Неразгаданные бесы насилия

                НЕРАЗГАДАННЫЕ БЕСЫ  НАСИЛИЯ
          Владимир ХАРЧЕНКО «Человек-загадка Семенов Г.И. — Проза. Ру (2025)
        Биографическая статья  Владимира Харченко  «Человек-загадка Семенов Г.И.»  — это ещё одно многотысячное письменное  доказательство тому, что не надо  героизировать и романтизировать прошлое своей семьи и ту эпоху, в которой приходилось жить и мучительно  выживать нескольким поколениям людей. Массовый интерес к мемуарной литературе возник в нашей стране не на пустом месте и не случайно, не   в порядке моды, а  когда после развала СССР  стремление найти всему своё начало и тем самым многое понять о себе, обществе и стране, стало актуальным, востребованным,   вполне  безопасным и  благотворным. Этому способствовало несколько факторов, в первую очередь массовая реабилитация жертв политических репрессий по социальному, имущественному  и религиозному признакам и, конечно же, Великая архивная революция, начатая в начале кромешной Смуты 90-х  пресловутым мэром Петербурга  Анатолием Собчаком и его командой «правильных пацанов», в результате которой  по многим городам и весям возникли региональные организации жертв политических репрессий и наладилось издание  в свет местных Кнмг Памяти, в которых  отразились тысячи загадочных, героических и трагических биографий,  душераздирающих семейных сказов и саг, достойных стать  сюжетами романов и поэм.
        Только в одной изданной в Мытищах  Книге Памяти «Дети ГУЛАГА» (составитель Г. А. Дениско)  содержится более десятка биографических статей и «загадочно-трагических» историй из жизни «раскулаченных»,  репрессированных крестьян и сельской интеллигенции (учителей, врачей, краеведов, священников)   Среди них и история ареста работниками НКВД инженерно-технического состава Мытищмнского машиностроительного завода (нынешнее АО «Метровагонмаш») только за то, что это предприятие носило имя Льва Троцкого, лютого врага товарища Сталина. По логике бдительных чекистов искать «врагов народа» и отъявленных троцкистов следовало  в организациях, носящих имя Троцкого.  Одновременно с  такого рода мемуарной литературы стали множиться в массовом количестве и так называемые   семейные предания, сказания  и мифы, в которых некоторые важные исторические события и известные  имена (с умыслом и ради тщеславия) «пристёгиваются» авторами (по-дилетантски) к биографиям своих дедушек и бабушек, не подтверждая свои выводы и заключения документальными (и даже косвенными) источниками при весьма сомнительном  и своеобразном «научном подходе». И это понятно — многим из нас  хочется, хоть  запоздало принадлежать и прикоснуться хоть на миг к тем, кто когда-то пытался ПЛАНИРОВАТЬ И СОЗИДАТЬ ИСТОРИЮ  любым путем и любыми, самыми людоедскими способами. (См. Анатолий Апостолов. Правитель-лицедей — искуситель людей. — Проза. Ру).
        Нужны ли сегодня в таком количестве статьи и очерки, подобные  семейной истории  Владимира Харченко о своей бабушке-большевичке и её соратниках-революционерах?  Вопрос культурологически  и политически некорректный — ИСТОРИИ НИКОГДА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ МНОГО, наоборот, ЕЁ  ВСЕГДА  МАЛО. Историю своей семьи и своего рода   каждый русский человек должен знать ничуть не менее, чем живую   историю своей страны, а иначе продолжение семейных традиций и обычаев  не имеет смысла и высокого предназначения.
      Притом  надо учитывать любое мнение и суждение о прошлом и будущем  своего народа и страны, о потаённой  истории  восточных славян (белорусов, русских, украинцев),  уважая  историческую Истину, не заниматься версификацией, интерпретацией и компиляцией  исторических событий и романтизацией «легендарных» их героев. Из всех  страшных тем самой больной для нас  является  —  тема отречения детей от своих родителей ради ради спасения своей жизни в жестких условиях советского социума, а также  и тема затаённого предательства, идейного метания «пламенных» революционеров-ренегатов и перевертышей, «кристально честных» чекистов-палачей и политических перебежчиков отражена в тысячах дел репрессированных и в том числе в  мемуарной, художественной литературе, в кино и в театральных постановках. Эти темы вечные, как и «проклятые вопросы» жизни, они неизбывно пребывают  в полутёмных коридорах всемирной  Академии человечности.
        Особенно много  двойных агентов и «героев»,  как Григорий (Георгий, Жорж) Семенов в те годы обреталось на Лубянке, среди которых были типы более одиозные, например, анархо-коммунист, эсер, большевик и троцкист Яков Блюмкин… Был ещё один  загадочный, скромный, исполнительный заслуженный чекист, герой сталинской эпохи—Василий Михайлович Блохин, родившийся в Гавриловском в 1894 году в бедной крестьянской семье. Он смог «выйти в люди», перебрался в Москву, имел роскошный дом, без малого 30 лет возглавлял комендатуру ОГПУ-НКВД-МГБ, имел орден Ленина, три ордена Красного Знамени, Трудового Красного знамени и других воинских наград, не побыв ни дня на фронте. И  был ещё один «загадочный герой» на Лубянке —Доктор Смерть Григорий  Майрановский и было множество «красных опричников», борцов с крамольным инакомыслием, «загадочных» чекистов и политических каторжан, революционных экспроприаторов и бомбистов, агентов-ликвидаторов и отравителей, достойных пристального изучения специалистами по социальной психологии и криминально-судебной   психиатрии.
        Героев в нашей стране  много, их не счесть и обо всех поэм и песен не написать. Ещё больше у нас «героев временем убитых», погубленных  эпохой, в которой пришлось жить и умирать миллионам людей.  Среди тысяч  уголовных дел — сотни трагических и уникальных историй, требующих новых Достоевских и Толстых.
       По-своему  интересным в историко-психологическом плане является лично для меня  дело студентки биологического факультета МГУ  Анны Бриллиантовой, которая была репрессирована и убита дубинкой с железным набалдашником  только за то, что  говорила в кругу однокурсниц, что не может примириться с мыслью о том, что сосланные на Север массами погибают и что среди них много есть и невинно пострадавших, что  считала, что виновна в этом вся советская система в целом.  Довольно характерным и типичным, банально бесчеловечным и привычно инфернальным   оказалось для меня  дело №17581 от 14.12.1937 г.; Р-9479 управляющего Всесоюзным трестом анилокрасочной промышленности Наркомтяжпрома СССР Ивана Христофоровича Айдинова и его супруги Зинаиды Петровны  Айдиновой (урождённой Червонской), которое и легло в основу моего историко-психологического романа «Дом разбитых зеркал» (М.: Интернациональный Союз писателей, 2016). С момента  выхода в свет  романа «Дом разбитых зеркал» прошло 10 лет,  и сегодня я жалею, что взял в его основу дело  супругов Айдиновых, а не дело убитой по приговору «тройки» студентки МГУ Анны Бриллиантовой, судьба которой оказалось  более  трагичней судьбы Ольги Берггольц, которая в тюрьме потеряла ребёнка во время «допросов с пристрастием», но осталась  в живых. Жене Ивана Айдинова Зинаиде («княгине Зине») тоже  очень "повезло": она отделалась 10-летним лагерным сроком, встретилась после освобождения  с дочерью и внуками Борисом и Макаром (Бим-Бадами), была реабилитирована и даже восстановлена в партии и стала заведующей Детской молочной кухни, зато её  мужа Ивана Христофоровича расстрелял в спецкомнате  палач НКВД Блохин. А вот  лагерный муж Керим Казиев Анна Бриллиантовой остался в живых.   Берггольц в тюрьме не стала матерью, а Анна  Бриллиантова стала — родила в Соловецком лагере на острове Азер в Троицком скиту 19 апреля 1936 года  сына Теймура, но сама была убита   дубинкой с железныы набалдашником для убоя скота  в 16 километрах от   Медвежьегорска вместе  с 1116 арестованными  и сын её  попал в Дом малютки на Выборгской стороне в Ленинграде. Маленькому Теймуру несказанно  повезло. Из детдома его забрал дедушка,а  много лет спустя из ссылки вернулся отец. А вот его маленькие товарищи по несчастью — Николай и Ента Ковач — остались круглыми сиротами. Их отца этапировали из Соловков на Колыму и там расстреляли.  Керим Вадудович Кази-Заде (1900–1966) упоминается в соловецких письмах о. Павла Флоренского. Теймур Казиев стал художником, живет в Подмосковье, на станции Заветы Ильича Пушкинского района.  (Н.В. Одинцова)  Анна Бриллиантова, как и Ольга Берггольц, подвергалась в тюрьме во время следствия страшным и унизительным  пыткам и  умирала  она   страшной смертью, и вполне возможно, что именно это обстоятельство определило моё решение сделать героями документально-психологического романа реальных  супругов Айдиновых с типичной и «менее трагичной» судьбой, чем невероятно и немыслимо жестокая и несправедливая судьба молодой женщины, убитая только за то что искала бога не в Кремле,  а в горних высотах на горе Фавор и на вершинах Гималаев.          Воспоминания Владимира Харченко о  своей бабушке-партийке и "верной ленинке" по-своему интересны, но в основном типичны для детей Войны и Беды, для детей-подранков и детей ГУЛАГА. Воспоминания интересные. Но исторические  неточности и хронологические сдвиги портят впечатление. Ко многим революционным подвигам политического авантюриста Жоржа Семёнова бабушка автора Анастасия Александровна даже косвенно  не имеет никакого отношения — ни к  убийству Урицкого, ни к убийству Кирова, ни к готовившейся ликвидации Льва Троцкого… Интересный факт—  все граждане, кто не погиб  на войне. Кто  не был убит  в тюрьме или лагере — великие везунчики, которым  в жизни дико повезло.  Всем нам, детям  Войны и Беды, памятны сакраментальные выражения и причитания тех послевоенных лет: «Скажи спасибо что живой!» или «Повезло ей, повезло ей, повезло — оба сына возратилися в село. Руки целы, ноги целы — что ещё?» 
       Когда читаешь Книги Памяти или воспоминания детей Войны или ГУЛАГА, как например воспоминания Владимира Харченко,  то возникает мысль, что  большинство из них —люди везучие и в общем-то успешные, даже счастливые —  многие освоили  жизненно необходимые  профессии.  получили высшее образование и даже сделали успешную общественную карьеру, создали семьи,  и на этом оптимистическом социальном  фоне как-то незаметно уходят на задний план сотни тысяч других поломанных судеб.  Известно, что многое в жизни  человека зависит от везения и случая, от правильного  жизненного выбора и верного совета, который был дан кем-то из дальновидных большевиков крестьянке-швее  Анастасии Александровне  Бугреевой (в замужестве – Гребенченко) порвать с анархо-коммунистами, эсерами и троцкистами, стать верной большевичкой,  вступить  в ноябре 1918 года в ряды  РКП(б), и тем самым дважды спасти себя и свою семью от голодной смерти в 1920-21 и 1932-33 годы, работая  на руководящих должностях и в качестве  секретаря партийной организации Ольховского района Хопёрского округа… Вряд-ли её внук  Владимир Харченко пытался подсчитать, сколько было  судеб сломано, чтобы его бабушка смогла благополучно прожить 90 лет и умереть среди родных и близких в статусе старой большевички с персональной пенсией в 400 полновесных  советских рублей.
       Бедная/богатая страна, несчастный  великий/замордованный народ — сколько  жизней было загублено, сколько судеб покалено покалечено (от 70 до 100 млн человек?), а в результате — ВСЁ НАПРАСНО! (Виктор Астафьев).  И нет никакого просвета впереди! (Александр Зиновьев). 
       И это полное, окончательное  безобразие и этот этноцид происходил не по хотению внешнего  врага-завоевателя, а  по  злой воле «своих» бесчеловечных политических животных — по Ленину и Сталину, по Хрущеву и Брежневу, по  Горбачеву и Ельцину, а теперь  при Путине и его питерской команде «правильных пацанов». Сегодня    вымирание русского, восточно-славянского  этноса  приняло стремительный, самоуничтожительный  и необратимый характер.  В какой выгребной яме тотальной лжи надо находиться, чтобы сегодня  романтизировать те десятилетия  насилия и крови, искусственного голода и каторжного труда  и считать своё страшное трагическое прошлое чуть-ли не раем на  земле, утраченной на крови цветущей Гипербореей, Градом на Холме и Четвертым Римом.
      Одновременно с этим у постсоветского люда  происходит   смена миропонимания  и смыслов. На смену одной идеологии/ приходит  новая, а после краха новой философии жизни как бизнес-проекта, возвращается в обманутый социум старая идеология. И  тогда Сталин и Ленин, Дзержинский и  Берия — снова положительные герои и созидатели нового справедливого мира. Причина проста — все изменения в стране происходят только в худшую сторону, а посему  инфернальное зло прошлого из дня сегодняшнего кажется относительным добром.
        Ведь если  за годы перестройки, в  условиях мирного времени, без войн  и природных катаклизмов Россия потеряла 15-20 млн своих граждан, а её электорам ежедневно видит перед собой сияющие лица властительных персон, которые  стимулировали (всему миру на удивление) великий исход  и «Русский крест», тогда  всё с такими правителями с ясно. Беды и новой войны не миновать. В таком случае срабатывает легенда о «великом возвращении», и тогда возвращаются знамена и хоругви, обновляется иконостас. Вчерашние герои превращаются во врагов, а  потомки палачей и вертухаев стремятся обелить мучителей своего народа. И тогда возникает  в мозгах людей идейный винегрет, политическая окрошка. Тогда истинные, всенародные Святыни — это Мавзолей Владимира Ильича Ленина, могилы и захоронения в Кремлёвском Некрополе Сталина, Дзержинского, Кирова, Калинина, Фрунзе, Ворошилова, Жданова, Куйбышева, Горького, Крупской, Землячки, Стасовой, Осипенко, Чкалова, Рокоссовского, Будённого, Малиновского, Брежнева, Гагарина, героев Октября и гражданской войны. Вот о ком надо писать и изучать «жития», вот кому надо читать прославляющие «акафисты», вот чьими ликами должны быть украшены места массового поклонения! И как бы было здорово, если бы из-под куполов старинных храмов на нас бы взирали светлые лики не выдуманных еврейских «святых», а богов и демонов мировой революции — Маркса, Энгельса, Розы Люксембург, Клары Цеткин и Инессы Арманд! А на стенной росписи Нового Храма/ Дворца Советов — была бы Мария Александровна Ульянова с младенцем Владимиром и отроком Александром! И Иосиф-победонесец, славный витязь Коба, поражающий копьём Змия  Мирового Зла! Вот  это было бы здорово! В духе Рыцарей Меченосцев, самых совершенных в мире Людей! 
      Самое печальное в истории человечества и в отечественной истории  это то, что  чаще всего  от одного человека зависит судьба миллионов других и всей страны на протяжени жизни  нескольких поколений, когда миллионы страдают и гибнут только для того,  чтобы  одному человеку было всегда безопасно, комфортно и хорошо. Когда смотришь на труп вождя или на истерзанный псами  труп библейской Иезавели,  то возникает убийственная мысль: «Неужели  ради этой падали  мучились большие  и погибали целые народы? .Это правило надо менять!!! Но на  что, на кого, зачем и ради чего?   Сколько было репрессировано русских людей большевиками  — столько было и героев в России просиявших. Только за годы Большого террора по решениям внесудебных органов в советских тюрьмах и лагерях расстреляли около 30.000 заключённых. 2/3 из них были впоследствии реабилитированы, среди которых было много героев духа, достойных вечной памяти  народной.   У всех загадочная, трудная и трагическая судьба, но, увы, типичная для  эпохи пещерного зооморализма и антропофагии. За годы советской власти были казнены 463 писателя, еще 267 подверглись аресту, осуждению к ИТЛ, ссылке или покончили с собой. Из 37 высших чекистов, в 1935 году получивших звание «комиссар государственной безопасности», к 1939 году в живых остались только двое. Остальных Сталин убил вместе с жёнами и детьми. (см.»История сталинского ГУЛАГа» в 7 томах). Сегодня  нам осталось только благодарить Бога, что мы не жили  во  время тотальных репрессий. Быть  крепостным  крестьянином в России — значит быть живой вещью господина, рабом и скотом, проклятым и убитым. Первая реабилитация репрессированных прошла в 1939 году, и курировал её Л. П. Берия.  И были повторные аресты освобожденных и были новые  срока за старые искупленные  «грехи» и  «плохое происхождение».  И была по инициативе того же Берии после смерти Сталина Большая амнистия. И тоже было много бед  и горя. Ужасное время, огромный пласт ( генофонд ) научного, культурного, технического характера истребили с начала революции и до второй мировой войны. То есть из 2.5 миллиона дел комиссия пересмотрела только 1 миллион, ещё полтора миллиона ждут своего часа. Таков результат того, когда политика определяет экономику, социальную активность, жизненную позицию, смысл жизни и смысл истории целого народа. Тяжело носить шапку Мономаха, но ещё тяжелей  носить маску свободного имперского раба-победителя и  комплексующего  неполноценного и побеждённого.
      Главная причина у властей на тот момент — бесплатная рабочая сила.  Что такое сталинская колхозная деревня — это крепостное право в большевистском варианте. Кто не жил при Сталине в деревне -тому не судить вообще о тоталитарном государстве.  Что такое фильм о счастливой жизни советских колхозников «Кубанские казаки» — это от начала до конца сплошная и наглая ложь, глумление и издевательство  сытых и довольных собой начальствующих партийцев  над  бесправными, беспаспортными и беспартийными тружениками села, хлеборобами, животноводами,  садоводами  и овощеводами.
       Ничего  загадочного   в анархо-коммунисте, эсере и большевике Георгии Ивановиче Семёнове нет. Таких политических авантюристов после прихода большевиков к власти было много.  Если  большевик и двойной агент ГПУ-НКВД Жорж Семёнов для Владимира Харченко  — человек-загадка, тогда  и Яков Блюмкин и Яков Свердлов, Иосиф Джугашлвили и Тер-Петросян (грабители имперских банков и русских предпринимателей) —  тем  более  загадочные герои советской ПОТАЁННОЙ ИСТОРИИ, исторические фигуры зла и «благородные разбойники», достойные общенационального восхищения и поклонения.
      Знать историю семьи и своей страны надо каждому, но изучать  живую историю страны желательно не фильмам и  не по нафталинным советским учебникам и «академическим»  научным трудам, а только по  личным делам репрессированных,   по дневникам и дневниковым записям очевидцев и свидетелей событий тех эпох, например, по документальной  коллекции «Дневники Родины» доктора исторических наук Петра Базанова, одного из авторов журнала «Родина», где через личные истории читатель может по-новому взглянуть на прошлое; установить историческую истину по эпистолярному наследию фигурантов  тех событий, по трудам краеведов, по фондам  городских и областных архивов.
        Но лучше всего, (но  и труднее всего), изучать отечественную историю по блокам  опубликованных документальных материалов, например таких, какой является  сегодня фундаментальная, в 7 томах  «История сталинского ГУЛАГА» (М.: Российская политическая энциклопедия «РОССПЭН», 2004-2005), где в  научный оборот вводятся документы ОГПУ, НКВД, МВД СССР, руководящих партийно-государственных органов о планировании, проведении и результатах всех основных репрессивных акций сталинского периода—от депортаций и арестов в ходе насильственной коллективизации и «раскулачивания»  до  массовых  репрессивных  операций 1937-39 годов.   Изучать живую настоящую  историю надо в первую очередь для себя самого, для своих детей и внуков, а не для широкой  и пёстрой аудитории, а изучая, меньше спорить и полемизировать, дискутировать в частных беседах, политических шоу и теледебатах, и даже  в Интернет-пространстве. (Анатолий Апостолов. Ключи от  Рая. — Проза.ру)
     Давно пришла пора освобождать отечественную историю от мистики и мистификации, от романтизма и героической  риторики, от фальшивой  патетики  и социального  утопического оптимизма, ибо «история  не терпит оптимизма» (Н.М. Карамзин), история бесстрастно фиксирует всё то, что из века в век  методично   перемалывается Временем.   Пора смотреть на историю своего прошлого мудро и трезво, с пониманием того, что в мире, где  всё живое сжирает живое и тем самым продолжает свой род,  мучительно трудно  быть  и оставаться человечным человеком, стараясь  не делать свою жизнь и жизнь других земным Адом с декоративным фасадом Рая. Ничего загадочного нет у носителей власти, у партийных функционеров и агентов спецслужб, как ничего таинственного нет в природе власти и в природе самого человека, стремящегося строить  своё благополучие за счет страданий других и определяющего по своему усмотрению, кому в земном Аду/Раю блаженствовать, а кому непрестанно мучиться. Кто крепко держит власть в руках, тот (до поры до времени)  и ведает Ключами Жизни. 
     Ключи   от Ада/Рая и ядерного чемоданчика берут у того, кто давно перестал держать  власть в руках, но ещё не знает об этом. Так было с Николаем Подгорным, так было с Михаилом Горбачевым... "За что, за что, о Боже мой!"...  Нечто подобное происходит  с сознанием  мгновенно убитого человека — индивид умер, но  он никогда  не узнает, что он  умер,  что его уже нет навечно  в этом мире. Ключи от Ада/Рая у всех и ни у кого. У каждого свой Конец Света и   он для каждого из нас неминуем, что же касается Всемирного Конца Света, то он в туманной, долгосрочной перспективе и зависит не только от одного только Солнца, но   от многих факторов Вселенной, где существование человечества вряд ли учитывается.
 

28.08.2026, Успение Пресвятой Богородицы