Капкан. произведение предназначено для лиц 18 плюс

Много раз Вадик настойчиво приглашал меня к себе в Малую Вишеру.В гости на выходные. Из Питера оттуда путь был не близок. Но в один прекрасный день на закате августа, я все же решил совершит это рискованное путешествие в гордом одиночестве. Вадик встретил меня на вокзале. Свое обещание он сдержали лишь на половину. Родичи его на два дня умотали на дачу. Водки и пива было действительно море. А вот ни девок, ни вообще существ женского пола не наблюдалось и не предвиделось. Вадик виновато развел руками: все его подружки нежданно разъехались по неотложным делам. Это меня сильно обескуражило. Мне уже было целых шестнадцать лет от роду, а контакт с противоположным полом я до сих пор имел только визуальный. Вадик же взахлеб описывал свои сексуальные похождения  ив особенности штучку, называемую минет.  Всю дорогу я про себя смаковал предстоящее знакомство с этим делом. И вот такое фиаско.  Вадику я в сердцах высказал свое неудовольствие. И он горячо обещал поправить положение. Раздавив со мной для начала пол литра, он сгонял на улицу, и скоро вернулся, подцепив там парочку хорошеньких курочек...
Однако девки, выжрав спиртное и закуски, попросту свинтили. Нам они заявили что они лесбиянки и мужиков не признают, после чего смачно и долго целовались по французский. Что нам оставалось делать?! Птички упорхнули из клетки...
Вадик честно пытался исправить ситуацию, позвав в гости добрую соседку, которая после пары стаканов стала сущим ангелом. Однако почти сразу же после этого за ней явился ее сожитель, который после пары стаканов превратился в сущего демона. Он разнес нам половину квартиры. Потом все таки свалил, прихватив с собой свою благоверную, но обещал вернуться и устроить нам Армагеддон...
Так что пришлось завершать банкет вдвоем. Ну, ничего. Время, длиной в двое суток, мы провели в целом неплохо. Выдав в качестве утешительного приза мне бутылку в два литра, Вадик пошел провожать меня на станцию. Электричка должна была отойти  через час. Ровно столько времени нам понадобилось, чтобы пройти полтора километра от дома до станции. Во всяком случае прибыли мы на перрон аж за пять минут до подачи поезда.
Я успел занять козырное место- возле окна и лицом по направлению движения. Вадик честно махал мне ручкой вослед. Буквально через пару минут вагон был переполнен по самое некуда. Народ занял все сидячие места, плотно стоял в проходе, заполнил собой тамбуры.  Все полки оказались под завязку забиты сумками, чемоданами и корзинами. Дачники- деды в шляпах и панамках, везущие рассаду; бабушки с корзинами, держащие за руки внуков и внучек; крикливые тетки разных возрастов, везущие всякую живность; веселые компании парней и девок, болтающие друг с другом или по мобильникам; хмурого вида мужики в сопровождении дамочек бальзаковского возраста- вся эта людская масса , будто птичий базар, галдела на разные голоса, покачиваясь по ходу движения поезда. Некоторое время я с доброй и пьяной улыбкой смотрел на них всех, а потом махом допив прямо из горла остатки, бросил пустую тару под скамейку и, приткнувшись к окну, рубанулся. Пробудился я должно быть от резкого толчка вагона. Я медленно открыл глаза. Народу в поезде значительно поубавилось. Вагон был уже полупустой и восхитительный теплый и ласковый вечер смотрел в окна электрички. Поезд все еще ехал- а значит можно было еще поспать. Свою остановку я проехать не боялся- она была конечной. А значит дальше Питера мне все равно было не уехать...
Напротив меня сидело двое девчонок лет по семнадцать. Потертые джинсы; волосы, выбивающиеся из под косынок, стоящие рядом туристические рюкзаки со свернутыми в трубку подстилками- все выдавало в них путешественниц, отправившихся в поход куда ни будь на лесное озеро или берег реки. Они бойко разговаривали друг с дружкой и весело посмеивались, глядя на меня.  Обе явно интересовались мое персоной. Я ответил им полной взаимностью.
Прюветтт...- выдавил я из себя, еле ворочая языком.
Привет!- засмеялась одна из них- высокая, худенькая блондинка.
В поход?- спросил я.
Ага!- ответила вторая- чуть более полная брюнетка, так же искрометно улыбаясь.
Дальнейший разговор я запомнил смутно. Помню, что от предложенного спиртного они наотрез отказались, а потом я выразил им свою готовность идти с ними хоть на край света, и они даже приняли меня в свою группу. Я и впрямь хотел закадрить их обоих, но прокляты алкогоголь вскоре наглухо вырубил меня....
Пробудил меня нестерпимый, отвратительный запах. По видимому неподалеку сел некто, везущий что-то изрядно протухшее... Фу, какая гадость...Девчонкам, наверное так же стало противно... Как бы они не удрали... Но волнение мое длилось не долго.
В полудреме я почувствовал нежно прикосновение к коленке, и улыбнулся. Потом я ощутил как нежные женские пальчики игриво, но настойчиво расстегнули мне молнию на ширинке и полезли вовнутрь.
Ох, шалунья...- пробормотал я и добро заулыбался. И тут я впервые ощутил это. Минет. Это действительно было круто. Вадик был прав...
Я разлепил глаза и сонно посмотрел вокруг. Вагон, мягко покачиваясь, продолжал нестись вперед. Лампы тускло освещали салон, за окнами была ночь. В вагоне практически никого не было, не считая пожилой пары, пропитого вида,  погруженных в общение друг с другом. И дрыхнущего мужика в противоположном конце вагона. Незнакомка явно выбрала удачный момент. А подружка, должно быть стоит на стреме или курит в тамбуре... Интересно кто это? Блондинка или брюнетка? Я лукаво посмотрел вниз и тут же оледенел. Ни блондинки, ни брюнетки внизу не было. И вообще никакой девушки не было, а на ее месте на карачках стоял отвратительнейшего  вида бомж, выползший, казалось только что из глубин мусорной ямы или  недр канализации. Возраст его определить было невозможно. Я видел лишь громадное, отвратительное на вид нагноение возле сломанного, бугристого носа. Остальные черты скрывала громадная копна свалявшихся волос и грязная борода- будто нечто лохматое заползло к нему на лицо, намертво вцепилось и сдохло. Нестерпимая вонь, волнами исходившая от него, душила и выворачивала меня. Я в ужасе вскрикнул, но страшное создание не дало мне даже пошевелиться. Хищно улыбаясь уголками сплошь покрытых гнойными болячками губ, оно легонько сжало челюсти и я почувствовал как острота обломков его зубов сильно надавила на плоть...
Тут же над мои ухом раздался гнусавый но хриплый голос: " Не дергайся, парень. Тихо сиди... тихо, я сказал..."
Этого было достаточно, чтобы я в ужасе врос в сиденье, мгновенно став трезвым как стеклышко.
"Васек то- дважды контуженный, он у нас нервный...- продолжил говоривший: Не так понять может!"
Что не так понять может?!- промямлил я. Хотя самое ужасно, что может здесь и сейчас произойти озарило меня подобно молнии...
Осторожно скосив глаза вбок, я увидел своего нежданного собеседника. Рядом со мной стоял облаченный в почерневшие, бесформенные лохмотья карлик с бельмом на глазу и и покрытой струпьями плешью. Он наклонился к самому моему лицу и, обдавая смрадным дыханием, прошептал к ухо, щекоча своей редкой, облезлой бороденкой:  А то. Клацнет сейчас своими гнилушками и трындец... Сам понимаешь, к зубняку он только в школе ходил. Во рту у него целый зоопарк! Чего там только не водиться! Да ты не трясись то так. Чистенький он до всякого там. Но вот ежели куснет, до крови, то вот тут кирдык тебе после этого... Жить тот может ты и останешься, а вот его отрежут у тебя под самый корешок с гарантией!
Что вам нужно?- промямлил я. Встреть я их в тамбуре или вагоне, я бы с лихвой навалял бы им обоим по полной. Будь у них при этом нож, топор, или автомат Калашникова. Да превратись они в пару волкодавов или даже бурых медведей, я и то не испугался бы их. Но в нынешнем положении вся власть надо мной была у них в руках... и не только.
Пленивший меня бомж еще сильнее стиснул челюсти, и я четко почувствовал как под острыми гранями начала медленно продавливаться кожа...
Происходящее казалось мне жутким сном из которого я никак не мог вынырнуть, как из черного омута.
Давай, выворачивай карманы!- приказал мне мерзкий карлик: Тихо ты, не дергайся... А то точняк прикусит тогда. С ним нежно надо. Не пугать...
В подтверждении его слов второй бомж злобно блеснул гноящимися глазками, и, казалось, тихонечко зарычал. Ужас, овладевший мною был настолько силен, что я, вмиг ставшими ватными руками, начал судорожно вытаскивать из карманов джинсовки все их содержимое, боясь даже лишний раз пошевелиться. Оказаться один на один в море с акулами, или подвале маньяка- стоматолога было менее страшным  для меня вариантом, чем быть лишенным мужского естества этим омерзительным существом...
Чередуя утробное порыкивание с мерзким хлюпающим сопением, второй бомж словно в предвкушении, начал испускать обильные слюни и сопли, моментом измаравшие мне джинсы в районе промежности.
Ты осторожничай, да не копайся особо!- произнес первый бомж: А то Васек третий день не ел уже ничего. Того и гляди не сдержится. Сосиски ему, видишь, мерещатся Запросто оттяпать может...
И, осторожно, будто боясь, что его слова коснуться ушей товарища, добавил: И проглотит не жуя...
Стараясь не смотреть вниз, я извлек из карманов горсть мелочи и каких то бумажек. Все это мгновенно перекочевало в бездонные карманы зловонного карлы.
Мелочный ты тип- ухмыльнулся он: Давай, давай, не жлобись... А в этом кармане чего?! О, вот это уже тема...
Коршуном выхватил он у меня из пальцев кучку свернутых и беспорядочно смятых купюр.
Молодец, хороший мальчик!- оскалил он в улыбке желтые, кривые зубы: Так. Ну-ка привстань... Не боись, не боись... Ты главное не дергайся, и мужиком глядишь и останешься... Может быть...
Мой тюремщик оскалился в улыбке, обнажая черные обломки зубов, готовые в любой миг впиться в мою плоть. Я вновь почувствовал надавливание их остроты и лишь обессиленно приподнял свой зад с сиденья. Его товарищ с профессиональной ловкостью обшарил мои задние карманы, вытащил мобильник, снял с руки часы и браслет.
Сядь!- приказал он, и я, ни на миг не выпускаемый капканом челюстей его приятеля, плюхнулся на место.
Руки вперед- приказал карлик. Я безропотно подчинился. В несколько движений он связал мне руки в кистях извлеченными откуда то пластиковыми хомутами. А потом с силой стянул и ноги в районе лодыжек.
Дело сделано- довольно сказал он. В тот же момент державший меня цербер наконец то разжал свою хватку... С неимоверным облегчением я так и рухнул квашней на спинку. Я был в полуобмороке..
Ну, будь здоров, малурик!- дружески хлопнул меня по плечу карлик.
А это Ваське. Для дезинфекции ротовой полости- ухмыльнулся он, безбожно прихватывая мой пакет, из которого торчала бутылка: На проездной твой, катайся...
С этими словами он бросил мне на колени мою карточку и обе особи неторопливо покинули вагон. Поезд, плавно качнувшись, остановился. "Платформа  317 километр"- объявил по трансляции женский голос. Из открытого окна до меня донеслись голоса удаляющихся грабителей.
Митяй!- плаксиво сказало чудовищное существо: Давай в другой раз будет другой кто-то. А то всё я, да я...
А Бобика зачем сожрал?!- строго спросил обладатель бельма.
Бухой был.- жалобно отозвался тот: Сам не знаю...
- Ну вот и напрасно, Вась ты это сделал. Пес то какой хороший был. Умный, дрессированный... Ласковый... Вот пока другую псину не найдем, за Бобика отрабатывать и будешь...Чего?! Да если надо будет, и гхавкать ещё заставлю...
Двери электрички с шипением закрылись, раздался короткий свисток и поезд тронулся дальше. Сидевшая невдалеке парочка наконец то нерешительно встала, и направилась ко мне.
Помочь чем?!- участливо спросил тощий и ободранный мужичок с жидкой бородкой.
Понравилось хоть?!- вполголоса прошепелявила беззубым ртом его неопределенного вида спутница, правый глаз которой украшал мощный синяк.
Пошли вон!- взвыл я в исступлении, и начал отчаянно скрести руками, перетирая хомутики о острую грань. К счастью эти помощники сразу же отвалили...
Минут через десять я полностью освободился и кое как привел себя в должный вид. Дремавший в углу мужик наконец то проснулся и, сонно потянувшись, оглянулся вокруг.
С тобой всё в порядке?- участливо спросил он, увидев мой удручающий вид.
Все отлично- медленно ответил я: Перебрал малость... И все тут...
Только что покинувшие меня алкаши издали захихикали. Зло махнув на них рукой, я в сердцах пошел к тамбуру. Поезд приближался к Бологое.