Поэтика парадоксального в творчестве О. Генри

Диссертация и автореферат
ВАК РФ 10.01.03, кандидат наук Сибирцева, Елизавета Игоревна
2012, Петропавловск-Камчатский
*
*

Оглавление диссертации

Содержание

Введение

Глава I. Парадокс как поливалентный феномен

1.1. Филологический парадокс: структура и типы

1.1.1. Парадокс в лингвистике

1.1.2. Парадокс в литературоведении

1.2. Парадокс и парадоксальное в культурно-историческом

контексте эпохи

Глава II. Сказочное и чудесное как парадоксальное в рассказах О.Генри в контексте авторской жанрологии

2.1. Сказки Нового Света и их парадоксы

2.2. Своеобразие жанра рождественского рассказа у О.Генри

Глава III. Парадокс на уровне изображенной реальности в рассказах О.Генри 3.1. Композиционная структура рассказов О.Генри и парадокс

3.1.1. Феномен парадоксальных развязок у О.Генри

3.1.2. Пуантная структура как классическая композиционная основа парадокса в рассказах О.Генри

3.1.3. Зеркальность как композиционная форма у О.Генри

3.2.Опыт семантической типологизации парадоксов О.Генри

3.2.1. Парадокс героя

3.2.2. Парадокс несостоявшегося счастья

3.2.3. Парадокс заблуждений, или обманутых ожиданий

Глава IV. Парадокс на уровне авторского сознания

4.1. Двойной парадокс О.Генри в контексте проблемы национальной идентичности

4.2. Ирония в структуре двойного парадокса О.Генри

Глава V. Парадокс на уровне читательской рецепции в рассказах О.Генри

5.1. Двойственная природа эмоциональной оценки в парадоксе и специфика модуса художественности в рассказах О.Генри

5.2. Парадокс двойной реальности в игровом пространстве новелл О.Генри

Заключение
*
*
Введение

Американский новеллист О.Генри воспринимается читателями и специалистами как мастер малого эпического жанра - короткого рассказа, его новеллы не раз становились объектом исследования. Оценки критиков, их взгляд на творчество писателя вот уже на протяжении целого столетия достаточно противоречивы: от полного принятия и поклонения (П.Кларксон, А.Хендерсон, С.Ликок) до осуждения за отсутствие связи с действительностью, неожиданные концовки и недостаток мастерства (К.Ф.Геральд, Л.Левинсон, А.Г.Квинн, А.Старцев). Тем не менее, произведения писателя читают миллионы, секрет читательской любви остается неразгаданным.

Усиление внимания к творчеству этого автора приходится на 20-е-30-е годы XX столетия, когда и в западном, и в советском литературоведении было издано достаточно большое количество монографий об О.Генри, в которых критики пытались определить место писателя в мировой литературе. В эти же годы появилась первая биография О.Генри, автор которой - А.Смит [206], а также книги мемуарного плана, написанные людьми, близко знавшими писателя. В них был создан психологический портрет О.Генри (Эл Джениннгс [61]). Серьезные работы, связанные с творчеством писателя, появляются в американском литературоведении в конце 50-х - начале 60-х годов прошлого века (Ю. Каррент-Гарсиа, Х.Лонг, Г.Лэнгфорд, В.Брукс, О'Коннор и др.). Несмотря на то, что многие литературоведы, прежде всего, обращают внимание на биографию автора, а творчество рассматривается в контексте сложных жизненных обстоятельств, в этих работах предпринята попытка профессионального литературоведческого анализа произведений.

На русском языке об О.Генри написано достаточное количество работ, впрочем, многие из них репрезентируют творчество автора в целом, не претендуя на глубокий целостный или аспектный анализ. Первая статья, посвященная О. Генри, появилась в 1914 году в журнале «Звезда», автор -

С. Вольский [53] . Большинство статей об авторе издано преимущественно во второй половине 20-х годов, в них сделана попытка дать оценку творчеству писателя с точки зрения социальной значимости. Статья Б.Эйхенбаума «О.Генри и теория новеллы», вышедшая в 1925 году, представляет первый серьезный литературоведческий анализ произведений писателя на русском языке [174]. Б.М.Эйхенбаум рассматривает творчество писателя в контексте эволюции американской новеллистики, указывает на истоки многих жанровых черт, пишет о национально-исторических традициях короткого рассказа. Основная часть его статьи посвящена анализу новелл, представлению «общих конструктивных приемов и принципов» автора в создании рассказов [174, 166]. Исследователь расценивает О.Генри как блестящего «интеллектуального» писателя-пародиста с ироничным взглядом на мир, по мнению ученого, именно пародийная игра с сюжетом является особой отличительной чертой большинства рассказов автора. Заслуженное внимание ученый уделяет работе писателя с языком произведений: он отмечает его яркие и неожиданные сравнения, точный подбор слов. Данная работа Б.М.Эйхенбаума до сих пор остается наиболее концептуальным и значимым исследованием по творчеству американского новеллиста на русском языке.

Об О.Генри писали и другие отечественные ученые-исследователи: А.Аникст, Я.Засурский, В.Богословский, А.Старцев, Д.Урнов, М.Шагинян, О.Немеровская и др. Работы этих авторов представляют собой ознакомительный критический обзор творчества писателя, чаще всего они печатались либо в форме вступительной статьи к сборнику рассказов, либо были частью главы в учебном пособии.

В 1962 году, к столетию со дня рождения писателя, в Советском Союзе вышла книга «О. Генри. Био-библиографический указатель» [87], включающий в себя полный перечень произведений писателя, написанных об авторе статей, а также большую вступительную статью И.М. Левидовой о жизни и творчестве О.Генри.

Однако в советском литературоведении долгое время не было ни одной монографии, посвященной творчеству писателя, только в 1973 году вышла книга И.М. Левидовой «О.Генри и его новелла» [86]. В том же 1973 году была защищена первая диссертация по литературе за весь советско-российский период «Творчество О.Генри» В.И.Самохваловой [123]. В работе дан достаточно полный критический обзор литературы об авторе в советском и зарубежном литературоведении, представлены достоверные факты биографии, истории создания новелл, а также предпринята попытка очертить основной круг авторских тем и обозначить проблематику творчества О.Генри.

В работах ученых советского периода взгляд на творчество О.Генри во многом связан с попытками исследователей оценить его произведения с точки зрения их социальной значимости, определить место автора в системе произведений критического реализма, выявить его отношение к таким вопросам, как классовая борьба, социальное неравенство, эксплуатация рабочих. Безусловно, такие рассуждения уводили от непосредственного анализа художественных феноменов, незамеченной оставалась и тонкая работа автора со словом; из-за желания вписать О.Генри в рамки критического реализма неоцененным до конца оказался гуманизм писателя, его вера в человека. Сказочно-счастливые финалы новелл автора признавались его мировоззренческими заблуждениями, его сознательным стремлением «сгладить острые углы социальных противоречий» [39; 556].

Большинство критиков в своих работах отмечают особую юмористическую стихию произведений О.Генри, ироничность автора, его умение воссоздать облик Америки начала XX века, передать огромное количество типов и характеров, любовь к простому американцу. Одним из отличительных элементов индивидуального стиля писателя, по общему мнению исследователей, являются двойные развязки, превращающие новеллы в развернутые загадки.

В конце ХХ-го века внимание исследователей к творчеству писателя снизилось, однако общая тенденция в оценке творчества О.Генри оставалась неизменной: часть критиков признавала его рассказы представляющими инте-

pec, другая часть исследователей оценивала его литературное творчество скептически, как, например Джон Дж.Мерфи, который в «Американском литературном наследии» писал, что «О.Генри не стоит изучать ради него самого же» [цит. по 181].

Из работ последних десятилетий в российской науке несомненный интерес представляют статьи П.В.Балдицына, А.М.Зверева, М.К.Поповой.

В конце XX века в американском литературоведении количество исследований о творчестве О.Генри значительно сократилось. Тем не менее, появляются и серьезные научные работы, что свидетельствует об интересе к творчеству писателя. Например, докторская диссертация Дж.Ф.Кастеллано «Голос народа. Новелла О.Генри», защищенная в 1992 году, посвящена изучению новеллы О.Генри в связи с культурным фоном конца XIX-го начала ХХ-го века [184]. Исследователь изучает популярность О.Генри, его произведений, и напрямую связывает успех его рассказов с точно определенной целевой аудиторией, с особо сложившейся культурной средой, которую О.Генри прочувствовал. Автор акцентирует внимание на том, что основной читатель новелл О.Генри - это человек среднего и рабочего класса, а его рассказы - продукт массовой культуры, и они не попадают в категорию High Culture. Дж. Ф. Кас-теллано указывает на механистичность сюжетов, характеров; отмечает, что, несмотря на всю ироничность и саркастичность повествования, «О.Генри предлагает некоторого рода правильное решение большинства сложных проблем» [184, 24]. В работе Дж. Ф. Кастеллано представлен анализ большого количества рассказов писателя, кроме того, автор характеризует те реалии американской жизни, которые увидел О.Генри и использовал в своих новеллах, что сделало их необыкновенно популярными у простых американцев.

В магистерской работе Гэри Касса «Создание «Четырех миллионов»: влияние О.Генри и рабочие методы» автор рассматривает творчество О.Генри «в тандеме с двумя фигурами, о которых известно, что они оказали большое влияние на содержание сборника «Четыре миллиона»: Ворд Мак Аллистер и

Энн Партлан» [191]. Г.Касс также пытается обосновать закономерность отбора рассказов в сборник.

Американские авторы статей, которые заявляют о себе в последнее время, например, Дж. Данфорд «Человек, который изобрел Манхэттен» [189], В.Брик «Отец «Четырех миллионов» [182] уделяют особое внимание, преимущественно, теме Нью-Йорка и ее воплощению в рассказах О.Генри. Таким образом, писатель позиционируется, прежде всего, как создатель сборника «Четыре миллиона». Этот аспект творчества О.Генри остается наиболее исследуемым, а тема - популярной, понятной и близкой американскому читателю на протяжении вот уже целого столетия.

Заслуживает также внимания книга Карена Блэнсфилда «Дешевые комнаты и беспокойные сердца: формула творчества в городских рассказах Уильяма Сидней Портера» (Cheap Rooms and Restless Hearts: A Study of Formula in the Urban Tales of William Sydney Porter) [180]. Автор работает над составлением литературной формулы творчества О.Генри, выделяет типы сюжетов в его рассказах, а также типы персонажей. По мнению Блэнсфилда, первым важным элементом «формулы» О.Генри является условность (convention), которая проявляется в выборе формульных сюжетов, стереотипных характеров, хорошо известных метафор и т.д. Второй элемент его стиля - это особые повторы (repetition) как сюжетов, так и характеров. Работа Блэнсфилда отличается тем, что в ней проанализирован значительный корпус новелл О.Генри в системе.

Произведения О.Генри служат богатым материалом для исследования многих лингвистических феноменов, о чем наглядно свидетельствуют диссертации последних лет, посвященные изучению языковых фактов на материале рассказов американского писателя. (С.А.Донская, И.Ю.Мысоченко, С.В.Манджиева, Тай-Эн Лин, Натали Несс, Мартин К.Л.Чинг).

Парадокс в творчестве О.Генри не был предметом отдельного изучения ни в российском, ни в западном литературоведении; этот аспект не рассматривался исследователями концептуально. Проблема парадокса является объек-

том для изучения нескольких научных дисциплин, в связи с этим феномен оказывается многоаспектным, полифункциональным и полисемантичным. Почти всегда парадокс «выступает одним из эффективных способов преодоления автоматизма мнений, культурных стереотипов и прорыва за завесу обывательского сознания», а парадоксальная поэтика рассматривается как один из способов «разрушения бытовой инерции», «демонстрации обилия творческих возможностей человека», замкнутого в «порочном круге условностей» [177, 6].

В связи с многогранностью феномена парадокса достаточно трудно дать точное определение понятия. В самом простом понимании парадокс может быть определен как мнение, противоречащее общепризнанному.

В нашей работе мы будем рассматривать парадокс, во-первых, как мировоззренческий феномен, во-вторых, как прием изображения. В данном диссертационном исследовании мы представим парадоксальность как значимый компонент художественной системы О.Генри.

Исследователи, изучавшие поэтику его рассказов, прямо или опосредованно отмечали парадоксальность его новелл. В большом количестве разных определений парадокса как литературного приема, как явления логики, как лингвистического понятия, определяющей чертой феномена, несомненно, выступает противоречивость, вызванная неожиданным столкновением мнений, точек зрения. Неожиданность в данном случае - то важное свойство, которое помогает «взорвать» привычную ситуацию; появление новых обстоятельств, в итоге, позволяет найти необычное в обыденном, расширить представление о жизненных вариантах. Парадокс привлекает и шокирует неожиданностью, О.Генри в полной мере использовал этот принцип в своих новеллах. Одним из первых об этом писал Б.М.Эйхенбаум: «Сам по себе эффект неожиданности — явление обычное и для романа и для новеллы, а для американской — особенно; но у Генри неожиданность эта составляет самую сущность конструкции и имеет совершенно специфический характер. Его концы не просто неожиданны или противоположны ожидаемым, а появляются как-то сбоку, как

бы выскакивают из-за угла, — и только тогда читатель видит, что кое-какие мелочи намекали на возможность такого конца. Это — неожиданность пародийная, трюковая, играющая с литературными навыками читателя, сбивающая его с толку, почти издевающаяся над ним. Очень часто рассказ построен так, что до самого конца даже не видно, в чем, собственно, загадка, куда, вообще, клонятся описываемые события — конец не только служит развязкой, но и обнаруживает суть завязки, смысл происходившего» [174, 199].

В.И. Самохвалова пишет, что «ироничность, парадоксальность и пародийность произведений О.Генри поднимала его над уровнем современной ему литературы» [123, 16]; на парадокс как излюбленный прием автора указывает Ф. Золотаревская [73, 23]. Е. М. Мелетинский в работе «Историческая поэтика новеллы» отмечает, что «у О.Генри имеется целое множество новелл анекдотического характера с резким поворотом перед развязкой. Рассказы эти построены на явных комических парадоксах» [99, 226]. Таким образом, ученый не только указывает на парадокс как основой принцип построения рассказов, но и обозначает тип структурной организации текста, связанный с парадоксом. Исследователь выделяет и другой парадокс в новеллах О.Генри - трагический, примером которого может служить рассказ «Меблированная комната» [99, 227].

П.В. Балдицын рассматривает творчество О.Генри в связи развитием жанра новеллы, которая трактуется как жанр имманентно парадоксальный, основанный на совмещении несовместимого в одном сюжете [32, 547]. Ученый обращает внимание на логику парадокса, на основе которой выстроены сюжеты многих рассказов; конструкция же новеллы оказывается двойственной, условной, игровой. Двоякие концовки О.Генри, по мнению П.В. Балди-цына, обнажают парадоксы жизни [32, 574], а сам автор «сумел ощутить тот парадоксальный поворот одновременно и к бытовому, будничному, реальному, и к вечному, условному и невероятному, который определил пути литературы XX века» [32, 597]. Ученый упоминает о парадоксальной эстетике автора, в рамках которой разворачивают свое действие многие из его рассказов.

Таким образом, парадоксальность как важный феномен в поэтике и мировоззрении писателя только отмечалась исследователями, изучение этого аспекта творчества не проводилось специально.

Актуальность нашего исследования определяется интересом к изучению проблемы парадоксальности на протяжении последних десятилетий, а также недостаточной степенью изученности творчества О.Генри в целом, проблемы парадоксальности его произведений в частности, отсутствием системного подхода к его творчеству и потребностью в глубоком, концептуальном представлении его новел на новом уровне анализа.

Новизна исследования: изучение поэтики парадоксального в творчестве О.Генри обусловлено необходимостью осмыслить литературное наследие писателя как целое, представить парадокс как формально-содержательный компонент в художественной системе писателя. В данной диссертации впервые предпринимается попытка системного исследования сущности и структуры парадокса как ведущего принципа поэтики О.Генри.

Целью данной диссертационной работы является исследование парадоксальности как формально-содержательного принципа организации новелл О.Генри.

В соответствии с целью наметим круг приоритетных исследовательских

задач:

- рассмотреть парадокс в творчестве О.Генри как формально-содержательную категорию, имеющую системообразующее значение для поэтики писателя в целом;

- выявить особенности парадоксальных структур и их функциональное предназначение на различных уровнях построения текста (на жанровом уровне, уровне композиции, лексико-стилистическом уровне);

- исследовать типы парадоксальных финалов новелл О.Генри и обозначить их непосредственную связь с важными мировоззренческими принципами творчества О.Генри;

- рассмотреть художественную природу парадокса в творчестве О.Генри в контексте жанровой традиции новеллы;

- проанализировать языковые средства создания парадоксальных структур в их функциональном предназначении.

Объект исследования - творчество О.Генри как художественная система.

Предмет исследования - парадокс и парадоксальное в произведениях О.Генри.

Методологическую основу работы составляет синтез сравнительно-исторического, сравнительно-типологического, культурно-исторического методов; неизбежным оказывается также использование целостного и аспектного видов анализа художественного произведения. При анализе парадоксального у О.Генри на уровне читательского восприятия использованы методологические принципы рецептивной эстетики.

Теоретической базой исследования послужили работы ученых разных специальностей, поскольку феномен парадокса - явление многопрофильное и междисциплинарное. Это фундаментальные труды таких авторов, как Ж.Делез, Б.Успенский; работы Б.Д.Базарова, Г.И.Артамонова, Б.Т.Ганеева, В.В.Овсянниковой, Н.Ю.Шпекторовой, Г.Я Семен, А. В. Ахутина, Е. Е. Бирюковой, В.Шмида, И.В.Силантьева. Важный пласт исследования составляют труды, посвященные различным аспектам литературного процесса США. Это работы Я.Н. Засурского, A.M. Зверева, Б.А. Гиленсона, А.Н. Николюкина, П.В. Балдицына, A.B. Ващенко, В.В. Брукса, Ф.Л.Патти др. При анализе проблем поэтики автора мы опирались на труды М.М. Бахтина, В.М. Жирмунского, Е.М. Мелетинского, В.И.Тюпа, Н.Д. Тамарченко, Б.В. Томашевского и др. Базовыми для изучения творчества О.Генри явились труды Б.М.Эйхенбаума, В.И.Самохваловой, П.В.Балдицына, Ю.Каррент-Гарсиа, Х.Лонга, Г.Лэнгфорда, Дж.Ф.Кастеллано, К.Блэнсфилда и др.

Положения, выносимые на защиту:

1. Парадокс - формально-содержательная категория, и в прозе О.Генри парадоксы могут быть классифицированы на основе семантического диссонанса, заключенного в них: парадокс героя, парадокс заблуждений, парадокс несостоявшегося счастья.

2. В то же время парадокс является композиционным конструктом, и в этом случае типологию парадоксов прозе О.Генри можно построить на их структурных особенностях: двойной парадокс, «зеркальный парадокс», парадокс-пуант.

3. Специфика парадоксальности произведений О.Генри связана не только с общелогическими принципами мышления, нашедшими своеобразное отражение в поэтике писателя, но и с внутренней парадоксальностью национального американского сознания, которое становится предметом художественного осмысления автора.

4. Двойная природа эмоциональной оценки, потенциально заключенная в парадоксе (трагический и комический парадокс), своеобразно осмыслены в мировоззренческой и поэтологической системе О.Генри. Актуализация понятий «игра», «ирония», «самоирония» в парадоксах О.Генри формирует особый модус художественности его произведений, в котором сплавлены комическое и лирическое1 начала.

5. Особое сочетание сентиментального и комического модуса художественности в поэтике О.Генри сближает понятие «парадокса» и понятие «чуда» в его мировоззренческой системе, что находит отражение в жанровой специфике его произведений.

6. Многообразие сюжетных нюансов, которые формируются на основе сходных фабул в парадоксально организованных новеллах О.Генри, дает возможность говорить о существенном вкладе О.Генри в разработку автором новых

'В нашей работе мы будем употреблять термин лирический в значении «повышенно-эмоциональный, чувствительный, с преобладанием душевных переживаний над рассудочным началом» [59, 722]. В этом значении термины сентиментальный и лирический являются синонимичными.

композиционных приемов и приемов комического на основе общего для сферы смехового принципа «переворачивания» ситуации.

Научная ценность работы обусловлена задачами исследования. Теоретическая значимость работы заключается в попытке осмысления художественного потенциала парадокса как междисциплинарного феномена. Практическое значение диссертации состоит в возможности использовать ее материалы при чтении курсов и спецкурсов по истории зарубежной литературы конца XIX - начала XX в. и истории американской литературы в системе вузовского образования.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертации были отражены в докладах на научных конференциях: Всероссийской научно-методической конференции «Актуальные проблемы современного литературного образования», г.Уссурийск, 2007 г.; Межвузовской научно-практической конференции «Смысловое пространство текста», г. Петропавловск-Камчатский, 2007 - 2008 гг.; Межрегиональной научно-практической конференции «Университет XXI века: достижения и перспективы», г.Петропавловск-Камчатский, 2008 г.; Пуришевские чтения, г.Москва, 2011. Содержание работы отражено в восьми статьях, в том числе три статьи опубликованы в журналах, рецензируемых ВАК. Работа в целом и отдельные ее фрагменты обсуждалась на кафедре литературы и журналистики КамГУ им. Витуса Беринга.

Структура работы. Диссертационное исследование состоит из введения, пяти глав, заключения и библиографии; оно изложено на 213 страницах. Список использованной литературы состоит из 211 источников, в числе которых 47 работ на английском языке.

Глава I. Парадокс как поливалентный феномен

Парадокс - понятие, которое является объектом изучения нескольких наук: логики, математики, философии, лингвистики и литературоведения. Это стало возможным вследствие неоднозначности природы парадокса и парадоксального, сложности функционирования понятия в различных контекстах. Интерес к парадоксу у исследователей понятен и закономерен: парадокс всегда впечатляет необычностью вывода, заставляет опровергнуть устоявшееся мнение, найти нетривиальное решение проблемы и прийти к открытию нового. В любом парадоксе всегда заключена двойственность или двуплановость, столкновение двух противоположных точек зрения рождает новый смысл и новую истину, о которой ранее было неизвестно.

Междисциплинарность понятия свидетельствует о его многогранности; наличие парадоксов в научном познании заставляет размышлять над их причинами и смыслом, что, несомненно, провоцирует новые научные открытия. Как объект филологического исследования парадокс также сложен: он может функционировать то как явление логико-понятийного плана и формировать содержательную сторону художественного целого; но может выступать и как художественный прием, подчиненный содержательным задачам.

1.1.Филологический парадокс: структура и типы. 1.1.1. Парадокс в лингвистике.

Парадокс в лингвистике стал темой для исследовательских работ с 60-х годов XX века. Парадокс как лингвистическая категория представляет достаточно интересный феномен для изучения; парадоксальные структуры рассматриваются с точки зрения их семантического, прагматического, фразеологического, стилистического потенциалов. Г.Я.Семен отмечает, что роль парадокса в идейно-образной системе художественного произведения является предметом изучения литературоведения, а в сферу интересов лингвистики

включается формально-языковая реализация данной фигуры и содержательный аспект высказывания, поскольку лингвостилистический анализ литературы выявляет взаимодействие единства содержания и выражающих его языковых средств [126].

Конечно, понятие парадокса как стилистического приема, как фигуры речи не тождественно понятию литературно-художественного парадокса, несмотря на то, что они соотносятся как форма и содержание. Возможно, потому что «парадокс как фигура речи является средством создания литературно-художественного парадокса» [126,12], часто определение «литературного парадокса» переносят и в стилистику. Большинство авторов учебников и монографий по стилистике хоть и упоминают парадокс как стилистическую фигуру, но не дают ему четкой дефиниции, обычно парадоксом называют высказывание, в котором мысль подана в форме, противоречащей общепринятому мнению. Поэтому к одной из проблем изучения парадокса в лингвистике можно отнести формулировку определения парадокса как стилистического приема.

В 60-е годы XX столетия существовала точка зрения о нецелесообразности рассмотрения парадокса как стилистического приема, поскольку это явление не чисто языковое, а когнитивное, а, значит, принадлежит логике [139]. Однако позже ученые стали склоняться к выделению парадокса в особый стилистический прием, поскольку он обладает особой образностью, экспрессией, выразительностью. В работах сторонников этой точки зрения Н.Ю.Шпекторовой, Г.Я.Семен, О.К.Денисовой, Э.Б.Темяниковой, В.Д.Тармаевой, Б.Т.Ганеева подчеркивается необходимость изучения данного явления как стилистического приема.

Закономерным оказывается то, что, что понятие литературно-художественного парадокса является более широким, чем понятие стилистического парадокса [126,33].

По мнению И. В. Арнольд, парадокс как фигуру речи следует отнести и к стилистике, и к литературе. Литература является «каналом передачи инфор-

мации» [25, 27], а «способы передачи смысла могут быть выражены в терминах «предсказуемость - непредсказуемость» [25, 32]. Исследователь рассматривает способы организации текста - выдвижение - и как один из типов выдвижения эффект обманутого ожидания (термин Р.Якобсона). «Появление каждого отдельного элемента подготовлено предшествующим и само подготавливает последующие. Читатель его уже ожидает. А он заставляет ожидать и появления других. Последующее частично дано в предыдущем. При такой связи переходы от одного элемента к другому малозаметны, сознание как бы скользит по воспринимаемой информации. Однако если на этом фоне появляются элементы малой вероятности, то возникает нарушение непрерывности, которое действует подобно толчку: неподготовленное и неожиданное создает сопротивление восприятию, преодоление этого сопротивления требует усилия со стороны читателя, а поэтому сильнее на него воздействует» [25, 70].