А без света можно пить

В доме вырубили свет. не телек посмотреть ни в комп заглянуть.Даже холодильник нагрелся . Глухо как в танке.Ну думаю хоть по мобильнику позвоню набрал случайный номер из 4-х цифирь 123и 6 Пошли гудки , а потом -Леший у аппарата. Я офигел. = Слышь Леший выпить есть? А это кто??? Кто кто Дед пихто ... Так мы же у тебя вчерась самогонку брали. Горыныч в отрубе а я гужую.
Я аж трубку чуть не выронил. «Леший? Да ты что, шутишь?» — говорю, а сам думаю: ну точно, свет вырубили, голова кругом, вот и мерещится всякое. А в трубке хрипло так: «Какие шутки, мил человек, я тут по делу. Горыныч третий день в отрубе — храпит так, что сосны гнутся, а у меня припасы на исходе. Ну-ка, подсоби!»

Я стою посреди тёмной кухни, ладонью лоб тру, будто это поможет всё это как-то по-нормальному объяснить. Холодильник тихонько гудит, будто вздыхает, а за окном темнота такая, что хоть глаз выколи. И тут вдруг слышу — в прихожей что-то шуршит. Я туда — а там тень мелькает, да не простая, а с рогами, вроде как… ну, не буду врать, сердце у меня в пятки ушло.

А из трубки голос: «Эй, ты там? Не молчи! У нас тут дело государственной важности: Горынычу надо в чувство привести, а то он во сне хвостом махнул — полтайги поджёг. Теперь лесники с фонарями бегают, думают, это НЛО».

«Да какое дело, — бормочу, — у меня тут свет вырубили, холодильник греется, а ты про НЛО…» А сам уже чувствую, что спорить с этим «Лешим» — себе дороже.

И тут тень в прихожей подходит ближе, и я вижу — это и правда Леший. Только не такой, как в сказках: не весь в листьях и мхе, а в старой телогрейке, с кепкой набекрень, да с таким взглядом, будто он всю жизнь только и делал, что из всяких передряг выбирался. Кивает мне: «Ну, чего встал? Помогай. У нас каждая минута на счету».

Я так и замер: то ли смеяться, то ли бежать, то ли вообще забыть, что у меня телефон в руке. А Леший вздыхает: «Ладно, не пугайся. Просто у нас тут… специфика. Тайга, духи, Горыныч… Ты главное — не отказывайся. Без твоей помощи никак».

И я вдруг понимаю: раз уж свет вырубили, телевизор не работает, а в холодильнике скоро всё испортится — может, хоть в этой нелепой истории есть какой-то смысл? «Ладно, — говорю в трубку, — рассказывай, что делать».

А Леший так спокойно: «Сначала найди в кладовке банку с чем-нибудь солёным — для Горыныча это как лекарство. Потом выйди на крыльцо и крикни: „Эй, ветер, помоги!“ — ну, так, для порядка. А дальше я подскажу».

Я стою, смотрю на Лешего, тот пожимает плечами: «Не смотри так. У нас свои методы. Тайга — она ведь живая. Ей слово скажи — она ответит».

Ну, думаю, хуже уже не будет. Пошёл в кладовку, нашёл банку огурцов. Вышел на крыльцо, вдохнул прохладный ночной воздух, где-то вдалеке сова ухает, а тишина такая, будто весь мир затаил дыхание. И кричу: «Эй, ветер, помоги!»

И вдруг — лёгкий порыв, листья зашелестели, и будто кто-то тихо рассмеялся где-то в темноте. А из трубки голос Лешего: «Вот видишь? Работает. Теперь возвращайся, будем Горыныча будить. Только осторожно: когда он просыпается, бывает… шумно».

Я вернулся в дом, Леший уже банку огурцов открыл, сидит, задумчиво на неё смотрит. «Главное, — говорит, — не смотри ему прямо в глаза, когда он очнётся. А то вдруг решит, что ты новый враг».

И тут из глубины дома доносится такой могучий храп, что даже стёкла в рамах дрожат. А потом — грохот, треск, и в коридоре появляется силуэт: огромный, чешуйчатый, с тремя головами, которые по очереди моргают, будто не могут поверить, что их разбудили.

Горыныч приподнимается, трясёт головами, и одна из них, самая сонная, бормочет: «Опять… Опять эти… с огурцами…»

Леший вздыхает: «Ну вот, пришёл в себя. Теперь можно и о деле поговорить».

А я стою, держу банку огурцов, и думаю: ладно, свет пусть себе не горит, холодильник пусть греется — зато какая история будет, если до утра доживу!

- О каком деле говорить то?
- О бабах конечно - говорит Леший.
Щас Бабу Ягу позовем и Василису Премудрую.
Он вырвал у меня мобильник и набрал 1239
- Девки выпить есть?
- Леший ты че ли?
-Я
 -Ну зови в гости...  Мы мигом!