Сказание о Велесе и Буре Яге 2

Сказание о Велесе и Буре Яге 2. Предыстория
Светлана Жукова 4
   

...Времена далёкие, стародавние
Сердце помнит, ли? Разум ведает?...


В поле ковыль-травушки всколыхнулись
Тёмные дубравушки встрепенулись
В море волны синие расходились
А в земле расселины появились
Билась стая чёрная с белой стаей
Кровью Землю-Матушку заливая

Чёрный Ворон с Соколом в небе бился
И с крылом под облаком распростился
Грянул телом оземь весь, свирепея
И уполз под землю он Чёрным Змеем

И не смог стать Вороном он обратно
И поклялся миру Змей страшной клятвой
Что потомки Сокола во вселенной
Станут плотью слабою, смертной, тленной

Что не долго будет им веселиться
Им придётся с юностью распроститься
Станет кожа жёсткою, словно камень
И сожмётся в сердце их Жизни пламя

Станет птицей раненой непокорность,
Будет в клетке каменной чахнуть гордость
И придётся вечно им за желанья
Принимать от Вышнего Наказанье...


     Прекрасная, яркая и волшебная мифология древних славян, которая казалось была утеряна нашими предками навсегда, возродилась в "Звёздной Книге Коляды" Александра Асова.


     Кто-то возможно скажет, что - это вовсе не древнеславянская вера наших предков, что Асов это всё сам сочинил. И он будет прав. Книга Асова - не Библия, и вовсе не призывает к новой вере. Она очаровывает, вдохновляет побуждает сотворить автору в творении его прекрасного сказочного мира. И ещё как побуждает!


     В этом мире Перун со своей женой Дивой Летеницей ездит в грозу по небу на горомовой колеснице, бьёт в бубен, а огнеокая Дива выпускает в землю и небо яркие синие, жгучие и опасные стрелы-молнии.


     В этом мире великан Святогор на огромном боевом коне обходит дозором Святые горы, горы на которых стоит Сварга Небесная и цветёт чудесный Ирий-сад, аналог нашего Рая.


     В том мире у богатыря Святогора есть семь прекрасных дочерей, одна из которых - Яся, по своей неосторожности и гордыне, ставшая Бурей Ягой...


     О ней, её горькой судьбе, великой обиде, борьбе с Кощеем и вечной любви к Небесному Туру - славянскому богу Велесу, эта сказка...


Сварги Синей убранство богато
Златом, жемчугом блещут палаты
Боги в Сварге печали не знали
Каждый день, каждый час пировали!

Только пир был - не сласти и яства
Знали боги иное богатство:
Молоко белых туриц небесных
И - звучание струн бестелесных

Тучки-турицы в небе бродили,
Землю-Матушку влагой поили -
То не дождик слезился по пашне
Молоко текло в пажити наши



Как текла-протекала реченька
А водичка в ней вся слезовая
Вся слезовая-бирюзовая
Мира смертного, человечьего

В человечьем мире - страдание
В человечьем мире - радение
И незнание, и желание
От глухого сна пробуждения

Но сурова Явь, жизнь печальна в ней
В ней желания не сбываются
Только шепчутся духи рек, полей
Только эхо с гор отзывается

Вместо пня трухлявого, леший
Вечно нрав недобрый свой тешит
Как дитя, кричит средь острожин
Зазывая в чащу прохожих

А за печкой, злой и колючий
Язычком огня ослепленный
Домовой таится, скрипучий
И грозит хозяевам скверной

Так живут в ночи Божьи дети
Ничего о Прави не зная
Ведь окно славянского рая
В Божьим детям в Яви не светит.



Поднимался росток
Не силён, не высок
Из-под камешка
Да на донышке

Он от серого
Отойти не мог
Он в тени сырой
Зяб без солнышка

Но тянулся он
К небу. Рос и рос
И могучим стал
Как созвездие

Пил сладчайший мёд
Предрассветных рос
И от ясных зорь -
Благовестие

Не могучий дуб, и не вишня
Мир ветвями тронуло горний
Это Дерево бога Вышня
В сам Алатырь пустило корни

На листах его
Месяц греется
А в корнях его
Змей шевелится

И в ветвях его -
Сны сквозящие
А плоды его
Говорящие

У ствола Сварог
Сотворил Закон
И незнающих
Просвещает он

Удивляет там
Лада пением
Красит Божий мир
Откровением

Древо там, где славянские боги
Птицы-боги - творцы чудес
И, не знающие тревоги
Тучи - турицы светлых Небес...



Небо - поле для пасущихся туриц
Нет на небе ни заборов, ни улиц
Даль покрыта словно белой глазурью
А трава сияет нежной лазурью

Степь купается в багрянце закатов
И течёт поток молочный куда-то
И бредут стада тропой серебристой
В божий терем, и пресветлый, и чистый

Род - создатель всех чудес сокровенных
Он - источник всех миров и вселенных
Ночь Седунь - его и тьма, и отрада
И Земун - вожак небесного стада

Мать-Земля, где лес и дол, и дороги
И дракон небесный - Дый сребророгий
Царь Сварог - палат небесных строитель
С Ладой вместе, всех ясуней родитель

Чёрный змей - совсем иная порода
Чахнет в тьме, его удел - несвобода
Он о Свете Белом вечно мечтает
Но во мраке Белый Свет проклинает

В Яви спорят меж собой до икоты
Будто нет у них ни дел, ни заботы
Правда с Кривдой, изначально, от века
Кто из них войдёт под кров человека

Правда трепетно звенит, будто ландыш
Ну а Кривда, как ковыль-перекатыш
И несётся, и свистит, словно ветер
Утверждая безнадёжность на свете.

И прядёт в подвалах снов и желаний
Макошь-Матушка чреду испытаний
Для души. Без выходных и застолий
Принимая помощь Доли с Недолей

Сила Рода и струится, и светит
В ней живут не только старшие дети
Младших тоже, по закону природы
Выпускают в мир Молочные Воды.


Подползал Чёрный Змей к Камню Белому
Ударял по нему тяжким молотом
Тяжким молотом не их золота
Из огня глубин омертвелого

Искра вспыхнула в океане мглы
Обожгла, пронзила страданием -
Это страшный Вий из страстей Земли
Народился ей в наказание

Тяжелы веки Вия Змеича
Злобно войско его, грозен зов его
И подземного королевича
Обуздать не может никто

Ни жалеть, ни любить не умея
Вий зачал подземелье Кощея
А Кощей, прародителя славя
Стал царём и властителем Нави

Он - души соблазнитель извечный
Человека он ложью калечит
Чтобы люди сердцами остыли
Чтобы кликали смерть, а не жили
Чтоб, страшась непомерных усилий
Не стремились в сияющий Ирий


Высекал Сварог искры алые
Да из камешка залежалого
Да из камешка загорелого
Словно иней искрящийся, белого

Вот упала искра проворная
Да Землю-Матушку чёрную
С ветром огнь превратился в поток
Так родились Семаргл и Стрибог

Раздувает Сварожич огонь
Под Сварожичем пламенный конь
До небес вырастает, играет
И в золу всё вокруг превращает


Брат Сварожича, быстрый и дикий -
Огнь небес, золотой, слонцеликий
Он в кольчуге по небу шагает
Туч стада от врагов охраняет

Золотеет великий, лучистый
Он восходит тропой серебристой
И уходит, уставший немного
С неба синего алой дорогой


Мать-Земун - вожак небесного стада
Сердцу божьему и зов, и отрада
Оттого стада растут и тучнеют
Что Сварог их бережёт и лелеет

Ясен день - и тучки снега белее
На закате стадо словно рыжеет
Любо тучкам в свете Солнца купаться
И светящей новизной упиваться


Кто-то там, на просторе, балуется
То ли девицы, то ли турицы
Это дочки Земун забавляются
Хороводят, смеются, толкаются

У Земун непослушные дети
Только нет их прекрасней на свете
Имена их известны доныне:
Тучки Дана, Амелфа, Волыня

Тучки-турицы вечно меняются
И в прекрасных девиц обращаются
И тогда обращёнными турицами
Вся великая Сварга любуется


Свет Амелфушка – дочь Сварога
Так в Небесной Сварге сияла
Что одна б её озаряла
Если б Солнца земля не знала

Раз увидел Солнечный Сокол
Как пряла Амелфушка пряжу
И застыл, и не понял даже
Что земля от жара иссохла

У Амелфушки очи огнём горят
А ресницы, крыльями, над щекой парят
Золотые косушки до земли висят
Жемчуга и звёздочки в волосах звенят.

Солнце в небе не продвигалось
И земля от жара металась
Как воды испить ни желалось
Но ни капельки не осталось!

Тут великая Матерь – Слава
Сына – Солнышко вопрошала:
Почему оно иссушало?
Почему оно убивало?

И ответило Солнце так:
Я вступить пожелало в брак.
Коль Амелфе моей не быть
Перестану я восходить!

Станет всем вам, матушка, обидно
Ничего в ночи не будет видно
Мир погрязнет в непроглядной тьме
Прекратится жизнь на всей земле.

И увидели: вот, ко храму
Подлетела чудная птица
И во Свяргу вошла, царицей
Озарив чертоги и лица

Ну а следом, крылами сверкая
Прилетела тут птичья стая
Словно армия золотая
Все дела Отца прославляя

Стали они батюшку умолять
Чтоб земле от Солнышка не страдать
Надо бы Амелфушку не скрывать
А немедля Соколу в дар отдать

Чтоб земля не плавилась от тепла
Чтоб вода по камушкам вновь текла
Чтобы сердце Солнышка отошло
Чтобы в Навь лучистое не сошло!

Приносили они подношение
И с тревогою ждали решение…

Думу долгую думать владыка не стал
И Амелфу-девицу за Солнце отдал!


У Амелфы родились близняшки -
Мальчик с девочкой в красных рубашках
Мальчик Велесом назван был
Мать Амелфу он крепко любил

А Алтынка, его сестра
Весела была и шустра
Подбивала на шалости брата
И ни в чём не была виновата.

Брат Алтынке обиды прощал
Хоть не раз за неё отвечал!
И какая б ни жалила вьюга
Брат с сестрою любили друг друга.

Велес в детстве горя не знал
Песни пел и на дудке играл
А Алтынка под дудку плясала
И плясать она не уставала.


II.


Только вечным детство не бывает
Как ручей, журчит и убегает
От истока к краешку земли
Где качает море корабли

Да и Змей обиды не забыл
Месть в лукавом сердце затаил
Отомстить решил он детям Солнца
Чтоб отец над миром не всходил
   


Вечно б Велес в Сварге счастлив был
Если б Ясю он ни полюбил
Если бы в дом боли и печали
Он случайно двери ни открыл...



Отцвела во Сварге весна
Стало Велесу вдруг не до сна
И вскипела силушка в жилах
Словно Смага, жарка и красна

Кто виновен, что плоть, как зола?
Взгляд - и разум сгорает дотла!
Если встретилась чаровница,
И любовь печатью прижгла...



III.


Как в высоких горах, в Святогорье
Подпирает Столп Небеса
Там поют грома на просторе
И свершаются чудеса

Как во белом том Святогорье
То не ветры сосны качали
То не горы камни роняли
И не пенилось синее море

То скакал средь высоких гор
Великан-гора Святогор

Конь его - выше леса стоячего
Гребень шлема его, пером
Как в лесу мужик, топором
Рассекал в небе тучи ходячие

Шаг его, как метла, из нор
Выметал весь змеиный сор!

Тяжела Богатырская доля:
Днём и ночью, сомкнувши веки
Кружит, кружит... Сварожья воля
Приковала к Столпу навеки.

Но однажды конь его грозный
Рассадил копыто до крови
Святогорушка сдвинул брови
А с ресниц закапали слёзы

И взмолился Небу детина
Доконала сильного кочка:
-Дай мне дочку или сыночка
Чтоб не ела сердце кручина!

И дана была, на прошенье,
Дочь морской царицы - Плеяна
Что явилась из океана
Святогорушке в утешенье

И в глухой ночи, в самой чаще
В тех святых горах Алатырских
Народились семь звезд светящих
Воплощённых сил богатырских

Астра - Майюшка Златогорка,
Многосильная свет-Алина,
Меря, тихая как долина
И колючая, как иголка,

Лина, с голосом словно чудо,
Звучным светочем тёмной ночи,
Рыжекудрая Яся, чьи очи
Зеленели, как изумруды

Тая - страсти людской истома
Вся под стать жениху Яриле
И Эльвина, чьи дети жили
Утверждая Божьи Законы

Как положено девам Прави
Ненавидели сёстры Змея
И преследовали злодея
По бескрайним просторам Яви

И родителей чтили дети
Волю батюшки исполняя
Только Яся, смиренья не зная,
Своевольна была, как ветер

Не предвидела злую долю
Огнекудрая Яся-Звездинка
На свою свернула тропинку
И нарушила Неба волю

Не нужна была Ясе ласка
И сердечный друг был не нужен
Не любила она подружек...
О ретивой Ясе и сказка.


IV.


Свет сестрицы Тьмы земной
Всё же старше
В мире Света Белого
Нету краше!
В Свете Белом горы есть
И провалы
В них потоки вод гремят
И обвалы
И равнины в Свете есть
Этом чистом
Где трава волнуется
Зелениста
И вода лазурная
На просторе
Что зовётся смертными
"Сине море"
И озёра ясные
Словно очи
Звёздами исполненной
Чёрной ночи.
Но для взора Божьего
Нету слаще
Чем деревья, спящие
В синей чаще
Где грибам и ягодам
Нету счёта
А крылу простора нет
Для полёта
Но для белки, зайца ли
Лес-дорога
Им простора в ельнике
Даже много
Там в норе спокойно спит
Ёж колючий
Там всегда и пьян, и сыт
Зверь рыскучий
И прохожий человек
Там не сгинет
Потому что Бог его
Не покинет


Только Чёрный Змей под землёй не спит
Он на мир людей без тепла глядит

Как из яви весть получает
Так от зависти весь иссыхает

С чёрной завистью почивает Змей
И змеёнышей порождает с ней

А змеёныши в Белый свет ползут
Липкий Змея яд на телах несут

Светлый лик Земли затеняют
И потоки вод отравляют

Летом жаром жгут, словно перцем
А зимой морозят до смерти

И, средь всех даров голубых Небес
Им особенно ненавистен лес.


Как в здоровый лес
Мелкий змей вползёт
Под колодушкой захоронится
Под гнилушечкой узаконится
Так зелёный лес
Умирать начнёт

Часты травушки заплетутся
Родники под камни вернутся
И заполнит змей подколодный
Все поляны водой болотной
А где пела река в долине
Будет жаба квакать в трясине...

Только станет змеёныш расти
Лес от смерти уже не спасти
Вместо пташек певучих в ветвях
Лупоглазый поселится страх
И кикиморы, стаей всклокоченной
Сразу выйдут из мглы замороченной

Мхи, лишайники в силу войдут
И пробиться листве не дадут
Даже полный спокойствия ёж
Станет сам на себя не похож
Сбросит иглы, как ель, похудеет...
И со временем лес опустеет

Человек в этот лес - ни ногой!
Ни один, ни вдвоём, ни гурьбой
Потому что в лесу - не покой
Там на кочку не ступишь ногой
А всё то, что растёт и плетётся
Дышит смрадом и ядом плюётся.


V.


Знала Яся с самых ранних лет
Что в лесах житья благого нет
И решила порчу обуздать
Не позволив змеям лютовать

Кладенец взяла, взяла коня
И прощальных слов не тратя зря
Ускакала, дерзкая, в рассвет
Не держа пред батюшкой ответ

Под горой шипучего нашла
И мечом на части посекла
Хоть змеёныш был и слаб, и мал
Он дубы как щепочки ломал

Лишь сломать Ясуню не сумел -
Богатырских сил он не имел...

Так и повелись с тех пор дела:
Яся спор со Змеем повела.

Обходила Яся дозором
И хранила леса и горы
Убивала посланцев зла
Без смущенья и без числа

Чёрный Змей из Тёмного царства
Обещал ей смерть и мытарства
Но поделать не мог ничего
Затаилось подземное зло

Пораскинул умом искалеченным
Змей о сердце людском, переменчивом:
Знал, склоняют двуногие голову
Перед властью любови и золота

Сердце - камень и воля - железная
Если цель сердцем выбрана честная
Но тщеславие в нём, словно мёд
Полноводной рекою течёт

Приведёт к человеку Недолю
Если выпустить воды на волю
И на ложе печали уложит
Если к золоту жадность умножит

Ведал Змей, что любовь - жернов каменный
Сердце будет держать дланью пламенной
И пилой будет сердце пилить
Если только её разбудить

Думал Змей, что душа её гордая
Не такая уж чистая, твёрдая
Что живёт в её жаркой крови
Жаждой золота или любви

Святогорка бессильною станет
Если суженный в горе оставит
Ну а если над ней посмеётся
То и Смерть до неё доберётся

И тогда Чёрный Змей рассудил
Что Ясуню уже победил
И, поняв что от думок устал,
К Ясе внука-Кощея послал...












     И Земля-Матушка благодарила Ясю за то, что она освобождала её от ига Змеева.


     Наделила Мать-Земля Ясю силой богатырской, да такой, что во всей земле не нашлось бы ей достойного противника. Только не могла смягчить Мать-Земля ни нрава её сурового, ни гордыни, ни высокомерия.


     Как-то раз, когда увидела Яся очередного Змеёныша, да и не Змеёныша, а уже почти взрослого Змея, огромного как гора, бросилась она к нему, на ходу меч свой вынимая. Но не успела. Добрый молодец русоволосый, синеглазый, вырвав огромный дуб из земли, швырнул его в Змея, попал ему в голову и размозжил змеиную башку вдребезги!


     Ох и разозлилась тут Святогорка! Вспыхнула вся, зарделась от гнева и на молодца набросилась с мечом, крича при этом, что он её славу великой победительницы отродья Змеиного отнял.


     Велес, а это был именно он, то пнём от неё отбивался, то за стволы деревьев прятался. Не успокаивалась красавица, только распалялась всё больше и больше. Тогда он изловчился, подставил ей ножку и повалил её на землю. Повалил и отпускать не хочет...


     Тут взглянули друг на друга Яся и Велес и родилась в тот самый миг любовь в их сердцах...


     - Выходи за меня замуж, красавица, предложил Ясе Велес. И согласилась дочь Святогора сразу, не раздумывая. Как будто знали она и любила Велеса всю свою нескончаемую, неспокойную жизнь.


Велес Ясю ретивую встретил
И навек своим сердцем приметил
Больше жизни её полюбил
Обо всём он на свете забыл...


Поспешил на Ясе он жениться
Но забыл у матушки спроситься
Только Яся в Сваргу и не пришла
И даров богам не принесла


Велес сердцем тут не устоял
Святогорку крепко он обнял
И нашёл он в чаще куст Ракиты
Чтобы куст влюблённых повенчал


Не дождался он Благословенья
Не просил у матушки прощенья
Ну а тех, в ком грех цветком цветёт
Навсегда лишал защиты Род.


     Чёрный Змей в своём царстве Змеином всё знал, что в Яви делается. Было у змея волшебное блюдо с золотым яблочком. Он яблочко по блюду катал и всё видел, что с Велесом и Ясей случилось.


     Сразу понял Змей, что вот-вот потеряют Яся и Велес защиту Прородителя, и приготовился действовать...


В чаще сумрачной
Синий куст стоял
Ясю с Велесом
Этот куст венчал

Первый круг прошли -
Омовение
От бездушной лжи
Отречение

Круг второй прошли -
Навьи с лихами
Отползли за пень
В тени тихие.

Третий круг прошли
И Нелёгкую
Унесло как лист
В хмарь далёкую


И носил потом Велес жёнушку
По горам крутым, по колодушкам
Был быком небес, ярым Солнцем стал
И лучами рук он её ласкал...
И ручьём звенел молодицы смех

Но всё рос и рос непрощённый грех...


Видно, слишком пламенно полюбили -
Под кустом Ракитовым так и жили
Ох беспечны, глупые, слишком были
О коварстве Змеевом позабыли...

Чёрный Змей не спал, не дремал
Обо всём он тотчас узнал!
И раздвинувши мхи и коренья
Из земли он в ночи вылезал.

К спящей Ясе Змей подползал
Зубы острые в кожу вонзал
Чёрным ядом красивое тело
Словно кубок вином наполнял

Крепко Яся спала, и не знала
Что отныне Ягою стала.

Велес тоже о том не знал -
Сладко Велес в то утро спал.

 
     Проснулся Велес под Ракитовым кустом и с улыбкой взглянул на свою жену.


     В тот же миг, словно когда лучина гаснет в избе ночью
 и сразу наступает кромешная тьма, погасла улыбка на устах Велеса и густая тень печатью горя легла на его чело. Казалось, что уродство и старость его супруги отразилась и на его прекрасном лике. Так сильно опечалился буйный Велес.


     Отшатнулся Велес от Яги и вскочил на ноги.


     Яга тоже проснулась. С удивлением и непониманием взглянула она на Велеса, а потом протянула к нему доверчиво свои уродливые руки.


     Пересилил себя Велес, взял руки жены в свои ладони и, подняв её с земли, обнял...


Осознав причину несчастья
Чтоб избавиться от напасти
Велес с волей решил проститься
И пред матушкой повиниться

Потеряв жену молодую
Все равно не желал другую
В Сваргу вместе с Ягой пришёл...
Там сестру и мать он нашёл

Как Яга от взглядов не скрывалась
Но от любопытства не спасалась   
А когда Сварожичи смотрели
То от отвращения немели

А Амелфа, только увидала
Как Яга за сыном ковыляла
Раскричалась так, что сам Сварог
Зацепился ножкой за порог

И упал. Само Столпотворенье
Поднялось от этого явленья
Хоть никто доселе ни не знал
Что оно, и кто его создал.


     Ох, как разгневалась матушка Велеса - дочь Великой Земун, небесная турица Амелфа! Так разгневалась, что чуть на месте Ягу не прибила. Не слушала она даже уговоры своей дочери Алтынки, и всё не уставала выговаривать Велесу:


-Как же ты, сын Солнца, женился
Да на ведьме с увядшей кожей?!
Соблазнился ты этой рожей
И у матушки не спросился!
Вольный тур, ты кем окольцован?
Знать Ягою ты околдован!
Ты не любишь её, ты Навью
И обманут, и зачарован!

Посмотри на неё, сын милый -
Не ручищи у ней, а вилы
Не зубищи у ней, а сабли
Не ножищи у ней, а грабли!
А на пальцах кривых - не ногти
Это ж прямо - медвежьи когти!
Вместо носа-то клюв совиный
Голос хриплый, а взгляд звериный

Щёки жёсткие, словно кора
Не волосья, ковыль-трава!
   

     Долго не могла угомониться Амелфа. Молчал Велес, мать от Яги плечом оттесняя, только брови хмурил.


     А сестра Велеса Алтынка сочувствовала брату, и только со слезами на глазах смотрела на Ягу.


Как Ягу Алтынка ни жалела
Против слово молвить не посмела
Лишь могла, как мать входила в раж
Между ними молча встать, как страж

Надоело Велесу молчать
Стал на крик он словом отвечать
И сказал, как ливень зашумел
Как обвал в ущелье загремел

Как Могуль в провале засвистела:
-Кто моя жена, не ваше дело!

Матушка, сестра, вы как хотите
Но Ягу, жену мою, любите...

Только мать Ягу не полюбила
Злобу на невестку затаила
Стала даже ласково служить
Порешив её со свету сжить

Как собрался Велес в чисто поле
Порезвиться, погулять на воле
Путы несвободы развязать
Журавлей и уток пострелять

То, взглянув на мать свою сурово
Молвил Велес ей такое слово:

Я тебе, родимая, говорил
Что Ягу я до смерти полюбил

Ты Ягиню, матушка, береги
День и ночь от ворога стереги
На перины снежные спать клади
Чтоб тоска не нежилась на груди
Чтоб смогла Ягинюшка крепко спать
И на долю горькую не пенять
Ну, а как пробудится, не стыди
Лучше в баню жаркую отведи
И попарь невестушку, не спеши
Чтоб ушли сомнения из души
Чтоб опять смогла она хлеб вкушать
И медовой сурицей запивать.