Серафима Слободского
«Достоверность Библейских чудес» А. Гук
«Миры в столкновении» М. Великовский
«Книга Иисуса Навина: возвращение Израиля и спасение Ханаана» Д.В. Щедровицкий
«Josua» Георг Мориц Эберс 1889г.

               
«…Люди,  наиболее полно  отдающиеся Богу и с живой готовностью,
отказывающиеся от своих планов, ради планов Божьих, - всегда получают
ответы на свои молитвы, и ответы эти почти  граничат  с чудом…»
                / профессор Артур Гук /

                Ч А С Т Ь        П Е Р В А Я

                ВЕЛИКИЙ ПЕРЕХОД

                (ОТ  ИОРДАНА  ДО  ГЕВАЛА)


                ПРОЛОГ

    Красный диск Солнца медленно приближался к линии  горизонта.
Жаркое марево, выплывающее волнами из песка, искажало образы и очертания редких кустов саксаула. Уродливые шары верблюжьей  колючки  суховей  гонял по пустыне из стороны в сторону. На овечьих шкурах, навзничь, лежал плотный старик, задрав пышную  седую бороду вверх, указывая ею, как будто бы, направление. В небо.
К Богу.
Старик был мёртв.

    Рядом, на коленях, сидел крепкий красивый мужчина, на вид лет шестидесяти пяти и,  прикрыв ладонями нижнюю часть лица, слегка покачивался. Лицо и глаза его выражали глубокую скорбь и отчаяние.  А глаза были полны слёз.

    Он вспоминал, как совсем недавно Великий пророк сынов Израилевых,
Моисей, призвал его к себе и благословил его в свои приемники. Он, возложив руки на голову Иисуса, сказал:
- Мне был голос Господа нашего, после последней молитвы моей на горе
Нево, - тихо сказал пророк, подошедшему на’ару ( на’ар - служитель Высшего ранга: прим. Авт.), и продолжил:
- Чтобы народ наш, избранный, не остался без пастыря, Господь сказал мне: «Возьми себе в приемники Иисуса, сына Навина, человека  в котором  есть Дух. Ведь ты уже стар. И Я, скоро призову тебя к себе».
- Так вот Иисус. Я назначаю тебя, по воле Божьей,  своим приемником, и
приказываю служить Господу Богу нашему,  и народу Израиля!  Я и ты служили именам фараонов и их домам. Меня воспитал царственный дом фараона, а ты служил в армии его по воле нашего Бога. Но настало время
и Господь меня призвал спасти свой народ. Тебя он призывает сейчас моими устами  последовать моим решениям. А значит и Его, - пророк окинул присутствующих около них людей.
- Я назначаю тебя Великим Правителем народа Израиля перед лицом старейшин колен  Израиля, левитов и  Первосвященника  Елеазара.

    Иисус, исполнившись духом премудрости, принял присягу на верность Богу, пророку Моисею и избранному Богом народу Израиля.
С тех пор он следовал Книге Закона Господа своего, и выполнял все предначертания и повеления Бога. Хотя приемник и раньше выполнял приказы и поручения пророка. Он был верным главным служителем Закона Божия и учеником Моисея.

     Иисус, сын Навина, всегда сопровождал пророка на гору Синай, охранял Скинию (походный храм: прим. Авт.) в отсутствие Моисея, возглавлял израильтян в сражении, и был одним из главных разведчиков, посланных в Ханаан для сбора информации и изучения жизни Хананеев.
Вот и сегодня он был с Великим пророком. Но Господь призвал пророка к себе.

     Теперь он остался один. Без пророка, без учителя и без друга. Позади, всего происходящего, стояла толпа людей. Это были его соратники, слуги и помощники. В этот день они, вместе с пророком, осматривали окрестности около своего стана, что стоял возле города Ситтима (город  на левом берегу Иордана: прим. Авт.).Они были в растерянности.

      В свои лета, Иисус Навин был сильный и непреклонный человек. Даже суровый. Он был человеком своего времени - второго тысячелетия до Рождества Христова, для которого была характерна жестокость, и даже звериная дикость. В отличие от своего учителя он не был пророком, однако после клятвы, данной Моисею, и посвящения его в Предводители, он занял в иерархии место пророка и стал религиозным Вождём.

     Навин понимал, что теперь он в ответе за всё. Иисус встал с колен и приказал приготовить усопшего в последний путь и ритуалу погребения.
Он знал, что оплакивать его будут левиты несколько дней, и похоронят здесь, вблизи горы Нево, в земле Моавитской. Сам он хотел уединения и молитвы. Он направился на гору Нево, на вершину Фасги, где совсем недавно молился сам пророк Моисей.

     От толпы отделилась стройная фигура молодой женщины и направилась к Навину. За ней потянулись и другие люди, но Иисус, увидев это,
остановил её и людей жестом руки, и сказал:
- Не ходите за мной. Я буду один.
Женщина круто развернулась и пошла прочь. Это была Сара. Остальные тоже остановились и последовали за ней.

( В раннем иудаизме не было регулярных молитв. Израильтяне обращались к Господу Богу своему в произвольной форме.  Канонизированные молитвы мудрецы ввели в эпоху Второго Храма, в III – V вв. до Р.Х. Прим. Авт.)

     На горе Иисус дал волю своим чувствам. Слёзы его текли по щекам, как воды Иордана и были горячи. По шевелению губ и движениям пальцев рук можно было видеть, как молиться Навин и перечисляет свои просьбы к Всевышнему. Жаркий суховей, усиливаясь, холодил лицо, осушая горькие слёзы, и превращался в огненный самум. Температура воздуха резко возросла. Песок и камни начали приобретать красную окраску, Солнце стало багровым, и в воздухе повисла красновато-желтая мгла.   Надвигалась буря.

     Это был Божий знак наступления нового периода в жизни народа Израиля.
Иисус Навин читал молитву медленно и проникновенно. По окончании молитвы вдруг появился нарастающий гул, переходящий в рёв ветра и
небо почернело. В воздух поднялись клубы пыли. Всё это происходило внизу под горой, чуть-чуть не достигая самой верхушки горы. Совсем рядом с Иисусом, и он мог это всё наблюдать сверху. Словно с пирамиды или  с  балкона  дворца.

     По пыльным бушующим серо-жёлтым облакам, на фоне красно-багрового Солнца, Иисус Навин увидел силуэт будто бы человека. Но человек не мог так легко двигаться по пыльно-песчаным облакам. Человек провалился бы сквозь облака и упал бы на землю. А силуэт просто скользил по ним, не задевая поверхностей. Сердце Иисуса забилось сильнее, и тело его наполнили Теплота и Радость.

      Это был БОГ. Он был прекрасен. Глаза его излучали лёгкий свет, волосы светились серебром, правильные черты лица и члены тела изумляли своей
пропорциональностью, а возраст его определить было невозможно.
Голос его зазвучал ровно и мягко. Навину казалось, что таких голосов он ещё не слышал за всю свою жизнь:
- Здравствуй сын мой!
- Здравствуй, Боже мой. Сущий и Всемогущий, - с трепетом произнёс Иисус.
- Пришла твоя пора, встать во главе Мною избранного народа. Готов ли ты?
- Готов, Господь мой! – чуть неуверенно сказал приемник Моисея.
- Тогда слушай, что скажу тебе: Моисей, раб Мой, умер; теперь ты, сын мой,
перейдешь через Иордан. Возьмешь эту землю. Землю, которую Я даю вам,
сынам Израилевым.

     -Всякое место, на которое ступят ваши ноги, от пустыни и Ливана этого до реки великой, реки Евфрат, всю землю хеттов; и до Великого моря к заходу Солнца будут пределы ваши. Никто не устоит пред тобой во все дни твоей жизни! Как Я, был с Моисеем, так буду и с тобой. Не отступлю от тебя и не оставлю тебя. Но будь тверд и мужествен. Ибо ты народу этому передашь во владение землю, которую Я клялся дать их отцам; только храни, и исполняй весь Закон, который завещал тебе Моисей, раб Мой; не уклоняйся от него, дабы поступать благоразумно во всех предприятиях своих. Да не отходит Книга Закона от уст твоих. Поучайся в ней день и ночь.
Чтобы в точности исполнять все, что в ней написано. Тогда ты будешь
успешен в делах своих, и будешь поступать благоразумно.
 
      - Повелеваю тебе! Не страшись и не ужасайся, ибо с тобой Я - Господь
Бог твой! Понял ли ты Волю Мою, сын мой?
- Да, Господи. Понял. Я исполню всё, что Ты мне открыл, во имя Истины,
Любви и сынов Израилевых, - уже более уверенно ответил Иисус.
Господь протянул Иисусу свои руки, и Навин увидел изящество и совершенство их. Казалось, не могло быть ничего лучшего
и красивейшего, чем эти кисти. Иисус взял руки Господа, в свои, но не решился поцеловать их. Он прижал его кисти к своим щекам. Они были тёплыми, гладкими и пахли тонким ладаном.
Бог улыбнулся.
- Ну, ступай и помни, что Я велел тебе. Благословляю тебя, - мягко сказал
Господь Бог. С этими словами Он развернулся и пошёл обратно, также
скользя по поверхностям облаков, в направлении   багрового светила.  Бог,
удаляясь, превращался в маленькое тёмное пятно в ореоле Солнца.

               
                I   ГЛАВА

          Иисус Навин быстро вошёл в свой шатёр, который стоял на западе от
Скинии. Это была часть стана колена Ефремова. Он взял с собой двух
родственников и перешёл в шатёр усопшего пророка, на восточную сторону,
где имели свои места Моисей, Аарон и другие священники. Осмотрев всё он
сказал:
- Соберите мне священников на совет и по одному старейшине от каждого
 колена. Я буду говорить.
- Да, На’ар, - ответили помощники и удалились.
После встречи с Господом, Иисус почувствовал необыкновенный прилив
сил. Голова была светлой, а сердце переполняла радость. Он знал, что нужно делать и как.

    Иисус хотел удалиться помолиться и обдумать план будущего собрания,
но в шатёр вошла Сара.  Женщина, которую Навин прогнал от себя, собираясь на гору Нево. Сара держала в руках кувшин с вином и вазу с
фруктами.
- Покушай и выпей вина, о всесильный господин мой! И утешь себя…
Что ты хочешь, чтоб я сделала? - почти пропела она и развязала пояс,
- Ведь ты сегодня потерял друга, учителя и наставника, - опустив глаза, закончила женщина.
- Глупая! – задумчиво сказал вождь, - Разве можно утешить боль в сердце похотью и умерщвлением плоти своей? О чём думаешь, женщина!?!
- О любови, повелитель мой, - кротко возразила Сара.
- Нет-нет. Уходи. Не время. А еду оставь. И прикажи,
чтоб ещё принесли. Долгий разговор будет.
Сара  ушла, а Иисус, как и планировал, удалился молиться и думать.
               
    Навин был умён и осторожен. Не случайно он был правителем
Ефремова колена, а затем и Вождём народа Израиля.  По воле Божьей, а именно так думал Иисус, в его мозгу созрел план. И более того он был одобрен Голосом Бога, который жил в нём, и который он слышал недавно
на горе Нево.

   Через час шатёр, теперь уже приемника Моисея, Иисуса Навина, был
полон людей: предводителей двенадцати колен сынов Израилевых,
священников и надзирателей.
- Хазак ве-эмац! (Будь твёрд и мужественен: прим. Авт) – начал Иисус Навин.
- Хазак ве-эмац! – ответили в разнобой присутствующие представители высшего сословия Израиля.
- На горе Нево, когда я молился за Моисея, пророка нашего Великого,
раба Господня были самум и буря, и  Господь Бог наш говорил со мной. Он
повелел мне вести вас, сынов Израилевых, на землю Обетованную. И я
поклялся Ему, что сделаю это. Он повелевал мне передать вам, сынам
Израилевым, вот что:

     – Все, кто сейчас находится здесь, пройдите по стану и дайте  повеление
народу. Пусть заготовляют пищу и воду для пути, чтобы через несколько
дней перейти Иордан сей и взять землю, которую Господь, Бог наших
отцов, даёт вам в наследие. А колену Рувимову, Гадову и половине колена
Манассиина скажите, чтобы дали воинов, что будут идти авангардом перед
братьями, которые могут сражаться, взявшись за оружие, и выполнить волю Бога.
- Что скажите сыны Израилевы!? – закончил Иисус Навин
- Всё что велишь нам – сделаем, - отозвался Первосвященник Елеазар, сын Аарона  из колена Левия.
- И куда, и на что пошлёшь нас – всё выполним, - ропот прокатился среди евреев.
- Как слушали мы Моисея, так будем слушать и тебя: только Господь наш, пусть будет с тобой, как Он был с Моисеем, - продолжил Елеизар,
подняв ладони и глаза вверх.
- А всякий кто воспротивится повелению твоему и ослушается  тебя, пусть будет предан смерти, - сказал Халев,  сын Иефоннии ,из колена Иуды, соратник и друг Навина.
- Хорошо. Идите и делайте, - ответил великий вождь.
Сам Иисус опять удалился в свои покои. «Да не отходит сия Книга Закона от уст твоих…»    вспомнил он слова Господа Бога своего.

       Через час к Иисусу Навину явился первосвященник.
- Шалом алейхем. Что делать будешь? - спросил его Елеазар.
- Шалом. Исполнять волю Господа нашего: переходить Иордан, захватывать
Иерихон, Галгал, Гай и прочие города. И выжигать скверну с земли
Обетованной, которую Он, Господь Бог наш, даёт нам!
- Я уничтожу эти языческие племена, которые погрязли в прелюбодействе,
мужеложстве и скотоложстве. Они поклоняются идолам! Некоторые из
хананеев справляют особо нечестивые культы, совершая человеческие
жертвоприношения. Они сжигают младенцев!!! Мы, сыны Израилевы,
должны уничтожить тех, кто посягает на Самого Бога, ибо человек есть
творение Божие по образу Его. Жизнь человека священна и
неприкосновенна, она всецело находится в руках Отца нашего.
- Да. Ты прав Иисус. И знаешь, как(!) будешь делать это? – посмотрел   на
полководца первосвященник.
- Да. Господь Всемогущий благословил меня.  И, дал знак, что поможет.
A сейчас, попрошу тебя сделать вот что:
- Как только пройдут все приготовления   к переходу, прикажи, от моего
имени, израильтянам встать лагерем у самого берега Иордана, напротив
Иерихона.
- А сам, почему не дашь приказ? – спросил Елеазар.
- Сам я возьму людей и отправлюсь осмотреть места, где можно
перейти вброд Иордан перед Иерихоном. Река разлилась и вышла из
берегов, затопив прибрежные равнины, и я боюсь, что женщинам, детям и
старикам будет невозможно перейти. Да ещё с людьми  их мелкий скот – стада  овец и коз!
- Как прикажешь Иисус, - ответил первосвященник и вышел из шатра
предводителя.
- Да! Прикажи зайти ко мне Халева, - крикнул вслед первосвященнику
Верховный Правитель израильтян.

                ***
     Город  Иерихон, как  крепость, была обнесена  высокими стенами и считалась неприступной, поэтому Иисус решил выслать разведчиков для сбора данных о внутреннем устройстве города. Главный военачальник понимал, что осадой эту крепость не возьмёшь. Нужна была хитрость или…Чудо.
    Поэтому вызвав своего друга Халева, он приказал ему разведать всё, и найти сочувствующих людей  израильтянам, чтобы их уговорить, за деньги или другие блага, помочь Навину взять город.  Сам же он отправился осматривать русло реки.

     Халев, и  его родственник  Надав, (внучатый племянник,  по линии Онама /1-й Пар. Гл.2 с.26-28), переправились через Иордан. Они облачились в хананейские одежды и осторожно, но быстро стали продвигаться к городу Иерихону.
    Халев был намного старше Надава, да и знал о земле Ханаан не понаслышке. Несколько раз он ходил лазутчиком на эту землю, и по повелению пророка Моисея, и вот сейчас - по приказу своего соратника и друга Иисуса Навина.

- Да. Хороша земля, - взяв в руку горсть грунта, сказал Надав и продолжил,
- А ты ведь бывал здесь?
- Давно это было, - начал свой рассказ Халев,
- Мы расположились, тогда, в пустыне Фаран. В оазисе Кадес.
Оттуда Моисей послал нас  в разведку. Нас было двенадцать мужей из стана. Моисей тогда сказал нам:

     «Пойдите в эту южную страну, и осмотрите землю. Какова она? И каков народ, живущий на ней? Силен он или слаб!? Каковы города, в которых живет этот народ?! Будьте смелы и дерзки, возьмите плоды и свидетельства той земли».
   

               Лазутчики подходили к зарослям терновника.
- Мы отправились в путь. Сорок дней мы осматривали землю Ханаанскую. Мы нашли там чудесные сады, луга и поля и встретили большие укрепленные города. Вернувшись назад, мы принесли с собой гранаты, смоквы и другие фрукты, а также кисть винограда, которая была такой большой, что только двое могли нести ее на палке, - лазутчики осторожно перебрались на дорогу через терновник.

     «В той чудной стране течет молоко и мед», - рассказывали мы, вернувшись, - продолжал рассказывать Халев, - «Народ   там очень сильный. И живет в больших укрепленных городах».
-  Все разведчики тогда испугались хананейцев, и стали распространять недобрые  слухи. Они сеяли страх среди других наших братьев, - Халев и Надав шли уже по дороге.

      - С нами тогда, командиром, Иисус Навин ходил, - продолжал Халев.
- Но мы, Иисус Навин и я, были верны Господу Богу нашему, и потому мы не хотели устрашать народ. Я сказал тогда  всем: «Пойдем и завладеем этой землею, потому что мы можем одолеть ее». Но народ не желал слушать нас. Все подняли плач и стали упрекать Моисея и Аарона за то, что они вывели их из Египта. Потом они сказали друг другу: «Давайте!  Поставим себе другого начальника и возвратимся в Египет», -  Надав и Халев увидели около дороги, появишуюся отару овец и скрылись в ближайшем саду.
- Это было первое возмущение, - подтвердил предание молодой Надав.
- Да. Наши трусливые братья-израильтяне, взволновали-таки народ, - согласился очевидец разлада между израилтянами, и продолжил:
- И мы, тогда разорвали свои одежды и сказали: «Если Господь милостив к нам, то приведёт нас на эту землю, и даст нам её! Только против Господа не восставайте, и не бойтесь народа земли  той  Ханаанской, ибо тот народ не верит в нашего Господа. Они – язычники! И  верят в каких-то идолов: Ваала и его жену Астарту. Они - сыны и потомки Хама, и были отданы Господом нашим в подчинение Симу, защиты у них нет, а с нами Господь, не бойтесь их», - продолжал Халев, вытащив лехем (хлебная лепёшка: прим. Авт.) , мех с вином,  мех с маимом (родниковой водой: прим.Авт.) и кусок вяленой рыбы. Халев и Надав решили перекусить.
- Тогда, Моисей и Аарон, услышав мятежные слова народа, - продолжал  бывалый лазутчик,- опечалились и пали ниц перед Господом Богом нашим. Им было больно видеть упрямство и неверие нашего народа.
- А ты тоже был там? – хитро улыбаясь, спросил  внучатый племянник.
- Где? – не понял иронии рассказчик.
- Ну, с Аароном и Моисеем?! Тоже пал ниц?!
- Да не-ет! Мне Навин это рассказал, а ему Моиссей.  – так и не заметил издёвки, ответил Халев, и продолжил:
- Потом Господь сказал Моисею: «Доколе будет раздражать, Меня, народ сей? И доколе будет он не верить Мне при всех знамениях, которые Я делал среди него и для него?»
Надав, тщательно пережевывая, внимал и иронично продолжал улыбаться.
-  И затем Господь сказал, что готов истребить их и произвести новый народ от самого Моисея, но Моисей умолил Его простить великий грех народа.
Бог ради Моисея вновь простил наш народ, но в наказание сказал, что только их потомки войдут, и будут жить в обетованной Ханаанской  Земле – закончил свой рассказ Халев, доедая свою трапезу.

Халев не знал, что Господь из всех двенадцати лазутчиков, только ему
и Иисусу Навину разрешил войти в землю обетованную. Всех остальных
Он уничтожил.

- Да. Интересно, но я уже это слышал от Елеазара, - вставая с нагретой
Солнцем земли, сказал Надав.

       Шёл первый весенний месяц Нисан лунного года. Всё начинало
пробуждаться. Снега таяли, а реки - наполнялись чистой горной водой.

- Так что ж, ты молчал, - удивился Халев.
- Так ведь, тот кто не умеет слушать – тот не умеет думать, - так кажется,
говорит наш На’ар, - задумчиво произнёс молодой Надав.

     Войдя в город Иерихон, они были замечены фискалами и стражей,
но остановлены не были.  Халев это почувствовал и повёл Надава к храму
богини Астарты, чтобы затеряться.
- Зачем мы сюда пришли? – спросил Надав  у Халева, и тот ответил:
- Видишь ли, все жрицы и жрецы этих храмов - блудницы и развратники.
У них это в чести. Эти священные блудники и блудницы зарабатывают
развратом для своих капищ.
- И что? – не понимал Надав .
- Мы затеряемся здесь, и  договоримся о ночлеге с какой-нибудь жрицей-
блудницей или жрецом,  их  называют   здесь  кедешимы и кедешоты,-
ответил ему Халев.
- Лучше уж тогда со  жрицам…,- не успел договорить молодой лазутчик, как
его перебил красивый  певучий женский голос.

- Доброго дня вам добрые  чужестранцы, - поздоровалась женщина.
- И тебе мира и радости, госпожа, - с поклоном ответил Халев, и спросил:
- Что, мы так не похожи  на местных жителей?
- Отчего же? Похожи… На израильтян… И одежды новые чистые, и лица
свежие, как- будто из храма, только что вышли…После омовения, улыбаясь,
ответила она, - А вот сандалии все в пыли(!), - хитро подметила она и
добавила, - А в городе все дороги каменные, мощённые, - глядя в упор на
Халева, закончила женщина.

- Как же имя твоё, госпожа? – спросил теперь Надав,  разглядывая
незнакомку, и  тайно восхищаясь её красотой.
- Да какая я тебе госпожа?! Служу я здесь при храме. А имя моё – Раав,-
лукаво ответила она.
- Хотел было спросить тебя о ночлеге, добрая жительница.  Надо нам с другом  где-нибудь остановиться, но не на постоялом дворе. Дело у нас,  в
Иерихоне,  частное, -  поняв, что Раав признала в них чужих, но не выдала, вновь обратился Халев  к ней.
- Есть у меня местечко укромное, для вас израильтяне, - она огляделась
вокруг, - никто не узнает. Даже те, кто следит за вами сейчас. В общем,
исчезните до сумерек, а как смеркаться начнет, подойдёте к восточным
воротам. Я вас там буду ждать. Сказав это, Раав прикрыла лицо кесутом
(головное покрывало: прим. Авт.) и быстро растворилась в толпе.
Лазутчики осмотрелись. Увидев тех, кто за ними следит, договорились
встретиться в сумерки у восточных ворот города и разошлись по разные
стороны. Каждый пошёл выполнять своё задание, данное главным
стратегом  и  тактиком  Иисусом Навином.

                ***

Как только Раав провела гостей своих в дом , который находился
в городской стене, к ней сразу же зашли фискалы и воины царя Иерихона.
Жрица любви отвела лазутчиков на крышу, где сушила лён. И спрятала их
там, в снопах, приказав сидеть тихо и смирно.

- Здравствуй, женщина, - сказал один из стражников, по виду старший.
- Добрый вам вечер, стражники, - ответила дева.
- Знаем мы, что чужие люди к тебе зашли. Кто они? Не враги ли наши?
Не израильтяне ли? Выдай нам их, - приказал старший стражник.
- Да, были люди, чужестранцы, но откуда они я не знаю. Попросили воды -
жажду утолить, и сразу ушли, так как ворота уже скоро закроют. И сказали
что к Иордану пойдут. Вы можете их догнать! Успеете ещё! Они недавно
ушли, - обманула Раав стражников.
Стражники и фискалы погнались за чужеземцами по дороге, ведущей к
переправе через Иордан. А ворота тотчас затворили за посланцами
иерихонского царя.
- Халев, тебе понравилась Раав?  - тихо спросил Надав, когда ушли воины.
- Тихо ты, - прошипел Халев, - Может они не ушли?!
- Да ушли они. Слышишь на лестнице женские шаги? – ответил Надав,- Это
она – Раав.

Они выбрались из снопов  льна, где прятала их жрица любви, и вышли ей
навстречу.
- Скажи, пожалуйста, хозяйка, ты замужем или нет, и как я могу тебя
отблагодарить за наше спасение? - спросил её молодой разведчик,-  .
Раав рассмеялась, и смело ответила:
- Отблагодарить ты сможешь меня, юноша. А  как… Скажу чуть позже, не
торопи время.  А что до замужества!? То нам, служащим при храме,
запрещено    иметь мужей. Имела бы мужа - не была бы при храме.
- Но почему, же ты спасла нас, великолепная Раав? – спросил уже Халев.
- Спасла вас, потому что знаю и чувствую, что Бог ваш Велик и Сущ. Я
слышала обо всех Его чудесах, которые Он творил для израильтян. И на
земле, и на воде во время скитаний вашего народа.
Бог отдал эту землю вам - израильтянам и дарует вам победу над  нашим
царём, потому что Он – Бог истинный  и  Всемогущий.
- А сейчас спускайтесь вниз на ужин, и пока вас ищут царские слуги вы
поедите и отдохнёте здесь в укрытии. Потом уйдёте через окно по верёвке,-
закончила иерихонская блудница.
Надав смотрел на Раав и не мог сойти с места. Его как будто парализовало.
Вся плоть его восстала. И, ни хитон, ни надраги  (короткие кальсоны:
прим.Авт)  не могли срыть выпирающей части мужского достоинства.
Он покраснел и смутился. Раав знала о реакции юношей (и не только их) на
её красоту, особенно после долгого воздержания, и тактично проводив
Халева вниз к ужину, обратилась к  Надаву:
- Давно не был с женщиной?
- Я, вообще не знаю женщин, - сказал смущённый юноша.
- Девственник? Сколько же тебе лет? – лукаво улыбаясь, Раав развязывала
его хагор (пояс из кожи: прим . авт. )
- Двадцать пять,- кротко ответил юноша.
- Ты спрашивал  о  благодарности за своё спасение? Так вот она! – Раав
рванула завязки на надрагах, предварительно подняв хитон Надава, и плоть
его, просто, выпрыгнула наружу, покачиваясь и выступая всеми округлыми
и овальными своими частями.
- Я сделаю тебя мужчиной. А ты дашь мне то, чего у меня ещё не было –
свою мужскую невинность!
Раав повалила его на себя и глубоко дыша, стала руководить юношей. Ей
было приятно, что она у него первая. Она знала, что её(!) Надав никогда не
забудет. Забудет многих – а её никогда, потому что она у него первая. Эта
мысль радовала её и вдохновляла. И Раав была в ударе!
Всё что происходило, между Раав и Надавом, не было любовью. Это была
страсть между зрелой женщиной, познавшей многое, и невинным юношей.
Они полежали ещё полчаса на снопах льна, лаская друг друга, а потом
спустились  вниз и присоединились к Халеву, который заканчивал трапезу.
На столе, в кувшинах, стояли вино и маим, а на глиняных блюдах: хлеб,
фрукты, и рыба.
Когда Надав начал ужинать, Раав обратилась к Халеву.
- Я выпущу вас через окно, по веревке, - обратилась она к нему,
- Когда вы спуститесь вниз, вы окажетесь за городскими стенами. И сразу же идите в горы. Вы спрячетесь там, пока тайная стража не перестанет искать вас. Наверное, три дня они вас будут поджидать у Иордана. Затем  вы сможете, ничего  не опасаясь,  вернуться  в ваш лагерь.
Но прежде - я хочу с вас взять клятву о том, что израильтяне обойдутся со
мной так же милостиво, как и я обошлась сегодня с вами. Когда
израильтяне захватят Иерихон, пусть не причинят вреда мне, моим родителям и всей  моей семье.
- Да будет так, великолепная Раав, - сказал Халев, поднимая бокал вина,
разбавленного  водой. Он чуть захмелел от напитка, но был бодр.
- Ну и ты уж помоги нам  сейчас добыть сведения об Иерихоне . Я уверен –
ты должна знать многое, - продолжил он.
- Хорошо, - согласилась она. И рассказала: сколько воинов охраняет город,
сколько колесниц в коннице, сколько народа мужского рода, как укреплён
город Иерихон, и каков запас зерна нового урожая. Сколько заготовлено
фиников, чечевицы, бобов и прочих припасов для обороны.
- Откуда ты это всё знаешь, - поинтересовался Надав.
- Видишь ли  Надав, нужно почаще ходить к колодцу, где собираются хозяйки и служанки, - говорила, раскрасневшаяся Раав, - Женщины обсуждают всё! И открывают, иногда, такие неведомые тайны  своих
мужей и хозяев, что просто диву даёшься.
Я и про вашего Бога и народ Израиля узнала около храмного колодца. И
про чудеса, и про скитания ваши по пустыням. И поэтому уверовала во
Вездесущего и  Истинного Бога.
Слышала я и про чудеса его. Как Господь иссушил перед вами воды
Чермного(Тростникового: прим.Авт.)  моря. А весь народ наш, узнав, что
вы  сделали с двумя царями  аморрейскими за Иорданом, с  Сигоном и
Огом,  которых казнили, испугался. Тогда-то и  ослабели сердца хананеев и упал дух их.

Халеб и  Надав были удивлены искренностью иерихонской блудницы, но
остались довольны, потому что сведений для Главного военачальника было
предостаточно.  Они   поблагодарили Раав и рассказали, что ей следует
сделать, чтобы уцелеть, когда израильское войско возьмёт город  Иерихон.

- К окну, через которое мы спустимся по верёвке от тебя, привяжи
червленую (красную: прим. Авт.) веревку, - объяснял жрице любви Халев,
- Собери в доме всех своих родственников: отца и мать, братьев, сестёр. И
клянемся тебе Господом Богом нашим, что израильские воины не тронут
никого в твоем доме.
- Обещаем тебе, - завершил слова старшего родственника Надав.

И когда  лазутчики  Иисуса Навина ушли, то Раав сразу же привязала к
своему окну червленую веревку. Блудница почувствовала, что её вера в
Бога и доброта к  Надаву и Халеву будут вознаграждены израильтянами.

Лазутчики  Иисуса Навина, спустившись по стене, тем временем
благополучно добрались до гор   и  укрылись там. Через три дня, когда
высланная за ними погоня возвратилась в Иерихон, они вышли из своего
убежища и направились к тому месту, где разбили свой лагерь израильтяне.


                II   Г Л А В А

     Всадники израильтян рассыпались по правому берегу Иордана. Дозор
Великого правителя искал брод. Сам Навин стоял на возвышенности и наблюдал,  размышляя о будущем переходе.
«Обычно в этом месте река была шириной от 30 до 65 тростей
(трость=3,33м:прим. Авт.), но во время разлива, весной, Иордан
увеличивался в 4-5раз, до 300 тростей.
Глубина тоже везде разная: от 2 до 5 локтей (локоть= 0,444 м: прим.Авт.).

     «Нужно искать и нужно молиться»,- думал Иисус. Он стал съезжать с
холма к реке и увидел всадника, который на полном скаку приближался
к  нему.
- О, Великий Правитель, я нашёл брод, где  можно пройти и
не сгинуть в водах Иордана, - обратился к Иисусу воин.
- Покажи мне! И давайте попробуем перейти этот брод, - призвал дозорных
Иисус Навин, - Какая там глубина? Ты мерил?
- Да, Правитель! Полтора – два с половиной локтя, - отвечал тот.
Иисус и его небольшой отряд поскакали к броду. Всё оказалось правдой.
Кони шли без страха по дну реки и ноги всадников были над водой от пол-
локтя до четырёх перстов (~ 7,5см: прим. Авт.).
Выбравшись на берег, Навин решил осмотреться и  поблагодарить Всевышнего за Его милость. Он уединился, отправив
людей далее осмотреть правый берег реки.

     Иисус Навин почти закончил молитву, как его уединение  прервали разведчики отряда-авангарда, которые углубились  на запад от реки,
и пленили несколько людей.
-  Кто эти люди, - спросил Иисус.
- Эти люди пытались убить ребёнка. Они пытались принести его в жертву,
на жертвенном камне, - ответил чётко командир разведчиков.
- Так ли это? – грозно спросил Навин двух женщин и трёх мужчин, одним
из которых, явно, был жрец. У одной из женщин на руках лежал младенец.
На вид - семи дней от роду.
- Мы должны принести в жертву, великому Ваалу, этого младенца, - сказал
без смятения жрец храма Астарты.
- Они разогрели каменный столб огнём и положили на него  младенца, -
прервал жреца другой дозорный воин, помоложе.
- Покажите ребёнка, - приказал Великий правитель.
Молодой разведчик взял у женщины ребёнка и, развернув его, показал
спину ребёнка Иисусу Навину. Она была обожженная, и  ребёнок уже не
плакал, а только похрипывал.
- Мы должны были это сделать ради великих наших богов, - бросился в ноги
Иисусу жрец, догадываясь, что они попали в плен к израильтянам.
-  Господь Бог – Велик. Он один Всемогущий и Всесильный. И не тебе,
грязный язычник, рассуждать об этом! – лицо  Навина помрачнело и
сделалось страшным.
- Ты поднял руку поганую свою на cамое Святое – Господа Бога моего! Ибо
человек создан Господом по образу и подобию  Своему! – рассвирепел
Иисус, - на кол его посадить! Женщин этих четвертовать и   бросить в лесу.
Пусть их звери дикие пожирают.
- А этим, он показал на мужчин, отрезать детородные члены их, чтоб детей
больше не имели. И отпустите на волю. Пусть расскажут всем хананеям, что
великий народ  Израиля скоро будет у ворот  города Иерихона и не пощадит
никого. Даже  скота их не пожалеем.

     В глазах пленников появился дикий ужас, и они, упав лицом вниз, начали
кричать и умолять о пощаде. На что ответил им Иисус Навин – Великий
Правитель  сынов Израилевых словами из Книги Закона:
- «До тех пор, пока мера их беззаконий не переполнится, Бог будет
долго терпеть и ждать их покаяния. Но в один момент, согласно Божьему
Слову, чаша Божьего гнева переполнится!»  Это слова пророка, -  сказал
Иисус.
- Соверши возмездие воин, - обратился Иисус к начальнику дозора и, сев на
коня, поскакал обратно за Иордан, в стан.
Он ждал своих разведчиков, которых отправил в Иерихон.

                ***
     Руки великого Эхнатона(1296—1213 гг до Р.Х.) лежали  на специальных  столбиках, вершинами которых были полусферы. Два юноши обрабатывали ногти  фараона пилочками из слоновой кости с мизерной насечкой.
В покои  вошёл Верховный жрец Птаха и сказал:
- О, привет тебе Солнцеликий! Живи и процветай вечно! – сказал
торжественно Хаэмуасет, четвёртый его сын.
-  Что случилось? – коротко бросил фараон жрецу.
-  Мун и Этанна,  которые, смотритель и толкователь часов, сказали что
светило  Минифона  изменило направление и стало приближаться к Египту .
- Что это означает? – спросил Рамсес.
- Это означает, о Солнцеподобный, что  придётся повременить с посевом
эммера (сорт пшеницы: прим. Авт.), так как Мун считает, что грядёт  засуха, и прочие неприятности.
- Какие, например? –Эхнатон встал, а юноши, с пилками, замерли.
- Землетрясения и засуха.
- А что крестьяне будут сеять?
- Ячмень. Он лучше «держится» при засухе. Ну и конечно лён, горох, бобы и
нут. Наши земледельцы придумали интересную систему орошения.
- Какую? – Рамсеса очень интересовало земледелие, так как его полу-
миллионная  армия нуждалась в продовольствии.
- В области посева они сформировали перекрёстную сеть земляных валов.
После разлива священного Нила вода оказывается в ловушках, образованных
валами. Эта сеть удерживает воду дольше, чем она задерживалась, раньше,
естественным образом, позволяя земле пропитаться влагой  для следующего
посева. Затем остававшаяся в ловушках вода, перенаправляется в другие
места, нуждающиеся в дополнительных объёмах воды.
- Славно! А что слышно об израильтянах?
- Они где-то сгинули в пустынях,  по-моему, - ответил Хаэмуасет.
- Так что ты думаешь о светиле? – спросил Великий Фараон не менее
великого прорицателя.
- Я думаю и знаю, о Великий отец наш, что мир ждёт необыкновенное
событие, которое подарят нам боги через несколько  лун (месяцев, прим. Авт), - дал  исчерпывающий ответ Верховный жрец  Птаха – Хаэмуасет.
          
                ***

Солнце уже село, когда  Иисус Навин прискакал в стан и сразу же
спросил у слуги:
- Не было новостей о лазутчиках, из Иерихона?
- Нет, господин, не было,- ответил тот.
В  шатре  Великого правителя было пусто и одиноко. Иисус подошёл к
столу и налил себе вина. Выпив напиток, он вспомнил хрипящего малютку,
и представил казни этих пятерых хананеев. Лицо его  опять приобрело
зловещий образ.
В шатёр осторожно проскользнула Сара. Увидев Правителя, она тут же
присела у его ног, как преданная кошка.
- Ты устал, мой господин, - «промурлыкала» она.
- Нет, дитя моё. Я не устал. Некогда, - добрея, сказал Иисус. Линии его лица
распрямились и глаза стали ласковыми.
- Будешь ужинать? – спросила Сара, заглядывая в глаза ему.
- Нет. Не хочу. Налей вина ещё и принеси смоквы. Сладкого хочу, - он
улыбнулся,- Всё такое кислое вокруг, - Иисус помог встать Саре.

       Ему нравилась эта молодая женщина, которая годилась ему в дочери.
Она напоминала ему Казану, дочь Гарнехта – командира лучников охраны Марнептаха (фараон Др. Египта,прим. Авт.). Которая, когда-то полюбив его ещё девочкой, отдала за него свою жизнь. Это было давно. В начале Великого Исхода евреев из Египта.

    Саре  было тридцать пять лет, ему – в два раза больше. Разница почти не
чувствовалась, потому что Навин очень молодо выглядел.  Сара  любила его, и была преданна ему, как только слуги могут быть преданны своему господину. Но она не была  рабыней. Она была такого же происхождения, как и Навин, только из другого колена – Ашерова. Сара вышла за фруктами, а Иисус уединился и начал разговаривать с Господом.


    - «О, Господь, Знамя моё! Укрепи духом друзей моих. Дай им мужество и
силу. Помоги им понять, что Ты никогда не покинешь и не откажешься
от них. Убеди их в том, что Твои обещания истинны. А когда перед ними
встанут большие трудности, помоги им узнать в самом сердце своём, что
Твоя забота больше, чем эти трудности. И пошли им уверенность в том,
что они преодолеют все невзгоды именем Твоим.
Аминь»,- он стоял, глядя в сторону горы Нево и в руках держал нефритовые
бусы, состоящих из девятнадцати горошин диаметром полперста (~ 1 см).
- Вот плоды смоковницы и финики, Великий Правитель, - раздался голос
Сары из центральной залы шатра.

       Иисус вышел из своей комнаты, где он и работал, и молился.
Правитель взял медный кубок, правителя города Ситтима, и сказал:
- Налей и ты себе вина, Сара. Сегодня трудный день был и для тебя.
- Ты нашёл брод? – спросила Сара  и налила себе вина, разбавив его водой.
- Да. Мы нашли. Но не слишком удобный. Глубина брода иногда доходит до
трёх локтей. Детям и женщинам будет сложно. Отарам овец и телегам –
тоже.  Надо что-то придумать.
- Да поможет тебе Господь! – ответила женщина, - Он не оставит тебя.
- Надеюсь, - задумчиво произнёс Навин.
Они стали ужинать. Вино было ароматным и сладким, и вкус фиников и
смоковы только оттеняли терпкий вкус виноградного напитка.
Иисус и Сара, захмелев, стали друга кормить плодами и сладостями.
Сара рассказала, как провела день и что делала.
Потом Навин взял Сару на руки и понёс её в комнату, где стояло огромное
ложе, накрытое мягкими шкурами леопарда, подаренные, тем же
правителем Ситтима.  Иисус отошёл от привычной традиции, и сам стал
раздевать Сару.

    Она пахла розами и сандалом. Её смуглое тело лоснилось от масла, и было
стройным и крепким. Её спелость чувствовалась в каждой клетке кожи,
волос и ногтей. Через полчаса они провалились в глубокий счастливый сон.

                ***
       Сон был вещий. Во сне к Иисусу пришёл Сущий:
- Когда ты поведёшь через Иордан народ свой, в сей день, Я начну прославлять тебя пред глазами всех сынов Израиля, чтобы они узнали,
что Я как был с Моисеем, так буду и с тобою.  А ты дай приказ людям  из колена Левия взять Ковчег Завета, и нести его перед сынами Израилевыми.
И  как только священники  войдут  в воды Иордана, скажи,  чтобы  остановились в Иордане, - Всевышний  сделал паузу и продолжил,
- Когда произойдёт чудо, и народ перейдёт  чрез Иордан, возьми  себе из народа двенадцать человек, по одному человеку из колена,  и дай  им повеление,
чтобы взяли себе из средины Иордана, где неподвижно стояли ноги священников, двенадцать камней.  Перенесите их с собою, и положите их на месте ночлега,
где будете ночевать в ту ночь.
- О каком чуде ты говоришь мне, Отец мой Небесный? – как будто с эхом, спросил Иисус.
- Увидишь. Узнаешь, сын мой, - мягким баритоном, ответил Он.
- Потом прикажи священникам, несущим Ковчег Откровения, выйти из
Иордана. И идете далее.
- Да, Господь Бог мой! Благодарю тебя за участие и помощь, - ответил, также
с эхом, Иисус и тут же проснулся.
Великий Правитель народа Израиля помнил каждое слово из сна и чётко
помнил образ Бога. Он был таким же, как на горе Нево.

   - Известия для служителя Верховного ранга, Иисуса Навина,- крикнул страж. Иисус, быстро накинув хитон, вышел в большую комнату.  Его ждали  Халев и Надав, которые вернулись из разведки.
Они рассказали вождю всё подробно. О своих приключениях со стражами и фискалами, о Раав  и о том, что рассказала им иерихонская блудница о самом укреплённом городе  хананеев.
- А главное, Иисус, мы знаем: очень многие хананеи поняли, что Господь
Бог наш - есть Бог на Небе и на Земле. Многие знают, что Он передал всю землю Ханаан в наши руки,- закончил  Халев.
- Что ж, приятно слышать, что работа сделана. Благодарю тебя Халев и тебя
Надав, - он кивнул разведчикам.
- А сейчас позовите ко мне Елеазара, первосвященника народа нашего и глав
колен сынов  Израилевых, - обратился он вновь к разведчикам.

     Через полчаса все  четырнадцать израильтян  сидели и стояли перед
Иисусом.  Он рассказал всем о своём видении, о разговоре с Господом
Богом и о его словах, но не сказал, что это был  сон. Хотя сон и был вещим.
-  Мы выйдем завтра, рано утром. Проверьте: всё ли сделано, всё ли
заготовлено, всем ли всё рассказано и доведено до ума. Перед  переходом я
ещё сам поговорю с людьми.

       Великий  Правитель народа и сам народ  Израиля вышли рано поутру,
и двинулись от Ситтима к Иордану.  Там, у реки, еще не переходя её, сыны
Израилевы заночевали, разбив стан.
Чрез три дня Иисус Навин послал  помощников и надзирателей по стану
со своим повелением:
- Когда увидите ковчег завета Господа  нашего,- объясняли помощники
и  надзиратели ,- и священников наших, и левитов, несущих его, то и вы
трогайтесь с места своего и идите за ними.
Расстояние между вами и ими должно быть около двух тысяч локтей.  Не
подходите к ним близко, чтобы видеть  весь их путь, по которому идти
вам, ибо вы  не ходили сим путем ни вчера, ни третьего дня, как Иисус и
его дозор.
И ещё повелел Иисус всем вам – сынам Израилевым :
- Освятитесь к утру, ибо завтра сотворит Господь  среди вас чудеса.
Народ заволновался. Все стали спрашивать друг друга о чудесах Господа,
но предвидя это волнение, Навин взошёл на холм и стал говорить:
-  Подойдите сюда и выслушайте слова Господа Бога вашего. Из сего
узнаете, что среди вас есть Бог живой, Который прогонит от вас Хананеев.

Вот, Ковчег Завета Господа всей земли пойдет пред вами чрез Иордан!
Идите за ним, но так как вам сказали мои помощники и надзиратели, и
ничего не бойтесь, потому что с вами Бог ваш и я – служитель
Верховного ранга, приемник и ученик пророка Моисея, и Правитель
народа  Израиля!

Первыми пошли священники  и левиты. Они несли Ковчег Завета
Господня. Как только стопы ног их ступили  в воду Иордана, вода
Иорданская иссякла. Текущая  сверху вода  стала стеною на большое
расстояние, до горы Адама,  а текущая вода  снизу ушла в Соленое море
(Мёртвое море: прим. Авт.).
Среди народа прокатился ропот удивления, но не испуга. И вот народ
начал переходить Иордан напротив города Иерихона. Священники же,
несшие Ковчег Завета Господня, стояли твердо на суше, на средине Иордана.
И пока сыны Израилевы   переходили реку по сухому дну, а их было
великое множество тысяч, левиты так и стояли с Ковчегом Откровения
Господа.

Пока шли люди, Иисус приказал представителям двенадцати колен
собрать камни, он сказал им:
- Положите по одному камню со дна реки,  на свое плечо, по числу колен народа нашего, чтобы они были у вас, как знамение. А когда спросят вас сыны ваши: "к чему  эти камни?»,- вы ответите им - "в память того, что вода Иордана разделилась пред Ковчегом Завета  Господа нашего.
Когда мы, сыны Израилевы переходили через Иордан, тогда вода Иордана
расступилась и мы прошли по сухой земле". Таким образом, камни сии
будут  у вас  для потомков  ваших  памятником навек.
Все двенадцать юношей собрали камни и отнесли их на берег, взяв их
потом  с собой  туда, где собирались ночевать.

Долго стояли левиты и священники, с Ковчегом Завета, и долго шёл
народ Израиля. Не день и не два…

   Когда весь народ перешел Иордан, тогда и вооруженные сыны Рувима,
и сыны Гада, и половина сынов колена Манассиина  встали впереди  народа
Израиля, как завещал Господь Бог, тогда около сорока тысяч вооруженных воинов перешло в охранение  на Иерихонские равнины, чтобы сражаться с Хананейскими  племенами. Это был авангард  войска Иисуса сына Навина.

     Иисус приказал священникам выйти из Иордана, и когда они, несшие
Ковчег Завета Господня, вышли из Иордана, и ноги их ступили на сушу,
вода Иордана устремилась в своё русло. Она пошла, как три дня назад,
выше всех своих берегов .
В десятый день первого месяца Нисана  вышел народ из Иордана и
поставил стан в Галгале  на восточной стороне Иерихона.
Двенадцать камней, которые взяли они из Иордана, Иисус поставил в
Галгале и повторил слова  свои  к  сынам Израилевым:
- Когда спросят вас в следующее время сыны ваши: "что означают  эти
камни?", скажите сынам вашим: "Израиль перешел чрез Иордан сей по
суше,  ибо Господь Бог наш,  иссушил воды Иордана для вас,  пока вы не
перешли его, так же, как Господь Бог наш сделал это с Чермным морем.
Господь Бог наш иссушил, перед нами, пока мы не перешли его, чтобы
все народы земли познали, что рука Господня сильна, и  чтобы вы всегда
боялись Господа Бога своего”.

В тот день Господь и прославил Иисуса перед лицом  всего народа.
И  стал Иисус Навин для сынов Израилевых, как  пророк Моисей.
И стали бояться  его сыны Израилевы,  во все дни жизни его.


                Г Л А В А   III

      Песах (Пасха) для израильтян – один из главных праздников  их
жизни.     Ибо этот праздник символизирует освобождение народа
Израиля  из-под  гнёта фараонов, где  он влачил рабское существование.
Именно после Песаха евреи стали свободным народом. Будут рушиться
цивилизации и империи, исчезать и рождаться государства и нации, а
народ Израиля будет жить по велению и обещанию Господа Бога.
Через века сыны Израилевы пронесут  свои: единство, язык, культуру и
самобытность. Из уст в уста будет передаваться эта история о десятой
казни египетской и выхода сынов Израилевых из Египта.

        Иисус Навин, держа коня под уздцы, любовался закатом солнца, чьи
лучи пробивались сквозь небольшие тучи. Он думал, о Песахе -  грядущем
празднике, о выходе израильтян из Египта, об обряде  обрезания,  которое
он приказал сделать всем мужчинам, что родились в  пустыне, во времена
их скитания по Аравии, и о Египетском  посрамлении.
В течение сорока двух лет сыны Израиля скитались по пустыне пока не
вымерли те, кто не послушал гласа Господня.  Посрамление шло от
египтян в виде насмешек и издёвок над евреями за то, что, покинув
Египет, они долгие годы скитались, так и не найдя для себя лучшей доли.




   И вот сегодня Великий Правитель народа Израиля утром собрал всех
главных  людей колен Израиля и убедил их в правильности своего решения возобновить Завет обрезания.
-  Обрезание -  не просто обычай, - объяснялся он со старейшинами,
- Это договор с Господом нашим Богом. Он уходит корнями в
Авраамов Завет. И даёт право Аврааму (нашему предку, а значит и нам)
на вечное продолжение нашего рода, и вечное владение землей, на которой
мы уже стоим, – говорил служитель Высшего ранга.

- Поймите, прежде, чем Господь наш станет сражаться за нас в Ханаане, мы
должны  пометить свою плоть этим знаком Завета! Идите и доведите до
каждого эти слова, - закончил Иисус Навин.

    Старейшины колен одобрили слова Правителя, потому что помнили, как
сорок  лет тому назад в Кадесе, Бог прогневался на народ и начал поражать
его смертью за то, что те стали роптать на Моисея и Аарона за гибель
мятежников: левита Корея, рувимлян Дафана и Авирона, и с ними ещё
250 именитых людей из израильтян. Казнил, последних,  Господь Бог
принародно. Но народ, всё же, был возмущён действием Моисея и
Аарона. И тогда Бог в гневе истребил язвой 14 700 человек.
Если бы не Аарон, который по приказанию Моисея, взял кадильницу
с курением, побежал к народу и встал между мертвыми и живыми, чтобы
прекратить смерть. Господь смилостивился.

Свершение обряда обрезания над огромным числом израильтян, в Галгале,  при вступлении  ими в Обетованную землю, и безропотно согласившихся на это, свидетельствовало о том, что израильтяне вновь уверовали  в  силу Бога, и сделались достойными носить на себе печать Завета Аарона, и называться Избранным.

Луч солнца ударил по глазам Иисуса, неожиданно пробив сизое облако.
- Ты возобновил завет Авраама, - прозвучал всё так же спокойно голос
Господа,
- За это, в Галгале,  Я снимаю с народа твоего посрамление египетское.
Празднуйте Пасху и готовьтесь к взятию Иерихона, - откуда-то изнутри
самого Иисуса говорил Бог.
- Да, Господь мой, - ответил Великий Правитель, - Я поклялся тебе жить по
Книге Закона, и я делаю это!
- Жди известий от Меня, сын мой! – луч света опять спрятался за облаком.

 
                ***


   Народ Израиля праздновал Великую Пасху на четырнадцатый день
месяца Нисана. Это была третья Пасха. Первую израильтяне отметили в
Египте, в ночь перед своим исходом из рабства, вторую – они отмечали
под горой Синай, перед походом на Ханаан, и третью – они стали отмечать
здесь, в Галгале, после обряда обрезания.

    Переход через Иордан многим сынам Израиля напомнили переход через
Чермное  море. Ведь люди, которые не достигли к тому времени двадцати
лет, могли попасть в Ханаан. И попали, если не погибли во время сорокалетнего  скитания по пустыне. Наверняка, каждый израильтянин, в
часы празднования Пасхи, вспомнил, как его отец заколол ягнёнка и его
кровью  окропил дверной косяк и притолоку своего дома.
Многие, в том числе Иисус  и Халев, со своей семьёй, и Елеазар, и другие
вспомнили  предсмертный плач египетских новорождённых. В сердцах их вновь ожило волнение того полуночного часа, когда они оставляли свои дома. Ожили в них, и страх перед преследовавшими их, египтянами, и дрожь, которая охватила их, когда они шли по-морскому дну, между двумя вздыбившимися гигантскими водными стенами Чермного моря. Всё это всплывало в памяти евреев.

    В процессе  этого празднования к израильтянам возвращалась уверенность и решимость. Каждый воин и каждый мужчина в этот момент знал и чувствовал, что за переходом через Чермное море было поражение и гибель египтян. И что за переходом ими Иордана последует поражение язычников - хананеев.  Думая и вспоминая о прошлом, они морально готовились к новым
испытаниям,  которые уготовил им Господь.

    На следующий день Иисус Навин дал приказ восполнить провиант
каждого воина и других способных мужчин держать оружие, за счёт
продуктов местной земли.  Ибо, Сам Господь Бог подвёл Правителя
к этому решению. Бог перестал посылать помощь в еде народу Израиля,
тем самым приобщив его к дарам земли обетованной. Это были: опресноки
(пресный,  не дрожжевой хлеб, прим. Авт.), маслины, гранаты, инжир,
виноград, молоко и мёд.

    Иисус готовил свою армию к решающему событию, к битве за Иерихон.
Он понимал, как талантливый и опытный военачальник, что город с
такими толстыми и крепкими стенами взять очень трудно. Почти невозможно. Нужна особая тактика. Хитрость или обман.

    Навин понимал, что взять крепость Иерихон необходимо. Потому что
теперь, когда они перешли через Иордан, израильской армии некуда было
отступать. И обойти  город они не могли, потому что в этом случае их
женщины, дети, имущество и скот, оставленные в иерихонских долинах,
становились бы заложниками, и обречены были бы на гибель.

   Великий Правитель и Главный Военачальник Израиля выехал в
разведку к стенам Иерихона, чтобы посмотреть ещё раз на этот город,
казавшийся ему неприступным. Будучи человеком смелым и  дерзким, он отправил свою охрану в одну сторону, а дозор – в другую, оставшись со своими мыслями наедине:

    «Города ханаанские большие… И с высокими  укреплениями, - размышлял
Иисус Навин, - Я много раз возглавлял битвы, но я ни разу еще не водил
воинов на приступ укрепленного города, который способен был
выдержать длительную осаду. Вполне вероятно, что из всех защищенных
стенами городов Ханаана - Иерихон самый укреплённый.
Есть ещё один недостаток нашей армии.
Это то, что у нас нет осадных машин: таранов, стенобитных орудий,
катапульт и движущихся башен.

    На вооружении у нас только пращи, луки со стрелами и копья…
Могут ли пасть стены Иерихона от такого оружия!? Нет, не могут!»
Мысли  Главного Военачальника прервал внезапно появившийся
образ. Иисус даже вздрогнул от неожиданности.
Перед ним стоял человек с обнажённым мечом.
-  Кто ты? – машинально и холодно спросил Иисус, - израильтянин ты или
неприятель?!

          Человек явно был не из охраны, и не из дозора Навина.
«Если это израильтянин, то должен объяснить, почему находится «за»
пределами лагеря. Тем более, с обнажённым мечом! – промелькнуло в
голове Иисуса, - « Я не давал приказа обнажать мечи!  А если это враг -
возьму его в плен», - решил он, и рука его спокойно легла на рукоять меча.

   - Я тот, кто ответит тебе на все неразрешимые твои вопросы! – ответил ему
неожиданный Гость.
- Я – не враг! Я – Ангел! Вождь воинства Господня! Сними обувь свою
ибо, ты стоишь на месте, которое свято! А прибыл Я к тебе, чтобы
рассказать тебе, как взять город Иерихон. И, Сам, Господь Бог говорит тебе
моими устами, - знакомым баритоном и знакомыми интонациями  зазвучал голос.

  Великий Правитель Израиля оцепенел.
- Назначь семь священников, - начал своё повествование Ангел,
- И пусть они трубят в юбилейные трубы, шествуя перед ковчегом Завета Господня, вокруг города Иерихона.
Перед ними  должны идти воины, а за ковчегом все остальные
вооружённые мужи.
Так делайте  по - одному разу в день - шесть дней подряд. Молча, не
проронив ни звука.

    А на седьмой день обойдите семь раз город. И на седьмом обходе, по –
твоему знаку весь народ должен громогласно воскликнуть(!): «С нами Бог!»
И падут высокие стены Иерихона. И воины твои войдут в город,
который сейчас заперт страхом, от сынов Израилевых. Мой обнажённый
меч гворит о том, что долготерпение Божье закончилось. Чаша беззакония
язычников переполнилась. И вам – израильтянам, предстоит стать орудием осуждения, возмездия и вразумления Господня!
- Так и сделаю, мой Господин! – ответил Иисус Навин. Выйдя из стопора, он снял свою обувь, не подозревая, что с ним, в образе Ангела, говорил Сам Господь.


    Пал, великий  и древний город Иерихон. Пали его стены на седьмом
обходе  армии сынов Израиля вокруг него, когда народ и воины громко и
сильно, в один голос, вскликнули «Хэ’Дад»!(омофон слова «эхо»:прим.Авт.)
Только осталась часть стены там, где из окна свисала червленая(красная) лента.

     В этом доме иерихонская блудница Раав скрывала  своих родственников,
друзей  и раскаявшихся грешников и язычников. Израильтяне вошли в
город.   Жители и скот их были преданы, по повелению Ангела Господня и великого Правителя Израиля Иисуса Навина, заклятию (предать заклятию –отдать в распоряжение Бога, уничтожить; Прим. Авт.)

   Иисус отправил людей, чтобы те вывели   родственников и соратников Раав. Это был молодой Надав и его небольшой отряд. Впервые Навин увидел Раав и был потрясён её красотой, когда Надав представил  её  ему.
Иерихонская дева напомнила Иисусу ещё одну женщину. Вернее не саму женщину, а чувство, которое связывало его с ней. С Мириам. Сестра друга и учителя – Моисея, Мириам, была пророчицей. Она была его невестой.
Тогда Великий Правитель носил другое имя – Иосия. Иосия бин-Нун.
Это Мириам передала повеление Господа Бога, чтоб Иосия взял себе имя Иисус. Потому что Иосия в переводе с древееврейского означает «Помощь». А Иисус – означает «тот, кому помогает БОГ». Мириам не вышла замуж за Иисуса Навина, а выбрала другой путь. Путь праведного служению Богу.

                ***
     -Так это ты укрыла и не выдала наших лазутчиков стражникам? – спросил
блудницу Великий Правитель.
- Да, мой господин! – ответила жрица любви.
- Чего хочешь!? Проси, - с улыбкой сказал Иисус.
- Ты и так для нас много сделал. Оставил нас жить, не предал огню моё
жилище… Дозволь теперь поселиться в твоём стане, великий победитель!?
- Пока не примите нашу веру, - будете жить около лагеря. Халев
распорядись! – приказал Навин,
- Сначала отрекитесь от своих идолов, пройдите очищение. А там посмотрим, - продолжил Халев  мысль Иисуса.
- Знает ли кто из вас, что-то полезное для меня, про крепость Гай, царя
Гайского и  его народ? – спросил Навин у спасённых родственников Раав.
- Да, мой господин, - тут же нашлась блудница, - я расскажу тебе о войске,
о стенах, и о тайных ходах Гая-города. Мой родственник служит в храме и
хорошо знает расположение в стенах. Я уверена, что он поможет тебе.
- Хорошо. Придёшь ко мне в шатёр вечером и расскажешь, что знаешь.
   Главный Военачальник Израиля подозвал к себе Халева, и приказал
ему немедля отправить в Гай  лазутчиков.
- Осмотреть город, окрестности. Особо Беф-Авен. И  проверить настроения людей, - приказал  Иисус.
- Посылай, Надава.  Вроде толк  будет из него. Да пошли с ним твоих двух-трёх бывалых воинов. Помогут и делом и советом. И присмотрят…
 - Сам, останься пока, - закончил и задумался Главный Военачальник Израиля. Он хотел понимать – насколько стала верна израильтянам Раав.
Он знал по опыту, то лучше иметь два-три независимых источника
донесений и не стоило сильно доверять человеку, который однажды
предал свой город и народ, хоть и сохранил свою семью.

    Иисус Навин был мудрым и опытным военачальником. Но беда
ждала его совсем не там, где он опасался. Иисус уединился молиться.
Зайдя в Скинию, он прикрыл глаза ладонью и тихо начал говорить:

- Господи! Ты нам прибежище в род и род, прежде, нежели родились горы,
и Ты образовал землю и   вселенную, и от века и до века Ты – Бог. Ты возвращаешь человека в тление и говоришь: 'возвратитесь, сыны человеческие!'  Ибо пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел, и как стража в ночи. Ты как наводнением уносишь их; они - как сон, как трава, которая утром    вырастает, утром цветет и зеленеет, вечером подсекается и засыхает; ибо мы исчезаем от гнева Твоего и от ярости Твоей мы в смятении.  Ты положил беззакония наши пред Тобою и тайное наше пред светом лица Твоего.
Все дни наши прошли во гневе Твоем; мы теряем лета наши, как звук.
Дней лет наших – семьдесят лет, а при большей крепости – восемьдесят лет; и самая лучшая пора их – труд и болезнь, ибо проходят быстро, и мы летим.
Кто знает силу гнева Твоего, и ярость Твою по мере страха Твоего?
Научи нас так счислять дни наши, чтобы нам приобрести сердце мудрое.
Обратись, Господи! Доколе? Умилосердись над рабами Твоими.
Рано насыти нас милостью Твоею, и мы будем радоваться и веселиться во все дни наши.
Возвесели нас за дни, в которые Ты поражал нас, за лета, в которые мы видели бедствие.
Да явится на рабах Твоих дело Твое и на сынах их слава Твоя;
и да будет благоволение Господа Бога нашего на нас, и в деле рук наших споспешествуй нам, в деле рук наших споспешествуй…

Это была святая молитва Великого пророка народа Израиля  Моисея, которую Иисус читал вместе  с учителем, во все дни его жизни.

                ***


    После молитвы Иисус Навин отправился осматривать, как предаётся заклятию город Иерихон. Дома охватили языки пламени. Отовсюду доносились  вопли и крики женщин, детей и стариков. Иерихон  утонул в крови  и  бесчинствах.  Солдаты крушили, разоряли, тащили  и убивали. Даже домашние животные  и скот истреблялись. Везде  слышался лязг оружия и ржание лошадей. Навин наблюдал, за всем происходящим, с невозмутимым видом. Ему было, не жаль хананеев и амореев и прочих жителей, которые давным-давно потеряли Бога, моральный облик и погрязли в грехе, и безоговорочно сдавались в плен. Но многих в плен  не брали.
Над побеждённым городом, на небе, среди отблесков огня и клубов
дыма, Иисус Навин улавливал очертания Ангела воинства Господня.


    Главный Военачальник чувствовал присутствие Господа во всём, что
делал. Иисус рьяно и уверенно следовал Книге Закона и потому что
боялся Господа, но прежде всего, потому, что любил Его. Никто из
народа Израиля не видел Всевышнего. Даже пророк Моисей. И Иисуса переполняли чувства избранности, ответственности и взаимной любви.

     - Все серебро и золото, медные и железные сосуды несите в Скинию! –
крикнул Иисус  воинам,   - Да будут они святынею Господа и войдут  в
Его сокровищницу, - продолжал, зычным  голосом, свои  команды с
холма, Предводитель народа Израиля,
- Вы! Сыны Израиля!  Берегитесь заклятого, чтобы вам самим не
подвергнуться заклятию! Помните, если возьмёте что-нибудь из
заклятого, то вам и семье вашей, и клану, и колену вашему будет
наказание, ибо так сказал Господь Бог ваш!
- И я проклинаю перед лицом Господа того, кто восстановит и построит
новый Иерихон.  Горе тому, кто возведёт стены и врата его! – заключил
Главный Правитель  Израиля.

    Иисус Навин, уставший, но довольный событиями, вернулся в свой
шатёр.«Без потерь! За семь  дней! Покорить Иерихон!  Это  было
Чудо», - размышлял полководец Израильтян, - «И пусть от заклятия
Господня кто-то из горожан ушёл в горную область, но обет, данный
Богу,  был выполнен. А бежавших хананеев, кара наша настигнет и там».

   Сара  сняла с него  сандалии, аддерет (аддарет - мантия из шерсти: прим. Авт.) и   часть военной амуниции.
- Кушать будет Великий Покровитель? – осторожно спросила женщина.
- Да. Вино и мясо, - коротко сказал Иисус.
Сам он прошёл в другие покои  и начал молиться:

                ***

    Как только великий  Правитель закончил со своими личными делами, он сразу занялся государственными и военными задачами. Он знал и понимал, что идти дальше через  гористую  местность, минуя города  Гай и  Вефиль, оставляя их в тылу, было опасно. Навин принял решение взять эти города, не оставляя шансов  хананееям на ответный удар после поражения Иерихона. Он пригласил в шатёр Раав, чтобы узнать, что она знает об этих городах.

- Расскажи мне о себе, - сказал ей Иисус, и окинул взором фигуру
Раав, когда та вошла.
- А что рассказывать!? – радость Раав сменилась на досаду, -  Я с детства
была красивой девочкой, и была продана, сначала нашему царю, потом в
храм Астарты, где и служила при нём.
- Царь ваш… Убит, а храм – разрушен и сожжён. Так, что боятся тебе нечего, - говорил Навин, рассматривая одежды и украшения блудницы.
- А я и не боюсь. Твои воины, Великий Правитель, обещали мне защиту.
свою, твою, а главное – защиту Господа Бога вашего, в могущество которого, я уже поверила.
- Когда же ты успела? – удивился Иисус.
- Когда увидела, как пали все городские стены, кроме той в которой были
мы: я и мои близкие! А стены-то, высоты в три  с половиной трости (11,
75 м: прим. Авт.)
- Ну, значит ты под Великой защитой, - мудро отметил Иисус, - Расскажи
мне о городе Гай. Что знаешь. Я вижу, что ты обучена грамоте и наукам.
- Да, Правитель. И не только этому, - улыбнулась Раав.
- Я знаю и то, что подземные укрепления и горные тропы используют воины и ополченцы города Гай.  Также Раав рассказала Навину о системе подземных ходов, планы которых  она могла достать через своих родственников.
- Скажу тебе об одном отличном качестве этих горожан, Покровитель –
они более отважны и дерзки, чем жители Иерихона, и очень хитры. –
заключила иерихонская жрица.
- Что ж, благодарю тебя, великолепная  Раав,  за сведения. Надеюсь, они
очень помогут мне. 
Раав подошла к Иисусу и положила его руки на свои бёдра.
- Можно тебе задать вопрос, Великий Правитель, - спросила блудница.
- Говори, - ответил Навин, и руки его скользнули на талию жрице.
- Почему у тебя нет жены?
- Не было достойной, - коротко ответил Иисус.
От Раав исходила какая-то магическая энергия. И Навин чувствовал это.
Её зелёные глаза, как египетские изумруды, сверкали в красках огня факелов. 
- А может умной не было, рядом? – руки Раав легли на плечи Правителя.
- Женщина не может быть умной. Умная женщина – это шутка, - мягко парировал Иисус плотский «натиск» красавицы Раав, и снял её руки со своих плеч.
- Я хочу быть полезной тебе!
- Я ценю это. Поэтому завтра же с Халевом проберёшься в Гай, к родичам и разузнаешь о подземных ходах, и горных тропах. Это может пригодиться в будущем. Всё по тебе и твоей семье буду решать после взятия этого горного района. В это время зашёл Халев.
- Звал, Повелитель?
- Да. Забирай Раав и идите в Гай. После завтра к вечеру жду сведений об обстановке  в городах.
- Слушаюсь, - Халев развернулся, и вышел, пропуская женщину вперёд.
На выходе иерихонская дева столкнулась с Сарой, которая несла меха с вином и водой. Глаза их встретились и женщины поняли, что им будет
трудно делить сферы влияния в этом шатре. Впрочем, как и ложе своего
мужчины.
                Г Л А В А  IV

    Иудино колено выставляло для войска Израиля тяжеловооруженных пехотинцев. Они воевали с короткими пиками,  с мощными щитами и доспехами. Их называли  копейщиками (род войск пехоты: прим. Авт.).
    Ахан, сын Хармия, сына Завдия, сына Зары, из колена Иуды был человек слабый духом. Пока воины Израиля предавали заклятию золото, серебро и медь побеждённого Иерихона, он торопился, с утаённым  добром, к своему обозу, у которого ждала его молодая жена. Сам Ахан не был копейщиком, а был подсобным бойцом. Зависть и жадность его и  его  близких  - были    исключительны. Поэтому тащил в свой обоз не только он, но и другие его сородичи. Никто из них даже не вспомнил о наказе Великого Правителя  «о невозможности утаивания заклятого». Алчность и самонадеянность захлестнуло их семью, и они совершили святотатство.
Ахан,  кроме того, что положила тайком  в обоз его жена, закопал под своим шатром: двести сиклей (сикль - мера веса драг. металлов. у древних евреев
 С. = 16,8 грамм: прим. Авт.)  серебра, слиток золота и  дорогую одежду чужестранца. Всё  это, алчный хитрец,  схоронил  на случай побега,  если грех его будет открыт.
 
       Надав вернулся с отрядом разведки через сутки. Он спешил к Раав, как спешат все влюблённые или «новобрачные». Его не смущало, что Раав была намного старше его. Его звало это томное острое чувство, которое родилось с первой близостью юноши-девственника. Он хотел повторять и повторять эти упражнения с опытной, и красивой женщиной. Которая  казалась ему полным и бесспорным совершенством.  Кем и была в сущности Раав. Она  ведь(!) знала, что в памяти Надава - она будет первой всегда.

    Поэтому, когда Надав ворвался к ней в покои и не застал её, он сильно огорчился. А когда узнал от её родственников, что ушла она с Халевом –  Надав пришёл в бешенство. Его захлестнуло неведомое ранее чувство – ревность. Он не знал, что и Халев, и Раав ушли в Гай по приказу  Иисуса Навина. После покоев Раав, Надав посетил Великого Правителя.

- Что ты узнал, Надав? И каковы результаты твоей вылазки? – спросил Иисус, когда тот вошёл в шатёр Навина.
- Я переговорил с жителями южной и восточной окраин города, Великий Правитель! Как я и предполагал жители Гая в смятении. Они напуганы твоей
силой и твоим напором. Я думаю, что двух-трёх тысяч воинов хватит, чтобы взять  этот город.
-  2 – 3 тысячи?! Мне сказали, что жители Гая намного хитрее и отважнее горожан Иерихона! – задумчиво отозвался Иисус.
- Нет, Повелитель, это обман. Тебе солгали. Их немного! Около 2 тысяч домов всего, как сосчитали мои лазутчики, - продолжал убеждать Правителя командир разведчиков.
- Да. На первый взгляд город намного меньше, чем Иерихон, - ответил Правитель Израиля, - но это только видимая часть его. Есть, ведь, ещё и горная часть города?!  И Вефиль рядом! Жители городов  могут объединиться!
- Да. Ты прав, Иисус. Но часть эта ничтожна, мала, а главное настроения людей в упадке после твоих побед. Жители Гая и Вефиля в смятении, - закончил свой доклад командир лазутчиков.
 
    Но это была неправда.  Вернее – Надаву казалось, что это было правдой.
На самом деле, он плохо провёл разведку. Он наспех набрал лазутчиков к себе в отряд, когда получил задание от Иисуса Навина. Плохо разъяснил
задачу  и  плохо инспектировал людей во время вылазки.
Разведка поверхностно провела  опрос населения окраин. Не обследовала север и запад города, и его стены. Надав понадеялся на опыт самих бывалых разведчиков, которые были  старше его, но  они подвели своего начальника.
Всех охватило чувство лёгкой победы и наживы после «чудесной» победы над городом Иерихоном.
    Халев упорно учил своего родственника не расслабляться в серьёзных делах, особенно в разведке, но Надав поддался всеобщей беспечности. Он даже забыл об инспекции Беф-Авена, местечка Вефиля,  где был рассполжен
главный храм Ваала. И всё потому, что мысли Надава  были только о ней. Он рвался к прекрасной  Раав. Молодость, страсть и самоуверенность сделали своё дело. Надав делал ошибку за ошибкой.
- Хорошо, - согласился Главный Военачальник.
- Отдыхай. А через несколько дней возьмёшь необходимое количество воинов и покорите,  для Израиля,  этот Гай. Он стратегически важен для нашего дела, - закончил Навин.

      Халев и Раав пробрались в Гай ночью. В доме Авды, двоюродного дяди
иерихонской девы, их встретили радушно, но с опаской. Родственники уже знали об Иерихоне  и  были напуганы. Плохие новости разлетаются со скоростью звука. Посланники коротко рассказали о цели своего визита. Халев пояснил в конце разговора, что(!) ожидает семью Авды в случае отказа  и  в случае помощи войску Израиля  Авда сразу проникся хорошим отношением к лазутчикам и уверил, что будет благодарен за оказанное ему и его семье доверие. В роду Раав, видимо, было особенно развито чувство выбора сильной стороны в противоборствах и войнах. Авда рассказал Халеву, о тайных подземных ходах, соединяющих два города (Гай и Вефиль) через цепочку горных пещер и троп. Об этих ходах знали смотрители храмов, жрецы и тайная храмная служба, которая подчинялась только Верховному Жрецу. Он даже начертил приблизительные ходы, которые выходили из Гая в горную страну. Чертил он по памяти на полу своего дома куском известняка, отмечая пещеры и горные дороги, где могут пройти  лёгкие отряды  лучников  и  пращников, а также отряды ударных копейщиков.

  После того, как Раав и Халев  пересекли порог Авды, тот сразу выставил двух внучатых племянников в дозор. Они должны были предупредить двоюродного дедушку об опасности. И предупредили. Под утро, когда  сон над людьми берёт всю власть, племянники заметили движение фигур. Они
предупредили  Авду о скоплении людей  в цанифах (цаниф – вид тюрбана: прим.Авт.) и повязках, закрывающих лицо. Авда понял, что «доброжелатели»  не дремлют, и пригласил своих гостей пройти  по некоторому лабиринту, который они сотворили  с  сыновьями, на всякий случай ещё тридцать  лет тому назад. Люди тайной стражи не застали в доме ни хозяина, ни его гостей. Зато увидели  нацарапанные линии  на  полу напоминающие чертёж. Поэтому, в доме Авды, оставили засаду. Но это было напрасно, т. к. обмануть Авду было невозможно. Авда  слыл прозорливым хананейским колдуном. Он пережил трёх жён и четырех царей города Гая, и всем им был всегда угоден. Авда предложил своим гостям переждать два-три дня в секретных местах, которые были  устроены в лабиринтах городских стен. Эти помещения напоминали то ли мастерские, то ли  склады с сосудами и мешками. Здесь были и травы, и глина, и чучела животных, и птиц. А ещё горшки   с египетскими иероглифами. В некоторых комнатах стояла невыносимая  вонь. 
    Ещё одно обстоятельство давало преимущество Авде перед тайной  стражей  Гая – он сам был тайной города. Никто не знал, когда он прибудет обратно домой. Он не служил официально нигде, но был на содержании храма,  хотя  и был уже прилично стар. Авда  делал  кое-какие (нужные) поручения деликатного свойства.  Он помаленьку врачевал. Занимался травами, алхимией и ядами.  Колдовал, прорицал и «читал» звёздное  небо.
   Поэтому спроси у родственников: «Где  Авда, глава семейства?», те отвечали, пожимая плечами: «Скоро будет». Оставалось только ожидать «хананейского  мага»,  который, ещё, пятьдесят лет назад ходил с караваном в Мицраим ( Мицраим – название Египта на иврите: прим.Авт),
к чревовещателям африканской страны Куш, якобы по делам царя города Гая. И ждали его из Мицраима, тогда, лет пять-шесть.
Никто не хотел углубляться в его жизнь, интересоваться его делами. Никто не хотел с ним ни ссориться, ни дружить. Даже тайная храмная стража.
Так Халев и Раав попали во владения храмного лекаря – алхимика и тайного астролога.  Устроившись в одной из комнат лабиринта, «беглецы» продолжили беседы об укреплениях города Гая, и отчасти – Вефиля.
- Вефилийцы обязательно будут поддерживать гайцев, - сказал Авда.
- Почему, - просил Халев.
- Потому что за сотню лет много людей стало родственниками. Много общих семей, а значит общих забот и общих целей. Целые кланы проживают одновременно в Вефиле и в Гае. Тем более, что в Беф-Авене  стоит главный храм  Ваала,  где бывают жители обоих городов.
 
      Надав, за  пять  суток после разведки  в Гае,  несколько раз подъезжал к шатру Раав. Её не было. Из отрывков  разговоров между Первосвященником  Израиля  Елеазаром  и  Великим Правителем в Скинии, и в штабе,  он понял, что Раав и Халев отправлены в  Гай  с особой  миссией. Надав  немного успокоился, но чувство страсти, ему не давало покоя. Он рвался к Раав. И мысленно и физически. Ему не хватало её, как воздуха в душном подвале или
воды – в жаркий полдень.

- Позовите, Гофониила, сына Кеназа, - крикнул  Правитель сынов Израиля, стражам у входа в его шатёр, - А также Елеазара и  старейшин колен Израиля.
- «Гофониила, сына Кеназа,  к  Главному Военачальнику Израиля !» - понеслось по стану израильтян.
И через мгновение: «Елеазара и старешин колен Израиля к  Великому Правителю!»
Через полчаса Гофониил и другие были у Иисуса Навина.
- Халева почему-то нет.  Уже больше трёх дней прошло. Как должны они вернуться, - задумчиво произнёс Предводитель Израиля.
- Кто, они? – спросил Гофониил.
Навин внимательно посмотрел на  Гофониила и сказал:
- Не спрашивай у умного, а спрашивай у знающего.
- Может, поймали их? Или предательство случилось?! – предположил Елеазар.
- Может. Но нет времени больше ждать сведений. Нельзя дать хананеям
опомнится и укрепиться в горах. Поэтому  приказываю выделить по двести пятьдесят воинов от каждого колена под начало Гофониила, сына Кеназа.
- Да, Великий Правитель, - ответил Гофониил.
- Да это много, - попытался возразить Надав.
- Много - не мало, - резко оборвал  его Иисус, - Сколько дам – столько возьмёте. Нужно быстро покончить с этими городами, - Навин повернулся к  Надаву.

     Жара почти спала, но в воздухе ещё стоял запах раскаленного  камня. 
- Никто, кроме Господа нашего, не знает, что нас ждёт в горах, - у Иисуса появилось беспокойное чувство.
- Ты, Надав, пойдёшь впереди  войска на двести тростей(более  0,5 км), и покажешь все подходные пути к воротам, - закончил Главный Военачальник.

    Отряд в три тысячи человек отправился рано утром на запад из окрестностей города Иерихона. Гофониил , ведущий  малое войско, не знал, что горожане Вефиля стекаются по горным тропам в город Гай по договору  между царями: Гайским и Вефильским.  Разведывательные дозоры, выставленные  ещё три дня назад, уже докладывали  о движении  израильтян в сторону горного района Ханаана.

    Халев и Раав наблюдали за всем передвижением хананеев  из укрытия Авды,  но поделать они  ничего не могли. Предупредить израильтян было невозможно, так как выходы из этой части местности были блокированы.
В доме Авды по-прежнему его ждали стражи, а  в городе усилился караул.
Лазутчикам оставалось только ждать удобного момента, чтобы незаметно уйти обратно в свой стан.

    Гофониил планировал с ходу ударить по городу  Гаю. Как говорится – «с марша». Но передумал. Странные чувства охватили его. Это были и робость, и смятение, и страх. Словно по чьей-то магической  указке, он  перестроил порядки войска на двенадцать отрядов – по количеству колен народа Израиля.  И как только он выстроил их дугой  перед стенами  Гая, с городских стен  на отряды полетели копья, камни  и стрелы. Было достаточно далеко и поэтому  не всё оружие достигло воинов. Но пали, тогда всего, около сорока человек. Через мгновение раздался пронзительный крик, несколько ворот  города распахнулись и оттуда ринулись на израильтян  разъярённые воины и вооружённые ополченцы Гая. Люди ощущали дрожание земли. В воздухе пахло серой и смертью.  Животный  страх обороняющихся  горожан передался наступающим израильтянам. Отряды сынов Израилевых  дрогнули, попятились назад, а  потом и вовсе  побежали  прочь, бросая оружие и щиты. Паника и непонятный страх гнали воинов Израиля  с горы, на которой стоял город Гай.  Почти  500 тростей (более 1.5 км: прим. Авт ) жители Гайские  догоняли  израильтян, но всё равно отстали, и стали возвращаться в Гай, возбуждённо обсуждая поражение неприятеля. Разрозненные отряды, бежавших в пустыню израильтян, Гофониил собрал  только на полпути к Иерихону. Вернулись в  стан они под утро.
   
     Иисус Навин услышал посторонний шум за стеной шатра. Он вышел и остолбенел. Перед ним стояли усталые, испуганные люди. Это были не воины, а  грязные крестьяне, измученные каким-то стихийным бедствием.
В свете восходящего солнца  картина  возвращения  малого войска была печальной. 
   Гофониил рассказал, что приключилось с его трёхтысячным отрядом.  А  главное, он рассказал о своём  смятении и о диком страхе, который  поразил волю каждого воина перед стенами Гая. Также Гофониил  рассказал о малых потерях  своего отряда.  Они составили тридцать шесть человек.

- Тридцать шесть воинов, говоришь? – переспросил Иисус Гофониила.
- Да, Великий Правитель.
Иисус вспомнил  о своих предчувствиях накануне  похода на Гай.
«Слишком всё  легко шло», -  думал Навин, - « И Халеев  со жрицей куда-то пропали.  И это странное число погибших воинов - тридцать шесть человек», - размышлял  Правитель Израиля, -  «По три человека от колена. Это какой-то знак. Господа».
С этими мыслями, стиснув зубы, Иисус Навин вышел из шатра и направился в Скинию.

- О! Господи! Владыка! Для чего Ты привёл народ, сей за Иордан!? Чтобы предать в руки Амореев!? Погубить  Израиль?! – упал перед Ковчегом Господним прямо на землю Иисус Навин.
-  Что сказать мне, Господи, после того  как сыны Израилевы показали свой тыл врагу своему?!  Все жители земли Ханаан узнают о том, что Ты отвернулся от нас,  и  истребят имя наше на Земле.
Нервное напряжение Правителя было настолько сильным, что он впал в забытьё. В этом состоянии он пролежал весь день. И только под вечер в тонком сновидении  Иисус, как будто увидел бело-серебристое облако над Ковчегом Господним, и услышал голос Его:
- Израиль согрешил. Вы  преступили  завет Мой, который  Я  завещал вам. Вы взяли. Вы украли. Утаили из заклятого, и положили среди своих вещей.
Я не буду с вами, если  не истребите из общества вашего укравшего и утаившего заклятое (предназначенное Богу: прим. Авт).
Встань и просвети народ свой!  Скажи Израилю: «Освятитесь  к  утру! Ибо так говорит Господь Бог Израилев. Заклятое среди тебя Израиль! Не  сможете  вы одолеть врагов своих, пока не отдалите от себя заклятого».

    Халев и Раав воспользовавшись ситуацией –  атакой Гайских ополченцев и бегством  израильтян от  города  Гая, проскользнули через  дозоры,  и  по тайным тропам Авды с севера горной страны стали возвращаться из разведки. После увиденного  «сражения», у Халева появились некоторые соображения. Он понял, что нужно выманить противника  из  города, и  как можно дальше увести их в долину. Захватить же город  Гай,  а  заодно и Вефиль, нужно с севера. Но, предварительно, следует  незаметно расположить на севере  большую часть армии, совершив туда  ночной  переход.   

   
      « Когда  Гай  будет, покинут  воинами и ополчением, в погоне за израильтянами», - размышлял  Халев,  пробираясь  вместе  с Раав, к стану около Иерихона, - «То войти и взять город  можно будет без боя. А затем Гайское  войско атаковать с двух сторон».

     Лазутчики вернулись в стан, когда ещё не занимался рассвет. Раав прошла к себе в шатёр, чтобы привести себя в порядок, после пребывания в пещерах и лабиринтах  Авды.  А Халев – к себе в шатёр. Надзиратели ему сразу рассказали о поражении отряда  Гофониила,  и об огорчении Иисуса Навина.
- Где Великий Правитель ? – спросил старшего надзирателя Халев.
- В Скинии. Один, – ответил тот.

     Халев, совершив туалет и омовения, прилёг отдохнуть, и собраться с мыслями до восхода солнца.

     Раав тоже совершала  омовения в микве (миква – ёмкость с водой.Прим. Авт. {буквально на иврите – скопление воды.}).
Когда вошёл Надав в шатёр она даже не смутилась. Юноша был в восхищении от красоты иерихонской жрицы. Он почувствовал её приближение к стану и как сомнамбула оказался  в шатре иерихонской девы.

   Он стал скидывать с себя одежды, но Раав остановила его.
- Не делай этого, воин, - приказала она Надаву.
- Я сделала тебя мужчиной, но это не значит, что мы будем вместе. Из нашей
близости каждый получил своё. Ты познал женщину! Красивую женщину, - глаза её сверкнули и сузились от нахлынувших воспоминаний удовольствия,
- Я – получила девственника. Юного и жаркого…  И надо сказать первого! Так что  на этом – всё. Я теперь принадлежу другому, - закончила она задумчиво. Раав протянула руку Надаву, чтобы тот помог ей выйти из миквы.
Надав, как заколдованный подал ей руку и с восхищением, и ревностью «пожирал» её глазами. Она была нога, свободна и прекрасна.
Линии её тела настолько манили и кружили голову молодого воина, что он не удержался и обнял её.
- Кто он !? Я убью его, - зашептал Надав.
- Нет. Не убьёшь, - возразила Раав, - Он  слишком  велик для тебя. Да и для меня тоже, - закончила блудница, освобождаясь из объятий юноши. 


               

                Г Л А В А    V


    Солнце взошло над горизонтом. Халев очнулся от чуткого сна, потому что услышал, как движется большое скопление людей. Он вышел из шатра и увидел, как люди  непрерывным потоком идут к Скинии. Мимо проходило колено Иудино к которому принадлежал Халев. Он примкнул к нему и пошёл к Скинии. У Скинии стоял Иисус Навин.  Перед ним стоял кувшин, а за ним несколько помощников – писарей. Когда двенадцать  старейшин колен собрались, Великий Правитель обратился к сынам Израилевым:
- Израиль! Мне был голос Господа  нашего! Мы не захватили город Гай,
потому что было совершено преступление против  Бога.
Израиль преступил завет Господа! Он утаил заклятое!
Мы украли и положили  среди своих вещей то, что принадлежит Богу. Кто
это сделал сыны Израиля?
Покайтесь и признайтесь! Господь милостив! И возможно он простит вас!
Перед Скинией стояли почти все израильтяне двенадцати колен. Стояла мёртвая тишина. Слышно было,  как жужжат навозные мухи  и  «фыркают»
лошади  с ослами. Великий правитель перевернул песчаные часы.   
Прошло немного времени. Песок  в часах  пересыпался, и Иисус Навин продолжил:
- Тогда Господь нам  Сам укажет на преступников. Сейчас каждый из старейшин втащит  из кувшина  свой знак. Знак другого цвета означает, что в этом колене и есть тот, кто согрешил. Потом будут тянуть жребий старшие кланов, затем старшие  семейств  и наконец, члены семейства.


     Из двенадцати  колен, первым вытащил старейшина Ефремова колена – Эфраим, племянник Иисуса Навина . За ним стали тащить метки другие старейшины.  Знак другого цвета из кувшина,  достал старейшина Иудина колена. Это  был Халев. Он  стоял рядом с Навином и молча, сетовал на своё колено.
   
      После этого помощники Вождя Израиля положили в кувшин количество знаков равное  количеству кланов. Их было тоже двеннадцать. Вытащил  злосчастный знак старший клана – Зара . Из племени Зары – вытащил знак  старший семейства –Завдий, из семейства Завдиева – вытащил Хармия, а затем вытащил этот знак его сын – Ахан.
- Сын мой! воздай славу Господу, Богу Израилеву, и  исповедуйся пред Ним, и объяви мне, что ты сделал.  Не скрой от меня, - обратился к  Ахану Иисус Навин.
- Точно, я согрешил пред Господом Богом, Великий Правитель, - сказал и упал на колени Ахан, - Между добычею  я увидел одну прекрасную сеннаарскую (вавилонскую – прим.Авт) одежду и двести сиклей (шекель – прим. Авт.) серебра и слиток золота весом в пятьдесят сиклей. Это мне полюбилось, и я взял всё это и спрятал в земле среди шатра моего. Я не мог устоять перед соблазном. Прости  меня Великий Правитель! Прости Господи за грехи мои меня и мою семью!
- Ты не признался сразу, Ахан! А значит, усомнился  в могуществе Господа Бога нашего! Ты навёл на нас беду! Так  умри же нечестивец! Принесите всё взятое из заклятого! Серебро,  одежду, слиток золота! Приведите сыновей его и дочерей его, и волов его и ослов его, и овец… И все, что у него есть!  Выведите  их в долину Ахор и казните.
- Елеазар! Проследи, чтобы всё по Книге Закона было, - повелел Правитель    Первосвященнику Израиля.   
- Народ Израиля слушай, - продолжал Иисус Навин,
- Человек слаб. Он думает, что сила жизни в золоте и серебре! В богатстве и роскоши. В обладании ими! Он думает, что он может обмануть людей и Господа Бога нашего.  Человек постоянно сомневается в правильности того, что делает и поэтому отступает от правил. Грешит. Малодушничает. Но есть только одна Сила, которая достойна почитанию поклонению!  Эту Силу дал нам БОГ, на все века, и  называется он – Закон. Закон Моисея! Однажды, великий Божий  человек, сказал мне: «Горе тому, кто будет противиться этой Силе, потому что всё тленное разобьётся об эту Силу, ибо Закон – это Вера», - заканчивал вождь  свою речь, - Помни  об этом великий народ Израиль!

    Когда с Аханом было всё решено, Иисус Навин посмотрел на Халева и кивком головы  пригласил его в свой шатёр.
- Как прошла разведка,  дорогой Халев? – спросил  Вождь Израиля своего друга.
- Всё сложилось и получилось. Господь уберёг нас от тайной стражи и просветил, когда мы наблюдали  отступление наших братьев. Раав и её дядя Авда очень хорошо проявили себя в этом предприятии. И Авда может нам быть очень полезным в дальнейшем. Он: лекарь, звездочёт и немного калдун, - улыбнулся старый лазутчик. 
Халев изложил Иисусу свои мысли по поводу засады с запада и выманивания Гайского воинства в восточную долину.
- Захват Вефиля можно поручить Надаву, а сам  я возьму несколько тысяч и ударю по Гаю, когда ты выманишь всех воинов и ополченцев в долину, - закончил возбужденно Халев.
- Да, план хорош! – отметил  Главный Военачальник, - Только в долине  мы будем атаковать не с двух, а с трёх сторон. С запада, севера и с востока. Вефиль и так ворота откроет!  Я пошлю туда Раав.  Она, с  родственниками,  и откроет нашим войскам ворота Вефиля. С небольшим отрядом лучников и пращников, она пройдёт по тайным тропам.
- Хорошо, Иисус. Сколько дашь мне людей?
- Оставь мне не более пяти тысяч, а сам возьми  остальные тридцать тысяч  и встань лагерем на севере.  С запада, между Гайем и Вефилем  поставь войско Гофониила, но добавь к их численности ещё людей. Тысячи две, –  ответил задумчиво Иисус  своему другу и помощнику.
- Я думал, что с тобой пойдёт основное войско?! – удивился Халев.
- Нет, Халев! Если жители и воины Гая увидят большое войско – они испугаются и не выйдут на бой, в равнину.  А вот, если в равнине будет чуть больше войска, чем они отбросили при первой атаке, тогда они соберутся  в «кулак» и  захотят  повторить свою победу. Мы их выманим на равнину!
- Ты прав. Великий Правитель, - согласился помощник. 
 В шатёр вошла Сара и с тревогой сказала:
- О, Великий Правитель к тебе идёт иерихонская жрица! Что передать страже?
- Передай страже – пусть войдёт, - тень улыбки скользнула по его лицу.
Сара с лёгким поклоном удалилась.
Вошедшая Раав вошла своей гордой независимой поступью.
- Шалом алейхем, Великий Вождь Израиля! – кланяясь обратилась она к Иисусу.
- Я пришла узнать – полезна ли я тебе ещё, мой господин? 
- Конечно, полезна. Хочу тебя направить к твоему двоюродному дяде  с небольшим отрядом, чтобы  вы открыли  ворота  Вефиля  для малого войска.
Что думаешь на этот счёт?
- Я думаю, что справлюсь, но у меня есть нижайшая просьба, Повелитель.
- Говори, - Навин догадывался, о чём будет просьба, но он хотел ещё раз послушать её певучий и бархатный голос. Она начинала нравиться Великому  Правителю.
- Я хочу, чтобы ты, после  битвы с Гаем и Вефилем, принял меня и мою семью, в стан израильтян, а первосвященник  Елеазар  сделал всех нас иудеями, и меня провозгласили праведной.
Навин задумался. Он прошёлся по комнате, обошёл иерихонскую жрицу и встал перед ней.
- Хорошо, - глядя ей в глаза, произнёс он, - О праведности поговорим позже и в присутствии  Елеазара, а в остальном – быть по сему.

- Умеешь, ты Раав, во время попросить. И ведь, не откажешь, - улыбнулся Халев.
- Ты тоже не отказался бы в Иерихоне, если бы я тебя выбрала, -  тут же откровенно ответила иерихонская блудница. Халев внимательно посмотрел на Раав. Он немного, всё – таки,  не доверял  жрице храма Астарты. А может, просто ревновал.

       Иисус Навин  очень чётко объяснял Халееву и  Раав задачи  и порядок действия их и отряда, по проникновению в города  Вефиль и Гай. Он говорил, что  главное в их предприятии увидеть и не упустить момент.

- Халев! Ты ударишь по вражьим войскам из города, когда  увидишь, как   я подниму копьё вверх и укажу им на Гай.  Тогда убегающие израильтяне, остановятся и развернут свои порядки на Гайских воинов и ополченцев. Особенно, Иисус обратил внимание на время поджога самих городов. Поджог должен произойти  сразу  после  взятия городов.

- Сначала, с восходом солнца, лёгкие отряды Надав поджигают город Вефиль. Мои войска стоят в долине. Гайский царь выводит свои полки на меня. Я принимаю небольшой бой и быстро отступаю. Гайские войска идут в погоню за нами. Затем Халев с запада врывается в Гай и поджигает его, - Правитель налил себе воды.

- Вы должны создать панику в городах, - объяснял Главный  Военачальник, - и эта паника должна перекинуться на воинов и ополченцев, которые будут преследовать  нас.
- Я подниму копьё, как только увижу огонь и дым над городами! Это будет знаком к общему наступлению всех частей нашего войска, - повторился Навин. Он так увлёкся, что не заметил первосвященника Израиля.
Елеазар, сев рядом с Иисусом, в полголоса сказал:
- Я всё сделал Великий Правитель. Утаённое  Ахана  положено перед  Господом. Ахан и его семья забиты камнями, обложены хворостом  и сожженны  вместе с шатром, со скотом и всем его добром. Место это завалено камнями: малыми и большими. Каждый кинул на этот холм свой камень. Каждый… Кто любит Господа Бога нашего…

- Это груда камней,  наброшенная на тело Ахана - свидетельство для потомков и предостережение Израилю  от  греха неповиновения Божиим повелениям, - также негромко ответил Иисус Навин.

- Теперь у наших людей  слово Ахан, возможно, будет означать «приносящий беду», а слово Ахор – означать «земля Беды», - закончил первосвященник Елеазар.
- Вопросы есть? Или всё понятно по Гаю и Вефилю? – спросил Вождь Израиля у присутствующих.
- Да, Повелитель! – почти одновременно сказали  Халев и Раав.
- Значит, ты Равв  с воинами Надава, отправляешься вместе с армией Халева завтра в ночь. А я, со своим войском отправлюсь  через день, и тоже в ночь. Суток вам должно хватить, чтобы сделать задуманное. Господь с нами, - задумавшись, заключил Навин.


         Когда все вышли Халев, задержавшись, спросил у Иисуса:
- Скажи Иисус, как ты это всё ловко придумал?
- Это не я. Это Господь вразумил меня, да и ты в стороне не остался,- глаза его сверкнули радостью,
- Как говорится: « Когда в сердце с Богом - чиста и правильна дорога».
- Господь сказал мне, что все богатства Гая и Вефиля  должны достаться сынам Израилевым. Напомни мне об этом, если я забуду, -  Иисус  встал.
- Да ты просто пророк, - в ответ заулыбался Халев.
Иисус Навин только пожал плечами  и  вышел в другие покои.

Через двенадцать часов Халев, Гофониил со своими войсками двинулись на северо – запад , а Надав и Раав двинулись  на юго-запад с отрядом  лазутчиков, чтобы  подойти незаметно к Вефилю. Иисус Навин  в это время уединился в Скинию и стал упорно молиться за успех наступающей битвы.

   Гонец от иерихонской жрицы уже добрался до  всеведующего Авды и передал на словах просьбы Раав о повелении Великого Правителя сынов Израилевых. Авда сделал все тайные распоряжения по своему клану о предстоящих переменах, и спрятал свои драгоценности: внуков и другие сокровища  в  свои тайные комнаты-пещеры. Авда понимал, что Иисуса Навина не остановят ни войска с ополченцами, ни горная страна Ханаана. Звёзды  «говорили»,  а мудрость «шептала»  ему, что завоевания израильтян остановят на время  человеческий  порок. Как это было во все времена. Сейчас он колдовал над своими расчётами  и рисунками, которые были понятны только ему. Авде, чтобы сохранить свой клан, нужно было быть ближе к Великому Правителю Израиля. А космические тела на звёздном небе отчасти помогали в этом, давая информацию о событиях.

    На горизонте наблюдалась некоторая активность светил: свечение  и движение. Об этом и думал  мицраимский колдун. Он знал, чем удивит Иисуса Навина, и что расскажет ему, как только падут Гай и Вефиль.
Он знал, что приближается нечто необыкновенное. Авда давно умел рассчитывать и лунные, и солнечные затмения, используя это в своих «предсказаниях – видениях». Но то, что по его расчетам приближалось -     было  похоже  на одно «небесное чудо», свидетелем которого был он сам. Это было более сорока лет назад, в стране Куш.

   Спустя какое-то время Авда собрал нескольких внучатых племянников и приказал им встретить Раав.
- Вы должны пройти в Вефиль, и провести туда отряд израильтян  вместе с Раав, через ворота с юга, - сказал тихо колдун.
- И затем помогать во всём им, и быть рядом. Я появлюсь позже. В Гай проведёте их пещерными тропами  и уйдёте в пещеры. Всё добро своё спрячьте в нагорье. Потом заберёте,- с этими словами прорицатель и лекарь царя Гайского  исчез.

    По приказу  царя  Вефиля весь мужской род горожан, кто мог держать в руках  оружие, уходили небольшими группами в Гай. Над городом нависала зловещая  пелена праведного гнева Божия. В городе оставались только женщины старики и дети. Жрецы и жрицы из Беф-Авена  тоже подались в города  в надежде укрыться от надвигающегося возмездия за крепостными
стенами.

    Израильтяне расположились, так как было придумано Иисусом Навиным. Великий Правитель встал со своим войском в долине к востоку от Гая. Войско Гофоноила  встал с севера, а Халев зашёл с запада. Надав в это время уже завладел городом  Вефиль и ждал рассвета.

    Солнце взошло над горизонтом  на два перста,  и царь Гая, под голубым небом в малиновом рассвете, увидел боевые порядки израильтян. Их было не намного больше, чем при первой атаке  девять дней назад: тысяч пять - шесть. Окинув  свои войска внимательным взглядом, царём  овладела гордыня.

     Гайских воинов было почти в два раза больше тех, которые стояли на равнине. Гайский царь решил завладеть  инициативой  и не ждать нападения. Он отдал приказ  открыть  ворота и ударить по израильтянам. С криками и воплями боевые отряды вышли из ворот и двинулись на равнину, на сынов Израиля. Ополченцы Гая и Вефиля сошли со стен и также вышли в долину за воинами.

     Как только последняя сотня ополченцев  покинула восточные ворота города  – с обратной стороны Гая вошли воины Израиля во главе с Халевом. Соратнику и другу Навина открыли западные ворота  лучники и пращники Надава. Которые, перебив стражу, проникли к западным воротам через тайные ходы благодаря  Раав и родственникам хитроумного Авды.  Царь Гая оцепенел от  неожиданности  и  гнева. Но гнев его быстро сменился на страх, и он бросился вон из города, оставляя своих воинов в обреченном положении.

       Халев направил за ним погоню и скомандовал: «Поджёчь город!»
Город вспыхнул, как факел. Воины  Гая, увидав за спиной черные клубы  дыма, прекратили преследовать сынов Израиля, которые отступали  назад. Иисус, стоя на возвышенности, наблюдал за боем. Увидев огонь и дым над Гаем, Навин поднял копье, остриём указывая на противника. К копью Навина была прикреплен  кусок вавилонской ткани, которая развиваясь на ветру играла на солнце блестящими нитями.

      Это был знак для Халева, стоящего  уже на башне городской стены и Гофоноила, который наблюдал за происходящим боем с горы на севере.
Часть Гайского воинства повернула обратно к городу, но в воздухе грянуло израильское «Хэ’Дад»!  Сзади – от ворот Гая  и  слева – из-за  северной возвышенности на них двинулись израильтяне, сначала пращники и тяжелая пехота – копейщики, за ними –конница.

      Основные силы израильтян вышли в тыл и во фланг Гайского войска и смяли его. Ужас и отчаяние более десяти тысяч воинов Гая и ополченцев Вефиля смешался с яростью и беспощадностью 25-ти тысяч израильтян. В воздухе пахло кожей, металлом, кровью и потом. Пространство наполнилось  звуками  боли, страха  и  ненависти. Хананеев  ожидало возмездие за всё содеянное против Бога и  Его Законов.

      Внутренняя дисциплина и здравый смысл  не давали Иисусу ринуться в гущу боя. Он высоко держал своё копьё над головой, направленное на Гай, и благодарил  Всевышнего за помощь ему и его народу.  Сражение  длилось  недолго. Халев и  Гофоноил со своими полками раздавили  сломленных морально хананеев и истребили всех воинов, что не бежали с поля боя. Израиль выполнил приказ Великого Правителя. Гай был разрушен сразу же после казнённого царя, который считался одним из ярых жрецов и черных магов  Ваала и Астарты. 

    - Бросьте его к воротам города после захода солнца, -  приказал Иисус солдатам, кивнув на повешенного царя. Тело болталось на дереве, что стояло у стены за воротами.
- Пусть успокоится с прахом своих жертв, - заключил вождь, - Да завалите камнями это поганое место.
- Да. Не спасёт ничто злодеев от праведного суда Божия, - согласился Елеазар с  Навиным.

- Я хотел с тобой поговорить, Первосвященник, - Иисус  пришпорил коня.
- Слушаю тебя внимательно, Великий Правитель, - Елеазар поехал рядом.
- Мы сокрушили Иерихон и Гай с Вефилем. И в этом нам помогли Раав и её родственники. Авда, его племянники и внуки, как мне доложил  Халев. Раав
Просит о милости старейшин и священников о том, чтобы ей было разрешено принять нашу веру.
- Я подумаю, как это сделать многоуважаемый  Иисус. Постараюсь, чтоб и толков не было и по Книге Закона.
-  Подумай о празднике, благочестивый Елеазар. Скоро Шаувот(др.евр. праздник, прим. Авт). А всем, кто остался в живых, язычникам, объяви херем (херем – изгнание, прим.Авт.) и обложи  их данью.
-Да. Великий Правитель,- кивнул Первосвященник.

                ***
     Когда закончились военные действия, Иисус с Елеазаром стали готовить народ к торжественному дню.  Народ Израиль двинулся далее, на Север,  к городу Сихем.  Там, на горе Гевал  Навин решил устроить жертвенник Богу. И произнести благословление праведным на горе Гаризим, что стояла напротив Гевала. А на горе Гевал - произнести проклятие  нечистивым.

     Когда путь был пройден, и известное место достигнуто израильтянами, Иисус дал команду соорудить жертвенник из цельных нетесаных камней.
По книге Закона Моисеева –  камней не должен был касаться железный меч. Меч – символ вражды и войны, он мешает правильному служению Господу Богу по Закону Моисеева.
    
       Левиты  трудились день и ночь. Они собрали жертвенник из цельных камней по Закону Моисеева, а коэны произвели всесожжение.
Затем левиты, как положено в великий праздник, произнесли благословления исполняющим Закон и проклятия нарушающим Его.

      Перед ковчегом завета стоял гром восклицаний двенадцати колен народа Израиля. Шесть колен находилось  на горе Гаризим и шесть колен – на горе Гевал. Звук далеко разносился по долине межгорья и был слышен не только пришлым израильтянам, но местным жителям, ханаанеям, которые были объявлены в херем (изгнание, прим.Авт).

     После всего этого Иисус прочитал десять заповедей, все слова Закона, перед лицом своего народа. Он приказал священникам и левитам высечь заповеди на сооружённом жертвеннике на горе Гевал для потомков и язычников, которые вскоре отрекутся от своих идолов чёрной магии и примут веру Бога Израилева. Высеченные заповеди были выкрашены известью

Продолжение следует...