Сигнал из ущелья. Первое спасательное задание

Конец августа принес штормовой фронт. В штабном углу гаража резко затрещала рация Лидии Беленькой.— Внимание команда Беленькой! В ущелье Седого Хребта терпит бедствие санитарный вертолет. На борту раненые. Из-за ураганного ветра гражданские спасатели подойти не могут. Нужна срочная разведка погоды и координация эвакуации на сверхзвуке.Марина Беленькая обернулась к Гавриленко:— Твой выход, Дима. Полетишь на модернизированном Су-27КУБ. Но с тобой в кабину я сажаю инженеров. Смекайло и Анжела, на выход! Будете мониторить экспериментальную телеметрию в реальном времени.Через десять минут тяжелый истребитель с грохотом оторвался от полосы и ушел в черные грозовые тучи.Драма в облаках: Экстремальный диалогСамолет швыряло в воздушных потоках, как щепку. В кабине стоял оглушительный гул двигателей и треск статики.— Дмитрий, держи горизонт! — сквозь шумы прорвался голос Марины с земли. — Боковой ветер тридцать метров в секунду!— Вижу встречно-боковой! — тяжело дыша в маску, ответил Гавриленко. — Ручку выбивает, «сушка» идет тяжело, это вам не чистый воздух! На «Боинге» я бы сюда и не сунулся, но эту птицу я удержу!Вдруг кабина озарилась красным светом. Завыл зуммер аварийной сигнализации.— Командир! Отказ гидросистемы левого закрылка! — крикнул с заднего кресла Смекайло-де-Цопфи. — Давление падает! Из-за турбулентности нас сейчас закрутит и швырнет в пике!— Давление в первой линии — ноль! — подтвердил звонкий, но собранный голос Анжелы Власенко. — Дмитрий, блокируй автоматику, переходи на ручной баланс, иначе нас перевернет!— Не сдрейфим! — рявкнул Гавриленко, изо всех сил удерживая рвущуюся из рук ручку управления. — Смекайло, Анжела, думайте! Мы в облаке, под нами скалы, катапультироваться нельзя — разобьемся о камни!— Анжела, хватай аварийный ключ под правым пультом! — скомандовал Смекайло. — Будем перебивать поток вручную через резервный контур!— Есть ключ! — отозвалась Анжела. — Куда крутить, Смекайло? Тут же всё заклинило от перегрузки!— Включай народную смекалку, девчонка! Крути против часовой до упора, пока я закорачиваю контакты КИПиА напрямую обходным кабелем! Гавриленко, держи нос вверх, дай нам тридцать секунд!— Десять секунд максимум! — прохрипел Дмитрий, наваливаясь на ручку всем телом. В его глазах лопались капилляры от напряжения. — Машина валится на левое крыло! Машенька, родная, держись... — подсознательно обратился он к самолету, как раньше к своему «Боингу».— Давай, Анжела, жми! — заорал Смекайло.— Есть! Замкнула! — выдохнула Анжела.Раздался тяжелый металлический щелчок. Красные лампы погасли, сменившись ровным зеленым светом. Тяжелый истребитель мгновенно послушался рулей и выровнялся, буквально в пятидесяти метрах от острой скалы пронзив пелену туч.— Вышли на чистый воздух! — доложил Гавриленко, вытирая пот со лба. — Вижу вертолет! Передаю координаты спасателям!Заслуженная наградаВечером в авиационном гараже горел теплый свет. Ангелина Мельник уже водрузила на стол огромный, дымящийся таз горячих пельменей, щедро политых уксусом и посыпанных черным перцем. Рядом гордо выстроились три бутылки портвейна «Три Топора».Марина Беленькая подошла к тяжело дышащему, но счастливому Дмитрию Гавриленко.— Ну что, Дима, — Марина с размаху обняла его и крепко поцеловала в обе щеки. — Был ты водителем гражданского автобуса, а сегодня стал настоящим боевым ястребом! Спас команду и нашел вертолет!— Без Смекайло и Анжелы я бы не справился, — честно сказал Дмитрий, принимая из рук Василия Васильевича граненый стакан.— Работа в команде — наш главный закон! — подняла тост Марина.Вся братва дружно выпила за нового пилота. Посидели, душевно покушали пельмени, поговорили и легли отдыхать. А утром — снова подготовка к новым предполётным заданиям. Вот и сказки конец, а кто дочитал — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!