Инженерный прорыв и гость из тайги

После успешного спасения медиков в ущелье Чёрных скал Су-25 Эдика стоял в дальнем углу ангара. Пороховые ускорители Смекайло спасли лётчику жизнь, но принудительный форсаж буквально выжег хвостовую часть и повредил элементы закрылков. Машине требовалась глубокая модернизация, и Эдик, уже окончательно ставший своим в доску парнем, сутками не вылезал из чертежей вместе со Смекайло-де-Цопфи.— Ты пойми, Эдуард, — Смекайло эмоционально чертил масляным пальцем прямо на фюзеляже штурмовика. — Наш «Грач» — птица гордая, но тяжелая. Ему в горах не хватает динамической отзывчивости на сверхмалых высотах. Если мы объединим цифровую систему управления от твоего бывшего пассажирского лайнера с нашей механической гидравликой, получится гибрид! Будет маневрировать на пятачке, как спортивный Як-52!Эдик, загоревшись идеей, развил мысль:— А если вместо стандартных тяжелых интерцепторов поставить адаптивные титановые закрылки с изменяемым вектором? Я знаю, как прописать для них алгоритм в бортовом компьютере, чтобы при резком падении давления штурмовик сам переходил в режим динамической подушки!В этот момент массивные железные ворота авиационного гаража со скрипом приоткрылись, впустив струю ледяного воздуха. На пороге стоял совершенно необычный персонаж. Это был невысокий, коренастый мужчина в поношенном таёжном тулупе, подпоясанном простым брезентовым ремнем. На голове красовалась старая ушанка с кокардой ещё советского образца, а за плечами висел огромный кедровый короб. Из-за плеча незнакомца любопытно высовывала морду настоящая таёжная куница.— Здравия желаю честной компании, — негромко, но густым басом произнес пришелец, стряхивая снег с унтов. — Я к Марине Никифоровне. Охотовед я, Прохор Пантелеевич Лесников. Из самого дальнего заповедника. Говорят, у вас тут лучшие умы и самые быстрые крылья?На шум из подсобки вышла сама Марина Беленькая, а за ней потянулись Лидия, Татьяна и Ангелина.— Ну, я Беленькая, — Марина окинула гостя изучающим взглядом. — С чем пожаловал, Пантелеевич? И что за зверь с тобой?— Это Тихон, напарник мой, — Прохор погладил куницу. — Беда у нас в тайге, Никифоровна. На дальнем кордоне, в глухой низине между сопками, браконьеры устроили подпольный склад и глушилки поставили — ни одна связь не берет, вертолеты МЧС их засечь не могут, а у них там, по слухам, новое оружие химическое для выкуривания зверя. Зажали моих егерей в избушке. Пешком туда три дня по бурелому, а парни до утра не дотянут. Мне бы подсказать вам, где они прячутся, да сверху их прижать, чтобы глушилки разбить!Марина нахмурилась, глядя на карту, которую Прохор достал из короба:— Низина между сопками? Туда ни один обычный самолет не зайдет — радиус разворота не позволит, в сопку врежется. А вертолет браконьеры из засады расстреляют.Тут вперед шагнули Эдик и Смекайло-де-Цопфи, на лицах которых сияли одинаковые победоносные улыбки.— Марина Никифоровна! — гордо доложил Эдик. — Наш модернизированный Су-25 готов! Мы со Смекайло как раз закончили систему «Гибридный Грач». С новыми адаптивными закрылками и моим алгоритмом стабилизации он сможет буквально развернуться «на пятке» прямо внутри этой низины!Смекайло радостно закивал:— Истинно так! Владимир Михайлович Пиняев и Мирон Токарев как раз закончили пайку распределительных блоков КИПиА. Система проверена на стенде. Машина — зверь! А Прохора Пантелеевича мы посадим в спарку к Эдику штурманом — он каждую сопку в лицо знает!Марина Беленькая посмотрела на сияющие глаза Эдика, оценивающе перевела взгляд на сурового охотоведа и хлопнула по столу:— Риск огромный. Но своих в тайге не бросаем! Эдик, Пантелеевич — к машинам! Василий Васильевич, заправить штурмовик «под завязку»!Через сорок минут модернизированный Су-25 с Прохором на месте штурмана и Эдиком за штурвалом выруливал на взлетную полосу. Прохор, несмотря на непривычную кабину, сидел спокойно, а его куница Тихон осталась на земле под присмотром Анжелы Власенко, которая подкармливала зверька печеньем.Взлет! Обновленный «Грач» ушел в небо с невиданной ранее легкостью. Новые титановые элементы конструкции, разработанные Смекайло, свистели на сверхзвуке.Когда подошли к координатам, Эдик увидел внизу плотное кольцо сопок, укутанное туманом.— Эдик, сынок, бери правее, между той сухой лиственницей и скалистым выступом! — басил в ларингофон Прохор Пантелеевич, безошибочно ориентируясь в родной тайге. — Там проход узкий, как раз к логову выскочим!Эдик перевел штурмовик в крутое пикирование. Машина вошла в узкую низину сопок. Браконьеры, услышав гул, открыли огонь из крупнокалиберных пулеметов, но Эдик, включив новую гибридную систему управления, совершил нечто невероятное. Он нажал кнопку активации закрылков Смекайло — штурмовик словно замер в воздухе, резко довернул корпус на 90 градусов практически без потери высоты и зашел браконьерам точно в тыл.— Получайте, гады! — крикнул Эдик и дал предупредительный залп реактивными снарядами прямо по вышке с глушилкой и браконьерским машинам.Взрывной волной технику нарушителей раскидало в стороны, а глушилка разлетелась на куски. Связь тут же восстановилась, и егеря из избушки пошли в контратаку, зажимая растерянных браконьеров.— Ай да птица! Ай да Эдик! — восторженно кричал Прохор Пантелеевич, хлопая по бронекабине. — Перевернул штурмовик как подстреленного тетерева, да так метко!Вернувшись в авиационный гараж под вечер, экипаж встретили оглушительными аплодисментами. Прохор Пантелеевич, растроганный до глубины души, достал из своего огромного кедрового короба подарки для всей братвы: три огромных круга настоящей таёжной колбасы из дичи, ведро брусники и три банки чистейшего кедрового меда.Ангелина Мельник, не изменяя традициям, уже несла огромный, пышущий жаром таз фирменных пельменей с уксусом и ядреным перцем. А старый авиатехник Василий Васильевич с гордостью откупорил три бутылки неизменного портвейна «Три Топора».Марина Беленькая подошла к столу, подняла граненый стакан и объявила:— Команда! Сегодня мы не просто спасли егерей. Сегодня Эдик и Смекайло доказали, что наша инженерная мысль и летное мастерство могут творить чудеса! За модернизацию! За нашего нового друга Прохора! И за то, чтобы количество наших взлетов всегда равнялось количеству посадок!Выпили все дружно, с душой. Прохор Пантелеевич уплетал пельмени, удивляясь их вкусу, куница Тихон мирно дремала на плече у Смекайло-де-Цопфи, а Эдик тихонько улыбался, понимая, что его новые крылья стали еще крепче. Посидели допоздна, наговорились, посмеялись и легли отдыхать. А утром — снова в бой, навстречу новым предполётным заданиям!Вот и сказки конец, а кто читал — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!